Crystal artist

Прекрасное раннее утро. За окном завывает ветер, играя засохшими листьями, подбрасывая высоко вверх и закручивая в озорной вихрь. Солнце спряталось за густыми, седыми тучками, плывущие друг за другом, раскидывая редкие, мелкие капельки дождя на сырую землю. На ветке дерева, которое много лет стоит прямо около здания, упираясь ветками в стены, сидят две упитанные вороны, съёжившиеся от осенней прохлады, громко, орущие друг на друга на своём птичьем языке. Во дворе бегает активная детвора в высоких сапожках, что не спит по утрам, хлюпая по свежим лужицам, измеряя неизведанные глубины маленьких озёр. Одного мальчика в шутку уронили в грязь, он громко запищал, угрожая старшим, что расскажет своему отцу и тот отругает их за подобные проделки. Сорванцы со звонким хохотом разбежались по подъездам, скрываясь от конфликта. Тэхен просыпается от раздражающих звуков, усевшись посреди кровати, он в недоумении щурится, дернувшись к окну, Тэ захлопнул форточку, открытую ночью на проветривание с целью — чтобы лучше спалось. Ким сладко тянет руки вверх, зевает так, что, кажется, сейчас рот порвется. Он лениво усаживается в «каталку» подъезжая к зеркалу, расчесывая завившиеся в крупные, непослушные кудряшки волосы, а после направляется в коридор. Из кухни доносится приятный запах свежей выпечки. Чимин встал так рано, что ещё солнце не успело выглянуть из-за горизонта, и все это ради того, чтобы пойти сытым на работу. Сейчас же он готовит завтрак, крутясь около плиты, пританцовывая под тихую, старую, ритмичную музыку. Рядом сидит Юнги в накинутом на спину одеяле, расплывшись по столу, как несчастная рыба капля, которую вытащили на сушу из воды, Мина же вытянули из постели, а нечего расслабляться, кто рано встаёт, тому дают… еду, конечно, же. Он сонливо вглядывается в телефон, щурясь от яркого экрана, и терпеливо выжидает, когда Пак преподнесёт булки на тарелочке, ибо просто так пить кофе, который практически остыл, потому что стоит уже как полчаса, неприятно, хочется чего-нибудь вкусненького пожевать. Жидкостью организм не насытишь. Чонгук до сих пор спит на диване. Тэхен подъехал к нему, наблюдая за тем, как тот свернулся в позу куколки, высунув из щелочки только кончик носа и тихо сопит. Смешно и мило одновременно, вроде, большой парень, но такой ребёнок, хочется смять его щёчки, посюсюкать, как маленького, заключить в тёплые объятия и уснуть рядом. Тэ призадумался о своих мыслях, почему такое притяжение к человеку, стоит ли поддаваться своим чувствам. — Завтрак готов, пора кушать! Хватит спать! — громко кричит Чимин, стуча по кастрюле ложкой, аж в ушах звенеть начинает. Почему нельзя подойти, спокойно сказать, что все готово, пожелать доброго утра, тем, кто уже проснулся, нет, нужно же громко шуметь, чтобы разбудить всех, и не важно, что с утра ждёт работа только его и Юнги, а остальные вообще домоседы. Уж сильно Чимин изменился после того, как начал встречаться с этим врачом, какой-то вечно возбужденный. Чон от звуков зашевелился, неохотно мыча из-под одеяла. Вот и бабочка из куколки сейчас появится. Он раскрыл лицо, морща нос от дневного света, съедающего прищуренные, оленьи глазки. — Ой, доброе утро, Тэхен, рад видеть тебя, — хриплым голосом пробормотал Гук. — Доброе утро. Как спалось? — Просто идеально, даже лучше, чем дома. Я видел интересный сон, что просыпаться не хотелось, — улыбнулся Чон, зевая. — Что же тебе такого снилось? — Ким подпер ладонью подбородок, приподняв брови, внимательно слушая. — Кое-что приятное, но не расскажу, что именно, вдруг не сбудется, — ухмыльнулся Чонгук. — Да все это выдумки, что сны сбываются. — У меня бывали случаи, когда в жизни происходило то же самое, что и во сне. — Гук поднялся, стягивая с себя футболку, в которой спал, открывая рельефные виды. У него стройное, красивое, спортивное тело, с небольшими татуировками, зря тогда Тэхен сказал, что они одинакового телосложения, вообще нет схожести, Тэ худой с впалым животиком, будто никогда не питается и сильно виднеющимися рёбрами, а этот другой, качек какой-то. — Что ты так смотришь? — Чон поднял бровь, собирая растрепанные, чёрные волосы в хвостик. — Вау! — выдал Ким, продолжая пялиться на Чонгука. — Я бы тебя нарисовал! Точнее крутое тело, ой ты крутой… чёрт. — Тэхен шлепнул себя по лбу. — Спасибо. Ты так реагируешь на мелочи, никогда, что ли не видел подобного? — усмехнулся Гук, втыкая в уши серьги, которые снял вчера после душа, чтобы не мешали спать. — Такие рельефы впервые, — округлил глаза Ким, прикрывая кулаком рот. — Ты такой смешной. Хочешь потрогать? — Чонгук опустил взгляд на пресс, наклонив в бок голову, он протянул ладонь Тэ, тот в ответ дал свою. Чон медленно провел Тэхеновой рукой по торсу, каждая выпуклость чувствовалась под ладошкой, Тэ заворожённо следил за каждым движением, изучая очертания тела, интересные татуировки, под ключицей было маленькое перо с неразборчивой надписью, на не известном языке, на груди различные линии, уходящие в плечо. Их пальцы осторожно сплелись в замок, Ким неуверенно улыбнулся, облизнув сухие губы, нет, он не замышляет ничего, просто всегда так делает, привычка такая, но не все понимают, поэтому Гук смущённо посмотрел на него, хотя сам предложил потрогать себя. В этом же нет ничего страшного, многие друзья так делают. Правда, же? Или нет… — Такой твёрдый, необычно. — Ты про что? — Чон удивлённо посмотрел. — Что? — Тэхен вопросительно взглянул, не понимая, почему Гук так смутился. — Что твёрдое? — А… я про твой пресс, — минутная тишина повисла в гостиной. — А ты про что подумал? — Да так, ни о чем. — Там, кстати, нас ждут, нужно идти, а то съедят ещё все, — протараторил Тэ, расцепляя руки, пряча свои в карман штанов. — Да, пошли к ним, мой желудок просит, чтобы его плотненько покормили, — тычет в живот Чонгук, надевая на себя широкую, на несколько размеров больше, родную футболку, скрывая красивое тело.

***

Парни кушали вкусные домашние круассаны с шоколадной начинкой. В процессе Юнги жаловался на свою работу, что плохо платят зарплату, хоть и должность у него высокая. Не хочется идти туда из-за плохих отношений с коллегами, видите ли, он выглядит не так, как должен выглядеть настоящий врач, называл их стереотипными людьми, застрявшие в прошлом, и не умеющими оценивать человека за его поступки, а не за вид. Чимин рассказывал о сегодняшнем графике. Джин — его менеджер и фотограф, решил устроить фотосессию на свежем воздухе, но погода подпортилась и все планы нарушила, поэтому им придётся заниматься чем-то другим, а чем именно он не сказал. Любит же Джин интриговать, загадочный мужчина со своими тараканами в голове, но с такими гениальными, не зря он так популярен среди фотографов страны. После разговоров и завтрака Чимин с Юнги ушли на работу, а Чонгук с Тэхеном остались вдвоём. Они убрали все за собой, переместившись в комнату Тэ. — Может, фильм какой-нибудь посмотрим? — сказал Ким, включая ноутбук, лёжа на кровати. — Какие жанры предпочитаешь? — Вообще мне нравится все, но в приоритете что-нибудь милое, но и одновременно грустное, со смыслом, что-то наподобие драмы или мелодрамы. — Чон сидит в кресле, внимательно смотря на Тэхеновы действия. — Любишь поплакать? — усмехнулся Ким, печатая в поисковой строке: топ драм, от которых можно пролить кучу слез. — Как насчёт «Во всем виноваты звезды»? — Я его видел миллион раз. — Как тебе хочется повторно смотреть что-то, мне вот одного раза хватает, а потом уже не интересно. — Если фильм цепляет, то могу его много раз пересматривать. — Не, я так не умею, мне становится скучно, потому что знаю, какие события ждут впереди. — Кому как. Есть ещё варианты? — О какой-то ещё нашёл, по описанию, вроде, нормальный «Весь этот мир» называется, посмотрим? — Про что он? — Написано, что про девочку, которая всю свою жизнь сидит дома и никогда не выходит на улицу, а потом влюбляется, чем-то на меня похоже, тоже, наверное, покалечена. — Ну, давай. — Иди сюда-то, не будешь же из кресла смотреть? — похлопал около себя Тэхен, поставив на загрузку фильм. — Или ты стесняешься со мной лежать? — ухмыльнулся он, прищурив глаза. — Я думал тебе будет не комфортно, но раз уж зовёшь, то не буду отказываться, лежать все же удобнее, чем сидеть. — Гук устроился рядом на кровати, подняв повыше подушку. — Может плед возьмём, так всегда атмосфернее что-то смотреть, тем более осенью, прохладно же. — Давай я достану его, ты главное скажи, где он. — В шкафу на самой верхней полке, коричневый, мохнатый такой. Чонгук быстренько вытащил плед, расстелив его по всей кровати, залезая под него, Тэхен тоже укрылся, поставив сверху ноутбук. Парни внимательно смотрели мелодраму, иногда обсуждали действия героев, которые странно себя вели, смеялись на некоторых моментах, умилялись от поцелуев, а на любовной сцене оба засмущались, переглянувшись и улыбнувшись друг другу. В конце они остались под приятным впечатлением. — Это так красиво быть влюблённым в кого-то, бросить всё ради человека не бояться менять что-то в своей жизни. Такая романтика. — Тэхен откинул голову на подушку, смотря на Чонгука, который сидел чуть выше, оперевшись спиной на стену. — Ты бы хотел быть таким же счастливым и любимым, как они? — Конечно, хочу, но вряд ли найдётся такой же прекрасный человек. — В мире много разных людей, ты обязательно найдёшь того самого. — Если честно я боюсь влюбиться, это, наверное, великолепные чувства, но вдруг однажды я потеряю свою половинку, и как жить дальше? — Люди приходят и уходят… — Уж лучше уйти вместе с ним, чем остаться в одиночестве. — А можно вопрос? — Конечно. — Допустим, если бы тебя поцеловал парень, как бы ты отреагировал, оттолкнешь или нет? — Тэ продолжает смотреть на Чона, не отводя взгляд. — Так внезапно, а мы бы были с ним знакомы? — Ну, давай — да. — Допустим, если он мне сильно нравится, то отвечу на поцелуй взаимностью, почему бы и нет. — Гук опустил взгляд на Тэхена. — А ты что-то имеешь против? — Нет, просто со школы я понял, что меня не особо привлекают девочки, думал не судьба, либо не нашёл ту самую, которая бы сильно приглянулась. Но в какой-то момент до меня дошло, что они мне в принципе не нравятся. Нет, я ничего против них не имею, они красивые, хорошие, милые, только не в моем вкусе. Было время, когда мне нравился Чимин, не как друг, но ничего не произошло, он даже не знал, об этом, ибо никогда не говорю, что влюбился, все в тайне держу. Сейчас пропало это чувство, у него появился Юнги, и я понял, что отношения между двумя парнями вполне нормальные. Они выглядят счастливыми, несмотря ни на что, наверное, это и есть здоровые отношения. — Как же я тебя понимаю, мне Чимин тоже нравился ещё в школе, я даже хотел быть как он, чтобы почувствовать, какого быть таким крутым. Тогда как одержимый был, бегал все время за ним и говорил, что люблю его, но у Чимина были другие интересы и он воспринимал все в шутку. — Везёт, ты хотя бы напрямую говорил, что чувствуешь, а я так не могу, боюсь услышать отвержение. — Я часто слышу отрицательные ответы, сложно предугадать, о чем думает человек, возможно, он всей душой тебя ненавидит, но всегда улыбается в лицо, а за спиной говорит грязные вещи, желая, чтобы с тобой что-нибудь ужасное случилось, и бывает наоборот. — Чонгук спустился, положив голову на подушку, оказавшись на близком расстоянии от Тэхена. — Мне жаль, что тебе пришлось столкнуться с такими людьми, ты очень хороший человек. — Правда? А неделю назад ты говорил иначе. — Прости, — прошептал Ким. — Это ты меня прости за все. — Гук погладил по плечу Тэхена. — За боль, за страх, за бессонные ночи, за все… — Всё в порядке. Честно говоря, я стал привыкать к тебе, мне нравится проводить время вместе. — Мне тоже, грустно осознавать, что нас связала такая не приятная ситуация. Я давно не ощущал себя на столько нужным и счастливым, наверное. — Почему, наверное? — Тэ положил под голову руки. — Я не на сто процентов уверен, что счастлив, когда-нибудь это случится, не думаю, что скоро. Жизнь слишком запутанная и сложная штука. — Я рядом. Даже если тебе станет плохо, постараюсь поддержать хоть как-то. — Такие знакомые слова, — улыбнулся Чонгук. — Я запомнил их. — Такое чувство, что прошло много лет, но на самом деле эти слова прозвучали вчера вечером. Хороший день был. Нужно почаще выходить куда-то вместе. — Согласен, свежий воздух положительно влияет на организм. — Жаль, что скоро зима. — Чонгук тяжело вздохнул. — Я её не особо люблю. Всё время холодно, приходится надевать шапки, куртки, ещё и хруст снежинок под ногами раздражает, нос щиплет от ледяного воздуха. — Мне тоже не нравится зима, тяжёлое время года, обычно на меня депрессия нападает, солнечного света не хватает, да и в принципе тошно становится. — Тэхен поджал губы, смотря в стену, на которой видят часы, тихо тикающие под разговоры. — Могу я тебя попросить кое о чем? — Не спрашивай для этого разрешения, я всегда готов ответить на твои вопросы. — Пообещай, что, когда я встану на ноги, ты все равно будешь приходить сюда и не перестанешь общаться со мной. — Обещаю. — Я быстро привязываюсь к людям, которые хоть как-то проявляют ко мне интерес и заботу. — Ты это обо мне? — Я про всех… — Тэхен замолчал, опустив взгляд на губы Чонгука. — и о тебе тоже, наверное, хотя по большей части о тебе. Я дорожу такими людьми как ты, вы делаете меня живым. — И я… — Гук подвинулся ближе, — привязался сильно к тебе. Честно, ты мне нравишься. — Чон оказался на критичном расстоянии около лица Тэхена. — Я уже говорил, но могу повторять хоть бесконечное число раз, что ты самый красивый человек, которого я видел в своей жизни, — шепчет Чонгук, приближаясь. — Мне приятно это слышать. — Тэ медленно моргает, наблюдая, он полностью расслабился от приятных разговоров и фильма, чувствуя себя максимально комфортно в таком окружении. Гуки положил ладонь на Тэхенову щеку, смотря ему в глаза, тот искренне улыбнулся. Подушечкой пальца Чон провел по маленькой родинке на щеке. Она идеально вписывается на этом лице, как и все остальные. Коснувшись кончиком носа Тэхенова, он отстранился, посмотрев на его реакцию, и погладив линию подбородка. — Можно тебя поцеловать? — Чон прошептал еле слышно. — Я никогда не целовался. — У Тэ внутри что-то загорелось, он не знал, что делать, ему не хотелось отвергать Чонгука, наоборот интересно, какого это, и лишь кивнул, прикрывая веки, ресницы слабо дрожали. — Я тоже никогда… — Они оба почувствовали тёплое дыхание на губах, доводящее до мелких мурашек по всему телу. Коснувшись друг друга, остался приятный след, Чонгук осторожно, разомкнул губы Тэхена, нежно сминая их. Теперь понятно, что чувствовали главные герои в фильме, когда целовались, это так приятно, до покалывания в груди, до неконтролируемых слезинок, скопившихся в уголках глаз от смущения, до дрожи и тяжёлого дыхания. Ким потянулся вперёд, углубив робкий поцелуй. А когда Чонгук положил ладонь на плечо, водя пальцами по шее, это то самое место, от которого начало сносить крышу, Тэхен забыл, что у него есть потребность в воздухе. Почти как в фильме, все кажется таким нереальным, как тот сон, но сейчас совсем не страшно, тело не приковано к кровати, и голос есть, кричать не хочется. Реальность оказалась приятнее, хоть и неожиданной. Губы такие мягкие и сладкие, сложно оторваться. Чон медленно поменял положение, не отрываясь от губ, он навис сверху, а Тэхен обвил руками талию, прижимая того ближе к себе. Грудные клетки вздымаются от каждого вдоха, сердца друг под другом бешено стучат, ладони Тэ взбираются под футболку, поглаживая чувствительную кожу, от каждого прикосновения пробегают колючие мурашки. Ким изогнулся в спине, шумно, с дрожью выдыхая, от этого Гук непроизвольно, издал приглушенный стон в поцелуй, сложно контролировать свои эмоции в такой ситуации, ещё и трение подводит. Тэхен слабо улыбнулся, услышав звук. Чонгуковы руки блуждают по серебристым волосам, изучая каждый отельный локон, между пальцев запутываются гладкие пряди, Гук подался бедрами вперед, упираясь затвердевшим органом в живот Тэ, от этого тело начало трясти. — Прости. — Чонгук разорвал поцелуй резко отстранившись. — Я не знаю, что на меня нашло, — он округлил в страхе глаза. — Почему ты весь дрожишь? — Ким потеряно глядит на испуганный силуэт. — Я не знаю, мне очень стыдно. — Ты чего, всё же хорошо. — Это было слишком… — Да ладно тебе, — улыбнулся Тэхен, поглаживая пальцем свои влажные губы. — Я подозревал, что когда-нибудь это случится, но раньше почему-то боялся представить. — Ты еще и подозревал об этом? Боже, мне так неловко. — Гуки поджал к себе колени, утыкаясь в них носом. — Это правда мой первый раз, я никогда до этого ни с кем не целовался, и скорее всего что-то сделал неправильно. — Я тоже не обманул, что у меня первый, поэтому я не знаю каких-то основ. По крайней мере, мне все понравилось. — Правда? — выглянул Чонгук. — Правда. — Тэ немного засмущался от своей же смелости в словах. — Всё так просто. Я думал, ты будешь кричать на меня, и бить кулаками. — А зачем, все же было хорошо, даже очень. — Тэхен развалился практически по всей кровати, раскинув руки в стороны, вглядываясь в потолок. — Так приятно, не описать словами, хотя я думаю ты тоже это чувствуешь, — он прикрыл глаза, расплываясь в лёгкой улыбке. — Мне тоже было приятно, даже очень, думаю это понятно по звуку и не только. — Чонгук взял подушку, уложив её себе на колени. — Да я почувствовал… но ты не один такой. — Ким усмехнулся, переваливаясь на бок. — Мне стыдно за себя. — Не стоит сильно переживать за сделанное, я, конечно, понимаю, что все произошедшее было странным, но… — Тэхен… — перебил Гук, смотря на него чёрными глазенками, — может, это и было странно, но просто так у людей не случаются поцелуи, тем более у парней, и особенно такие страстные. — Я тоже самое хотел сказать. — Скажи честно, я тебе нравлюсь? — Сложно сказать. Скорее всего, но я боюсь полностью открыться своим чувствам. Страшно ощущать боль, хотя куда ещё больнее, чем то, что происходит с моим организмом сейчас. — Не все люди приносят только боль. Если быть искренним с тобой, то ты мне давно понравился, не как простой человек, а именно, как парень. — Оу… — Что? — Хочешь, повторим наш поцелуй? — Тэхен, блин! — Чонгук ещё сильнее съёжился, закрывая лицо ладонями. — Не переводи тему. — Я не шучу, раз уж на то пошло, почему бы не повторить. Всё равно мы одни, никто не увидит. — Тэхен… я боюсь, что может зайти слишком далеко. Мне тяжело себя контролировать, ты сам слышал, до чего доводят простые поцелуи, ты хочешь, чтобы все дошло до секса. — Не совсем, я не особо заинтересован в сексуальных штучках, мы же с тобой только потренируемся на будущее, чтобы потом быть профессионалами перед нашими партнёрами. — Перед будущими партнёрами… Забавно, — задумчиво хмыкнул Чонгук. — Хочешь, сломать меня? — Стоп, в смысле? Мне ведь понравилось тебя целовать. Эти головокружительные ощущения, отнимающие способность дышать, а что происходит внутри, не описать словами, будто миллионы одуванчиков разлетелись по организму. — Ты хочешь делать это с кем-то другим? — Может в будущем придется. — Но мы ведь находимся в настоящем, — грубо пробормотал Чон. — Что за такой тон, будто мы встречаемся, и я тебе изменил, и сейчас ты злишься на меня. — Ой, извини. — Гук шлепнул себя по губам, дабы, наказывая себя за слова. — Вообще, я хочу прочувствовать все прелести этого прекрасного мира, хочется любить, восхищаться, воспламеняться, радоваться… — Тэхен машет руками, с блеском в глазах рассказывает о самых заветных мечтах, которые мертво лежали глубоко в душе и не хотели вырываться наружу. — Что-то не узнаю тебя сегодня. — Теперь в моей голове отложится это неописуемое событие, наверное, мне стоит сказать тебе спасибо, что подарил такой яркий момент. — П-пожалуйста. — Знаешь, я как стог сена, стоит подбросить маленькую горящую спичку, и я загорюсь. — Вот это у тебя фантазия. — Чонгук смотрит на Тэ, улыбаясь, осознавая, что сделал на какое-то время его чуточку счастливее. — Значит я спичка? — Можно так сказать. — Как мило. — Чон крепко обнял эмоционального Тэхена, гладя по спине, тот уткнулся ему в плечо, тяжело дыша. Оказывается, он до сих пор не отошел от поцелуя, но казалось, что Тэ сразу же пришел в свое нормальное состояние. — Ты мне тоже нравишься, — прошептал Тэхен в шею Чонгука, а тот вздрогнул от неожиданности. Ким успокоился в крепких руках, дыхание восстановилось, а с ним пришел лёгкий стыд от своей искренности и грязных мыслей, о которых лучше никому не знать. Зачем он думает о таком, голова вечно чем-то забита, не совсем нужной информацией и догадками. Почему именно сейчас, когда они вдвоём одни в квартире. Их связала какая-то глупая авария. Почему появляется привязанность к человеку, который сделал однажды больно. «Может, я болен? Нет, не телом, скорее головой» — Я бы хотел сделать тебя самым счастливым человеком на этом свете. — Чонгук поднял голову Тэхена. — Если бы мы были вместе, но я понимаю тебя, нам не суждено. — П-почему? — Тэ начал заикаться. — Ведь, никто не мешает нам. Мы же не Ромео и Джульетта. — То есть, ты будешь не против, если я предложу тебе встречаться? — Мне нужно время, возможно соглашусь, если встану на ноги, а то, кому нужен такой калека. — Ким улыбнулся, накинув на себя плед. — Мне нужен. — Ну уж нет, я не хочу быть обузой, чтобы ты все время катал меня в кресле, так не пойдет, я не согласен. Вот как сам смогу ходить, тогда и можно будет думать об отношениях. — Раз уж на то пошло, у нас появилась хорошая мотивация. Тогда почему мы до сих пор здесь сидим, нужно разминаться, больше ходить. «Я не знаю, почему практически так легко согласился с предложением Чонгука. Сердце тянется к нему, но мозг все равно отвергает. Эта борьба никогда не закончится. Он хороший, добродушный, милый, добивается своей цели, не боится ничего, аккуратный, заботливый, мечта любого здорового человека. Но я такой глупый, грубый, эгоистичный. Мы совсем разные. Минус на плюс дает минус, а вдруг и в отношениях также…» — Тэхен, хватит пилить взглядом пол, а то дырка в нем появится, ты о чем задумался? Давай вставай, будем заново учиться ходить. — Ой, да извини, бывает такое. — Почему бы нам не походить по квартире, без кресла и без костылей. Если начнёшь падать, я тебя поймаю. Можно держаться за стены либо за мою руку. Главное говори, если устанешь. — Хорошо, стоит попробовать, только я, пожалуй, сам без помощи. День шел размеренно. Солнце изредка бросало лучи в светлую квартиру. Парни проводили время вместе, учились ходить, конечно, было сложно, не без ошибок, но уже на много лучше. Смущение постепенно рассеивалось от приятных разговоров и смешных шуток. К вечеру вернулся Чимин, в этот раз не один, и даже не с Юнги, а со своим другом — менеджером Джином. Этот мужчина на первый взгляд серьезный, высокий и плечистый, с идеальными чертами лица, но, когда с ним поговоришь, оказывается, что все совсем не так. На самом деле Джин веселый и болтливый человек, который заразительно смеется, что из-за него начинает болеть живот. Его приход был неожиданным, на долго он не задержался, поговорил с Чимином по работе, познакомился с Тэхеном и Чонгуком. Зачем приходил так и не понятно, о работе мог и в студии поговорить. Чон через некоторое время тоже ушел вслед за Джином. Время близилось к ночи, Ким после насыщенного дня устало завалился на диван в гостиной, и уснул, не замечая, что находится не в своей кровати. Чимин не стал будить его, лишь усмехнулся от того, какой смешной тот, когда спит.

***

Тэхен заметно шел на поправку, ноги совсем не болят, каждый шаг становился на много проще. Прошло около месяца, Ким полностью отказался от коляски и костылей, теперь ходит как старичок с тростью, но выглядит это даже в какой-то степени солидно, особенно, когда он надевает свое пальто и выходит на улицу в берете. Им было написано несколько картин, посвящённых повседневной жизни, и куча эскизов, описывающих состояние души. Чонгук осторожничал с Тэ, пытался держать себя в руках, с того неловкого момента прошло много времени, они оба решили молчать о нем, лишь во снах и в воспоминаниях мелькали сюжеты. Чон, как и обещал, не ушел от Тэхена, остался рядом, привязавшись к нему, как щеночек. Часто приходил в гости, они вместе любили сходить поглазеть в картинные галереи, в кино, да в кафе на чашечку горячего кофе с шоколадом. Грустно было только от того, что природа постепенно портилась, неделями мог лить дождь, а в ночь ударял мороз, после которого замерзали лужи, покрываясь скользким льдом. — Чонгук-а, смотри первый снег! — Тэхен подскочил к окну, открывая его настежь, вытягивая руку наружу, ловя ладонью снежинки. — И правда, первый снег… — Чон встал рядом, облокотившись на подоконник, подпер щеку кулаком, внимательно смотря за действиями Тэ. — Помнишь ты мне говорил, что не любишь зиму? — Верно, не люблю, но первые снежинки обожаю, они выглядят волшебно на фоне хмурой природы. — Хочешь, выйдем на улицу? — Да, конечно, давай быстрее одеваться пока не закончил сыпать! — Ким закрыл окно, торопливо натягивая на себя теплую одежду, он укутался настолько быстро, что не заметил, как Чонгук все еще надевает обувь. — Ну, ты чего так долго возишься? Давай помогу. — Тэхен опустился на корточки, застегивая заевший замок ботинка, Гук смотрит на него сверху, залезая в свою широкую куртку. — Вот и все, а то три часа ковырялся. — Спасибо. — Да не за что, пошли быстрее! Парни долго, как показалось Тэхену, ждали лифт, да и спускались тоже медленно, но, когда они вышли на улицу, сердце перестало так сильно колотить от спешки. Вот он — первый снег. Такой мокрый и нежданный. — Ой, Тэхен, у тебя на носу снежинка. — Чонгук попытался смахнуть ее. — Эх, растаяла. Слишком горячий ты для нее. — Да я сжарился, пока ждал тебя, вот и плавится теперь все, что попадает на меня. — Правда, а если я дотронусь, то тоже сплавлюсь? — М? — Ким, не успев сказать и слова, оказался в заложниках Чонгукова поцелуя, он коснулся губами так робко, будто в первый раз, как маленький мальчик, чмокнувший свою подружку в песочнице. — И правда, все, что касается тебя, плавится, включая меня. — Гук улыбнулся, пряча руки в карманы. — Ты ч-чего… что это было? — Тэ стоит в ступоре, смотря на Чона и хлопая ресницами. — Ты зачем прям здесь-то? Вдруг нас кто-нибудь увидел. — Просто мне захотелось поцеловать любимого человека. — Любимого? — Да, я люблю тебя, Тэхен. Давай начнем встречаться? — Да тише ты! — Ким прикрывает своими ладонями рот Чонгука. — Почему прям здесь? — Мне хочется, чтобы ты запомнил этот день. Пускай он будет напоминать о первом снеге, о том, как мы вместе радостно выбежали на улицу, и о начале нашей любви. Ведь не ошибаюсь, я нравлюсь тебе? — Да — да, ты мне нравишься! — громким шепотом произносит Тэхен, краснея от смущения. — Дак ты будешь со мной встречаться? — Пожалуйста пошли домой! — снова шепчет Тэ, хватая за руку Чона, утягивая его в подъезд. — Согласен или нет? — Чонгук в крепкой хватке Тэхена забывается, уходя в свои мысли, он уже успел вообразить, что его снова отвергнут или пошлют куда подальше, он даже не замечает, как они оказываются в квартире, лишь звук дверного замка возвращает его в реальность. — Да, — запыхавшись, Ким поворачивается к Гуку лицом. — Что да? — вопросительно посмотрел Чон. — Я согласен связать свою жизнь рядом с тобой.