Сбой в системе

Изуку пять. У него нет причуды, мало друзей и проклятая связь, которая причиняет много боли и заставляет просыпаться по ночам от кошмаров. У него часто идёт кровь носом, а врачи только руками разводят. Его связь проклята. Потому что обычно соулмейты в их мире не ощущаются так чётко. В их супергеройском обществе связь была красивой сказкой, ведь найти истинную пару может один человек из сотни тысяч. Эмоциональная связь между соулмейтами была слабой, как правило, и никогда не давала подсказок, как найти того, кто тебе предназначен. Многие просто мирились с присутствием слабого отклика и жили дальше. Многие находили свою любовь и без истинного. Но был среди носителей связи один процент тех, у кого ощущение своего истинного превышало привычные для многих пять или десять процентов. Их связь была равна восьмидесяти семи и этот показатель считался самым большим, и с тем же самым действенным. Потому что люди с таким коэффициентом могли найти истинного даже на другом конце земного шара. Были даже известны случаи, когда люди проходили тысячи километров, чтобы найти свою пару. Но у такого типа связи был свой огромный недостаток. Эмоции другого человека сводили с ума. Они мучили, постоянно звучали в голове набатом и не оставляли даже на минуту. Кто-то сходил с ума раньше, чем успевал найти своего предназначенного. Заглушить связь было практически невозможно. Так все думали. Так думал и сам Изуку. До пяти лет он действительно сходил с ума, потому что чужие эмоции были болезненными, мощными и очень холодными, словно его соулмейт страдал. Он понятия не имел, кто находится по ту сторону, но старался не быть слабым хотя бы ради этого человека. Он не хотел делать ему больно. Но в его жизни происходило слишком много болезненных моментов. А когда к этому добавилось ещё и то, что он беспричудный, то он, не сдерживаясь, зарыдал в голос. Ему было очень и очень плохо. А ещё ему было жаль. Себя, того, кто был вынужден терпеть его боль в тот момент и он трижды проклял проклятую связь, которая навсегда связала его с человеком, который вряд ли захочет иметь с ним хоть что-то общее. Но потом его нашли. На детской площадке к нему просто подошёл невзрачный парень, который казался старше него, и попросил прекратить. — Ты сводишь меня с ума. Хватит, прекрати это делать! — глухо прорычал подросток, смотря так злобно, словно это Мидория виноват во всех грехах этого мира. Тогда-то Изуку понял, что этот странный парень и есть его истинный. Забитый, злой и ненавидящий всех героев по какой-то непонятной причине. Они общались недолго, даже можно сказать редко, но иногда Тенко приходил к нему, чтобы успокоить. Эта связь мешала им обоим жить. И, в конце концов, через год Учитель Тенко что-то сделал. Поставил в их разум ментальный барьер, который не полностью, но приглушил связь, делая её такой же, как и у большинства людей. После этого Тенко исчез. Без единого слова. Он просто пропал и больше Изуку его никогда не видел. И, вероятно, не увидел бы больше, если бы не Всемогущий, который сказал, что он может стать героем. После этого всё и началось. Изуку вроде бы не чувствовал ничего, но где-то на краю сознания впервые за многие годы вспыхнула искра обеспокоенности. Чужой, едва различимой. Изуку прижимает руку к груди и вспоминает о мальчике, который присматривал за ним некоторое время, пока он был ребенком. Его соулмейт переживает? Они ведь столько не виделись, может ли он снова вспомнить о нем? Эти мысли не давали ему покоя до тех пор, пока не случилось нападение злодеев на уроке. Тогда-то он и столкнулся с этим знакомым, теплым чувством снова. Связь впервые дала о себе знать болью в области сердца. Он видел его там. Время бежит слишком быстро. Происходит слишком много всего и Изуку теряется в этом потоке. А потом Шигараки ловит его в торговом центре, просит поговорить, а Мидория понимает, что точно не должен чувствовать тепло от чужих эмоций сейчас. Чем родственная душа ближе — тем сильнее связь. Даже приглушённая. Он с ужасом осознаёт, что это действительно так. Что Шигараки Томура — тот самый Тенко, который когда-то успокаивал его по вечерам. И что сейчас вместе с кипящей внутри Лидера Лиги Злодеев ненавистью он ощущает отголоски тепла. Язык может врать, эмоции никогда. Они теряют друг друга из виду, так и не поговорив об этом. Изуку думает о том, что ему должно быть всё равно. Пытается убедить себя в этом. Но не получается. Он думает, что забыть о связи проще. Кажется, это даже работает. Он окунается в школьные будни с головой, тренируется, сражается со злодеями и пытается стать хорошим героем. Но когда Все За Одного наконец-то оказывается пойман, Изуку чувствует чужую боль. Она пробивается сквозь барьер волнами и топит в безумной агонии, словно человека на том конце пытают раскалёнными прутьями. Мидория не выдерживает. Сбегает ночью из дома и бредёт по ночной Мусутафу, не зная, что хочет сделать. Шигараки явно будет не рад его видеть. Но он страдает. Мидория приходит на пляж, где всё когда-то началось и долго думает над тем, стоит ли действительно искать Шигараки в городе. А потом он понимает: да, это то, что он должен сделать. Он хочет этого. Он бредёт на слабый, едва-едва ощутимый отклик. Он чувствует чужую боль почти как собственную. И чем он ближе, тем сильнее напряжение, боль, страх. Шигараки Томура находится в каком-то богом забытом отеле, где хозяину не важно кто ты, просто плати и будет тебе место. Изуку проходит мимо задремавшего мужчины у входа и идёт наверх. Он останавливается перед дверью одной из комнат, замирает в нерешительности, но, на удивление, спустя несколько минут дверь открывает сам Томура. — Держался бы подальше, меньше было бы мороки. — злодей поднимает на него усталый, замученный взгляд, который Изуку мог видеть только у забитых и напуганных животных. — Не могу. Ты... Я бы все равно пришел. Можно войти? — Мидория смотрит прямо, а Шигараки только отходит, пропуская внутрь. Сейчас ему откровенно всё равно на то, что Мидория пришёл. Ему плохо. Его сжирает боль и дурацкие эмоции не удается утихомирить даже после целой бутылки виски. Томура пьян, разбит и совершенно не знает, что будет делать дальше. Лига попряталась по углам временно, а он сидит в одном номере с почти что героем и... Что они делают? Ничего. Н и ч е г о . — Я её чувствую. Твою боль. Раньше такого не было. — Я знаю. Так не должно быть. Учитель не мог облажаться. — Но тем не менее... Мы оба чувствуем. — Чем ты ближе, тем сильнее. Я не понимаю уже где мои, а где твои эмоции. Паршиво. Изуку сидит рядом и пытается разобраться с этим. Он правда старается. Но сейчас эмоции накрывают волной и он понимает, что плачет. Это не его боль. Но он снова плачет из-за этого. Как и тогда, десять лет назад. Слезы просто скатываются по щекам, а он не может их остановить. Так больно. Так много боли и страданий. Вот что Шигараки держит внутри. — Так много... Как ты терпишь все это... — Изуку хватается за сердце, чувствуя, как что-то внутри ломается. — Никак. Мой предел тоже не вечен. — Шигараки тянется к бутылке и отпивает из горла. — И сейчас я его достиг. Эта боль разрушает. Если бы я мог плакать, то рыдал бы так же, как ты сейчас. А я просто выгорел. Основательно. Деку не знает, сколько они так сидят. Он захлёбывается в чужой боли, тонет в ней и вместе с его слезами Шигараки становится легче. К утру боль почти сходит на нет. Изуку почти перестает задыхаться от чужой боли, а Шигараки смотрит на него уже без прежнего раздражения. В его глазах смирение. — Если не хочешь быть убитым, уходи сейчас. — А что ты собираешься делать? Томура ухмыляется, резко тянется к замершему герою и замирает всего в сантиметре от его губ. — То же что и всегда. Изуку смотрит в глаза злодея не моргая. В его голове впервые за долгое время нет никаких мыслей. Он прикрывает глаза, улыбается и покачивает головой. — Тишина. Впервые за последние годы в голове абсолютно тихо. Так хорошо... Он отводит чужую руку в сторону, льнет к злодею и обнимает. Не крепко, но достаточно для благодарности. Он не уверен, что знает, в какой момент они поцеловались. Он только помнит, что губы Шигараки сухие и обкусанные. Он чувствовал привкус запекшейся крови и виски. И, кажется, пьянел вместе с ним. Уходя, он обещает себе забыть о том, что сегодня произошло. Закрыть глубоко в памяти и никогда больше не вскрывать. Но ментального барьера больше нет. Они вынуждены будут встречаться друг с другом. Томура тоже это понимает. Именно поэтому он теперь будет чуть пристальнее наблюдать за одним студентом геройского факультета. *** После того, как Изуку узнал правду о Чисаки и Эри, то эмоции впервые за долгое время поглотили его с головой. Он настолько глубоко ушёл в свои мысли, что даже не сразу вспомнил о том, что его истинный от этого тоже страдает. Он ни с кем не мог об этом поговорить. Ему снились кошмары. Морально он был как разбитая на множество кусочков ваза. И в какой-то момент этих кусочков боли стало слишком много. Мидория снова мучался от кошмара, когда в его комнате появился тот, кого он ожидал увидеть в последнюю очередь. — У меня голова от твоей боли раскалывается. — Томура садится перед кроватью на корточки, смотрит в глаза и устало выдыхает. — Я спать не могу из-за тебя. Хватит давить на меня своими переживаниями. Изуку молчит. Упирается спиной в стену и сжимается в клубок, надеясь, что без ответа Шигараки уйдет. Да только тот и не думает уходить. Он садится рядом. Молчит и просто слушает редкие судорожные выдохи. Он не умеет помогать. Но с ним легче. Когда кто-то молча делит с тобой одну боль на двоих, то становится проще. Ему ничего не нужно объяснять. Ведь они друг для друга открытая книга. — Шигараки. — Чего? — Можешь наклониться на секунду? — Зачем? — Пожалуйста. Голос у Изуку сиплый, немного отдающий хрипотцой и безнадежной болью. Томура раздумывает какое-то время и заваливается на свободное место, укладываясь боком, спиной к Мидории. Он знает, что нужно Изуку. Ему это тогда тоже помогло. Объятия Мидории осторожные, мягкие, едва ощутимые. Он упирается носом меж лопаток и затихает. Через несколько минут ему точно станет легче. В воздухе витает невысказанная благодарность. Томура вздыхает, но не уходит. Ждёт. Он не уверен, что что-то должно произойти, но смиренно ждёт. В спустя всего пару минут Изуку осторожно тянет его на себя. Обнимает крепко за шею. От его волос пахнет чем-то цитрусовым. Томура думает, что этот запах подходит для Деку. — Ты можешь рассказать, что тебя гложет, если хочешь. Изуку вздрагивает. Кусочки боли такие большие. Ничего ведь не случится, если он расскажет, что Восстановитель делает ужасные вещи. Он рассказывает уклончиво, но в его тихом рассказе больше эмоций, чем должно было быть. Он совсем расклеился, а глаза вновь были на мокром месте. Только сейчас он мог прижаться к Томуре ближе, спрятать это проявление боли. Хотя знает, что Шигараки все равно почувствует это. Они чувствуют друг друга лучше, чем кто-либо другой. Изуку чувствует ответные, слабые, словно бы неуверенные объятия и его отпускает. Постепенно боль, что скопилась за все дни поисков Эри, стихает. Он снова спокоен и даже в какой-то мере расслаблен. Лежать, прижавшись к злодею, удивительно легко. У Томуры прохладные руки и сейчас тонкие пальцы методично перебирают его волосы. Это успокаивает лучше слов. Он засыпает под этими мерными поглаживаниями, зная, что когда проснется, то Шигараки уже исчезнет. Словно и не было его здесь. Он так и не успевает поблагодарить его, но намного позже узнает о том, что Шигараки оставил Восстановителя без рук. Он не знает всех деталей, но он уверен, что чувствовал чужое удовлетворение в тот момент, когда Кай лишался рук. И почему-то Изуку уверен в том, что частично Шигараки сделал это и для него тоже. Эта мысль кажется абсурдной, но Мидория сохраняет её, убирает в дальний ящик до лучших времён. *** Мидория живёт в фантомной боли всё время до пробуждения Шигараки, а потом, уже после сражения, восстановившись, отправляется искать его. Он знает, что это опасно, что Все За Одного всё ещё контролирует его, но он чувствует зов. Томура нуждается в нём. Он находит злодея на окраинах города. Все За Одного стихает и безумие в глазах Шигараки временно гаснет. Он сползает на грязный бетонный пол и смотрит на героя с прищуром. — У тебя совсем инстинкт самосохранения отсутствует? — Ты сам меня звал. — Это могло оказаться ловушкой? — Я знаю. Но ты никогда не искал встречи намеренно. Что-нибудь изменилось? Томура вздыхает. — Да. Связь окрепла. Настолько, что даже в пылу сражения я чувствовал не просто отголоски, а шквал эмоций. Это сбивает с толку. Непонятно где свои, а где чужие. Изуку садится рядом. Они снова пришли к тому же, что произошло при первой их нормальной встрече. Они вынуждены говорить. Иначе не получается успокоить голос в голове. Чужой, непривычно громкий. Изуку думает о том, что это форменное безумие. Но всё равно позволяет злодею заснуть на своих коленях на пару часов. Потом он уйдет, чтобы вновь помочь людям. Иногда нужно переступать через себя, если жизнь выбивает тебя клином. Мидория гладит спутанные белые волосы и думает о том, что был бы не против попробовать сначала. — Однажды мы встретимся снова и сможем начать с нуля. Только дождись этого, Томура-кун. Мир трещит по швам, а он пытается все исправить. Он хочет спасти не только мир, но и одного заблудшего ребёнка, который слишком погряз во тьме. *** Мидории Изуку двадцать. Он начинающий герой, только выпустившийся из Юуэй. Он помогает людям, которые всё ещё не пришли в себя после войны с Арис и множественным побегом злодеев из Тартара. Герои вынуждены снова доказывать свою пригодность обществу, ведь всё резко изменилось. Но парень не отчаивается. Он помогает всем, кому может, работает практически на износ, но раз в неделю он ровно на сутки покидает свой пост защитника города. Он отправляется за город, в место, что скрыто от глаз посторонних. Дом, где ныне живёт считающийся погибшим Шигараки Томура. Шигараки, который потерял большую часть своих сил, воспоминаний и остался серьезно травмирован на всю жизнь, теперь жил как отшельник. И Изуку старался ему помочь. По-своему. — Тенко-кун! Ты дома? — Мидория заглядывает в гостиную, надеясь застать бывшего злодея там, но она пуста. В груди теплеет нехорошее предчувствие, но потом он слышит шум на заднем дворе. Выходит через дверь кухни во внутренний двор и облегчённо выдыхает. Шигараки там. Сидит под большим деревом сакуры. Культя, что осталась вместо ноги, укрыта пледом, а на руках, ужасно шрамированных из-за огня, надеты перчатки. — Ты снова пришел сразу после патруля, даже не появившись дома? — на носу бывшего злодея очки, а в руках томик Мураками, который он продолжает читать даже не смотря на то, что Деку пришёл. — Не хотел ждать, мы ведь целую вечность не виделись. — Изуку опускается рядом, терпеливо ждёт, пока Томура снимет очки и отложит книгу, после чего обнимает осторожно. Шигараки ломанный переломанный. Он с большим трудом смог выжить и сейчас Изуку прикрывает все усилия, чтобы он хоть немного привык к обычной жизни. У Тенко практически не видит правый глаз. Пальцы двигаются плохо. А причуда иногда сбоит и он ненароком разрушает что-нибудь рядом с собой. Он просыпается от кошмаров своего прошлого каждую ночь. Он вынужден жить на сильнодействующих обезболивающих, чтобы не страдать от боли в ноге, которая только недавно стала заживать нормально. Он не помнит большую часть своей прошлой жизни, но он благодарен Изуку за то, что он спас его. Он хочет жить. Грехов это не искупит, но он может просто жить. Без оглядки на ужасы прошлого. Даже если эти ужасы напоминают о себе каждую ночь. Тенко выдыхает, обнимая героя в ответ. Он зарывается носом в темные пряди на макушке и вдыхает запахи города. От Деку пахнет жизнью. Он же пахнет как смерть. Хотя сам Изуку думает иначе. — Я привез тебе моти и зелёный чай, как обещал. И новые игры. — Очень мило с твоей стороны. Но лучше бы ты позаботился о сне для себя. — Я могу отдохнуть с тобой, Тенко-кун! Это намного лучше. — Вот же упрямый... Изуку улыбается, целует исписанное шрамами лицо и мягко подхватывает на руки. — Мидория!... — Изуку. Сколько раз просил. И ты опять ничего не ел. Пошли в дом. Надо поесть и заодно обработаем твои шрамы. Ты опять забываешь их вовремя помазать. Изуку заботливый, теплый, с ним хорошо, но приходит он редко. В остальное время Тенко заперт в своих кошмарах и только чтение и свежий воздух помогают немного. К игровой консоли он почти не притрагивается. Только когда Изуку рядом он может поиграть спокойно. Не чувствуя ужаса прошлого за спиной. Ему почти неловко, что Мидория вынужден выхаживать его, как ребёнка, но отчасти ему приятна чужая забота. Он чувствует себя любимым, нужным и это немного помогает отвлечься от того, что он бесполезен практически во всем. Изуку улыбается ему, целует мягко в макушку, пока режет салат и обещает в следующий раз привезти фирменный пирог от матери. Иногда Тенко думает, что следующего раза никогда не наступит. Что Изуку исчезнет, как хороший сон. И тогда он погибнет. Уже окончательно. Но Изуку приходит снова и снова. Вытягивает из кошмаров, выцеловывает шрамы, заставляет улыбаться и делает так много для того, кто этого не заслужил. — Почему ты спас меня? — тихо спрашивает Шигараки, когда Деку аккуратно укладывает его на диван. Изуку отвечает, даже не задумываясь. — Потому что ты хотел быть спасённым. Ты сам попросил меня об этом. — Жалеешь? — Нет. Изуку садится перед ним на колени, обнимает за ногу и культю, что по прежнему накрыты одеялом, гладит и прижимается щекой. — Люблю тебя. И я никогда не пожалею, что спас тебя тогда. Ты мой самый любимый человек, Тенко-кун. Тенко не понимает, как можно любить такое, как он, но Изуку снова и снова доказывает, что можно. Это безумие, форменное безумие, но Мидории плевать. Он тянется к Шигараки, ворует лёгкие поцелуи со шрамированных губ и улыбается довольно. И ему ни капельки не противно. Наоборот. Ему нравится обнимать, целовать и гладить. Чувствовать чужой трепет и видеть, как удовольствие накрывает не только его. Он любит. Трепетно. Нежно. Без боли и страданий. Он вытаскивает Томуру из его тьмы снова и снова и уверен, что сделает это столько раз, сколько потребуется. Ведь все окупается, когда Тенко, укутанный в плед по плечи, устало роняет голову на его плечо и засыпает. Когда их пальцы переплетаются и отпускать чужую холодную руку совсем не хочется. Такие моменты Мидория искренне хотел бы запечатлеть на камеру. Но он запоминает. — Я тоже люблю тебя. — тихо-тихо произносит Томура, целуя покрытые шрамами руки. Они не такие страшные, как его собственные, но все равно... Шигараки Томура мёртв. Тенко Шимура тихо живёт в отдалении и мечтает хотя бы раз проснуться не от кошмара. Герой Деку спас мир от Шигараки Томуры. Мидория Изуку спас Тенко и позволил начать всё сначала. Это абсолютное безумие, но это их выбор. Связь мерно пульсирует и больше никто не чувствует той ужасающей боли. Теперь они наконец-то свободны.