Поездка домой

Поезд медленно тормозит, и пассажиры не спеша выходят из своих купе, выкатывая следом чемоданы и сумки. Как ни странно, они не толпятся, а спокойно следуют друг за другом и выходят наконец из вагона. Чимин и Юнги минут пять ждут, чтобы стало посвободней, и только тогда альфа закидывает свой чёрный рюкзак на спину, берёт два чемодана в руки и выходит после Юнги. Мин, держась за поручни, аккуратно сходит со ступенек вагона, отходит немного и ждёт, когда выйдет Чимин. Ему неловко от того, что Чимин носится с его чемоданом, и в то же время от этого приятно. Вроде бы правильно, а вроде бы и нет. Непонятно, но улыбка на лице появляется. Пак ставит чемодан омеги на платформу, пока контролёр отвозит его к Юнги, вытаскивает свой, выпрыгивая сам, и направляется к ждущему его омеге. — Идём туда, там такси стоят, — Чимин опять забирает чужой тяжёлый чемодан и кивает в сторону. Омега, соглашаясь, тоже кивает и, держа в руках свой телефон, идёт за Паком, потому что совсем не знает этот город и ориентироваться он будет долго. У Мина память на местность плохая. А вот имена и лица с лёгкостью запоминает. Альфа не спешит, чтобы Юнги не бежал и не уставал. Хотел бы он сказать ему идти впереди, чтобы видеть его, но омега дорогу не знает, поэтому Чимин иногда поворачивается назад и, убеждаясь, что всё хорошо, продолжает идти дальше. Он подходит к жёлтой машине с надписью на боку и спрашивает водителя, свободен ли тот. Таксист-альфа улыбается во все тридцать два зуба, кивает и выходит, чтобы помочь положить чемоданы. Чимин открывает дверь такси для Юнги и, обойдя машину, сам садится рядом. — Говори адрес, тебя сначала отвезём, потом я поеду, — поворачивается корпусом альфа к сидящему слева блондину. Тот называет адрес, и машина трогается. Ехали они минут пятнадцать, потому что вокзал находится относительно недалеко от центра, а Мин живёт рядом. Когда такси тормозит, Юнги выскакивает, насколько это возможно, из машины, не дав открыть дверь альфе. Ему и так уже неудобно, как-то же справлялся, вот и здесь сам сможет, да? Зачем привыкать? Пока Чимин договаривается с водителем немного подождать его за дополнительную плату, омега стоит, греясь на солнышке, и вертится вокруг себя. Разглядывает свой новый дом, высокую многоэтажку, детскую площадку рядом, под окнами, и магазин, что видится через двор. Всё близко, и магазин круглосуточный, с яркой красной цифрой двадцать четыре, и площадка, чтобы со своим малышом играть, когда тот подрастёт. А когда ребёнок будет ещё маленьким, он сможет катать его в коляске по парку, что через улицу. Замечательно. Юнги улыбается своим мыслям и хочет поскорее встретиться с уже любимым альфочкой. — Юнги, — вырывает омегу из мыслей Чимин, — какой подъезд? Веди давай, чего лыбишься? — спрашивает он, сам улыбаясь. Омега заходит в третий подъезд, идёт к шкафчикам и достаёт оттуда ключ от квартиры, следом ищет взглядом лифт и подходит к нему, ожидая, когда подойдёт альфа с его серым чемоданом. Нажимает на кнопку и смотрит на цифры вверху, что сменяются в убывающем порядке. Юнги первый заходит в лифт и становится у стены с поручнем. — Третий этаж, — говорит негромко Паку. Доезжают они быстро, выходят и оказываются на довольно чистой и лаконичной, серебряной площадке. Омега подходит к двери с цифрой пятьдесят два и открывает её ключом. Он впускает сначала Чимина, чтобы тот внёс чемодан, и следом заходит сам, прикрывая дверь. — Так, ну вроде всё, — оглядывает себя Пак и поворачивается к Мину, — справишься сам? — Да, спасибо большое. Я бы сам донёс, — говорит Юнги, на что Чимин цокает и неловко вертит телефон. — Номер твой у меня есть, поэтому жди звонка, — весело смеётся и подходит ближе. Берёт в свои руки чужие, что постоянно в нервном движении, и успокаивающе поглаживает большими пальцами гладкие участки, пока тот вскидывает голову, глядя в глаза альфы. — Пойду, если что — звони, хорошо? — омега угукает, пока мурашки от крепких ладоней Чимина проносятся по телу. Альфа ещё раз кивает, слегка сжимает руки Мина, отпускает и выходит за дверь. Ему, естественно, хотелось бы сделать что-нибудь посущественнее, чем пожатие и лёгкое поглаживание чужих ладоней, например поцеловать в розовые губы или мягко обнять, зная, что между ними в животике прячется малыш, но делать это было пока рано. Главное не давить, потому что… потому что завоевать доверие будет ещё труднее. Поэтому надо показать себя довольно обычным, но в то же время не таким, как все, что Чимин и правда не хочет ему ничего плохого, что его почему-то совсем не оттолкнул большой живот. Наоборот, надо ненавязчиво показать, что омега ему сразу понравился, что его запах самый родной на свете, что чужие тонкие запястья хочется обхватить и прижать к своей груди. Что ж, потребуется задействовать все свои силы и надеяться, что он Юнги хоть немного понравится. Чимин спускается обратно, садится в машину, называет свой адрес и наконец выдыхает. Вроде всё прошло хорошо.

***

Альфа добирается до своего дома намного дольше, чем до дома Юнги. Он не пересаживается вперёд, опять садится назад и откидывает голову на подголовник, прикрыв глаза. Это же надо было так… Втюриться. Ехал себе в простую, хоть и долгую командировку, всё как обычно. Там он работал, работал и работал. Тоже всё как обычно, так, как он любит. Точно и определённо. Ясно и под контролем. И в последний день альфа уставший, но радостный наконец отправляется домой, потому что эта долгая командировка и правда его вымотала. А потом этот омега в купе. Прелестный, милый, красивый, беременный(!), неуклюжий из-за живота и сентиментальный. С запахом умиротворения… С глазами цвета сухого светло-серого асфальта в жару. С порозовевшими щеками после плотного обеда. С отёкшими, но такими хорошенькими ногами. Чимин заходит к себе в квартиру и сразу идёт в душ, скидывая лёгкие кроссовки и оставляя чемодан стоять в коридоре. Прохладная вода спасает и хоть немного убирает усталость. Он обтирает тело полотенцем и завязывает его на бёдрах, выходя из душа. Проголодавшийся альфа проходит на кухню и быстро варит макароны. Стоя у плиты и помешивая спагетти, Чимин едва может открыть глаза, потому что разомлел пусть и после прохладного душа, — спать хочется неимоверно. Вот он, его дом, родной, спокойный, где всё знаешь. Он успел соскучиться. Пак сливает воду, кладёт себе порцию в тарелку, берёт вилку и садится за стол, начиная есть. Да, макароны без всего. Вот такой вот он странный человек, может есть пустые макароны без какого-либо соуса или подливки. Рис, гречку не может. А макароны обожает, чем и пользуется сейчас, потому что что-то готовить нет сил. Чимин быстро доедает и, поставив грязную посуду в раковину, направляется сразу в свою комнату. Там надевает трусы, валится на кровать и накрывается лёгким одеялом, мгновенно засыпая.