Одиночки вместе

– Эй, Какаши, прояви уважение к гостям! – басит над ухом Гай. " – Он всегда такой громкий," – вздыхает Хатаке. – Вы все только вчера приходили. Что-то случилось? – произносит он вслух, чуть выглядывая из-под одеяла. Ниндзя старается не смотреть на своего ученика, но спустя пять секунд всё идёт насмарку. Какаши чуть вздрагивает из-за сильного удара по спинке кровати в ногах и переводит взгляд на источник шума. Наруто. Кто же ещё? Блондин чуть не переваливается через спинку, стараясь быть ближе к учителю, однако, удерживая равновесие, смотрит прямо в глаза, улыбаясь во все тридцать два зуба. Слепит. – Какаши-сенсей, вам уже лучше, даттебайо?! Как вы себя чувствуете?! Не ску.., – взгляд резко падает на ту самую книгу, лежащую на тумбочке, в глазах Узумаки вспыхивает что-то нехорошее, он облизывая губы, вновь смотрит на больного и, уже не спрашивая, а утверждая, заканчивает, ухмыляясь, – ...чаете. Сердце Копирующего перестаёт стучать, падая куда-то к пяткам. Синие глаза приковывают к кровати, не давая пошевелиться. Секунда. Две. По голове Наруто прилетает смачный удар. – Не ори, придурок! Тут вообще-то больница! – противореча своим словам, восклицает Сакура. И Хатаке, как никогда, благодарен ей. Большего зрительного контакта он бы не выдержал, лицо уже заливает румянец, чуть выглядывая из-за маски, сердце начинает бешено колотиться где-то в животе. Цунаде шикает на его команду, успокаивая, и переводит взгляд на пациента. – Эй, Какаши, действительно, как ты себя чувствуешь? Что-то ты красный, у тебя жар? – серьёзно спрашивает Пятая. Чёрт. Копирующий, пытаясь вернуть самообладание, с трудом произносит: – Всё хорошо, просто немного душно. Вас слишком много. – Нет, вы посмотрите на него! Все волнуются, пришли, а он ещё чем-то недоволен, – возмущается Майто. – А я говорила, что он уже в норме и покой это то, что необходимо сейчас. Не было смысла вновь всем приходить, – подаёт голос ТенТен. – Как ты смеешь сомневаться в учителе! Гай-сенсей всегда знает как лучше. Сила юности и поддержка друзей в миг помогут встать на ноги! – с гордостью произносит Ли, плача, на что получает фирменную улыбку и большой поднятый вверх палец от любимого учителя. – Вы двое такие... активные, – вздыхает Неджи, переглядываясь с ТенТен. Какаши молча наблюдает за посетителями, которые, кажется, про него и вовсе забыли, споря между собой. Команда 3 поделилась на две, пытаясь доказать противоположной стороне что-то. Цунаде даёт какие-то наставления Сакуре, последняя внимательно слушает каждое слово и утвердительно кивает. Розоволосая стала такой взрослой и сильной. Какаши безумно горд за свою ученицу, которая теперь ас в медицинском мастерстве. Конечно, иначе и быть не могло, ведь её обучает сама Хокаге! Единственный, кто сейчас молчит также, как и сам Хатаке, это, к великому удивлению, Наруто. Он стоит у дальней стенки, гипнотизируя взглядом всю ту же книгу. Чёрт! Как много он о ней знает? Какаши закопает, нет, утопит Джирайю. Ниндзя отвлекается на свои мысли, придумывая всё больше способов убийства. Это же надо было так его подставить! Его команда и так о нём не знамо какого мнения! Через какое-то время его раздумья прерывает хлопок по плечу, из-за которого он сильно морщится, сдерживая болезненный стон. Всё тело до сих пор ослаблено. Каждая мышца ноет. – Мы пойдём. Поправляйся быстрее, мне уже не терпится выиграть тебя в очередном споре! – с энтузиазмом, говорит Гай. Какаши закатывает глаза: " –Как будто у него это получится." Команда 3 спешно прощается, следуя за своим учителем. Становится гораздо тише. – Нам тоже пора идти, отдыхай, – властно произносит Пятая, направляясь к выходу. – До свидания, Какаши-сенсей, – улыбается Харуно учителю и смотрит на Наруто, – ты идёшь? – Я? Да, сейчас только уточню кое-что у наставника. Это... это по поводу тренировки, – на ходу придумывает Узумаки. Хатаке молиться всем богам, чтобы он ушел тоже, ведь догадывается о чем пойдёт разговор, Наруто совсем не умеет врать. Сакура смотрит на него с подозрением. – Хорошо, у тебя семь минут. Жду тебя внизу. И только посмей опоздать, – грозно говорит розоволосая, скрываясь за дверью. В палате резко пропадают все звуки. Наруто медленно поворачивается к учителю и отрывается от стены. Мягкой поступью, как зверь, загоняющий свою жертву в угол, он приближается к Хатаке. Юный ниндзя встаёт на место, которое совсем недавно занимал Гай-сенсей, опираясь одной рукой на изголовье кровати, и наклоняется прямо к лицу учителя, щуря глаза. Копирующий пытается слиться с матрасом. " – Господи, за что мне всё это?" – искренне не понимает он. – Та самая единственная запретная книга, на которую мне так и не́ дал взглянуть старик-извращенец, – говорит юный шиноби, вспоминая прошлое, – Какаши-сенсей, что в ней такого?! Хатаке выдыхает с облегчением. Он не знает! Это ещё может остаться в секрете! Собирая всю свою выдержку, он наигранно, немного издевательски, произносит: – Разве детям ещё не рано знать такие вещи? И тут же жалеет. В глазах Наруто вспыхивает превосходство, на губах появляется ухмылка. – Только вот вы всё время забываете, что я уже давно не ребёнок. Я не тот, кого вы знали два года назад, – понижая голос, четко произносит парень, ниже наклоняясь к лицу сенсея. И тут Какаши понимает: Наруто любой ценой узнает, что в этой книге. Копирующий резко хватает ее правой рукой, приподнимая левой подушку, сразу пряча под неё виновницу столь неподдельного интереса. В следующую секунду он чувствует тяжесть на своих бёдрах и чужие руки, фиксирующие собственные. Правая так и не выпускает книгу из рук. Что за..?! Когда он успел? Наруто, гордо ухмыляясь, восседает на нём, не давая хоть как-то пошевелиться. Что он задумал? – Ну и что, позволь узнать, ты делаешь? – говорит Какаши, чтобы хоть что-то сказать. – А вы? Я бы не советовал оказывать сопротивление, – предупреждает блондин, сильнее сжимая запястье левой руки и чуть выше локтя правой. Ниндзя, естественно, пытается хоть как-то скинуть с себя наглеца, извиваясь всем телом. Наруто сильнее прижимается бёдрами, пресекая эти попытки. – Бес-по-лез-но, – по слогам шепчет он, почти вплотную наклоняясь к лицу учителя. Хатаке сдаётся, понимая, что его тело слишком слабо сейчас, и он не сможет справиться с мальчишкой силой. У Копирующего чуть кружится голова и сбивается дыхание то ли от нагрузки, то ли от близости другого человека. Воспоминание гаденько подбрасывает недавно прочитанные строки: "Блондин сильно прижимает своего учителя к стене, фиксируя их руки над головой, вплотную придвигаясь своими губами к маске." Ниндзя начинает краснеть. Чёрт! – О чём думаете, Какаши-сенсей? Совсем как та сцена из "Приди, приди, рай", не так ли? – игриво спрашивает Узумаки, продолжая фразой героя вышеупомянутой книги, меняя голос, – Я хочу тебя! Хочу тебя узнать полностью, Роуз! Прочесть тебя от корки до корки, как ты свои любимые романы. Какаши теряет дар речи. Этот мальчишка! Откуда он? Когда? Копирующий краснеет ещё сильнее. Наруто, видимо, читает все его вопросы в удивлённом взгляде. – О, я могу ответить! – радостно восклицает он, – понимаете, Какаши-сенсей, уйти из деревни было тяжёлым испытанием для меня. Я начал безумно скучать по вам всем почти сразу же. Однако единственное, что у меня было, что напоминало о деревне, – это книги старика-извращенца, которые неизменно ассоциировались с вами. Из-за этого я много думал о вас, вспоминая дом. Когда тоска стала невыносимой, я начал читать их. Глаза Хатаке полезли на лоб. Сколько тогда было Наруто? 15? – Признаться честно, я не был готов к таким историям. Вы бы видели извращенного отшельника, когда я ходил весь красный неделю после первой главы! – чуть смеётся мальчишка. Ещё бы! Какаши сам сначала чуть от стыда не сгорел, когда только начал читать. А было, на минуточку, ему тогда около двадцати! – Но со временем я втянулся, мне начало это нравиться. Тем более, казалось, что я стал чуточку ближе к вам, а значит и к деревне. Именно тогда мне почему-то захотелось узнать вас получше, Какаши-сенсей. Ведь, если так подумать, о вас никто ничего совсем не знает! Ну, сейчас не об этом. Как-то раз я заметил, как старик-извращенец работает над новой книгой. Интерес поглотил меня полностью! Однако, как я не пытался, мне так и не удалось заглянуть в неё. Представляете, сенсей, как это интригующе! А тут я прихожу узнать как у вас здоровье, а эта чертовка преспокойно лежит здесь, даттебайо! – восклицает Наруто. – Вы уже читали? Там что-то более горячее и извращенское, чем во всех остальных книгах?! – почти кричит Узумаки, прожигая взглядом своего учителя, на что последний сильнее сжимает под подушкой книгу, зажмуривая глаза и давая самому себе клятву, что Наруто никогда в жизни не узнает, что там написано. Мальчишка хмурит брови, понимая, что так просто ответы на свои вопросы он не получит. Что ж, придётся принять правила игры. Он склоняется к шее Копирующего и начинает шептать куда-то чуть ниже уха, делая голос глубже и растягивая слова: – Сееенсееей, вы же расскажете мне, что там, вееерно? Какаши напрягается, вздрагивая. По всему телу начинают расходиться мурашки. Чёрт, он к этому совершенно не был готов. Лицо полностью заливается краской, что тут же замечает Наруто. Он этого и добивается, прекрасно понимая, что не может убрать руки, ведь тогда сразу же окажется в проигрышном положении. Единственный вариант – заставить вытащить руку учителя из-под подушки, фиксируя сразу обе над головой, освобождая себе левую. Он продолжает задуманное с бо́льшим энтузиазмом. О том, как это всё выглядит со стороны, мальчишку, кажется, совсем не заботит. По крайней мере сейчас. – Ну же, сееенсеей, будьте хорошим мальчиком, – еле касаясь губами маски, закрывающей шею, полуприказывает Наруто, пуская в ход движение бёдрами. "– Сейчас посмотрим, как действуют эти штучки, которые постоянно описывает старик-извращенец," – думает Наруто. Какаши задыхается. Когда этот негодник успел стать таким?! Тело, получая ранее не знакомые ощущения, совсем не слушается хозяина. И, к стыду последнего, начинает отзываться возбуждением. Узумаки чувствует задом выпуклость, но ничуть не смущается, лишь улыбаясь, продолжая движения. – Так просто, – шепчет он. Копирующий умирает, он не знает, что делать с собой, как контролировать это. Он то белеет, то краснеет, тратя все свои силы на то, чтобы сдержаться и не толкнуться бёдрами вверх. Просто лежать становится невыносимо. Он уже отпускает книгу, пытаясь высвободить руку, чтобы спихнуть с себя Наруто. В эту секунду с улицы доносится спасительный рёв. – УЗУМАКИ НАРУТО, ЕСЛИ ТЫ ЧЕРЕЗ ПЯТЬ СЕКУНД, НЕ БУДЕШЬ РЯДОМ СО МНОЙ, ТЫ ОСТАНЕШЬСЯ В ЭТОЙ БОЛЬНИЦЕ ЕЩЁ КАК МИНИМУМ НА НЕДЕЛЮ!!! Мальчишка останавливается, кладя голову на плечо Хатаке. – Сааакура-тян, я был так близко, – улыбается он. Какаши чуть ли не плачет от счастья, вознося Харуно второй раз за сегодня до небес. Спасён! Он спасён! Наруто медленно приподнимается, смотря на творение своих действий. Раскрасневшийся, чуть взмокший учитель лежит под ним и совершенно не может пошевелиться. Грудь под белым одеялом ходит ходуном, рот приоткрыт, что видно даже под маской, глаза широко распахнуты и чуть затуманены. В зад упирается каменный стояк, словом такой же, как и у самого Узумаки. Что за прелестная картина! Наруто почему-то не особо волнует, что это вообще-то его учитель, человек, который старше его на десять лет. Отвращения он никакого не чувствует, наоборот присутствует некое желание продолжить начатое. – Вернёмся к этому вопросу позже, Какаши-сенсей. Выздоравливайте! – произносит Наруто, тут же выскакивая в окно. С улицы через мгновение слышится возмущенный голос Сакуры и весёлый Узумаки. Копирующий закрывает лицо руками, пытаясь осознать, что только что произошло. Чёрт. Чёрт. Чёрт! Из-за ранения он совершенно ничего не мог сделать. Он полностью поддался провокациям мальчишки. С чего вдруг он так сильно возбудился?! Сердце колотится как сумасшедшее. Какаши не привык к такой близости. Но он больше не допустит такого! В следующий раз, а он уверен, что он будет, Копирующий покажет, кто тут главный. Но это потом, а сейчас рука предательски опускается на изнывающий орган, сжимая его через одеяло и одежду. – Почему это происходит именно со мной! – еле выговаривает Хатаке, искренне не понимая.