Corduroy Dreams

Утром Сугавара проснулся в обнимку с Ойкавой, причём, они лежали так близко, что Коуши слышал как дышит Тоору. Это слегка смутило связующего и он убрал руку с нагретой ним же шеи, что бы её владельцу было легче дышать. — Мистер Бодрячок, ты не спишь? — шёпотом спросил парень, проснувшийся от неожиданного холода в части шеи. Хотя, может он и не спал, а тихо смотрел на спящего друга, любуясь и стараясь не нарушить чуткий сон, своими аккуратными прикосновениями к белоснежной щеке или серым волосам. Суга чуть отодвинулся от Тоору, что бы ответить ему. — Ой-чан, прости, — лучезарно улыбнулся сероволосый, чувствуя как Ойкава убирает руку с его спины. Неприятное, и незнакомое до этого, чувство холода укутало его, заставляя ощутить неприятный стягивающий узел внизу живота, — ты, наверное, не выспался из-за меня.. А как мы вообще тут оказались? — Я ножками дошёл, а тебе повезло иметь рядом с собой сильного, профессионального переносчика спящих тел. И, не переживай, это была одна из лучших ночей в моей жизни. Не дав сказать Сугаваре (хотя тот бы ничего и не сказал, в замешательстве краснея, от двухсмысленности фразы «лучшая ночь в моей жизни»), Тоору сел на кровати и выкрикнул: — О ГОСПОДИ, ТЫ НАЗВАЛ МЕНЯ "ОЙ-ЧАН"? — Не нравится? Могу перестать.. — Не смей. Повтори, — Ойкава сложил ладони, будто бы моля его.— пожалуйста.. Сугавара ответил чёткое "нет", вставая с кровати и немного выгинаясь в спине, потягиваясь. Брюнет слегка усмехнулся, увидев, как тот выдыхает и сонно облизывает высохшие губы и словил себя на мысли, что сам невольно закусил нижнюю губу. Эта мысль посетила его внезапно, ударом под дых и Ойкава смущённо опускает голову, развеивая фантазии, которые уже успели засесть в голове парня. Когда он вышел из комнаты, из-за двери пронеслось неожиданное: — Ой-чан, иди завтракать!! *** Коуши был очень удивлён, но оказывается, Тоору умеет прекрасно готовить. И это один из нескольких весомых фактов, собранных в список под названием «почему я должен чаще приходить к тебе на ночёвки» — издательство Ойкава Ойкавович Тоору, автора таких работ как: фантастика «Как не поцеловать спящего друга» и ироничный детектив «В поисках спальни» и многое другое. Сугавара заинтересованно смотрит, удивляясь, как комфортно себя чувствует гость на кухне. А тот, замечая детскую удивлённость сероволосого, говорит: — В самом детстве мои родители хоть и души во мне не чаяли, проводить со мной много времени не могли. По этому переложили всю мороку на старшую сестру, даже не знаю, что делал бы без неё. Она научила меня готовить, помогла осознать мою любовь к волейболу. Даже сейчас когда у неё много работы, она всё равно ходит смотреть матчи, в которых я участвую. Сугаваре нечего было сказать, одновременно в нем смешалось счастье за Ойкаву и зависть, ведь... — У меня никогда такого не будет. Ойкава перевёл взгляд на бодрячка, у которого из стеклянных глаз уже выбежала первая слеза. Он встал из-за стола и сел на корточки рядом со стулом Сугавары, так, как когда то и Коуши сидел рядом с ним. — Божечки, не плачь! Я обещаю у тебя всё будет, ты достоин самого лучшего! — сказал Тоору, гладя раскрасневшегося Сугу за руку. Она была слегка холодной и дрожала, так что Ойкава накрыл тыльную сторону ещё одной рукой, переплетая их пальцы, — Веришь? — Верю, — шмыгнул носом связующий и, якобы в подтверждение, положил ладошку на верхнюю руку Тоору, заставляя кончики ушей капитана слегка покраснеть. *** Когда они с горем пополам справились с завтраком, то Сугавара тут же подошёл к раковине и включил воду, желая помыть посуду. — Давай я! — радостно выпрыгивает Тоору, поближе подходя к парню — Ой-чан, ты мой гость, — сероволосый тихо сглатывает, когда Тоору подходит настолько близко, что тот чувствует чужое дыхание, — притом, ты уже приготовил вкусный завтрак, дай и мне хоть чуть-чуть поухаживать за нами! Ойкава, обоже-держите-Сугавару, хрипло смеётся прямо рядом с чужим ухом. Он подходит сзади и Коуши, стараясь не забыть дышать, чувствует как на его талию ложатся слегка смуглые, накаченные руки, обвивая её. Сероволосый, от неожиданности, втягивает живот и шумно выдыхает, а Тоору довольно хмыкает, буквально мурчит, от необычной реакции парня. *** После нескольких перемытых тарелок и чашек, единогласно было решено пойти играть в Mortal Kombat. После 6 игр и 4 выигрышей Суги, Ойкава решил спросить: — Ты знаешь, что на следующей неделе у Аободжосай матч с Некомой? — Знаю. Выбирай персов быстрее.... — Придёшь? — Коуши отложил джойстик. — Я всегда рад поддержать тебя, правда, но зачем мне присутствовать? — По правде говоря, мне спокойнее когда ты рядом, — сказал Ойкава облокачиваясь на спинку дивана, — на мне, как на капитане, лежит ответственность, от упоминания которой мурашки по коже идут. Страшно облажаться, страшно, что все узнают, что я на самом деле не такой уж и сильный, страшно промахнуться, — на минуту Тоору затих, фильтруя мысли, — странно, наверное, что я такой самоувереный и чего-то боюсь. Ойкава посмотрел на Коуши с грустной ухмылкой. — Сделаешь два одолжения? У Сугавары можно было и не спрашивать, ответ "да", определённо. — Обними меня и прийди на матч. Умол–. Не дав Тоору договорить, Суга приложил указательных палец к его губам и крепко обнял, положив голову ему на плечо. Ойкава глупо застыл на месте, борясь с желанием зацеловать чужую руку, прижав к себе нежное тело. — Конечно. Конечно я прийду. Обращайся ко мне по любому поводу, думаю, тебе я не откажу, — прямо в шею сказал Коуши, посылая табун мурашек Тоору. Ойкава уткнулся ему в макушку, и так они просидели некоторое время. Ведь никто не намеривался даже нарушить тишину, её прерывали лишь бешеный стук двух сердец.