черно-белый мир

Еще несколько дней было зачеркнуто в календаре, оставалось чуть больше трех недель. Сокджин все это время уперто меня игнорировал, рано уходил с работы, поздно возвращался. На любые мои вопросы он либо отвечал одним словом, либо вообще игнорировал. За это время я успел несколько раз вернуться к себе домой, дабы восстановить силы и написать отчеты. Чертова канцелярская работа. Чонгук, которому становилось хуже, консультировал меня по поводу того, как лучше подобраться к такому человеку и помогал выстраивать определенный план действий. Мой маленький помощник предлагал мне еще раз спуститься к Тэхену, но, как стало известно, его уже уничтожили. Он сгорел в пламени мыслей, страхов и собственного сумасшествия. Теперь его душа не имеет тела, всего лишь находится в Преисподние, где и все мученики. — Ну, что надумали? — с этими словами в кабинет Юнги, в котором мы сидели уже битый час, вошел Чимин. Сам Верховный ушел с этих посиделок практически сразу, предоставляя нам возможность работать без него. В руках демон держал поднос, на котором было три чашки, от которых исходил приятный крепкий аромат кофе. Чимин поставил все на маленький стеклянный стол, за которым мы с Чонгуком сидели, а сам оперся пятой точкой об стол Верховного. По всей видимости, часто оказывался там, раз не боится так легко распоряжаться рабочим местом Юнги. — Возможно, стоит ему устроить что-то типа отпуска, — ответил на вопрос Чимина Чонгук. — Анализируя его поведение, можно понять, что весь его мир и без того серый. Он пытается его заполнить либо работой, либо книгами. Демон внимательно слушал каждое слово, произнесенное ангелом, а затем поднял голову вверх, задумавшись. — А что если ему устроить путешествие? — Чимин опустил голову и посмотрел на нас, приподняв бровь вверх. Я откинулся на спинку кресла, задумываясь над словами парней. Мне даже стало как-то стыдно перед ними, что я не смог прийти к подобным идеям самостоятельно, хотя живу не одну сотню лет. Я прекрасно мог прочувствовать любого человека, понять, что его беспокоит, но Сокджин — пустой лист. Нечто подобное я ощущал, будучи хранителем. В целом, так чувствует любой ангел, у которого есть человек, так как, имея возможность идеализировать жизнь своего подопечного, рискует нарушить баланс. Глупые правила. Глупый мир. Несмотря на свою многовековую жизнь, я до сих пор не понимаю тонны правил, коим нас заставляют следовать. — Я думаю, это не плохая идея, но сомневаюсь, что Сокджин согласится. — Я взял чашку в руки и сделал небольшой глоток кофе. — Он слишком упертый. — А вообще никаких документов нет о нем? — Чимин слегка нахмурился, будучи озадаченным всей этой ситуацией. — Юнги сказал, что все было уничтожено Тэхеном. — При упоминании демона я непроизвольно сжал челюсть, злясь на него только сильнее, ведь теперь он даже не создание Отца, а простоя измученная душа, коих миллиарды в Преисподние. — Хотя… Почему я тогда сразу не проверил? — Что Вы хотите сказать? — Чонгук с удивлением и неким любопытством посмотрел мне в глаза, а Чимин даже спрыгнул со стола. Собрав все свои мысли в кучу, я наконец-то обратился к ангелу. — Чонгук, у вас ведь есть архив, где собирается вся информация о хранителях? — Ангел неуверенно кивнул, явно не понимая, к чему я введу. Но, кажется, в этот момент дошло до Чимина. — К архиву пернатых допускают только ангелов. — Я щелкнул пальцами, указывая на то, что демон подловил ход моих мыслей. — Значит, там есть хоть минимальная информация о Сокджине, которую Тэхен просто не мог уничтожить. Но… Не каждого… У меня был доступ только к архивам новых жизней. Как ты думаешь туда пробраться? Даже у Юнги нет такого права. Я приподнял уголки губ вверх, намекая на то, что Чимин уже давно должен был понять, что это сделаю не я. — Вы хотите, чтобы я пробрался туда? — Чонгук от удивления даже прикрикнул. — Но… Я не могу… Он начал щебетать себе что-то под нос, а волнение накрывало его с каждой минутой все сильнее. Сразу было видно, что ангелок совсем молодой. Когда я заметил, что глаза Чонгука начали блестеть из-за слез, встал и попытался его успокоить, поставив ладони на его плечи. Весь его страх и волнение потихоньку уходил, и оставалось только легкое недоумение. — Успокойся, Чонгук. Я не позволю вляпаться в неприятности из-за дела, порученного мне. — Я присел на корточки и повернул ангела к себе лицом. — Пока ты со мной, тебе ничего не грозит. — Но как ты тогда…? — недоумевал Чимин, что стоял позади. — Ты должен убедить одного из ангелов отдать тебе документы. — Чонгук думал уже что-то сказать, но я его остановил. — Мне плевать, если пострадает кто-то другой, но ни в коем случае ты не должен сообщать об этом Верховному Ангелу. Я помнил реакцию Юнги на вопрос о хранителе Сокджина, он, по всей видимости, был осведомлен некоторыми деталями, которыми не удосужился поделиться со мной. Несмотря на то, что он, как демон, не может зайти в ангельский архив, у него прекрасные отношения с Хосоком — Верховным Ангелом Восточной Азии. — Чонгук, я могу тебе доверять? Я знал, что все равно подвергаю его опасности, и он был в полном праве отказаться, но Чонгук кивнул. — Я хочу, чтобы все встало на свои места, и готов ради этого рисковать. Грустная улыбка появилась на его лице, а затем он выпорхнул из кабинета. — Предвидя твои вопросы, — вставая, обратился я к Чимину, — я не уверен. Возможно, эта информация никак не поможет, но это пока что единственный шанс найти правду. Спускался я на Землю с ощущением некой пустоты. Я переживал за Чонгука, за то, что смогу узнать, за мир и даже за людей. Но, так как времени оставалось катастрофически мало, я постарался выстроить план, дабы действовать более эффективно. Вернулся я домой, когда небо было уже густо украшено звездами. На мое удивление, квартира встретила меня пустотой. Обычно в это время Сокджин уже давным-давно дома, а тут… Не знаю почему, но я не на шутку разволновался. На автомате рука потянулась к заднему карману брюк, где находился телефон. От: Сокджин Время: 18.08 «Если что, я пошел в магазин» Выходит, что его не было дома уже несколько часов. Что можно так долго делать в магазине? Я пытался абстрагироваться от негативных мыслей, но они словно рой пчел продолжали кружить. За эту неделю стало все сложнее сопротивляться энергетике на Земле, поэтому страх закрадывался в каждый угол моего сознания. Я сразу же набрал его номер телефона. Один гудок, второй, третий… Абонент недоступен. — Да чтоб тебя… — Я чуть не кинул мобильник в стену, но вовремя сдержался. — Где ты, Сокджин? Осознав, что больше не смогу терпеть, я стянул с вешалки пальто, накинул его и прямо так выбежал из дома. Холодный ночной ветер ударил в лицо, от чего я сразу поежился. Нужно успокоиться. Я открыл свой разум и попытался почувствовать мужчину. Шестое чувство вопило о том, что он не в безопасности, но узнать, где Сокджин мне так и не удалось, поэтому, сорвавшись с места, я побежал в сторону магазина. Все это время я держал разум открытым, из-за чего все чувства людей, которые редко встречались на пути, атаковали меня с каждым разом все сильнее. Если я закончу эту миссию успешно, Верховный Суд будет еще долго платить мне за сию услугу. Ничего хуже нет, чем чувствовать себя беспомощным, особенно, когда привык испытывать абсолютное ничего. Магазин находился недалеко, поэтому я быстро прибежал, но ни внутри, ни снаружи его не нашел. Я думал уже отчаяться (может, он уже дома), как вдруг почувствовал кое-что большее, нежели тоску и страхи. Ненависть. Я побежал на источник столь сильных чувств, который напоминал сильное неуправляемое пламя. Следуя за ним, я понял, что вернулся практически домой. Этот факт невероятно злил, ведь выходит, я ходил кругами, пока не услышал крики. «Сокджин?» — пробежал вопрос в моей голове. Но, даже если бы хотел, я на него не успел бы ответить, так как моментально рванул в сторону шума. Между домами был маленький проулок, откуда доносилась громкая ругань и крики. Подойдя, я сначала увидел раскиданные продукты, а затем, заглянув в сам проулок, нашел своего подопечного… Передо мной предстала картина, как трое мужчин избивают Сокджина, который скрутился калачиком на холодном цементе. Его лицо было все в синяках и кровоподтеках, из глаз текли слезы. Ненависть, которую я так четко испытывал, вдруг заполнила каждый миллиметр моего тела. — Что вы делаете? — гаркнул я. Мужчины обернулись на мой голос и с испугом в глазах уже собирались убежать, как вмиг я подошел к одному из этой компании, схватил его за голову. — Смотри на меня, — прошипел я. В глазах вспыхнуло адское пламя, его страх окружил все вокруг, напоминал липкую вязкую субстанцию, которая поглощала все на своем пути. Со всей силы я ударил его коленом прямо под ребра, из-за чего он сразу упал на цемент. Периферийным зрением я заметил, как двое других уже сбежали. Какие трусы! Схватившись пальцами за волосы мужчины, я приподнял его голову, чтобы наши взгляды вновь встретились. — Твои дружки тебя кинули, будешь расплачиваться сразу за троих. На моем лице играла гаденькая улыбка. Тем же коленом я ударил ему по челюсти, из-за чего он окончательно упал на спину. Не помню себя настолько злым, каким был в этот момент. Я хотел избить его до такого состояния, что он даже не сможет открыть глаза, но тихий всхлип Сокджина остановил меня. Я вновь поднял мужчину на ноги, припечатав спиной к стенке, и зло прошипел: — Чтоб я больше не видел тебя и твоих дружков возле него! — Я еще раз ударил его всем телом об стенку. — Тебе все ясно? Мужчина нервно закивал. Я сделал шаг назад, отпустив его, из-за чего он сразу упал на холодный цемент. На затылке я заметил красное пятно… Все-таки удар был действительно сильным. — Никто не должен знать, что здесь произошло, — уже более спокойно говорил я. — А еще… В случае повтора столь любезной встречи моего друга и тебя, поверь, живым ты не уйдешь. — Сокджин, ты как? — подошел я к мужчине, стараясь помочь ему встать. Я аккуратно перекинул его руку себе на плечо, обхватил талию ладонью, из-за чего Сокджин недовольно зашипел. — Прости… — совсем тихо прошептал я. — Скоро будем дома.