Затмение

      Кончик волшебной палочки проходит над белыми нитями, заковывая их в металлическую оболочку. Процесс требовал полной концентрации и не только зрительной, но и мысленной. Одно неверное движение способно уничтожить двухчасовую работу на корню, а этого нервы просто не выдержали, не после двух провалов. Однако по иронии судьбы рука предательски вздрагивает, чем рушит заклинанием чары на браслете, и погруженная в тишину комната заполняется нецензурной лексикой. Потом минута тишины, немного нервных вдохов и Гарри вновь сгибается над своим творением, старательно гоня из своей головы ненужные мысли.              Причиной этой нервозности и несобранности, несомненно, была фигура, поселившаяся не только в этом доме, но уже и в голове. Чертов Роберт. В какой раз его действия вводили в тупик, а слова выводили из себя, но сейчас он постарался и без прямого участия. Информация, полученная из отсека с памятью, подействовала на Гарри как удар. Роберт — гей. Ну никак этот холодный и язвительный образ не мог оказаться таким чувственным. Казалось, стена, за которой прятались настоящие эмоции, на первый взгляд, черствого человека, была пробита.              Гомосексуальные отношения в магическом мире не нова, да и отношение Поттера к подобным парам было нейтральное. И вроде незачем мусолить эту мысль в своей голове, можно просто принять факт ориентации Роберта и жить дальше, вот только мешали события прошедших дней. Теперь тот огонь, распространившийся по телу Роберта, наконец-то обрел смысл.              — Ни за что не поверю, что он так отреагировал на меня. Головой вроде понимаю — он увидел во мне своего возлюбленного… — шепотом успокаивал себя Гарри и вовремя заметил, что кончик палочки катастрофически близко опустился к нитям. — Дракл! Все, хватит об это думать, веду себя как подросток в пубертат. Это вообще не мое дело.              Этот монолог ненадолго помог сконцентрироваться на работе и завершить артефакт. Гарри облегчённо выдохнул и отправился в столовую, надеясь найти там своего гостя. Весь путь он старательно думал, как нацепить на Роберта браслет и по-быстрому ретироваться, но как оказалось кое-кто это сделал раньше него. За столом было пусто, и только оставленная тарелка с недоеденной яичницей указывала на то, что побег был совершен практически сразу после ухода Гарри в лабораторию.              Понимание всей ситуации бурей хлынуло в обеспокоенную голову и тело покрылось мелкой дрожью. Стало страшно, настолько, что голос едва мог вырваться из горла, чтобы позвать домовика, но он сам почувствовал этот немой зов.              — Звали, господин?       — Где Роберт? — едва выдавил из себя Гарри, все еще надеясь на ложность своего предположения.              — Ушел.              — Как ушел?! — вскрикнул он. — Как ты мог позволить ему уйти?!              — Но молодой господин не велел Кричеру следить за ним, ведь есть артефакт.              — Черт-черт-черт, — Гарри не находил себе места, метался из стороны в сторону, обдумывая случившееся. — Как давно он ушел? Хотя зачем я тебя спрашиваю — только время теряю.              Бросив злобный взгляд на домовика, он подбежал ко входной двери и открыл её нараспашку. С улицы подул холодный осенний ветер. Стоявший почти без одежды Гарри, зябко поёжился. Разум поплыл. В голове зазвучали уже привычные голоса.              Ты снова не справился.              Ничтожество.              Ноги подкосились, уронив тело на пол. В попытках избавиться от наваждения, Гарри закрыл руками уши, но это не могло помочь заглушить то, что звучало из самых глубин сознания.              Тебе доверили простое задание, но ты даже с этим не справился.              Из-за тебя снова может кто-то пострадать.              С каждой новой секундой голоса звучали громче. Гарри мотал головой, судорожно цеплялся пальцами за волосы и из последних соображений вдыхал спасительный кислород, чтобы суметь сохранить самообладание.               Его подослали, чтобы он подтвердил твоё безумие в Аврорате. Наконец-то они смогут запереть тебя в Мунго. Там тебе и место!              — Нет! Это не правда, — собственный голос тонул в этих звуках и приближался момент кульминации борьбы с собственными страхами. Магия бушевала, чутко отзываясь на эмоции волшебника.              Ты всем только мешаешь.              Сквозь голоса и шум в голове, вдруг послышалось шуршание пакетов и быстрые шаги. Чьи-то холодные пальцы сжали плечо и слегка встряхнули:              — Поттер!              Обращение не помогло. Гарри слишком увяз в своих мыслях — они заглушали всё. Поэтому следом прилетела пощёчина. Зелёные глаза внезапно встретились с голубыми. На дне изумрудной радужки притаился страх и удивление.              — Придите в себя! — прикрикнул Роберт, поднимая за руки, ещё терявшегося в пространстве, Поттера.              — Вы… Что вы тут делаете? —хрипло спросил Гарри, непонимающе глядя на внезапно вернувшегося Роберта.              — Это вы что тут делаете почти голый перед открытой дверью?! Бессмертным себя считаете? — рявкнул Роберт, запирая дверь и оттаскивая Гарри в столовую.              Как только власть над телом вернулась, Гарри тут же оттолкнул мужчину и с недоверием уставился на него.              — Зачем вернулись, я спрашиваю?              — Будто мне есть смысл сбегать. Лучше я дождусь, когда вы подтвердите мою невиновность, чем оставшуюся жизнь проведу, скрываясь от авроров.              — Тогда зачем вы ушли?              Роберт небрежно махнул рукой на лежащий у входа пакет.              — Купил продукты. Стейк — это конечно неплохо, но я предпочитаю разнообразие в еде, которым ваша кухня, похоже, не блещет. Галеоны нашёл на тумбе в прихожей, а охранников усыпил на некоторое время, — все это он проговорил спокойно и монотонно, так, что Гарри не мог и слова вставить. — Кстати о них, похоже в аврорате не очень-то верят, что вы сами сможете удержать меня, случись что.              Гарри хмыкнул в ответ на эту догадку и успел заметить, как взметнулась светлая бровь Роберта.              — Не беспокойтесь, они не по вашу душу, а по мою. Бояться, что я скоро сойду с ума и начну новую войну, — с усмешкой пояснил Поттер.       Только сейчас из-за замечания мужчины Гарри вспомнил о своих нежеланных соседях и невольно задумался о словах Коливвана по поводу нехватки агентов. Действительно, волк в овечий шкуре обвел вокруг пальца. Вот только зачем? И так сложно жить, когда понимаешь, что за каждым твоим действием следят. Ждут, когда сорвёшься, не выдержишь. Аврорат как будто не понимает, что всем этим только ближе толкают к краю. Либо и вправду только этого и добиваются…              — Больше не поступайте так безрассудно. Я не знаю вас, как и вы не знаете меня. У нас и так полно проблем, так зачем создавать новые? — твердо проговорил Гарри, пытаясь хотя бы голосом не выдать своего состояния, что делать с каждой секундой было все сложнее и сложнее.              Звон в ушах нарастал, а тело била крупная дрожь. Нетвёрдым шагом он преодолел порог столовой и опустился на стул, закинув ногу на ногу. Одной рукой он крепко вцепился в подлокотник, другую поднёс сначала к губам, словно задумавшись о чём-то важном, а потом повел её всё выше и выше, пока не зарылся длинными пальцами в густые волосы. Нога непроизвольно дергалась. Это всё сильнее раздражало Гарри. В конце концов он резко поставил её на пол.              Со стороны казалось, что он вот-вот взорвётся. Даже наступившая тишина не помогала справиться с нервами. Неожиданно раздался негромкий скрип. Гарри вскинулся и посмотрел на усевшегося на стул Роберта, который, казалось, был увлечён какими-то своими мыслями              — Что с вами случилось в прихожей? — спустя минуту молчания наконец спросил Роберт.              Гарри не собирался отвечать на этот вопрос. Его гораздо сильнее интересовали вновь усилившиеся голоса в голове.              Ему не важны твои проблемы, только информация как скоро ты сорвешься.              — Если о вашем состоянии узнают, даже звание героя вас не спасёт. Скорее наоборот, именно ваш статус вас и погубит.              Он прав. Ты на грани. Скоро ниточка оборве…              — Заткнитесь!              Зелёные глаза вспыхнули гневом. Дрожь и голоса в голове мгновенно исчезли. Роберт слегка вздрогнул от неожиданной реакции, но продолжил смотреть на Гарри с отстранённым любопытством.              — Герой-герой-герой! Как же достало! — стул полетел вниз, с глухим звуком падая на пол. — Вы ничего обо мне не знаете, но смеете звать героем, — сквозь зубы прошипел Гарри. — Кто вы такой, чтобы мне сейчас высказывать подобное? Почему решили, что можете вешать ярлыки? — повернувшись спиной к Роберту, он сдавленно усмехнулся — Все видят во мне героя, но что скрывается за этим словом? Для министерства я просто удобная марионетка. Впрочем, одна из многих.              — С чего вы взяли, что кто-то воспринимает вас как марионетку? Для театральной игрушки вы слишком неуправляемы.              Роберт наблюдал, как Поттер пытался выровнять дыхание, и успокоить эмоции, про себя гадая, что же могло так сильно повлиять на него? Как этот всегда жизнерадостный и упрямый человек сейчас может выглядеть настолько жалко?              — Всю мою жизнь меня готовили к неизбежному. Вроде, я мог делать, что хотел, но, как оказалось, конец изначально был предрешен. Если бы я знал раньше, с чем придется столкнуться, я бы мог их спасти. Но мне просто не оставили выбора.              — Вы ошибаетесь, выбор есть всегда. Мы не можем узнать, что произойдет в будущем. Вы могли встать на сторону Волдеморта или погибнуть от его руки ещё раньше.              — Может, если бы так произошло, сейчас было бы лучше, — глухо ответил Гарри. Он перегорел, и в душе вместо гнева осталось только отчаянье, грызущее изнутри.              Роберт сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул, собираясь с мыслями. Он всё ещё прибывал в шоке от того в какое состояние себя загнал Гарри. Нужно было что-то ответить и желательно так, чтобы не довести героя окончательно.              — Вы идиот. Раз уж вам повезло не умереть в этой безумной войне, распорядитесь своей жизнью с умом, если он, конечно, у вас еще остался.              — Пытался и неоднократно, но, чтобы я не делал, голоса, кошмары по ночам — все это возвращало меня в порочный круг безумия. Они не исчезнут после ваших слов.              — Голоса может и не пройдут, но вот с кошмарами могу вам помочь.              Гарри повернулся к Роберту и, облокотившись о стену, сложил руки поперек груди, бесстрастно смотря в синие глаза.              — Мне уже ничего не помогает. Зелья, экстракты, даже заклинания — все стало бесполезным.              — Есть одно зелье, которое я разработал сам, думаю, оно сможет устранить ваши кошмары. Конечно, я не дам вам его за просто так. У меня есть условие...