Одиночки вместе

Какаши останавливается у какого-то дерева, тяжело приваливаясь к нему. Совладать с собственным телом не так-то просто. Особенно когда нужно контролировать не только себя, но и Наруто, который совсем не помогает двигаться, всем своим весом повисая на Хатаке. "– Какаши-сенсей это заварил, пусть теперь и исправляет," – думает мальчишка. Всё тело разрывает от возбуждения. Рука учителя, сжимающаяся на талии, сводит с ума. – Хэй, ты как? – с некоторым волнением спрашивает Хатаке. Всё-таки, действительно, это он виноват. Он повёлся на провокацию и перешёл все границы. Становится не то, чтобы стыдно, скорее, в общем и целом, ситуация смущает. Но несмотря на это ниндзя не может не отметить, как маняще сейчас выглядит Наруто. Нужно срочно уходить, пока они оба не натворили что-то ещё. Узумаки в ответ мычит что-то неопределённое. – Ээ, ну, я подожду, пока ты приведёшь себя в порядок, вон там, – Копирующий неопределённо показывает куда-то себе за спину, аккуратно смахивая с себя руку Узумаки. Только тогда до Наруто доходит, что к чему. "– Да он собирается сбежать!" –вопит возмущённо сознание. Наруто с таким положением дел категорически не согласен. С чего это ему самому нужно разбираться с этим? Через мгновение уже Какаши прижат к дереву натренированным телом своего ученика. Из-за такого манёвра тазобедренная косточка парня проезжается по возбуждённому органу сенсея, член Наруто упирается в бедро Копирующего. С губ обоих срывается стон, сливаясь воедино. Воздух из лёгких будто выбивает. Узумаки тяжело дышит куда-то в ключицу учителя, положив тому голову на плечо. – Что ты?! – нервничает Хатаке. Он поднимает руки, чтобы оттолкнуть от себя ученика, но Наруто останавливает его, удерживая за запястья. Юный ниндзя запрокидывает голову, сталкиваясь взглядом с Какаши. Взгляд Наруто тяжёлый, некогда ярко-голубые глаза теперь кажутся насыщенно синими. Этот взгляд приковывает, заставляет подчиняться. – Куда-то спешите, Какаши-сенсей? Я думаю, Вам нужно остаться, – низким, властным голосом не советует – приказывает парень, толкаясь вперёд. Хатаке закусывает до крови губу, мысли путаются в голове. Чёрт! Он должен уйти. Он не должен быть здесь. Не должен просто стоять и позволять всё это. Но вновь посмотрев на лицо Наруто, Какаши не может противиться. Он снова сдаётся этому мальчишке. Ноги чуть съезжают, чтобы скомпенсировать разницу в росте. Руки безвольно повисают вдоль туловища. Голова ложится на плечо Наруто. Этими действиями Какаши безмолвно разрешает делать с собой всё, что вздумается его ученику. Хатаке разберётся со всем позже. Сейчас он отпускает момент. Сейчас всё, что волнует его, это невозможная теснота штанов, которые болезненно давят на колом стоящий член. Наруто, почувствовав свободу действий, улыбается, перемещая свои руки. Одну он кладёт на бедро учителя, вторую протискивает между телами, скользя ею вниз. Узумаки расстёгивает ширинку на своих штанах, приспуская их вместе с бельём, высвобождая напряжённый орган. Затем он проделывает тоже самое с одеждой Какаши. От чего последний моментально краснеет, сильнее пряча лицо. О́рганы сталкиваются между собой. От соприкосновения кожи с кожей становится дурно. Их обоих будто прошибает разряд. С красных головок стекает смазка. Наруто обхватывает оба члена рукой у основания, чуть сжимая, и ведёт вверх. Добравшись до конца, он разжимает руку, трёт открытой ладонью, собирая жидкость, отчего оба закусывают губы. Затем Узумаки вновь сжимает руку, проводя по всей длине и размазывая естественную смазку. Наруто начинает плавные движения вверх-вниз, задыхаясь от ощущений. Хатаке впервые за долгое время не хватает воздуха в маске. То и дело по лесу разносятся несдержанные стоны. Всё, что происходит сейчас, слишком интимно, слишком непривычно, слишком ярко, слишком для них. Какаши не может оставаться безучастным дольше. Хочется больше, сильнее, быстрее. Хатаке ближе прижимает к себе мальчишку, хватая под ягодицу. Вторую руку он кладёт поверх руки Наруто, что двигается на их членах. Сильнее надавливая, ускоряя темп. Стоять с каждой секундой становится всё сложнее. Наруто утыкается в основание шеи учителя, время от времени прикусывая его через ткань от избытка эмоций. Горячее дыхание на шее, руки, ласкающие возбужденные органы, близость чужого тела – всё это сводит с ума. Хатаке кончает первым, закатывая глаза от удовольствия. Он никогда не испытывал чего-то подобного. Наруто догоняет его спустя ещё пару толчков, сильно прикусывая кожу через ткань. Скорее всего останется след. Но никого из них это сейчас особо не волнует. Тем более это же Какаши. Он же вечно в своей маске-водолазке. Даже если и что-то останется, никто никогда об этом не узнает. Копирующий, немного отдышавшись, достаёт из своей сумки так предусмотрительно положенную пачку салфеток. Он осторожно начинает стирать сперму. Аккуратно очищает руку Наруто, после проделывая тоже самое со своей. Они отстраняются друг от друга нехотя. Какаши потому, что придётся что-то сказать. Наруто же просто потому, что не хочет. Оба молчат, приводя свой внешний вид в порядок. Какаши боится, что после того, что произошло между ними, Наруто не сможет справиться с эмоциями, начнёт его избегать. Боится, что повредил психику ученика, ведь он ещё совсем юный. Хатаке взрослый, он сможет делать вид, будто ничего не было. У него превосходный контроль над собой. Ну, был когда-то... Пока Какаши думает, как бы начать разговор, мальчишка первым нарушает тишину: – Было круто, даттебайо! Как-нибудь повторим? – радостно произносит он и встаёт практически вплотную к учителю, скрещивая руки на груди. Он вглядывается тому в лицо из-под полуопущенных ресниц, стараясь уловить каждую эмоцию. "– Он что флиртует?" – проносится в голове Какаши. Ниндзя облегчённо выдыхает, смотря куда-то наверх. Он тут переживает, а у Наруто всё прекрасно. Шуточки стоит шутит. Какаши переводит на него уставший взгляд. В голубых глазах резвятся чертята. Так и хочется их приструнить. Копирующий заводит руку за тело мальчишки. Наруто щурит глаза, не смея пошевелиться, ожидая дальнейших действий. Хатаке ловит ленты протектора ученика, оттягивая их вниз. Из-за чего голова Наруто запрокидывается, фиксируясь в таком положении. Мало ли! Выкинет сейчас ещё что-нибудь, к чему Какаши опять не будет готов. – О тренировке не забыл, м? – как будто они только что чуть не потрахались, говорит старший и как можно строже добавляет, – Через пять минут жду на поле. – Главное, чтобы Вы не забыли, зачем мы сюда пришли, Какаши-сенсей, – не может не ответить Узумаки, нахально улыбаясь. "– Каков паршивец!" – думает Хатаке, сбивая ничего не подозревающего мальчишку с ног. Наруто падает на задницу, чуть вскрикивая. Какаши, подмигнув, исчезает из виду. – Как по-взрослому! – кричит ему в след Узумаки. На губах застывает счастливая улыбка. Наруто полностью поглощён процессом тренировки. Какаши полностью поглощён созерцанием Наруто. Хатаке незаметно наблюдает за ним из-за книги. Его ученик выкладывается на полную, не жалея сил. Несмотря на неудачи он пробует вновь и вновь. Это так… восхищает! Какаши переводит свой взгляд с одного на другого клона. Их так много! "– Его выносливость поражает," – думает Какаши, а затем слегка краснеет. Мысли после недавнего инцидента уходят куда-то не туда. Сердце вновь начинает бешено стучать. Хатаке никогда раньше ничего подобного не испытывал. Этот мальчишка! Его сила, его уверенность, его улыбка, его взгляд! Он так смотрит, боже. Какаши в удивлении приподнимает бровь, когда у одного из клонов получается сделать надрез на листе. И это прошло всего пару минут! Кажется, им понадобится намного меньше времени, чем рассчитывал Хатаке сначала. Наруто неожиданно появляется прямо перед лицом ничего не подозревающего сенсея. Мальчишка чуть усмехается, когда последний немного дёргается назад, через мгновение возвращая себе самообладание. Это движение совсем незаметно для Ямато, но не укрывается от глаз Узумаки. "– Где же Ваше хвалённое спокойствие, Какаши-сенсей?" – говорит он одним взглядом. Хатаке прищуривается, пытаясь понять, что он задумал на этот раз. – Какаши-сенсей, кто ещё в деревне специалист по моей стихии? – произносит парень. "– Умно, а он не такой дурак, каким себя показывает," – думает Копирующий. – Сейчас он скорее всего играет в шоги, – просто отвечает он. Клон уноситься прочь, понимая о ком идёт речь. Какаши гадает, что же ещё выкинет этот мальчишка. Через какое-то время по полигону проносится победный вопль. – Я сделал это, даттебайо! – кричит Наруто и улыбается безумно ярко, подбрасывая ровные половинки листов вверх. То же самое повторяют и его клоны. Выглядит эффектно. Какаши просто не может сдержать свою улыбку. И вообще это он придумал такой способ обучения. И он сработал! Ямато тоже рад, особенно потому что можно наконец передохну́ть. На первый взгляд кажется, что это задание легко далось Узумаки, но после того, как он рассеивает технику, заставляя исчезать клонов, сознание начинает плыть. На лице парня появляется безумная усталость, мешаясь с счастьем. Глаза закатываются. Узумаки начинает заваливаться вперёд. Какаши реагирует моментально, в миг оказываясь перед своим учеником, подставляя свою спину. Наруто без чувств падает на неё. Хатаке удерживает его за руку, понимая в эту секунду, что теперь всегда готов поймать и поддержать этого мальчишку. В памяти всплывает Обито. Значит это правильно, значит так и надо. – Да уж, такое под силу только тебе, – улыбается Копирующий, вкладывая сотню смыслов в одну фразу. Около него тут же возникают взволнованные Сай и Сакура. – С Наруто всё в порядке? – беспокойно спрашивает девушка. – Да, ему просто нужно немного отдохнуть, – спешит успокоить свою команду учитель и, не сдерживаясь, добавляет, – Невероятный парень. Сакура было начинает о чём-то думать после этих слов, но резко вспоминает – зачем она вообще здесь. – Какаши-сенсей, Цунаде-сама, – говорит Сакура. – Понял, – прерывает её Хатаке. Копирующий доносит Наруто до тени, создаваемой кроной дерева. Он аккуратно усаживает ученика на траву, прислоняя к стволу. Пару секунд Какаши рассматривает его спокойное лицо. Рука сама тянется к волосам цвета солнца. Какаши треплет по ним, произнося еле слышное: "Ты молодец". Затем он резко поднимается и поворачивается к Ямато. – Присмотри за ним, – просит Копирующий, тут же исчезая.