Crystal artist

Прекрасный день. Ярко светит солнышко, несмотря на осень, оно хорошенько пригревает своими озорными лучиками животных и людей. На улице пахнет полусырой листвой, которая спряталась в тени и не успела высохнуть после росы, вчера было жарко, хотя это не типично для такого времени года. На деревьях копошатся маленькие птички, посвистывая веселые песенки. Отличное время, чтобы провести его на свежем воздухе с близкими людьми. Тэхен уселся в густых кустах, подальше от человеческих глаз, вглядываясь в интересную фигуру, получившуюся от сплетенных между собой веток, в виде изящной девушки балерины, кружащуюся на своих тоненьких ножках, обутые в белоснежные пуанты, среди обычной толпы людей-деревяшек. Она необычная, прекрасная, не такая, как все, не боится показывать настоящую себя, чувственно танцует под воображаемую музыку. Тэ изображает её в своём не большом альбоме для эскизов, сегодня он не стал брать все материалы, хотя давно не выходил на свежий воздух, чтобы порисовать. Просто бросил в рюкзак, что первое попалось карандаши и ластик, ему этого хватит, чтобы наверстать упущенное. Чонгук расположился на ближайшей лавочке, слушая в наушниках одну и ту же песню на репите группы Twenty one pilots — doubt, подпевая тихо слова: «Don't forget about me, Don't forget about me, Even when I doubt you, I'm no good without you, no, no.» Листая в телефоне абсолютно все социальные сети, что есть у него, он успевает сделать селфи, иногда поглядывает на прохожих, которые изредка мелькают, косясь на него. Ещё немного посидев, до чувства квадратности своего мягкого места, Чон все же решил встать, пройтись, а после пролез в заросли к Тэхену, не понимая, как тот умудрился на инвалидном кресле проехать сюда. — Что рисуешь? — поинтересовался Гук, вынимая из одного уха наушник с громкой музыкой, которая так и не умолкает. — Девушку. — чётко ответил Тэ, вырисовывая извилистые линии на бумаге. — Но тут нет людей, как ты вообще забрёл в такую глушь. — Хочешь жить, умей вертеться. Вообще тут спокойно, а ещё красиво, рай для художника интроверта. — Ну да, и не по поспоришь, собственно, где ты здесь девушку увидел? — А ты когда-нибудь пробовал в неживых предметах видеть живых, хотя неправильно выразился, наверное, дерево ведь тоже живое, оно дышит и питается, как и мы. Вот я и разглядел в этих сухих ветках балерину, разве не похожа, вон ножки, руки, голова и все остальное. — Ну да, есть какие-то очертания, схожие с человеком. — Чонгук прищурился, разглядывая оживающую на глазах картину. — Интересное явление, конечно. Ты крутой Тэхен, и рисунок твой тоже. — Спасибо. Это всего лишь эскиз, думаю, каждый сможет также, просто стоит постараться. — А можно мне попробовать, чего-нибудь изобразить? — Да, конечно. — Ким вырвал листок из середины альбома, поделившись материалами, а чтобы было удобнее рисовать он дал коричневую тетрадку в виде книги, с твёрдой обложкой, на которой написано «Don't touch». — Неожиданно, что вручил мне свой дневник, ты всегда запрещал его брать. — Чон заглянул на первую страницу. — Главное не читай, что там внутри и нашу дружбу ничто не разрушит. — Тэ перехватил руку Гука, чтобы тот не стал листать дальше. — А мы друзья? — улыбнулся Чонгук, округлив оленьи глазки. Тэхен замолчал, осознавая, что сказал, замерев в неловком молчании он посмотрел на сияющего с ног до головы Гуки, сидящего на траве, смотрящего на того снизу вверх, как ребёнок, которому сказали, что сегодня его поведут в самый лучший парк аттракционов и он радуется этому. — Не задавай лишних вопросов. — выдал Тэ, уткнувшись в альбом, продолжая рисовать балерину. — Да блин, ну а если правда, мы друзья или нет? — Чон продолжает смотреть своим невинным взглядом. — Как хочешь. — А я не знаю, чего хочу, вдруг ты против. Вот и встретились два человека, которые не имеют своего личного мнения, они оба вечно кого-то слушали и практически всегда соглашались с предложениями других и неважно каков получался результат, лишь бы угодить кому-то. — Я буду не против. — Тц. — Чонгук демонстративно закатил глаза, пародируя мимику Тэхена. — Ладно… — протянул он. — а с чего начать рисовать? — Сначала хорошенько приглядись, найди то, что больше всего бросается тебе в глаза, ну или же то, что тебе ближе к душе. Чонгук начал оглядываться, вертеться выискивая свою музу, остановившись на маленьком цветочке, который одиноко растёт среди полусухой травы. — Вот, его хочу нарисовать. — указал пальцем на беленькое еле заметное пятнышко. — Хороший выбор. — Спасибо, учитель! — хихикнул Гук. Тэхен хмыкнул, почувствовав себя увереннее, отчего приподнял голову и начал рассказывать художественные азы. — Теперь тебе нужно за компоновать рисунок, чтобы натура не оказалась где-нибудь сверху или сбоку, она должна находиться ровно посередине листа. Также тебе стоит сделать построение, начиная с простых линий и заканчивая распределением теней, бликов и… — А можно как-то попроще, я половину слов не понимаю, ты такой умный дядька, а я простой парень. — перебил Тэхена Чонгук, от безысходности смотря щенячьими глазками на него, пока тот говорит на своём языке искусства. — Ой, извини. Просто мне впервые выпал шанс кого-то научить рисовать. — А как же Чимин? — У него и так работы много, мне портрет-то его не удаётся сделать, а тут ещё и написанием картин мучить, думаешь ему это интересно? Нет, конечно. — Мне вот интересно. — мило улыбнулся Чонгук. — Я думал он часто рисует с тобой, вы же с ним лучшие друзья. — Как видишь, не все друзья проводят кучу времени вместе. — Тэхен вздохнул, закрыв альбом с законченным эскизом. — Как ты думаешь, что они сейчас делают с Юнги? — ухмыльнулся Гуки, чиркая на листе простенький цветок. — Да все что угодно, может фильм какой-нибудь смотрят, кушая пиццу, наслаждаясь выходным, либо вообще ушли прогуляться — А может у них сейчас любовь. — Фу, о чем ты думаешь! — прищурил нос Тэ, прикрывая рот ладонью. — Да не совсем о том, о чем ты имеешь в виду. Я хотел сказать, может они сейчас нежатся, целуются, дарят свое тепло друг-другу. — Может, но, честно говоря, я не знаю, какого это любить по-настоящему, мне не понять этого. С самого детства родители наплевали на меня, отец бросил, когда я был совсем младенцем, а мать вечно пропадала то на работе, то с подружками зависала, напиваясь до потери памяти. Когда приходила домой, кричала, говорила, что я копия отца, никчёмный уродец, она пыталась всеми способами унизить меня. Когда я достиг совершеннолетия, съехал от неё. Сейчас даже не общаюсь с этой женщиной. — Ох, не приятная ситуация. А мои родители любили друг друга, они были как Ромео и Джульетта, прекрасные, не разлей вода, их любовь была искренняя и чистая, многие завидовали им, но теперь они там. — Чон указал пальцем в небо, прищуривая глаза от солнечных лучей. — Однажды мама и папа улетели на самолёте в отпуск и не вернулись домой. Их души теперь на небесах, по ночам они ярко светятся с множеством других звезд. Звучит как сказка, но так мне говорил брат, когда они разбились. — Извини, что заставил вспомнить тебя об этом. — Всё в порядке, с тех пор прошло куча времени, я давно смирился, что их больше нет. — Чонгук натянуто улыбнулся. — Правда прости, мне так неловко перед тобой. — Ким вытянул руки, показывая, что хочет обнять, Чон поднялся, заключая того в объятиях. — Думаю однажды найдётся тот человек, который покажет тебе настоящую, истинную любовь, ты будешь самым счастливым, рядом с ним и время будет лететь на столько быстро, что не заметишь, как долго вы вместе. — Я надеюсь на это. — А какая у тебя мечта? — Чонгук отстранился от Тэхена, присев напротив него. — О, что за вопросы? — Просто интересно. — Если я её тебе расскажу, то она не сбудется. — Да ну, чушь какая, если ты сильно захочешь, то все произойдёт. — Ладно. Когда я встану на ноги, мне хочется самому взобраться в горы, поставить там палатку, остаться ночевать, вечером разжечь костёр, жарить на нем зефир, смотря на прекрасный вид и на безоблачное звёздное небо, а утром проснуться, вдыхая свежий воздух, потом по традиции, можно написать картину. — Красивая у тебя мечта, думаю обязательно сбудется! — Чонгук легонько похлопал Тэ по бедру. — слушай, а ты случайно не хочешь пройтись по парку? — Я не против. — Дак поднимайся! — Чего? — вскинув бровь, Ким вопросительно посмотрев на Чона. — Вставай говорю. — Но я… — Тэхен отпустил голову, закрывая свое лицо серебристыми волосами. — Да-да, прямо на свои ноги. Не переживай, я помогу тебе. Доверься мне. — улыбнувшись, Чонгук протянул руку. — Мне страшно, я ведь могу упасть, а это будет глупо выглядеть. — Я не дам этому случится. — Гук, взял Тэхена за обе руки, помогая подняться. — Вот видишь, все хорошо. Тэ делает пару не уверенных шагов, ноги трясутся, но Чонгук пытается его всеми способами успокоить, дав понять, что ничего не случится, пока он рядом держит за руки. Со стороны они выглядят, как отец с малышом, которого учат ходить, от небрежных шагов смеются, а когда выходит лучше, получает похвальные слова. Под обувью хрустят сухие листики, на лицах приятные улыбки, вот что нужно для счастья двум потерянным в себе людям, один лишился самостоятельности, сейчас встал на ноги, а второй вечно одинокий, скитающийся по городским улицам на своём единственном друге и то железном, на данный момент чувствует себя нужным. Они раньше не задумывались о своих проблемах, но временами так не хватает человека, который хоть чуточку похож на тебя, готовый поддержать в трудный период жизни.

***

На улице темно, старички попрятались по домам, время шумной молодёжи, которая расхаживает по клубам или тусит с друзьями где-нибудь в тёмном переулке, чтобы их никто не увидел. Мимо проезжают автомобили с весёлыми, выпившими людьми и громкой музыкой в салоне, фары светят прямо в глаза ослепляя прохожих, от которых несёт резким парфюмом вперемешку с алкоголем. За все время Тэхен с Чонгуком успели сходить в кафе, там выпили кофе с булочками, потом посетили торговый центр, где Тэ прикупил тюбик белого масла, которое вечно заканчивается в самый неподходящий момент. Парни долго гуляли, беседовали о жизни, узнали друг друга получше, поняли что у них много схожих интересов и не только, они оба внутренне одиноки. Чонгук заказал такси, так как прогулка увела их далеко от дома. На вызов приехал все тот же знакомый, приятный мужчина, с хорошей музыкой в салоне, его зовут, как выяснилось с Чиминовых рассказов — Намджун. Он сразу узнал этих двоих, сначала водитель предложил по знакомству подвести бесплатно, на машине не так далеко ехать до указанного адреса, но Чонгук настоял на своём и все равно заплатил за проезд, ему то не жалко отдавать копейки, у него этих денег, хоть купайся, а таксисту приятно даже такие деньги получить, это ведь его работа. — Хорошо выглядите, ребята, как у вас дела, как ты Тэхен, не восстановился ещё? — слышится с переднего сиденья. — Да, как видите ещё нет, если бы все стало как прежде, вам бы не пришлось пихать в багажник коляску. — ответил Тэ, пристегивая ремень безопасности. — Ты давай поскорее выздоравливай. — улыбнулся Намджун, заглядывая в зеркало на пассажиров. — Спасибо, Чонгук помогает мне в этом. — Конечно, как бы он тебе не помогал, раз такое сотворил. — усмехнулся таксист. — Я не специально. — буркнул Чон, отводя взгляд в сторону окна. — Нужно быть аккуратнее и не носиться на своём байке, как сумасшедший. — Намджун смотрит на напряжённого Чона. — Бывают непредвиденные ситуации. — Правила дорожного движения нужно знать, прежде чем садится за руль. — Я все хорошо знаю, даже права есть. — Разве у тебя их не конфисковали? — Давайте не будем об этом. — Согласен. — таксист сделал музыку громче, переведя взгляд на дорогу. Тэхен устремился на уличную суету, словив дежавю, все как в тот день, темнота, молодёжь, фонари, свет из зданий, только рядом не Чимин, а Чонгук, который взял Тэхенову ладонь в свою и крепко держит, поглаживая большим пальцем выпирающие костяшки, Ким не думает вырываться, ему комфортно, он глядит на серьёзное лицо Гука, тот обратил внимание, что на него смотрят. — Всё будет хорошо. Я рядом. — шепчет тот на ухо, из-за музыки получается слишком тихо, будто он просто шевелит губами, а Тэ понимает его, сжимая крепче ладонь, не понятное чувство, будто кто-то скребется внутри, когда он чувствует дыхание около виска. Иногда машина подпрыгивает на кочках, прижимая Тэхена в Чонгуков бок. — Я верю тебе. — не произносит в слух Ким, а просто смотрит и кивает в ответ. Из-за неловкости кажется, что время на миг остановилось. Сомкнутые ладони начали как на зло потеть, то-ли от жары в салоне, то-ли от смущения. Но никто не собирается отрываться друг от друга, Чон лишь поменял положение, он сплел свои пальцы между Тэхеновых, от чего тот раскраснелся, как малолетний мальчик. — Вот и приехали! — улыбается Намджун, на щеках появляются ярко заметные ямочки. — Будьте аккуратны, и передайте Юнги, если он все ещё тут, что я его больше бесплатно не повезу, уж зачастил с этим, халявщик. — Хорошо, скажем! Спасибо вам. — усмехается Тэхен, пока ждёт, когда водитель достанет его инвалидное кресло. — Приятного вечера. — И вам удачной работы! — говорит Чонгук, помогая Тэ перебраться на привычное место. Машина быстро покинула двор, скрывшись за высокими зданиями. — Приятный мужчина. — выдаёт Ким, пока они с Гуком заходят в подъезд. — А мне наоборот не понравился, можно было не напоминать о плохом, вообще не его дело. — нахмурился Чон, вызывая лифт. — Да ладно тебе. — Разве тебе не было неприятно от его слов? — Чонгук, прекрати, забудь и все, ну вылетело у человека, что поделаешь. — Тэхен напрягся, прикусывая нижнюю губу, поглядывая на Гука. Пока они вдвоём ехали на нужный этаж, никто ничего не говорил, была тишина, только поднимающийся лифт шумел. Когда послышался писк, напоминающий о том, что они прибыли, парни вышли, направившись к квартире, которая была запрета, никто не брал с собой ключи, начали стучаться. Долго ждать не пришлось, внутри кто-то затопал босыми ногами по полу и спустя пару секунд отворил дверь. — Кто там? — выглянул из щелочки Чимин в длинной белой майке явно не по его размеру, со взлохмаченными блондинистыми волосами. — Свои! — в голос произнесли парни. — Вы чего так поздно? — А что помешали? — прищурился Тэхен, заезжая в дом. — Нет, конечно, мы тут с Юнги немного задремали, ничего если он останется на ночь у нас? — зевает Пак, протирая глаза. — Ладно, только не шумите, ни то утром вам не поздоровится. Ему, кстати, Намджун привет передал, сказал, что больше не повезёт бесплатно. — Хорошо, скажу ему. — хихикнул Чимин. — Гуки, заходи на чай. — Да мне домой пора. — Хочешь у нас останься, поздно ведь куда-то ехать. Можешь поспать в гостиной на диване, либо… — Чимин посмотрел на Тэхена, который вскинул бровь, показывая свое недовольство. — либо на полу у меня в комнате. — Как-то неловко. — Чон стоит и мнется на пороге, опустив взгляд в пол. — Да ладно тебе, будто в первый раз, что как не родной-то? Проходи, я чайник поставлю, отогреетесь хоть. — Да мы и не замёрзли. — хихикнул Тэ. — Ну и ладно, на ночь полезно чай с ромашкой пить, сон будет крепким. Чимин ушёл на кухню, начиная греметь кружками, от чего разбудил Юнги. Из спальни послышался скрип кровати и протяжный зевок с громким кряхтеньем, будто там какой-то дед, а не молодой парень — врач. Он поднялся, тоже весь лохматый, его волосы стали кудрявыми, хотя в обычном состоянии они прямые, лицо помятое, потому что долго спал на одном боку. Пройдя в коридор, Мин поздоровался с Тэ и Чоном, помахав им, не сказав ничего, а те вылупились на него еле сдерживая улыбки. — Чего пялитесь так? Будто впервые увидели меня. — Тебе идет розовая пижамка с сердечком. — Тэхен с Чонгуком переглянулись и засмеялись. — Да идите вы нахер, идиоты. Когда-нибудь полюбите человека и не на такое согласитесь ради него, посмотрим потом кто будет смеяться. — Мин ушел на кухню к виновнику пробуждения. — Не ожидал от него такого. — усмехнулся Гук. — Я тоже. Кстати, если захочешь сходить в душ, я могу дать одежду, все равно мы практически одного телосложения. — обратился Ким к Чону, снимая тёплое пальто. — Если можно. — Чонгук так и стоит на месте, жуя изнутри щеку, засунув руки в карманы широкой чёрной куртки. — Что встал, как вкопанный, проходи, стесняешься, что ли. — Немного. — Значит в машине ты не стеснялся, а сейчас вдруг начал. — Тэ посмотрел на растерянного Гука. — Ну это другое, здесь Чимин и Юнги. — Ты их боишься? — Нет, дело не в этом. — Как я мог о тебе тогда подумать, что ты какой-то злой дядька байкер… — Но я не такой, это какие-то глупые стереотипы. — Да понял уже. Чонгук все же прошёл на кухню, перед этим сняв с себя верхнюю одежду, после они вчетвером собрались за одним столом, выпили горячий чай, с печенюшками, Чимин хотел заказать пиццу, но через телефон на него на кричали, так как уже поздно, поэтому он сделал по-быстрому несколько бутербродов, все разговаривали о произошедшем за день. Тэ эмоционально рассказывал, как ему удалось самому пройтись без чьей-либо помощи от дерева до лавочки, хоть расстояние было не таким огромным, но осознание, что он сделал это сам радовало его. Чон передал Юнги от Намджуна большой привет, от чего тот лишь посмеялся и сказал, что Джун на самом деле самый добрый человек, которого знает, и он ему ничего не сделает, а выразился так в шутку, просто у них такие дружеские отношения. Чимин толкнул Мина в плечо, он чуть со стула не шлепнулся, а нечего кататься за спасибо и пользоваться добротой Намджуна. Хоть он и друг, но за работу нужно платить.

***

Время шло быстро, Тэхен поделился с Чонгуком мягким полотенцем для душа, дал тапочки и вещи, показал, где лежат гель с шампунем, предложил бомбочку с солью для ванны, но Чон отказался, он по-быстрому помылся, оделся в свежее белье, сразу ушёл в гостиную, завернувшись в калачик на диване не высушив волосы, смотря в телефоне видео через наушники. Тэхен пошёл следом. Сидит расслабился, поливает себя кипятком, ему нравится чувствовать боль от горячей воды. Была бы возможность он бы прямо здесь уснул, но это опасно для жизни, сварится ещё. Капли катятся по розоватой коже, обжигая её, когда вода попадает на лицо, Ким морщит нос, от неприятного ощущения, слишком чувствительная часть тела. Что со мной не так. Каждый день происходит что-то странное, не обычное, совсем не узнаю себя, может я заболел, нет не простудой, это другое. Скорее человеком. Кажется я стал привязываться к нему, он такой добрый и искренний, но это ненормально, он однажды совершил большую ошибку, если бы не та боль, которую мне подарил… так стыдно перед ним, несколько дней назад я оскорблял его, а теперь что? Хотя он заслужил такого отношения, или все-таки нет? Зачем я думаю о нем. Почему он держал меня крепко за руку, может стоит поговорить с ним. Нет. Я боюсь, вдруг снова сделаю что-то не так. Что со мной происходит, кажется я сошёл с ума. Чёртов трус! Ещё некоторое время поразмышляя в ванной, Тэхен все же решил поднять свою тушу из «кипящего котла». В этот раз он не поехал на инвалидном кресле, а заранее перед мытьем, подготовил костыли, у него все получилось, не без проблем, конечно, пару раз чуть не упал, но все же добрался до своей комнаты, пожелав всем доброй ночи. Тэ завалился на кровать, накрывшись одеялом, уходя в свои мысли, которые захламили его голову. Взяв в руки телефон он решает написать кое-кому. Taehyung: — Хей, не спишь? Некоторое время никто не отвечал, Ким отложил смартфон, разглядывая картину, которая висит на стене, она так и ждёт, чтобы её раскритиковали, потому что Тэхен недолюбливает свои работы, хотя все равно пытается найти в них что-то интересное и красивое. Но поругаться с самим собой не получилось, пришло ответное сообщение. Jungkook^¬^: — Нет. Почему ты мне пишешь, мы ведь в одном доме=) Taehyung: — Боялся разбудить. Jungkook ^¬^: — Я обычно долго не сплю. Taehyung: — Ясно. Jungkook^¬^: — Я могу прийти в комнату? Taehyung: — Да. Только тихо. Jungkook^¬^: — Оки=) Из коридора послышались шаги, дверь открылась, зашёл Чонгук. — Ты чего мне пишешь, мог бы так позвать. У тебя что-то случилось? — Гук присел на край кровати. — Нет, просто стало скучно, вот и написал тебе. — Неожиданно, конечно. — Тебе не холодно, можешь тоже одеялом укрыться. — Тэхен отодвинулся на другой край, освобождая место. — Не, мне нормально. — Ложись. — Это точно ты? — Чонгук удивился любезности Тэхена, раньше он не вёл себя так, а сейчас весь добренький. — Да, это реально я, вот можешь убедиться. — Ким коснулся руки Чона, от чего у того побежали мурашки, так как у Тэ ледяные пальцы. — Ладно, верю. Почему ты такой холодный. — Не знаю, у меня всегда так. Ложись не стесняйся. — Хорошо. — Чонгук прилёг на край, оставшийся раскрытым. — Красивая ночь. — Ага… а можно тебя спросить. — Тэхен повернулся, смотря сквозь темноту на Гука, который боится сделать лишние движения. — ты не злишься на меня, за то что я тебя тогда обзывал и ударил? — Я уже забыл об этом, ты чего, все же нормально. — Чонгук смотрит в потолок, лишь бы не встретиться взглядом с Тэ. — Точно? — Да. — Не верю, посмотри на меня. Чон покраснел, но этого было незаметно, он медленно повернулся к Тэхену, смотря ему прямо в глаза своими чёрными, бездонными. У Тэ красивые длинные ресницы, и милые родинки, их хорошо видно из-за уличного света от фонарей. Он почему-то улыбается, его голос ниже обычного, совсем расслабленный, не привычный, этот человек такой разный, не зря говорят, что ночью люди меняются. — Сейчас я верю тебе. Можно ещё вопрос? — Давай. — Чонгук отвечает резко, пытается не показывать свое волнение. — Почему ты так крепко держал меня за руку в машине? — Вообще это спонтанно получилось, у меня сработал синдром спасателя, я думал тебе страшно стало, ты выглядел напряжённым. — Гук отводит взгляд, ему неловко. — Ты правильно сделал, мне правда стало нехорошо в тот момент, спасибо. — Ким мило улыбнулся, убирая упавший локон с глаз. — Правда? — Да. — Можно теперь я задам тебе вопрос? — А давай! — Тот сон… — Чон вздохнул, всем телом повернувшись в сторону Тэхена. — про который мне рассказали Юнги и Чимин, это правда? — Твою ж мать, они всё-таки разболтали! — Тэхен закатил глаза, накрывшись с головой под одеяло, краснея и сгорая от стыда. — Значит не шутка… — Мне быть честным? — послышался приглушенный голос. — Давай друг другу пообещаем говорить только правду. — Хорошо. Да мне снилось это. А что именно они тебе рассказали? — Ким выглянул, вдыхая свежий воздух. — То что там был я, и мы с тобой ну… — Гук замолчал на несколько секунд смотря на реакцию приятеля. — а потом что-то страшное произошло. — Черт. — протянул Тэхен, снова накрывшись с головой. — Да ладно тебе, не прячься. — Чон усмехнулся, приподнимая одеяло. У Тэ все внутри полыхает, он не понимает из-за чего именно, может от стыда, или от воспоминаний, да ещё и Чонгук рядом, смотрит на него, так стыдно, желание провалиться под землю, и больше никогда от туда не возвращаться. — Тэхен, все хорошо? — округлил глазенки Чон, раскрывая того, чтобы не задохнулся. Ким в ступоре, тяжело дышит, смотрит в одну точку. — Тэхен, блин! Ты сдох что-ли? — тычет ему в щеку Чонгук, пытаясь привести в сознание. — У меня бывает такое от переизбытка эмоций. — растерянно посмотрел Ким, убирая Чонгукову руку от лица. — Не пугай так. — Я не контролирую это. — Хорошо, запомню. Почему ты так отреагировал на мой вопрос, в этом же нет ничего плохого. — Я думал ты не будешь со мной больше общаться, если узнаешь о моем сне. — Нет, ты чего, совсем что ли? — Чонгук тихо засмеялся, прикрывая ладонью рот, чтобы не разбудить Чимина с Юнги. — Тебе понравилось? — Да что за такие вопросы то, я сейчас сгорю от стыда. — Просто я никогда не целовался, вот и интересно стало, хотя-бы во сне у кого-то я более раскрепощенный. — Чего, ты не целованный? — Тэхен сильно удивился. — Да, а что? — Жесть. — Почему? — протянул Чон. — Вообще-то я тоже. Оба переглянулись, а потом резко засмеялись, аж Юнги закричал, чтобы они заткнулись и не мешали спокойной спать. — Серьёзно, я думал у тебя кто-то был. — Нет. — Почему я нахожу в этом что-то милое? — Тэ улыбается, глядя в чёрные глаза, которые тоже смотрят на него. — Не знаю, все считают это как отсталостью от жизни. — Глупые люди, не слушай их. — У меня есть заманчивое предложение. — Какое? — Хочешь попробуем повторить твой сон вживую? — Чон, сделал губы бантиком, в шутку потянувшись в Тэхену. — Тфу, иди спи в гостиную на диван, поздно уже. — Ким усмехнулся, толкнув его, а потом завернулся в одеяло, в виде рулетика. — Ладно, доброй ночи. — Чонгук ухмыльнулся, подскочил с кровати и быстро покинул комнату, оставив Тэхена наедине с собой. — До завтра. Вот дурак. Только накалил атмосферу. Как теперь жить с этим. Стыдно до ужаса. Как смотреть ему в глаза. Разве так делают друзья, может я ему нравлюсь или он специально играет мною. Чертов, Чон, мать его, Чонгук. Я ему припомню.