Coffee

POV Тайлер Я рано просыпаюсь, возмущаясь, что тупой будильник никак не умолкнет. Натягиваю одеяло на голову и жмусь к Джошу. — Папочка, выключи его, — жалуюсь, поднося большой палец ко рту. — А? — глаза Джоша медленно открываются, и он пытается сесть. — Детка, я не могу дотянуться до твоего телефона и выключить будильник, потому что ты лежишь на мне, — сонно улыбается, и я краснею, перекатываясь по кровати, чтобы взять телефон с тумбочки. Передаю его Джошу, и он выключает звук, но затем всё ещё возится в мобильнике. — Что ты делаешь? — интересуюсь и прижимаясь к нему, наблюдая за тем, как Джош звонит в кафе. — Тебе нужно взять выходной, сладкий. Не могу отпустить маленького мальчика на работу. Ты можешь пораниться, — говорит, прижимая телефон к уху и ожидая ответа. Киваю и благодарно смотрю на то, как он звонит вместо меня. — Ладно, любимый. Давай я отправлю Стефани сообщение, и тогда приготовлю тебе завтрак, окей? Как тебе идея с блинчиками? — Вкуснятина! Люблю блинчики! — сажусь, хлопая в ладоши. — Пойду смотреть мультики, пока жду. Ты не против, папочка? — Конечно, нет, — он тоже принимает сидячее положение и целует меня в щеку, а затем заменяет в руке мой мобильник своим. Я скатываюсь с постели и шагаю в гостиную, улыбаясь, когда вижу спящего на диване Джима. — Джимми, просыпайся! Уже утро! Папочка сейчас сделает блинчики! — нежно чешу его за живот, пока тот не просыпается. Затягиваю Джима к себе на колени и включаю «Щенячий патруль». — Гляди, Джим, тут такие же щенки, как и ты! Он лижет мне щеку, хихикаю. Мы обнимаемся и смотрим мультики, и уже через пару минут после начала серии папочка выходит из комнаты. — Итак, я собираюсь начать готовку блинчиков, — целует меня в лоб и уходит на кухню, и еда готова прежде, чем я осознаю это. Сажусь с папочкой за стол, а Джим садится на пол. — Так вкусно! — хорошенько откусываю от блинчика, и Джош улыбается. — Рад, что тебе нравится, — делает глоток кофе. — Возможно, мы могли бы пойти в кино сегодня. Что думаешь? — Правда? В кино? На фильм? — спрашиваю с оленьими глазками. Такое чувство, будто я не ходил на фильмы вечность. — Мы можем посмотреть нового «Человека Паука»? Пожалуйста-пожалуйста? — Хм-м-м, — мычит Джош, размышляя, и я скрещиваю под столом пальцы. — Будешь себя хорошо вести? — Буду, буду! Обещаю! — Окей. Раз уж обещаешь, то пойдём, — берёт салфетку и протягивает руку, чтобы вытереть моё лицо. — Теперь иди одеваться, а я помою посуду, и тогда посмотрим, когда ближайший показ. Спрыгиваю со стула и иду в спальню. Джим следует за мной и залазит на кровать, скручиваясь на одеяле. Снимаю одежду и кладу её в корзину, хотя мог сбросить её на пол, но я ведь хороший мальчик. Как только я надеваю штаны и одно из теплейших худи своего папочки, иду чистить зубы и обуваться. Возвращаюсь в гостиную, где на диване сидит Джош. — Через полчаса будет сеанс. Если хочешь, можем приехать пораньше. Как бы там ни было, думаю, тебе нужно заправить машину, — он поднимается и кладёт телефон в карман. — Я так взволнован, — тяну его за руку и чуть подпрыгиваю. — Пойдё-ё-ём. Джош целует меня в лоб, и мы выходим из квартиры (после того, как я машу Джиму на прощание). Вместе идём к авто, и Джош открывает передо мной дверь, после этого пристёгивая ремень безопасности. — Спасибо, папочка! — тянусь поцеловать его в щеку, когда он заползает в салон. После этого мы отъезжаем. По радио играет песня, и я киваю в такт музыке головой, пока мы не доезжаем до заправки. — Ну вот, детка. Останься тут, пока я не заправлю машину, окей? Киваю. — С этим я справлюсь! Я хороший мальчик, — широко улыбаясь оглашаю факт. — Да, ты такой, — вновь целует меня в щеку и выходит из авто. Джош заполняет бак бензином, и я жду, пока он закончит, играя на телефоне в игру. Когда он возвращается, то заводит двигатель и отвозит нас к кинотеатру. — Папочка, я так волнуюсь, — дёргаю его за рукав, когда жду, пока он найдёт место для парковки. — Знаю, ангел, — наконец-то он где-то останавливается спустя лет сто, а потом отстёгивает наши ремни безопасности и выходит из машины открыть мне дверь. — Выползай, милашка. С визгом выбираюсь из авто. Джош берёт меня за руку и не отпускает, пока мы не проходим парковку, чтобы занять очередь. Папочка платит за билеты и попкорн, хотя мы оба знаем, что я съем бо́льшую его часть, и тогда мы отыскиваем места. Пока идёт фильм, я сую попкорн в рот горстями, но папочка останавливает меня. — Всё, больше не надо, сладкий. У тебя заболит живот, — шепчет, отставляя упаковку на пол. — Но я хочу ещё, — скрещиваю руки на груди, на что он качает головой. — Может позже. Не хочу, чтобы тебе нездоровилось, — кладёт руку мне на колено, но я её сбрасываю. — Тайлер. Я знал, что веду себя плохо, и по его тону было понятно, что, вероятно, дома буду наказан, но и это меня не остановило. — Нет.

***

Я был прав. Когда мы приходим домой, папочка ставит меня в угол. Сижу на стуле лицом к стене, бормоча под нос о том, какой он злой. — Не хочу проводить время здесь, — дуюсь и слегка топаю ногой, надеясь, что он отпустит, если я достаточно поною. — Не нужно было быть таким грубым, детка, — Джош отвечает, не сдвигаясь с дивана, делая взрослые вещи по своей работе. — А теперь прекрати болтать. Осталось ещё пять минут наказания.