Rompre la glace

День близился к закату, погружая Хогсмид в легкий сумрак. Легкий, еще по летнему теплый, ветерок бродил по мощеным улочкам, то и дело кружа в танце первые опавшие листья. Казалось, что атмосфера спокойствия в деревушке нерушима и, несмотря на все происходящее во внешнем мире, местные жизни ни при каких обстоятельствах не отменят вечернюю прогулку к Черному озеру или посиделки с соседями в Трех Метлах за кружкой сливочного пива. Хогсмид действительно был очарователен в любое время года, однако появление юных волшебников каждое первое сентября преображало деревушку, словно вдыхая новую жизнь в каждый покосившийся домик. Гудок поезда, означавший прибытие Хогвартс-экспресса, наполнял сердца местных жителей предвкушением. Вот-вот толпа ребят выйдет на станцию и с интересом примется рассматривать причудливую механическую куклу, украшающую фасад магазина «Зонко», который едва ли можно было не заметить даже со станции. Самые непоседливые студенты даже попытаются ускользнуть от внимательного взгляда Хагрида, чтобы на минутку забежать в «Сладкое королевство» и прикупить к началу учебного года пару карамельных бомб или десяток-другой жевательных резинок Друбблс. Конечно же Хагрид поймает беглецов и грозно скажет несколько слов о нарушении установленного режима, но это все лишь для вида, ведь после недолгого монолога он слегка нахмурит брови, почешет густую вьющуюся бороду и подмигнет предприимчивым студентам, крикнув вслед чтобы те поторапливались. Так проходит каждое первое сентября на станции Хогсмид. Этот год не обещал быть исключением… Едва Хогвартс-экспресс остановился, буквально в считанные секунды на перрон высыпала шумная толпа студентов. Черные мантии с разноцветными нашивками заполнили каждый клочок земли вблизи станции Хогсмид. Старосты факультетов, руководящие погрузкой чемоданов в кареты, только и успевали делать замечания первокурсникам. Где-то задорно шумела компания студентов, наперебой рассказывающих друг-другу истории о летних каникулах. То тут, то там раздавались приветственные крики. Конечно, были и те, кто воспринимал начало нового учебного года куда более спокойно и оттого либо тихо приветствовал однокурсников рукопожатием, либо вовсе молчаливо курил чуть поодаль от основного потока волшебников. Казалось, что ничего не напоминает о страшных событиях, произошедших в школе и ее окрестностях совсем недавно. Пожалуй, это было к лучшему. — Прошу, — Рон учтиво протянул руку Софии, помогая ей сойти с поезда. — Премного благодарна!— девушка улыбнулась безупречной улыбкой и присела в шуточном реверансе. Следом за наследницей рода Берталь, Уизли помог спуститься на платформу Гермионе и Астерии, которая казалась ему непривычно молчаливой. Несмотря на то, что парень совсем недавно познакомился с девушкой, ему казалось, что он знал ее добрый десяток лет, если не целую жизнь. За несколько дней, которые чета Уизли гостила в поместье семьи Алеотти, Рон успел обсудить с Астерией чуть ли не всю свою жизнь и даже умудрился поцеловать волшебницу в щеку. Это вызвало неоднозначную реакцию среди его окружения: Фред и Джордж улюлюкали, как только замечали парня неподалеку от девушки, и то и дело отпускали шутки в его сторону; Гарри лишь одобрительно потрепал друга по плечу, но в подробности произошедшего вдаваться не стал; Гермиона же почему-то перестала хоть сколько-нибудь обращать свое внимание на все происходящее вокруг нее и все чаще сидела в своей комнате в окружении учебников, которые предусмотрительно были приобретены девушкой задолго до начала учебного года. Остальные, казалось, и вовсе не обратили на это небольшое событие никакого внимания. Сегодня же, Рон вовсе не узнавал обычно улыбчивую и радостную Астерию, которая светом своих янтарных глаз, казалось, была способна растопить любую печаль этого мира. За несколько часов, проведенных в одном купе, он так и не заметил ни одного хотя бы подобия улыбки на лице девушки. Ни одна из его многочисленных попыток узнать о причинах таких перемен так и не увенчалась успехом. Зато, вместо ответа на свои вопросы, он несколько раз получил по ноге от Софии, которая время от времени пихала его под столом. Восприняв это как знак, Рон все же оставил затею и перестал задавать вопросы, но все равно наблюдал за Астерией. — Все хорошо? Скажи, если я сделал что-то не так или могу чем-то помочь, — прошептал Рон, беря чемодан из рук девушки. — Я не хочу навязываться, но я волнуюсь. Если я могу хоть что-то сделать, ты только скажи. Ты же знаешь, я сразу… — Все хорошо, правда. Ты ничего не сделал и тебе не следует переживать, — перебила его девушка, расплываясь в благодарной улыбке. Она действительно ценила все то внимание, которое на протяжении всей поездки оказывал ей парень, но порой секреты должны оставаться секретами. — Мне правда очень приятна твоя забота, но ничего страшного не произошло. Возникло некоторое недопонимание с родителями, да и переезд в незнакомую школу — мероприятие волнительное. Уверена, что скоро все вернется на свои места, но сейчас мне нужно немного времени, чтобы обо всем подумать, — девушка еще раз улыбнулась и, на мгновение остановившись, посмотрела парню прямо в глаза. — Конечно, я понимаю. Прости, что донимал тебя весь день. Почему-то я даже не подумал о том, что для тебя это все будет в новинку… — неловко улыбнувшись, парень почесал затылок. — Уверен, что вам понравится в Хогвартсе! — Да, я очень на это надеюсь, — отозвалась девушка. Следом за парочкой шумной процессией двигались Гарри, Джинни, Гермиона и близнецы. Почти дойдя до карет, запряженных фестралами, которые должны были отвезти студентов прямиком к главным воротам замка, Астерия остановилась и огляделась вокруг. — Подождите, кто-нибудь видел Софию? — обеспокоенно произнесла девушка, озираясь по сторонам. — Мне казалось, что она все время была рядом. Вот, даже чемодан здесь, — отозвался Джордж, кивком головы указывая на чемодан. — Наверное она немного отстала и вот-вот подойдет, — устало вздохнула Гермиона. — Если мы хотим успеть разложить вещи до ужина, то нам следует поторопиться. София может поехать в замок на другой карете, а мы обязательно найдем ее в большом зале перед началом вступительной речи Дамблдора. Ощутив некоторое безразличие и отчетливую усталость в голосе волшебницы, Астерия буквально заставила себя улыбнуться и быстро замотала головой. — Вы поезжайте, не ждите. Я бы не хотела оставлять ее здесь одну, мало ли что может произойти. К тому же я уверена, что у нас все равно возникнут проблемы с поселением, поэтому я бы не хотела вас задерживать. Но буду очень рада, если вы возьмете наши чемоданы, — не дожидаясь ответа девушка развернулась и решительно направилась обратно в сторону станции. Рассудив, что спор ни к чему не приведет, компания все же загрузилась в карету, прихватив с собой чемоданы новеньких.

***

Астерия, пробираясь сквозь поток студентов, движущийся в сторону леса, то и дело оглядывалась по сторонам, выискивая в толпе белоснежную макушку. Почти дойдя до станции, Алеотти заметила подругу, стоящую в окружении уже знакомой компании студентов змеиного факультета. Обстановка, судя по выражению лица Софии, явно не была дружеской, поэтому девушка машинально сжала палочку в кармане мантии. Ловко преодолев разделяющее их расстояние, Астерия оказалась за спинами слизеринцев и нарочито громко откашлялась, привлекая к себе внимание. Реакция не заставила себя ждать, и под одобрительное улюлюканье сокурсников, предводитель компании в лице Теодора Нотта обернулся к волшебнице. — Ох, мисс Алеотти, вы как раз во время. Мы с друзьями буквально только что объясняли мисс Берталь чем для нее опасно общение с такими как вы, — злорадно улыбнувшись, протянул слизеринец. — Я думаю, что мисс Берталь сама в состоянии принимать решения и подобного рода разъяснения совершенно неуместны, — невозмутимо произнесла Астерия. — Я никоим образом не хотела мешать вашей беседе, однако хотела бы сообщить Софии, с вашего позволения, — язвительно протянула девушка, — что ее ожидают. Поэтому, если вы, господа, не против, я была бы рада сопроводить мисс Берталь на ее нелегком и опасном пути в сторону замка. Переведя взгляд на подругу, Астерия чуть не разразилась хохотом, увидев как София театрально прикладывает руку к голове и обмахивается воображаемым веером, изображая из себя благородную даму, которой стало дурно во время долгой прогулки по парку. Несколько студентов, наблюдавших за этой картиной, не обладая такой выдержкой как у Астерии, все же засмеялись, но тут же замолкли, поймав на себе яростный взгляд Нотта. Слизеринец явно не испытывал ни малейшего воодушевления от всего происходящего, и, невзирая на шаткое положение своего факультета, явно был не готов становиться объектом насмешек. Он резко достал палочку из кармана мантии и приставил ее к горлу волшебницы, в считанные секунды преодолев разделяющее их расстояние. К его удивлению, лицо девушки не выражало никаких эмоций и она ни на миллиметр не сдвинулась с места, словно ей было совсем не страшно. Это лишь еще больше разозлило парня, отчего его и без того темные глаза вовсе почернели. — Что ты о себе возомнила, паршивая грязнокровка? — едва ли не по слогам протянул Теодор, сильнее прижимая палочку к горлу девушки. — Что я о себе возомнила — не имеет ни малейшего значения, — без единого намека на страх отозвалась Астерия. — Куда интереснее что ты о себе возомнил, — ехидно протянула девушка. — Позволь, я дам тебе небольшой дружеский совет… Играй в своей лиге и выбирай в соперники того, кого может впечатлить твой пустой треп, — слегка наклонившись, девушка увернулась от палочки волшебника и слегка отошла. Теодор был настолько ошеломлен дерзостью Астерии, что никак не отреагировал на действия волшебницы. Пульсирующая ярость эхом звенела у него в ушах. Весь окружающий мир смешался и разбился на множество мельчайших фрагментов, которые никак не хотели складываться в единый пазл. Тупая злость наполняла все тело волшебника, отчего глаза стали совсем черными, а ноздри раздувались до каких-то невероятных размеров. Все это происходит с ним, происходит на самом деле. Эта маленькая безродная дрянь не только не боится его, но и позволяет себе выставлять его посмешищем на глазах у всей школы. — Если ты настолько веришь во всю эту чушь про чистоту крови, то ты должен был быть там в ту ночь, — девушка указала тонким пальчиком на здание школы, — в противном случае твои слова ничего не значат. Твои убеждения не определяют тебя и не имеют ни малейшего значения, если ты не готов бороться за них. А ты не готов, — волшебница усмехнулась, — уж я то знаю. Потому что я была там тогда… А ты, как и подобает крысам, отсиживался в темном углу, поджав хвост. Вокруг волшебников собралась целая толпа студентов. Уже никто не спешил к каретам, чтобы последовать примеру Гермионы и успеть разобрать вещи перед ужином, ведь здесь, рядом со станцией Хогсмид, разворачивались куда более интересные события. Толпа выжидающе смотрела то на знаменитого слизеринца, который за столько лет обучения в школе успел нажить немало недоброжелателей, то на девушку в форме академии Шармбатон, которая, еще даже не оказавшись в самом Хогвартсе, успела завоевать сердца чуть ли не всей школы. — Повтори, дрянь… — прошипел Теодор. — Ты все прекрасно слышал. После драки кулаками не машут, — безразлично протянула девушка. — Раз ты веришь, что такие как я не должны жить — тебе следовало принять вызов и побороться за свои убеждения. Сейчас же любое твое слово выглядит просто жалко. Не желая продолжать разговор, Астерия кивнула Софии и, развернувшись к парню спиной, направилась прочь от станции. На секунду толпа замерла в оцепенении. Многие из студентов закрыли глаза и прикрыл голову, ожидая что зеленое заклинание, выпущенное Ноттом, поразит волшебницу. Но ни крика, ни падения тела не последовало. Ошеломленно переглянувшись, студенты почти одновременно повернулись к девушке. Астерия стояла как ни в чем не бывало. Казалось, что это было всеобщее помутнение рассудка, и слизеринец вовсе не выпускал в девушку боевой сглаз. Только лишь палочка в руках волшебницы, направленная прямиком в сторону Нотта, не давала усомниться в реальности всего происходящего. — Я же сказала, — едва слышно прошипела девушка, заправляя выбившиеся пряди длинных каштановых волос за ухо, — играй в своей лиге… Ловким движением Алеотти убрала палочку и протиснулась сквозь толпу, оставляя позади себя не только ошарашенного Теодора и его свиту, но и добрую половину студентов Хогвартса. Неловко улыбнувшись, София протараторила что-то о том, что всем следует поспешить к каретам, и чуть ли не бегом бросилась вслед за подругой.

***

Усевшись в карету, Астерия тяжело вздохнула. — Прости, — она виновато обратилась к подруге, — я не думала что все так получится. Пожалуй, все произошедшее сказалось на мне сильнее, чем я могла представить. Еще немного и я бы не сдержалась. София лишь обняла девушку за плечи, заметив, что та слегка подрагивает. Как бы не храбрилась Астерия, София прекрасно знала, что все происходящее буквально рвет ее на части. Чувство собственного бессилия медленно пожирало француженку. Единственное, чего сейчас действительно хотелось бы — оказаться в своей любимой комнате в академии, зажечь карту звездного неба на потолке и просто лежать в обнимку со своим самым близким человеком. «Уверена, что ты бы тоже этого хотела» — подумала София, продолжая поглаживать каштаново-медные волосы подруги.

***

Дорога до Хогвартса прошла без происшествий. Несмотря на то, что кареты с фестралами двигались довольно быстро, солнце успело окончательно опуститься за горизонт. К моменту когда последние студенты наконец-таки добрались до школы, все небо уже было усеяно россыпью звезд, а в водной глади Черного озера отражалась луна. Поскольку девушки не получили никакой информации о месте своего проживания в Хогвартсе, было решено оставить чемоданы у входа в большой зал. Нерешительно застыв у массивных входных дверей, подруги все же решили не входить и не привлекать к себе еще больше внимания. Спустя несколько минут пустого хождения по коридору взад-вперед, девушки услышали что-то про программу обмена, о которой Дамблдор говорил в своей вступительной речи. Еще минуту спустя, дверь магическим образом отворилась и на студенток французской академии уставились все ученики, присутствующие в большом зале. София от такого внимания залилась краской, а Астерия лишь доброжелательно улыбнулась всем присутствующим и присела в легком реверансе. Мадам Максим, если бы видела это, определенно бы цокнула и закатила глаза, начав рассказывать о важности манер и о необходимости синхронности действий. Но, к счастью, директрисы академии Шармбатон здесь не было, да и обстоятельства едва ли давали девушкам возможность подготовить синхронное приветствие для учителей и студентов принимающей их школы. — Девушки, прошу, проходите, — профессор Дамблдор добродушно улыбнулся и развел руки в стороны, приглашая волшебниц в Большой зал. — Подойдите ко мне, дорогие. Я бы хотел представить вас всем студентам и профессорам. Девушки покорно вошли и направились прямиком к директору. Краем глаза Астерия видела как перешептываются между собой студенты, украдкой кивая на нее, но все это было вполне знакомо и привычно. Куда больше эмоций она испытала подняв глаза на собственную бабушку, которая величественно сидела за преподавательским столом и даже не подозревала о том, что смотрит не просто на иностранную студентку, а на собственную внучку. — Как многие из вас знают, — обратился к студентам Дамблдор, — между министерствами нескольких стран был заключен договор о научном обмене в целях углубления знаний у студентов. Поскольку ситуация на Турнире Трех Волшебников, о которой нам всем бы хотелось поскорее забыть, показала, что между представителями различных магических школ практически отсутствует контакт, я с большим удовольствием согласился принять в стенах Хогвартса двух очаровательных студенток из французской академии Шармбатон. Зал разразился громкими аплодисментами. С разных сторон слышались одобрительные возгласы и свист. Кто-то из учеников даже поднялся с собственных мест, дабы выразить почтение новоиспеченным студенткам. Было совершенно очевидно, что радость была связана не столько с одобрением идей министерства о международном обмене, сколько с одобрением поступка Астерии у станции Хогсмид. — Благодарю вас за столь теплое приветствие! — продолжил Дамблдор. Аплодисменты медленно стихли. — Мной было принято решение не ограничивать девушек принадлежностью к какому-то определенному факультету. Поэтому первое время вы, мисс Алеотти, — профессор посмотрел на Астерию, — и вы, мисс Берталь, будете жить в отдельных покоях в Западной башне. По соседству с вашими комнатами располагается кабинет заседаний администрации школы, поэтому вы без труда сможете найти кого-нибудь из профессоров, если вам что-нибудь понадобится. А теперь, прошу, присаживайтесь, — волшебник указал на стол Гриффиндора, отчего тот буквально взорвался аплодисментами. — Всю необходимую информацию о расписании занятий вам сообщит профессор Макгонагалл, а старосты факультета покажут вам дорогу до ваших покоев. Оглядев стол, и заметив Рона, активно размахивающего руками, девушки направились прямиком к нему и компании. Едва подруги успели опуститься на места, Уизли буквально набросился на них с ошарашенными глазами. — Я слышал о том, что произошло у станции. Боже, Астерия, это безумие. Этот идиот мог тебя ранить или еще чего похуже… — взволнованно протараторил Рон. — Спасибо за беспокойство, но все в порядке. Тебе не стоит за нас волноваться, — расплывшись в улыбке, отозвалась Алеотти, поправляя волосы. — Я постараюсь впредь не ввязываться в подобного рода истории. — Да уж, — встрял в разговор Гарри, — это конечно было круто, но слизеринцы — полные придурки. Они как раз те, от кого нужно ожидать удара в спину, поэтому будьте осторожней. Что-то мне подсказывает, что просто так эта ситуация не рассосется… Выслушав еще несколько наставлений от профессора по поводу начала учебного года, и похлопав немногочисленным первокурсникам, которые узнали от распределяющей шляпы свои факультеты, все приступили к трапезе. Голодные студенты настолько были увлечены ужином, что даже забывали смотреть по сторонам и общаться друг с другом. Можно предположить, что во всем Большом зале лишь одна Астерия вяло ковыряла вилкой в тарелке и периодически поглядывала на преподавательский стол. Заметив состояние подруги, София положила ей руку на плечо. — Если ты хочешь, мы можем пойти, — произнесла француженка. — Да, пожалуй, — отозвалась Алеотти и, заметив на себе взгляды студентов, поспешила добавить, — что-то я совсем неважно себя чувствую. — Если хотите, то я могу помочь добраться до комнат. Пир еще не окончен, поэтому вряд ли кто-то из старост захочет провожать вас, а без помощников вы точно потеряетесь, — учтиво предложил Рон. Слегка поразмыслив, подруги приняли предложение рыжеволосого друга и спустя несколько минут, после того как Рон уточнил у старост Гриффиндора информацию о месторасположении комнат девушек, все трое вышли из Большого зала.