Одиночки вместе

Вопреки опасениям Шикамару никто изменений в поведении Наруто не заметил. Ну, улыбается как дурак всё время, но это же Наруто, он всегда такой. Кажется, в этот самый момент, сидя в кругу друзей, которые всё знают, но всё равно остаются с ним, и с мыслью о том, что твои чувства в какой-то степени взаимны, Наруто был по-настоящему счастлив. Хотелось кричать, смеяться и много-много обниматься, чем, собственно, Узумаки и занимался. Сюрприз, организованный Какаши-сенсеем, а в том, что это устроил именно он, парень не сомневался, удался на славу. Не только Наруто, но и все присутствующие смогли отдохнуть и хорошо провести время. Ближе к ночи все стали расходиться по домам. Ли, ТенТен и Неджи еле оттащили своего сенсея от Какаши. Видимо, затевалось очередное соревнование. Спустя десять минут долгих уговоров Неджи просто вырубил Гая с помощью техники мягкого касания, и Густобровик, закинув себе Гай-сенсея на спину, пообещал, что дальше позаботится о нём. Асума в обнимку с Куренай покинули дом вместе со знаменитой троицей ИноШикаЧо. Ирука перед уходом, обняв в очередной раз Наруто, взял с него обещание, что парень зайдёт к нему на днях, и они поболтают по душам. Сакура передала другу какие-то таблетки вместе с настоятельной рекомендацией – выдать алкоголикам с утра; а также новую банку с мазью для Какаши-сенсея. После чего девушка вместе с Саем последовала за остальными. В квартире остались четверо, из которых только двое были во вменяемом состоянии. Бабуля Цунаде, кажется, окончанием пьянки была совсем недовольна и искала хоть какие-то остатки алкоголя. А вот в Какаши-сенсее проснулся дух соперничества и его крайне возмущало исчезновение Гая. Шизуне с Наруто устало переглянулись, тяжело вздохнув. Именно им предстояло утихомирить и уложить этих двоих. – Наруто, здесь есть свободная комната, можете занять её с Какаши. Вряд ли сейчас тащить его к себе будет хорошей идеей, – сказала помощница Хокаге, на что Наруто благодарно кивнул. Он с ужасом думал о том, как будет волочить это пьяное тело по улицам. Можно было, конечно, последовать примеру команды Гая, но как-то не хотелось такой участи для Какаши-сенсея. Так что вариант переночевать здесь был лучшим. – Хэй, Какаши-сенсей, время идти спать, – говорит парень, аккуратно поднимая и удерживая за талию своего учителя, пока Шизуне пытается справиться с Цунаде. Всю дорогу до комнаты Хатаке сопротивляется, из-за чего Наруто приходится сильнее прижимать того к себе. Наруто просит быть Какаши спокойнее, грозится вырубить его также, как Неджи Гай-сенсея, умоляет сделать ещё хотя бы пару шажков, клянётся, что больше не даст ему напиваться до такого состояния, а уже, стоя у кровати, начинает читать тому лекции о вреде алкоголя и почему нельзя так много пить, хотя бы на глазах Наруто. У Копирующего начинает болеть голова. Мало того, что все куда-то исчезли, его самого потащили непонятно куда, так ещё и Наруто бесконечно болтает. Он, конечно, любит слушать мальчишку, но сейчас хочется немножко тишины, коли пьянка закончилась. Поэтому Хатаке, как истинный фанат книжек Джирайи, недолго думая над тем, как быстро заткнуть мальчишку, поворачивает его лицо к себе и прямо через маску прижимается своими губами к его. Это даже поцелуем назвать нельзя, просто касание, но у Наруто прямо сейчас, кажется, сердце из груди выпрыгнет. Он во все глаза пялится на Какаши, который прикрыл видимый глаз, а ещё его тело как будто обмякает в руках Наруто. Погодите-ка! "– Какаши-сенсей, Вы что серьёзно заснули в такой момент?!" – вопит сознание Узумаки, пока он шокировано отстраняется. Ну, да. Точно! Спит! Это надо же было так умудриться! Не так себе Наруто это представлял, ой, не так. – Как опрометчиво с Вашей стороны, – шепчет Наруто, опрокидывая безвольное тело на кровать, нависая сверху. Он облизывает вмиг ставшие сухими губы, наблюдая за умиротворённым лицом сенсея. Как бы ему хотелось сейчас стянуть с него эту таинственную маску и впиться в столь желанные губы. Но нельзя. Не сейчас. Парень глубоко вздыхает, возвращая себе самообладание. Осторожно, чтобы не разбудить снимает протектор, а затем и перчатки. Медленно стягивает жилет, запрещая себе думать о лишнем. Аккуратно разматывает бинт, тут же обрабатывая руку мазью. Наруто с улыбкой отмечает, что раны почти полностью затянулись. Снимать штаны Узумаки не решается, поэтому просто накрывает Какаши одеялом. Убедившись, что учитель спит и полюбовавшись им ещё пару минут, парень идёт умываться. Заперевшись в туалете, Наруто прикладывает к своим губам руку. На них до сир пор как будто ощущается дыхание Какаши-сенсея. Необычно. Когда Наруто приходилось целоваться с Саске всё было совершенно по-другому. Наверное, это потому, что тебя целует тот, кто тебе не безразличен. Да и сейчас, хоть Какаши-сенсей и был пьян, он сам потянулся к Наруто. Это не было случайностью. Это было намеренно, хоть и под действием алкоголя. Наруто решает, что он просто обязан обвести этот день у себя в календаре ярко-красным. Уж слишком много всего произошло. Много хорошего, желанного, нового. Парень в очередной раз умывает лицо. Идти в душ слишком лень. Да и всё равно нет чистой одежды. Наруто просидел бы здесь ещё очень долго, но он, к сожалению, здесь не один, поэтому, когда в дверь настойчиво стучат в третий раз, он с виноватым видом выходит, уверяя Шизуне, что совсем он не стесняется идти к Хатаке. И это правда. Дело не в стеснении. Да, кровать одна. Да, они уже спали так днём совсем недавно. Но сейчас Какаши-сенсей его поцеловал и пусть пока не ему, но всё-таки признался в своих чувствах. И как прикажете с этой информацией Наруто просто лечь спать рядом с ним? Парень снимает свою олимпийку, оставаясь в штанах и сетчатой майке, перед этим ставя захваченный из кухни стакан с водой и принесённые Сакурой таблетки возле кровати. Он осторожно укладывается по левую руку от Копирующего, не решаясь залезть под одеяло и вообще смотреть вправо. И всё идёт просто замечательно до тех пор, пока Наруто не понимает, что уже час пялится в окно. Заснуть без одеяла, да ещё, и не обнимая что-либо просто невозможно для него. Узумаки думает, что ему необходимо поспать хотя бы немножко, потому что кто знает, что его будет ждать завтра. Поэтому Наруто, наплевав на всё, быстро ныряет под одеяло. Оно не слишком большое, поэтому расстояние между ним и Какаши уменьшается. Парень чувствует тепло рядом с собой, которое передаётся и ему. Это успокаивает, расслабляет. Наруто не замечает, как засыпает. Уже во сне парень прижимается к Хатаке, как в первый раз опутывая его всеми конечностями. Какаши неосознанно приобнимает мальчишку в ответ. И всё это кажется слишком правильным. Какаши просыпается первым от того, что слишком сильно болит голова, во рту пересохло и вообще безумно жарко. Еле разлепив глаза, Копирующий у себя на груди замечает блондинистую макушку. Наруто. Какаши не знает, что его больше удивляет: то, что он проснулся не один или же то, что он с удовольствием обнимает в ответ своего ученика, что практически полностью лежит на нём. "– Или то, что ты его вчера поцеловал, а перед этим признался всем друзьям, что он тебе нравится," – услужливо подбрасывает память, из-за чего Хатаке безбожно краснеет. Чёрт. Да, он может напиться до состояния, когда тело двигается само по себе, а с языка слетают все мысли, далеко запрятанные в сознание, но он всегда досконально помнит всё то, что происходило с ним. И сейчас это безумно смущает. Всегда спокойный, хладнокровный человек, чьим коньком всегда было скрывать свои чувства и эмоции из-за какого-то мальчишки выдаёт такое. Дурацкое сердце не может спокойно работать при одной мысли о Наруто, а с губ не сходит совершенно дурацкая улыбка. И что совсем этим делать абсолютно непонятно. Всё это так ново и необычно. А ещё, кажется, безумно неправильным. Вчерашние слова Асумы немного успокаивают, но не дают полной уверенности. Хатаке решает, что ему о многом нужно подумать. Побыть немного одному. Разобраться в себе и своих чувствах. Но сперва нужно привести себя в нормальное состояние и наконец-то попить! Оглядев комнату и себя, Какаши замечает, что лишняя одежда на нём отсутствует, бинты с руки сняты, а на тумбочке стоит стакан воды, рядом с которым лежат несколько таблеток. И, чёрт, как тут можно не думать о Наруто, в каждом действии которого читается забота. Хатаке привык быть сам по себе и, поэтому, видя, что кто-то ещё думает о тебе, не может контролировать приятное тепло, растекающееся по телу. Посмотрев в очередной раз на парня, Какаши со вздохом замечает, что вставать тот, видимо, не собирается. А уже через мгновение с силой закусывает губу, еле сдерживая стон, потому что нога Узумаки чуть смещается вниз, проезжаясь по утреннему стояку. Он точно здесь умрёт, а Наруто даже и не заметит, предвидит Хатаке, судорожно пытаясь придумать как ему выбраться. Будить парня совершенно не хочется, поэтому Какаши осторожно поворачивается, меняя их с Наруто местами. Теперь он нависает над учеником: Хатаке упирается левой рукой и коленями меж разведённых ног Наруто, еле удерживая равновесие – после вчерашней пьянки слишком штормит, и молясь всем богам, чтобы Наруто не проснулся. Только не сейчас, когда их лица и тела находятся так близко к друг другу. Хатаке аккуратно вытягивает свою руку из-под головы мальчишки, тут же подцепляя ей свою подушку, которую моментально кладёт на Наруто заместо своего тело, быстро спрыгивая на пол. Наруто будто чувствует подмену, хмурит во сне брови, обиженно дует губы, но всё-таки обхватывает её руками и ногами, поворачиваясь к Какаши спиной. Последний по-доброму усмехается. Наруто такой милый, когда спит. Он забирает стакан вместе с таблетками, тихо покидая сначала комнату, а затем умывшись и дом. Он понимает, что выглядит всё так, как будто он сбегает, но ничего не может с собой поделать. Ему действительно нужно побыть сейчас одному. Наруто просыпается примерно через два часа после ухода Какаши. С грустью смотрит на пустующую половину кровати. Сконцентрировавшись, юноша понимает, что чакры учителя поблизости нет. Он ушёл. И Наруто правда пытается не накручивать себя тем, что это он сделал что-то не так, но выходит из рук вон плохо. Когда мысли становятся слишком гнетущими, парень решается выйти, тем более с кухни доносится приятный аромат чего-то нереально вкусного. У плиты обнаруживается Шизуне, которая готовит нехитрый завтрак. Девушка, будто почувствовав на себе взгляд, оборачивается и, понимая, кто перед ней, тепло улыбается. Наруто не может сдержать улыбки в ответ. – А, Наруто, это ты. Садись за стол, всё почти готово. А где Какаши? Настроение вновь становится паршивым. – О-он ушёл, – предательски дрогнувшим голосом сообщает Наруто. – И чего ты сразу нюни развесил? – доносится со спины строгий голос бабки Цунаде, от чего Наруто вздрагивает, – Вернётся к тебе твой ненаглядный. Дай ему время, а мне пройти и попить, иначе, клянусь, я за себя не ручаюсь. – Да не мой он, – мнётся донельзя смущённый парень, освобождая проход. – Да-да, так я и поверила, – закатывает глаза Хокаге, жадно припадая к графину с водой. – Пока не мой, – с тем же огнём в глазах, с которым заявляет, что обязательно станет Хокаге, добавляет Наруто. Шизуне с Цунаде переглядываются. Да, вот тот Наруто, которого они все знают и любят. В остальном завтрак проходит тихо и спокойно. Узумаки в миллионный раз благодарит всех за всё на свете, прощается и уходит к себе домой. Нужно помыться, сделать некоторые дела по дому, а затем уже пойти поговорить с Какаши-сенсеем. Мальчишка заканчивает со всем только ко второй половине дня. Прошло достаточно времени, а посему тянуть со встречей больше нельзя. Поэтому парень быстро выскакивает на улицу, но направляется не к дому сенсея. "– Если я достаточно хорошо его знаю, то он должен быть там," – решает парень, двигаясь в сторону окраины деревни. Несмотря на то, что он угадал, Узумаки совсем не рад этому. Ведь Какаши вновь стоит каменным изваянием на том же месте, что и всегда, и будто копирует тысячи могильных камней, окружающих его. Его плечи сгорблены, взгляд таит в себе слишком глубокие чувства вины, раскаяния и безмерной тоски. Наруто хочет прекратить терзания учителя, забрать всю его боль себе, сделать хоть что-то, но парень не в силах пошевелиться. Он наблюдает за Какаши с большой ветки дерева, стоящего рядом со входом. Кажется, переживая всё то, что творится на душе у Хатаке, вместе с ним. Сколько они проводят здесь времени неизвестно, но, когда Какаши в очередной раз тяжело вздыхает, напоследок проведя рукой по холодному камню, и направляется к выходу, солнце клонится к закату. – Наруто, я знаю, что ты здесь, – тихо произносит он, проходя мимо того самого дерева, на котором сидел парень, задержав дыхание. – Простите, – Узумаки смущённо чешет затылок, спрыгивая вниз. – Всё нормально. Тебе не за что извиняться. Ты что-то хотел? – Да! – слишком оживлённо произносит парень, выдавая своё волнение с головой, а затем с силой прикусывая себе язык, уже спокойнее продолжает, – Хочу показать Вам одно место. Составите мне компанию? И Хатаке просто не может отказать. Ему нужно отвлечься, нужно снова почувствовать себя живым, а это выходит только рядом с этим пареньком. Он медленно кивает, получая в ответ широкую, полную облегчения улыбку. Наруто отводит взгляд, смотрит на небо, и с громким: "Тогда не отставайте! Нам нужно спешить!" – срывается с места, заливаясь смехом. Какаши следует за ним. Спустя всего каких-то десять минут они уже стоят на горе с высеченными лицами Хокаге. Наруто, задыхаясь от длительного бега, щурит глаза, глядя на уже наполовину зашедшее солнце, и неосознанно хватает сенсея за руку, вынуждая того идти как можно быстрее за собой. – Мы на месте! Вы только посмотрите на это! Так красиво! – завороженно говорит Наруто, смотря на деревню, что сейчас словно окутана оранжевым светом, и не выпуская руки Какаши. – Очень красиво, – соглашается с ним Хатаке, не поднимая взгляд с их сцепленных рук. Сердце то ли от недавней физической активности, то ли от такой незатейливой близости вот-вот выпрыгнет из груди. Наруто, будто чувствуя, что Какаши смотрит не туда куда надо, поворачивается к нему. Какаши моментально поднимает голову, щёки под маской краснеют, дыхание сбивается по новой. Словно Наруто поймал его за чем-то запрещённым, думает Хатаке, не в силах объяснить свою реакцию. Лицо Наруто сейчас тоже по-особенному красивое. Лучи, путающиеся в волосах, очаровывают. – Какаши-сенсей, можно я кое-что сделаю? – шепчет парень, боясь нарушить создавшуюся атмосферу. – Да? – также шёпотом ни то разрешая, ни то спрашивая отвечает ему Хатаке. И Наруто моментально впечатывается в сенсея всем своим телом, будто боясь, что он сейчас передумает. Узумаки крепко-крепко обнимает Какаши, пряча свою голову тому где-то в район шеи. Хатаке замирает, взвешивает все «за» и «против», но уже через мгновение, послав всё к чертям, также крепко обнимает в ответ. Он зарывается носом в светлую макушку, вдыхая за это время ставший родным запах. Какаши не обращает внимание на совсем скрывшееся за горизонтом солнце, ведь рядом с ним стоит своё собственное. Наруто полностью концентрируется на сердцебиении старшего, наслаждаясь моментом. Они нехотя отстраняются только тогда, когда оба уже не в силах терпеть напряжение в ногах из-за долгого стояния на месте. Они всё ещё стоят слишком близко, неотрывно глядя друг другу в глаза. Какаши отводит взгляд первым, заводя руку за спину. Через несколько секунд он протягивает Наруто два колокольчика, с которых можно сказать и началось их знакомство. – Хэй, Наруто, ты же помнишь их? – с надеждой спрашивает Хатаке, слишком многое они для него значат. – Как такое забыть, даттебайо? – недовольно произносит парень. – Хорошо. Я хочу, чтобы ты их починил. Они сильно погнулись за всё то время, что я их ношу с собой. – И как же я должен это сделать? И почему именно я? – искренне не понимает Наруто. Как вообще всё к этому пришло? – Я уверен, ты сам догадаешься. Я могу доверить их только тебе, – улыбается мужчина тому, как Наруто дует губы. – Хорошо, я сделаю. Но взамен я хочу, чтобы Вы пообещали мне, что если Вас будет что-то тревожить, у Вас будут какие-то проблемы или же Вы просто захотите поговорить, то не забывайте, что я всегда рядом, я всегда Вас выслушаю, поддержу и всегда помогу. Только не держите всё в себе. Договорились? Хатаке в который раз убеждается, что его ученик уже давно не ребёнок. Он прекрасно понимает чувства окружающих и ни за что никого не оставит в беде. Какаши снова безумно гордится Наруто. – Договорились, – тянет руку для рукопожатия сенсей, Наруто сразу же отвечает на него. Поболтав ещё немного на отвлечённые темы, они расходятся по домам. Каждый из них слишком счастлив сейчас и даже не догадывается, что на следующий день Какаши добровольно покинет деревню, находясь под вражеской техникой, со смертельной печатью на руке.