Социальный конструкт

— В таком запущенном состоянии, всё, на что способна медицина — дать правильный уход, чтобы второй глаз продержался как можно дольше, — наконец развела руками врачиня после длительного осмотра. Голубоглазый мальчик смотрел в пол, не особо заинтересованный в её словах. — Ясно… — мужчина глубоко вдохнул и положил руку на плечо новоявленного сына, — но в остальном он в порядке? — Здоровее всех быков, — улыбнулась врачиня, — при лучшем развитии событий, зрения он потеряет лишь к сорока годам, если не позже. — Это радует. — Почему ты так часто ходишь к врачу? — Дилюк схватил мальчика за руку, обеспокоенно заглядывая в его единственный глаз. Кэйа растерянно сжал его руку в своей, не зная как солгать. — Всё потому, что Кэйа родился вдалеке от сюда, — мягко объясняет отец семейства. — И что? — Привычные нам болезни могут быть опасны для его организма. Также у него может обнаружиться аллергия. Не волнуйся, Дилюк, это лишь осмотр. Наконец Кэйа согласно кивает, подтверждая слова мужчины. Красноволосый мальчик успокаивается и улыбается брату, чтобы приободрить его. Сидя в таверне с бокалом вина, рыцарь Ордо Фавониус мысленно хвалит юного себя за решение сохранить состояние своего здоровья врачебной тайной. Вряд ли Дилюк продолжил бы пускать его на порог, зная, что постоянные пьянки забрали у Кэйи уже десять лет зрячести. Хотя, может, он бы наоборот стал подливать ему больше в бокал — Кэйа давно перестал надеяться на остатки братской любви в сердце носителя пиро Глаза Бога. Вот только Дилюк мог проболтаться той же Джинн, а та не была намерена терять одного из своих драгоценных подчиненных. В любом случае, в итоге Кэйа приходил к выводу, что все к лучшему. Он продолжал навещать семейного доктора раз в три месяца, иногда даже делал глупые маски для глаз (которые нужно было делать каждый вечер, но Кэйа любил нарушать правила), но больше никак не пытался отсрочить. Вообще, последнюю пару лет ему это казалось глупой идеей — зачем пытаться избежать того, что и так должно случиться? Поэтому Кэйа жил полной жизнью, включавшей в себя чрезмерное потребление алкоголя. Кстати о посещениях. Он скоро опоздает. Уже приближаясь к винокурне, юноша гадал о том, застанет ли там своего брата. Последний был прекрасно осведомлен о расписании посещений Кэйи и часто в эти дни уходил по делам. Крио маг его не винил. В конце концов, так было даже проще. — Знаете, мастер Кэйа, когда вам было десять, я вполне уверенно могла заявить, что вы будете прекрасно видеть до тридцати лет, — с сердитым вздохом начала уже немного пожилая женщина, уперев руки в бока. — Но? — Но сейчас… — она немного погрустнела, — два месяца. — Два месяца, — эхом отозвался парень, сцепив пальцы в замок. Он ожидал подобное, но все равно оказался не готов. — Через два месяца ваше зрение начнет ухудшаться. Если вы… Если вы продолжите в том же духе, то оно пропадет за неделю. — То есть… Два месяца И неделя? — Да. — Вот как, — Кэйа порывисто поднялся со своего кресла, — ясно. — Я… Мне кажется… Мастеру Дилюку бы этом рассказать… — неуверенно предложила врачиня. Мужчина лишь покачал головой в ответ и вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. — Ты столько дряни переел на всевозможных фестивалях, — произносит Дилюк вместо приветствия, — тебе действительно нужно продолжать ходить к врачу так часто? Кэйа лишь смеется в ответ. — Тебе бы, братец, наоборот лучше следить за своим здоровьем. — Если ваше посещение закончилось, то, полагаю, у сэра Кэйи нет больше причин оставаться здесь, — холодно произносит Рагнвиндр. — Ты прав, — необычно легко соглашается парень и направляется к выходу, — тв… Кхм, я ухожу, но скоро вернусь. Кажется, у меня все же есть аллергия. Аккуратно закрыв за собой входную дверь, Кэйа не успевает заметить удивление, отразившееся на лице его брата. — Миссис Хейлхейн, — кратко постучавшись, Дилюк в кабинет врачини. — Мастер Дилюк? Что-то случилось? — Сэр Кэйа сказал, что у него обнаружилась аллергия. — Ах… Это еще неточно, — прикусывает губу женщина, — нужны еще тесты… Поэтому мастер Кэйа попросил меня не рассказывать об этом. — Врачебная тайна, понимаю, — вежливо кивает Рагнвиндр и покидает кабинет. Убеждает себя, что это его не касается. Не его дело. Ваза, полученная от Кэйи не так давно, насмешливо смотрит на Дилюка со своего почетного места посреди залы. Дилюк отвечает ей грозным взглядом, мысленно угрожая выкинуть на свалку. Но ваза, прекрасно зная о пустоте его угроз, лишь издевательски смеется. Осознанно присвоив победу в этом раунде неодушевленному предмету, Дилюк понимает, что нужно скорее отвлечь себя работой. Благо, она всегда находилась. — Эмбер, вот ты где! — Кэйа широко улыбается, опустив руку на плечо их главного скаута, — ты-то мне и нужна. — Э? Сэр Кэйа! — воскликнула девушка, обернувшись, — у вас для меня поручение? — Именно. Ты ведь упоминала, что хороша в разведке? Мне тут нужна помощь кое с чем. — К-конечно! — Эмбер моментально засияла. Рыцари Ордо Фавониус редко поручали ей что-то напрямую. — Вот и замечательно. Давно хотел посмотреть как хорошо ты справляешься со своим Глазом Бога. — Я вас не разочарую! — Я не смел и сомневаться, — Кэйа по-доброму усмехнулся и направился вместе с девушкой к мосту. — Джинн? Что-то случилось? — библеотекария Ордо Фавониус подошла к столу, за которым сидела её подруга со сосредоточенным выражением лица. — Лиза, я… Я так горжусь!.. — неожиданно блондинка чуть ли не со слезами на глазах повернулась к женщине. — Ах? Ты об Эмбер? — Конечно, и о ней тоже, но… Кэйа! В последнее время он выполняет так много поручений, не забывает про бумажную работу и даже взял Эмбер под свое крыло! Ходят слухи, что он уже три недели не появлялся в тавернах! — Ты об этом… — понимающе кивнула Лиза и улыбнулась. — Не могу поверить, что он наконец-то начал вести себя как настоящий рыцарь, — Джинн снова уронила лицо на свои ладони, но библиотекария уже больше не беспокоилась о ней. — И правда. Интересно, с чем связаны эти изменения? — Все люди рано или поздно взрослеют, Лиза. — Думаю, ты права, — женщина положила руку на плечо Джинн, — я говорила тебе, что дела ордена скоро наладятся. — Спасибо тебе, Лиза. — Ну, как? — А вы разве не видите? — Очень смешно, миссис Хейлхейн. — Я серьезно. Вы лучше меня должны понимать в порядке ли всё с вашим зрением. — Темнота… По краям стала больше, — Кэйа описал руками в воздухе неровный круг, — и края, словно… Размытые? Я думал, все просто почернеет. — Я уже объясняла, что нет. — Помню-помню. Так значит, у меня еще две недели? — Примерно. Вам должно хватить, если вы… если вы собираетесь воспользоваться моим советом, мастер Кэйа. — Благодарю за проделанную тобой работу, — кивает мужчина и выходит из кабине. Уже на выходе из поместья он встречает брата. — Надо же, какая встреча! — широко улыбнулся юноша, вскинув руки. Дилюк одарил его холодным взглядом. — Сэр Кэйа, Вы что-то хотели? — Всего лишь пару бокалов вина. Рагнвиндр коротко машет рукой прислуге, а сам опускается в кресло у зажженого камина — на улице ливень. — Так… — Дилюк выглядит совершенно спокойным, но Кэйа почти физически ощущает его нетерпеливость, — что насчет твоей аллергии? — Ах, это… Просто отравился, — разводит руками мужчина, псевдопристыженно качнув головой, — более нет причин для беспокойств. — Словно меня это беспокоило. — Зато меня да. Кстати о здоровье, что насчет тебя, дорогой мой Дилюк? — Кэйа складывает руки на груди, смотря на мужчину сверху вниз, так как стоял, прислонившись к стене. — В полном порядке, к твоему сожалению, — Дилюк отпивает из своего бокала, и Кэйа неосознанно копирует его жест. Прячет в тени мягкую улыбку, почувствовав на языке привкус виноградного сока, — чем тебе не угодило кресло? Альберих кидает взгляд на кресло рядом с Дилюком. Ему приходится чуть повернуть голову, так как предмет находится в его слепой зоне. А если он сядет, то там окажется уже брат. — Знаешь, Дилюк, кресла — это переоцененный социальный конструкт. Рагнвиндр лишь приподнимает бровь, продолжая смотреть на пламя в камине, словно и не замечал изучающего взгляда Кэйи. — Видишь ли, с детства нас убеждают, что кресло существует исключительно ради нашего комфорта, но так ли это? Теперь, являясь сформировавшейся личностью… — голубоглазый мужчина продолжает настолько вдохновленно рассказывать своему собеседнику про переоцененность кресел, что вскоре начинает сам верить в свои слова. Дилюк же все еще был уверен, что Альберих несет полный бред, но поднимает на него взгляд, внимательно изучая. Любая мелочь может указать на истинные намерения Кэйи — Рагнвиндр был уверен, что ему не просто так зубы заговаривают. Но впервые у него не было никаких предположений о намерениях названного брата. — Налить тебе еще? — интересуется он, заметив, что Кэйа впервые выпил сок. — О, — Альберих чувствует себя так, словно его резко выдернули из транса и окунули головой в холодную воду, — еще виноградного сока? Архонт упаси. — Он скорее всего валяется сейчас где-то пьяный. — Ты недооцениваешь нашего Архонта. Не просто же так он получил этот титул. — Не знаю, что там было раньше, но сейчас факты говорят сами за себя. — Но если бы Барбатос управлял нами, мы не могли бы быть полностью свободными. — А если наш свободный выбор — желать его правления? — Ты что, Фатуи? Страх-то какой, — смеется Кэйа, поставив пустой бокал. — Раз вы закончили, то будьте добры покинуть мою винокурню, — зацепился за этот жест хозяин дома. — Разумеется, — Кэйа отталкивается от стены, — не покажешь мне, где выход? Дилюк поднимается со своего кресла и вместе с братом идет ко входной двери. — Надеюсь, ближайшее время у вас не будет причин для посещения, — мрачно прощается с ним Рагнвиндр. Альберих как-то грустно на него смотрит, но потом сразу же нахально усмехается: — Это мы еще посмотрим, братишка, — он машет парню на прощание рукой и уходит в сторону города. Врать Дилюку ему было невпервой, поэтому угрызения совести почти не трогают Альбериха. Да и какая тут может быть его вина, если он наоборот делает брату одолжение, прекратив осквернять своим присутствием его жизнь? Закрыв за рыцарем дверь, Дилюк глубоко вздыхает. Как много прошло времени с тех пор, как Альберих в последний раз называл его «братом»? Кажется, с той самой ночи. Что вдруг на него нашло? Рагнвиндру казалось, что Кэйа и сам прекрасно понимал, что не имеет права так его называть. Нет, конечно, Кэйа прекрасно это понимал. Но это не значит, что ему не хотелось — в конце концов, только что он видел его в последний раз. Альберих легкой походкой заходит в свою комнату при штабе и покусывает кончик пера, пока подписывает необходимые бумаги. Он шутливо здоровается с улыбающейся Джинн около библиотеки, заботливо треплет вернувшуюся с миссии Эмбер по голове и даже помогает Лизе донести книги до нужной секции. В «Хорошем охотнике» он громко смеется над шуткой хозяйки и берет еду на вынос. На следующее утро Дилюка будит не вежливо улыбающаяся горничная, а истеричный стук в дверь, вот-вот грозившийся её выбить. — Прошу, не занимайтесь порчей личного имущества, — раздраженно говорит он, как вдруг с удивлением обнаруживает за дверью магистра ордена Фавониус. — Дж-, — Дилюк не успевает даже заговорить, как его перебивает девушка. — Он ведь здесь, верно? Пожалуйста, скажи, что он у тебя, его нет нигде в Мондштадте, что с ним случилось? — Джинн выглядит не на шутку взволнованной и это беспокойство передается, как болезнь, Рагнвиндру. — Прошу тебя, успокойся. Кого именно ты имеешь в виду под «ним»? — Кэйю, кого же еще? — С чего рыцарю Ордо Фавониус быть здесь? — хмурится Дилюк, но от дальнейших слов девушки его брови ползут вверх. — В этом-то и вся проблема! — Прошу прощения? — Сегодня утром я нашла на его столе заявление об уходе. Все его вещи на месте, но никто не видел его со вчерашнего дня. — Боюсь, я тоже не видел его со вчера, — качает головой Дилюк, — я сообщу, если узнаю что-либо. — Спасибо, — Джинн тяжело вздохнула. — Просто это было… Так неожиданно, — растерянно произносит блондинка и вдруг хмурится, сложив руки на груди, — хотя, сейчас, произнеся это вслух, мне кажется наоборот. — Что ты имеешь в виду? — Последние пару месяцев он вдруг стал посвящать много времени работе, — в глазах Джинн появилась уверенность, — он почти везде брал с собой Эмбер и учил её всему. Тогда мне казалось, что он просто ведет себя как хороший капитан, но теперь это выглядит так, словно он готовил себе замену. — Два месяца назад… — немного неуверенно начал Дилюк. — Да? — Кэйа посещает нашу семейную врачиню раз в три месяца. Но последнее время он ходил к ней почти каждую неделю. — Ты спрашивал его об этом? — Он сказал, что у него было подозрение на аллергию, но потом выяснилось, что это было простое отравление. — Я могу поговорить с вашей врачиней? Дилюк молча кивает и ведет девушку к нужному кабинету. — Миссис Хейлхейн, — со стуком он заходит внутрь и прислоняется к шкафу с медикаментами, — это магистр Ордо Фавониус. — Можно просто Джинн, — машет ладонью девушка. — Вы по поводу мастера Кэйи? — сразу же понимает женщина и откладывает бумаги. Дождавшись кивка со стороны посетителей, она продожает, — боюсь, я мало чем смогу вам помочь, скованная врачебной тайной. — Вы не понимаете- — Нет, это Вы не понимаете. Я призвана хранить молчание. — Я магистр Ордо Фавониус- — Насколько мне известно, мастер Кэйа больше не рыцарь. — А Дилюк- — Конечно, в теории мастер Дилюк, как его брат, может попросить медицинскую карту мастера Кэйи. — В теории? — Мастер Кэйа забрал свою карту во время прошлого посещения. — Это просто смешно! — на эмоциях воскликнула Джинн. — К сожалению, я не могу нести ответственности за поступки мастера Кэйи. — Миссис Хейлхейн права, — заканчивает разговор Рагнвиндр и поворачивается к девушке, — увы, мы ничем не можем помочь в вашем расследовании. — Понятно, — Джинн смотрит в ответ, пытаясь найти на лице Дилюка хоть какие-то следы беспокойства. Конечно, братья были в ссоре, но ведь они все еще оставались братьями? У всех бывают разногласия. Столкнувшись с холодным безразличием в глазах напротив, она спешит уйти. Джинн устало проводит рукой по лицу, выслушав еще один отчет от одного из своих рыцарей. Они несколько раз перевернули весь Мондштадт и Спрингвейл вверх дном, но так и не нашли следов бывшего капитана. Отсюда они пришли к выводу, что Кэйа был на территории Гео Архонта. — Ну, или же он пришел к образу жизни отшельника, — неудачно шутит Лиза, положив ладонь на плечо девушки, — у меня есть для тебя кое-что? — Что же? — девушка поднимает взгляд на библиотекарию. — Кэйа постоянно ходил к доктору, а потом и вовсе забрал медицинскую карту, верно? — Верно. — На территории Гео Архонта есть деревня под названием Тиан Янг, — женщина кладет на стол карту, которую ранее держала в руках, — она закрыта для туристов. Знаешь почему? — Ты же знаешь, что нет. — Ну, для начала, она расположена в долине между высоких гор, считаемых священными в Ли Юэ. Для чужаков появляться там сродни богохульству. Но есть исключение. — Для кого же? — Для инвалидов или больных людей. Эта деревня дает приют всем, кому нужен специальный уход. — Неужели ты думаешь… — Это неточно. Но зачем иначе Кэйе так скрывать свою медицинскую историю? — Думаешь, травма? — Джинн складывает руки на груди, смотря на карту. — Возможно. Информацию об этой деревне весьма сложно найти, — вздохнула Лиза. — Спасибо за твой труд. В дверь постучались. — Ну, я пойду, — Лиза ободряюще улыбнулась и вышла из кабинета, — привет, Дилюк. Мужчина молча кивает в ответ и наоборот заходит в кабинет, закрыв за собой дверь. — Дилюк? Что-то случилось? — Джинн поднимает на него взволнованный взгляд. — Насколько мне известно, мой брат исчез без вести уже почти месяц назад. Или, — Рагнвиндр недовольно нахмурился, — Ордо Фавониус и на это закроет глаза? — Здесь, — Джинн указывает на карту, проигнорировав замечание, — Лиза предположила, что Кэйа скорее всего здесь. Дилюк подходит ближе к столу. — До туда две недели пути. — И обратно еще две. Я не могу покинуть Мондштадт на целый месяц. Ты пойдешь туда, Дилюк? — Нет, — мужчина отворачивается и молча уходит. Конечно, он не пойдет. Он поедет. Джинн тем временем тяжело вздыхает. — Мастер Дилюк! Вы уверены, что это хорошая идея? — Я не собираюсь повторять, — Рагнвиндр надевает плащ и застегивает пуговицы, — неужели винокурня рухнет от моего недолгого отсутствия? — Нет, конечно, но… — Тогда я не желаю ничего слышать. Дворецкий молча поклонился. — Мне очень жаль, но мы не пускаем чужаков в нашу деревню, — девушка виновато улыбается, преграждая мужчине вход в долину. — Наслышан об этом. Я ищу человека по имени Кэйа Альберих. Слышали о таком? — низ плаща и сапоги Дилюка пыльные от долгой дороги. — Вы пришли к нему? — искренне удивилась девушка, — кто вы? От усталости после дороги Рагнвиндру даже захотелось съязвить в ответ, но он вовремя сдерживается. — Его сводный брат, Дилюк. — Что ж… Думаю, это все меняет. Пожалуйста, следуйте за мной. Дилюк послушно волочется за девушкой, кидающей на него любопытные взгляды. В голове он уже представлял возможные сценарии предстоящего разговора, чтобы иметь преимущество, когда он случится. Вскоре из-за деревьев показываются первые деревянные дома и другие жители. Девушка доводит его до небольшой поляны чуть вдалеке от домов, где прямо на траве спиной к ним сидел сам Кэйа. Он был одет в простую рубаху с закатанными руками, заправленную в темные штаны, что делало его на несколько лет моложе. Молча кивнув ему, девушка уходит по своим делам. Дилюк же подходит к брату, останавливаясь в нескольких шагах от него. — Надо же, моя любимая игра в молчанку! — восклицает Кэйа, не поворачиваясь, — вы бы хоть стучались, чтобы мне было не так неловко спрашивать «А кто там?». — Это я, — очень глупо отвечает Рагнвиндр. Ему хочется ударить себя за такую тупость в самом начале разговора, и Кэйе видимо тоже, поскольку он вдруг замолчал. — Дилюк? — наконец тихо уточняет он, замерев. — А ты не видишь? — холодно язвит парень, но в ответ Кэйа вдруг искренне рассмеялся. — Столько лет идет, а ты не меняешься!.. Полагаю, тебе что-то от меня нужно, раз ты проделал такой долгий путь. — Тебя объявили пропавшим без вести. — С чего это? Я же написал заявку об увольнении. — Но Джинн её еще не подписала. — Так пусть подпишет. Я всё равно не вернусь. — Почему это? В альтруисты заделался? — А до тебя долго доходит, да? — Дилюк не успевает возмутится, так как Кэйа оборачивается и смотрит на него. Ну как, «на него» — Кэйа смотрит немного блуждающим взглядом туда, где по его предположениям находится Дилюк. Единственный уцелевший глаз, ранее глубокого голубого оттенка, теперь почти полностью белый с грязным серо-голубым пятном на месте зрачка. Вслед за этим Дилюка окутывает понимание того, насколько бывший рыцарь беспомощен сейчас. Ужас, появившийся камнями в легких и мешающий нормально дышать, отдает привкусом дежавю, пусть Кэйа сейчас и не на грани смерти. Дилюк осторожно опускается на корточки, чтобы их лица были на одном уровне. Кажется, Кэйа каким-то образом это понимает. Он поднимает левую руку и вытягивает её, пытаясь вслепую найти Рагнвиндра. Немного дрожащей рукой он берет его за запястье и не придумывает ничего лучше, как приблизить чужую руку к своему лицу. Кэйа кладет свою ладонь на его щеку, но все еще смотрит сквозь него, за спину. Альберих едва заметно расслабляется, когда понимает где именно находится Дилюк, что не укрывается от глаз последнего. Он накрывает ладонь юноши своей, просто смотря на него. — Все не так плохо, — голос у Кэйи непривычно мягкий, когда он подносит вторую руку к лицу Дилюка. — Не так плохо? — глухо отзывается Рагнвиндр, чувствуя как грубые пальцы нежно стирают слезы с его щек. — Ну, я же еще жив, — неловко смеется Альберих, а Дилюк подается вперед, заключая парня в крепкие объятия. — Я заберу тебя домой.