Затмение

      Вечер медленно перетекал в ночь, открывая двери для всех желающих, пришедших к закрытому шоу. Гарри задержался у входа, случайно поймав свое отражение в затемнённом стекле. Серые глаза, неестественно светлые волосы и совершенно другие черты лица. Он провел ладонью по лицу, ненадолго задумавшись, чей образ сейчас носит и какова вероятность встретить тех, кто знает хозяина этого тела.       Снова ищешь причины сбежать?       Гарри мотнул головой, выгоняя незваных гостей из своих мыслей. В этот раз все по-другому. Он не даст собой манипулировать.       На небе уже проступали первые крошечные искры, ярко мерцающие контрастом на темном полотне, и Гарри внимательно следил за их появлением, докуривая очередную сигарету. Ментоловый вкус постепенно мерк, заменяясь острой горечью. Такой противной, режущей и в тоже время нужной, чтобы решиться зайти в соседнюю дверь. Но пока рано. Пока он только отстранённо следит за теми, кого не мучают никакие тревоги, они знают, зачем пришли сюда, и желают получить это в полной мере. А Гарри «это» не мог превратить в осознанное решение, вот и стоял, подпирая спиной кирпичную стену.       Прохожие уже начали косится в его сторону — кто с любопытством, а кто с откровенной настороженностью, и последние раздражали больше всего. Желания разбираться с работниками заведения, почему им жалуются на какого-то маньяка у входа, совершенно не было. Впрочем, особого желания не было и заходить внутрь, но раз пришел — стоит попробовать. Гарри раздавил окурок о кирпич и, сделав последний глоток прохладного ночного воздуха, шагнул к двери.       Внутри царил приглушенный свет — не яркий, но и не полумрак, присущий дешевым подпольным клубам. Сравнивать, конечно, не с чем, опыт заканчивался на случайно подслушанных разговорах, по которым он и выбрал именно это заведение. И слухи оказались правдивы. Здесь было прилично… хотя бы без прилюдной оргии, что не могло не радовать.       Гарри замер на секунду, привыкая к атмосфере. Бар, обтянутый темной кожей, небольшие зоны, отделенные от основного зала, специально обвешаны тонкой тканью, почти прозрачной. Разглядеть за ними можно только еле уловимые силуэты. Где-то смеялись, где-то шептались, а где-то уже не делали ни того, ни другого.       — Добро пожаловать, — раздался слева спокойный голос.       Гарри повернул голову. Перед ним стоял мужчина в темном костюме без галстука, с безупречно зачесанными назад волосами. Взгляд — нейтральный, профессиональный.       — Располагайтесь где угодно, — продолжил работник, ленивым жестом указывая на зал. — Или, если ваш вкус… особенный, могу провести вас в другую часть заведения.       В груди что-то екнуло. Особенный вкус. Звучало интригующе, а главное завуалировано. Гарри смело предположил, что другая часть для тех, кто может позволить больше, чем просто диван, ограждённый тонкой завесой.       — Другую, — не задумываясь ответил он, выдерживая отстраненный взгляд.       Работник едва заметно улыбнулся, словно знал, что Гарри не откажется.       — Следуйте за мной.       Они прошли через узкий коридор, и яркий свет внезапно хлынул в глаза, заставив Гарри на мгновение прищуриться. Когда новая обстановка приобрела четкость, он тут же заметил отличия. Первое, что бросилось в глаза — разделение зала на зоны по цветам: в дальнем правом углу расположились красные диваны, ближе к барной стойке — фиолетовые, а слева — синие. О смысле расцветки он не хотел особо задумываться, мало ли какой дизайн мог прийти в голову хозяину заведения, а вот другую деталь упустить было невозможно: к одиноким посетителям то и дело подсаживались, завязывались разговоры. Кто-то находил общий язык, в каком бы смысле это ни было, а кто-то ошибался в выборе и уходил к другому дивану.       Быть искателем Гарри не собирался, поэтому быстро прихватил на баре стакан огневиски и опустился на ближайший диван. Он откинулся назад, чувствуя, как алкоголь медленно разливается по телу, но трезвость сознания не отпускала. Непривычность обстановки не давала расслабиться, то и дело напоминая Гарри о его неопытности. Он был закрыт как крепость.       Мимо слонялись те, кого Гарри мысленно окрестил «искателями», но как только они подходили хотя бы на миллиметр ближе, тут же натыкались на холодный взгляд серых глаз и своевременно меняли направление, уходя как можно дальше. За час к нему сумело подсесть пару девушек, они невзначай касались плеча, подталкивая к действиям. Старались завести разговор, выводя его в нужное русло, но каждая из них терпела неудачу, сталкиваясь с невидимой стеной ледяного безразличия. Одну он отверг из-за слишком громкого смеха, другую — из-за навязчивого парфюма, а третью… Причина в голове так и не родилась, но это не помешало отвергнуть и ее.       Все это время Гарри не покидало чувство, что за ним следят. Конечно, подобное происходило на протяжении всей его жизни, но в этот раз было иначе… Взгляд был реальным, настойчивым, изучающим. И вот наконец невидимый поклонник решился показаться. С дальнего угла Гарри заметил фигуру, точным курсом приближающуюся к нему. Молодой парень, лет двадцати пяти, со светлыми волосами и довольно миловидным личиком. Он сел на приличное расстояние, почти на другой край дивана, сохраняя личные границы.       — Скучаешь?       Гарри проигнорировал вопрос, думая, что этого достаточно, чтобы место рядом освободилось.       Тишина затянулась. Гарри за это время успел приобрести еще пару стаканов огневиски и каждый раз, возвращаясь, надеялся, что его неожиданный визави уйдет восвояси. Однако он оставался на месте, постепенно приобретая в голове Гарри образ интерьера — сидит, молчит, ничего не предлагает, просто «радует глаз» своим присутствием. В один момент он не выдержал.       — Долго еще будешь сидеть? — с нажимом выдавил Гарри, не скрывая своего недовольства.       В глаза напротив промелькнула еле уловимая искра.       — Сколько потребуется, — пожав плечами, ответил парень.       — И для чего же?       Его вопрос откровенно рассмешил собеседника. Гарри нервно стукнул ногтем по стакану и непонимающе поднял бровь. Он все еще не догадывался о причине нахождения этого парня на его диване, предполагал, что тот надеялся на тройничок, но то, что сделал собеседник в следующее мгновение, расставило все по местам.       — Чтобы ты привык к моему присутствию.       Его голос смягчился, стал теплым и обволакивающим, и в тот же момент носок ботинка едва коснулся ноги Гарри.       И тут до него дошло. Цветные диваны. Открытое пространство. Гарри почувствовал, как легкий холодок прошелся по спине, вызывая неприятные мурашки по всему телу. Внутри все скрутилось в узел, что очень хорошо отразилось на лице.       — Что ж, я так понимаю, не по адресу, — парень притворно выдохнул и медленно поднялся с дивана. — Советую сменить зону поиска, чтобы больше не было недопониманий.       Когда дрожь прошла, пришло осознание, что он торчит в этом заведении уже больше часа, но так и не приблизился к своей цели. Пить еще больше алкоголя грозит рождением новой статьи в газете о веселых похождениях национального героя, а без алкоголя в крови он просто не решится на безумный шаг с кем-то переспать. Решать нужно здесь и сейчас, поэтому Гарри импульсивно, не давая отчета своим действиям, схватил тонкое запястье. Парень резко обернулся, задержал взгляд на серых глазах, прочитал в них решимость и, усмехнувшись, уверенно повел Гарри сквозь шум зала к комнатам для уединения.       Пока неожиданно появившейся партнер договаривался с ценой и комнатой, у Гарри было время обдумать свое решение, которое, несомненно, противоречило его убеждениям. Лечь в постель с мужчиной — то, чего он так старательно избегал, теперь не казалось чем-то страшным. Физиология почти идентичная, так какая разница, если вместо упругих грудей будет упругим что-то другое? Дополнительной храбрости прибавляло желание разобраться в себе и своих предпочтениях, а может, все дело в алкоголе, которое уже давно выветрило все трезвые мысли из головы. Но обдумать эту мысль ему не дали, требовательно толкая за порог.       Все произошло стремительно, как вспышка молнии в тесном пространстве между затененными стенами. Чужие пальцы, торопливые и нетерпеливые, скользили по мелким пуговицам, расстёгивая одну за другой. Третья не поддалась и с легким щелчком отлетела на пол. Чужие губы с томным придыханием касались смуглой кожи, выискивая ту самую пульсирующую венку, чтобы оставить на ней след.       — Без засосов, — холодно и требовательно, совсем не подходящим обстановке тоном, предупредил Гарри.       Партнер на мгновение оторвался и встретился с ним взглядом — серые глаза опасно сверкнули в полумраке. Кончик языка скользнул по пересохшим губам, а затем они снова припали к шее, но уже аккуратнее: легкие, почти невесомые поцелуи обжигали кожу. Выше, выше, пока зубы не сомкнулись на мочке уха, задержав ее в теплом плену. Затем — холод дыхания на влажной коже.       — Как скажешь… — прошептал он и потянулся к губам Гарри.       Но не успел коснуться, как ладонь резко уперлась в его грудь, отстраняя.       — И без этого.       Партнер усмехнулся, но не стал настаивать. Вместо этого его руки скользнули ниже, по бокам, достигли пояса и торопливо расстегнули ремень. Пальцы ласково пробрались под ткань, в надежде поскорее оценить размеры будущего удовольствия. Но… ничего. Никакого ответного отклика на ласки.       Он замер, нахмурившись, словно столкнулся с неразрешимой загадкой. Раздражение мелькнуло в его глазах, но почти сразу сменилось азартом.       — Так даже интереснее, — прошептал он, и в следующий миг Гарри почувствовал, как его опрокидывают на кровать.       Не успел он опомниться, как штаны с боксерами уже валялись где-то далеко на полу, а горячие ладони скользнули по бедрам, захватывая мягкую плоть в плен умелых пальцев. Теплый язык провел влажную линию по внутренней стороне бедра, затем выше, и наконец коснулся бордовой головки.       Гарри, до этого будучи совершенно отстраненным к происходящему, зажмурился от новых ощущений. Было приятно, тепло, мягко… но бесполезно. Тело отказывалось реагировать должным образом, словно что-то блокировало его.       Партнер тем временем не терял надежды, продолжая ласкать вялый член. Губы плотным кольцом обхватили головку, медленно скользя вверх-вниз, язык кружился вокруг уздечки, а потом прошелся по всей длине. Гарри стиснул зубы, начиная заводится, но совершенно не в том направлении. Он резко вцепился в волосы парня, направляя его движения, пытаясь хоть как-то заставить себя почувствовать больше. Глубже, жестче, быстрее — но результат не менялся.       «Почему не получается?»       При других обстоятельствах Гарри бы не расстроился, что его тело не реагирует, если бы не случай в ванной и все последующие случаи по утрам. Если дело не в ориентации, а в том, что во всех образах появлялся именно Роберт… В висках застучало. Легкая, но стремительная паника подползла к горлу, сжимая его. Он резко закрыл глаза и вдохнул глубже.       «Все хорошо. Нужен другой подход. Просто отдаться ощущениям»       И он сосредоточился. На тепле, на влажности, на ритме… А когда приоткрыл веки, чтобы синхронизировать ощущения с образом, чуть не вскочил с кровати. Между его ног с членом во рту сидел тот, кто в этот момент должен находиться в лаборатории и заниматься приготовлением зелий. Тот, чьи тонкие пальцы всегда с особой точностью нарезали ингредиенты, сейчас обхватывали начинающий твердеть орган. Его синие глаза, всегда смотрящие исключительно с презрением, сейчас были полны желания.       Партнер, почувствовав слабый, но заметный отклик, тут же оживился. Он приподнялся, ухмыляясь, будто только что одержал победу.       — Ну вот, совсем другое дело, — прошептал он и с новым рвением опустился вниз, уже без прежней осторожности.       Гарри вернул руку на голову парня, желая прекратить неправильность происходящего, но одно движение языка по головке, и разум проиграл возбуждению, давая возможность расслабиться и отдаться ощущениям. Даже если это галлюцинация. Даже если это только на один раз — последний раз, когда он позволит картинке закрепиться…       Гарри почти достиг состояния, когда тело находится на грани реальности и скорого удовольствия. Еще секунда, еще один рывок, и все — точка невозврата. Но вдруг наступила тишина. Тепло исчезло, а вместе с ним и давление. Гарри выровнял сбившееся дыхание и вгляделся в темноту. Кровать была пуста. Только смятые простыни и его собственное полуголое тело. Он приподнялся на локтях и увидел партнера, стоящего у самого выхода. Тот уже застегивал рубашку, спокойный и собранный, словно ничего не было.       — Эй! — голос прозвучал хрипло, почти агрессивно. — Что за фигня?       Парень обернулся, и в его взгляде не было злости, только плохо скрываемая тень разочарования.       — Знаешь, мне не нравится, когда возбуждают не мои действия, а чей-то образ.       Гарри замер.       — Что?       — Ты не здесь, — он пожал плечами. — Точнее сказать, не со мной, — рука потянулась к дверной ручке. — Не знаю, кого ты представлял на моем месте, а ты точно представлял, я не спутаю этот взгляд ни с каким другим, но быть чей-то тенью не в моих принципах…       Дверь приоткрылась, пропуская полосу света из коридора.       — … мой тебе совет — помирись с ним, — и он вышел.       Гарри сидел на кровати, ошеломлённый, с до сих пор напряженным членом и диким желанием кинуть вслед за парнем какое-нибудь заклинание. Потом приглушенный свет в комнате моргнул, сообщая, что уже прошло тридцать минут. А Гарри один, и смысла оставаться в комнате больше нет, только сумма накапает за пустое время.       Он резко сполз с кровати, в спешке натягивая штаны. Заплатить все равно придется, а он даже толком ничего не получил, кроме нервного срыва и неловкости размером с дракона. Через минуту Гарри уже вылетел из комнаты, швырнул на стойку мешочек галлеонов и, не дожидаясь сдачи, рванул к выходу.