Приглашение

      Утро нового дня началось с поразительно приевшегося мотивчика ежедневного будильника. Потрёпанная наклейка на старых как мир часах громогласно подмигивала матовыми выцветшими буквами: «Будильник — «мелодия для тебя». Ограниченный выпуск». Гарри купил их ещё на испытательном сроке в аврорате и последние годы не уставал удивляться, как магия в этом адском предмете до сих пор не выдохлась. Видимо она подкреплялась сильной ненавистью изготовителя ко всем клиентам.        Гарри по старой привычке по-аврорски быстро встал с кровати и юркнул в душ, просыпаясь уже на ходу. Сегодня день обещал быть насыщенным: в обед он планировал встречу с Невилом, а после работы — очередной благотворительный бал в поместье Малфоев.       Утренний офис аврората полнился суматохой и всеобщим переполохом: объявился очередной тёмный маг, да ещё и не один, а с друзьями — целая подпольная организация. Двое авроров пострадали: Кормак Маклагген лежит в Мунго с тяжёлым ранением и его напарница — Мнемона Треверс — сейчас приходит в себя. Пускай в школе Маклагген и был самовлюблённым нарциссом, который выделялся только широкими плечами, но сейчас, пусть и не растеряв до конца привычки хвастать о себе любимом, он всё же стал серьёзным аврором. Этот парень вместе с Треверс расследовал одно мутное дело по пропаже нескольких артефактов, некоторые из которых позже были обнаружены в хижине того самого лесного отшельника, и благодаря одному нечестному на руку торговцу информацией они смогли взять след. Как оказалось — очень неудачно для обоих. Считая, что выслеживают какую-то мелкую сошку вроде Наземникуса, который выгоды ради упёр из-под носа авроров ценные артефакты, они, не дожидаясь подкрепления, отправились сразу на захват. Ну и, как следствие, застали весь «клуб разбитых сердец фанатов Волдеморта» в полном составе.       Гарри только за час до обеда смог вырваться из лап секретаря, для того чтобы навестить ребят в больнице. Благо их жизням ничего не угрожало, Маклагген схлопотал Сектумсемпру по кривой и остался с руками и ногами, пусть и чуток обструганным, а Мнемона получила какое-то редкое проклятие, но медперсонал быстро среагировал и сейчас она в порядке. Это, конечно, не осводобило их от ругани начальника — Гарри отчитывал обоих как нашкодивших детей:       — Что, Кормак, ты ещё в состоянии пререкаться? Отлично, раз уж ты в полном порядке, тогда больничный для тебя покажется отпуском, как и объяснительная на тридцать страниц от руки! — гаркнул разъярённый Гарри Поттер. — А вы, мисс Треверс! Вы-то хоть могли остановить этого идиота от очередной дурости?!       — Сэр, я не могла позволить напарнику идти одному… — попыталась оправдаться девушка.       — Если бы ты не пошла, то и он бы не сунулся! Очевидно, я переоценил Вашу осмотрительность! Я-то, наивный идиот, думал, что Вы серьёзная взрослая женщина и будете якорем команды. А оказалось, что вы оба как задиристые школьники — лезете на рожон! Мнемона — с Вас сорок страниц объяснительной! Попрактикуетесь в генерации более удачных отговорок — будет чем скоротать долгие часы на больничной койке! — пригвоздил Начальник и, пыхтя от негодования, вихрем вылетел за дверь палаты. Даже праведные медсёстры не смогли сдержать его обвинительный монолог.       К тому же, на место происшествия пришлось вызывать отряд Стирателей Памяти, так как заброшенный склад, в котором была заварушка, буквально рассыпался как карточный домик на глазах у нескольких подростков-маглов. Пришлось попотеть, выискивая сбежавших малолеток. Ребята остро отреагировали на развалившееся на их глазах здание, из которого фейерверком повылетали тёмные маги, и отыскались в нескольких кварталах от места происшествия. Спенсер-Мун — один из отряда Стирателей — слегка не рассчитал силы, и один из детей потом ещё очень долго пытался вспомнить, как же его зовут и где он всё-таки живёт.       Поттеру сильно влетело и за своих подчинённых, и за чужих, вдобавок к этому стопка невероятно важной туалетной бумаги срочных документов выросла до того, что стала опасливо крениться к полу, как импровизированный макет Пизанской башни. Ко всему прочему, Симус нарыл какую-то информацию по сбежавшим магам и подал запрос на сбор группы, чтобы взять их «тёпленькими». В общем, работы был непочатый край, а работать не давали, так как всем именно сегодня просто жизненно необходим был Поттер и через каждые полчаса в кабинет Главы Аврората стучались несвоевременные визитёры. Среди них затесалась и Гермиона, которая вместе с подаренным облегчением относительно партии на вечеринку Малфоя (с Джинни последнее время связываться не хотелось) принесла вдовесок ещё одну стопку «срочной» макулатуры, добивая несчастного Поттера. Где тот вчерашний день, когда Гарри страдал от скуки? Хоть бы успеть к обеду разобраться с кипой бумаг, а то Невилл окажется за бортом.       Время обеда пришло неожиданно быстро, и Гарри, натерев от пера мозоли, но умудрившись-таки разобрать почти всю стопку документов, очень спешным шагом — Главе Аврората бегать не солидно — направился на встречу с другом.       — Прости, Невилл, долго ждёшь? На работе аврал, мне скоро будут сниться кошмары с горами кровожадного пергамента и жалящими министерскими самолётиками… — на одном дыхании протараторил Поттер, занимая место за столом напротив старого друга.       — Да нет, это ты меня прости, так внезапно тебя выдернул. — смущённо улыбнулся Невилл.       — Дорогой мой друг, какой день бы ты ни выбрал для встречи — проблемы на работе вполне могут захотеть случиться именно в выбранное тобой время, это магловский «закон подлости». — отмахнулся Гарри. — Так о чём ты хотел поговорить?       На вопрос старого однокашника Невилл заметно покраснел и потупил взгляд.       — Я… в общем, мне нужен твой совет. — парень неловко прокашлялся и вскинув на Гарри глаза выдал: — Я хочу сделать Полумне предложение.       — Ого! Поздравляю, Невилл! Как ты решился? — шокированно воскликнул Гарри.       — Да вот, как видишь, пока что никак не решусь. Столько всего нужно продумать! Я даже не знаю, за что хвататься… Я столько лет с ней общаюсь, а мне всё равно кажется будто я её совсем не знаю. — вздохнул собеседник.       — Так, не куксись. Ты ведь уже точно решил, что хочешь сделать этот шаг? — уточнил Гарри, вспоминая Рона. — Потом жалеть не будешь?       — Да. Я хочу. — твёрдо ответил друг. — Она… замечательный человек. Мне никогда не надоест с ней общаться! Полумна может внезапно сказать какую-то несусветную глупость, которая с течением времени обретает глубочайший смысл. Иногда она делает странные вещи, и эта её непредсказуемость каждый раз заставляет меня удивляться, сопереживать или же улыбаться. Но даже её манера сбивать незнающих людей с толку очаровательна. Я долго сомневался, Гарри. Но нам уже не по восемнадцать. Если, как говорила моя бабушка, я не научусь бороться за дорогих людей — я никогда не смогу стать настоящим человеком.       Гарри слушал монолог Невилла с неожиданной завистью. То каким тоном его друг вёл рассказ, как блестели его глаза и как блуждающий в дымке воспоминаний взгляд зажигал на его лице влюблённую улыбку — всё это казалось таким далёким, таким сказочным, будто бы в реальности этой тёплой и живой любви не было места. Но вот он, Невилл, который уже не первый год любит их общую школьную подругу и его глаза говорят, что он не лжёт. Гарри часто думал, что любить одного человека всю жизнь — это нонсенс. Просто красивый словесный штамп. Невиллу, как и Гарри, уже двадцать девять лет и он абсолютно прав — их восемнадцать давно прошли, но выглядел он как влюблённый мальчишка. Абсолютно и беспрецедентно, как никогда в жизни.       — И почему же ты не женился на ней ещё два года назад? — задумчиво уточнил Поттер.       — Я… — Невилл замялся. — С ней так сложно говорить на подобные темы! Я совершенно не представляю её реакцию на моё предложение. Всё это заставляет меня ужасно нервничать и я… просто не могу перестать сомневаться. Во всём, начиная от выбора кольца и заканчивая местом куда я хочу её отвести. Полумна, она… необычная девушка. А я не представляю, что нравится даже обычным девушкам, не то что Полумне! Но я уже достаточно откладывал это решение. И… собственно, ради этого я и позвал тебя сегодня. Я надеюсь, что ты поможешь мне, Гарри. — на последних словах Невилла Гарри чуть не поперхнулся своим кофе.       — Стой! — резко вскинул руку он. — Стой-стой-стой, что ты хочешь, чтобы я сделал?       — Помог мне выбрать кольцо и посоветовал хорошее место, куда я мог бы отвести Полумну. — просто ответил Невилл. — Ты же дружил с ней в школе. Да и кроме тебя и Рона я не знаю к кому обратиться за советом.       Гарри стал судорожно соображать. Если не говорить о Джинни и Чжоу Чанг, его отношения с женщинами последние годы были на уровне «недельных». Все, с кем он встречался, вскоре начинали вызывать в нём сплошное недоумение, и любые попытки Гарри прояснить отношения заканчивались скандалом и разочарованием обеих сторон. Так что даже Рона назвать дамским угодником язык повернётся легче, чем Гарри. Всё-таки он умудрился пять лет прожить жизнью женатого мужчины и даже обзавестись ребёнком, а от Гарри в последнее время забеременеть может разве что рука.       — Подожди, Невилл. — выдохнул он, разминая переносицу и поправляя сдёрнутые этим жестом очки. — То что я дружил с Палумной в школе не означает, что я хороший советчик в таком важном деле! — попытался вразумить друга Гарри.       — Гарри, пожалуйста… — взмолился Невилл.       — Ты уверен, что не знаешь кого-то более подходящего? — уточнил Гарри. — Гермиона, например!       — Она сказала, что выбирать я должен сам, и чужие советы мне не помогут. — горестно вздохнул друг, расстроенно обмякая.       Гарри давно подозревал, что не умеет отказывать людям, которые нуждаются в помощи, а друзьям — особенно. Сейчас же он убедился в этом на все сто.       — Ладно… Давай встретимся на следующей неделе и попробуем подобрать варианты. — тяжело выдыхая согласился Гарри.       В целом он был рад за друга, но Гарри не покидало чувство, что его обвели вокруг пальца. В конце обеда откуда ни возьмись выпрыгнула полупрозрачная лисица, телесный Патронус Симуса, и сообщила, что ребятам удалось задержать троих беглых магов. Сейчас их допрашивают, но точное количество участников и конечную цель их банды выяснить пока не удалось. Гарри тяжело вздохнул и, попрощавшись с другом, поспешил вернутся в Министерство.       Остаток дня пролетел так же быстро, как и время до обеда. Когда кукушка выглянула из-за створок настенных часов и на весь кабинет раздался механический перезвон, возвещающий о конце рабочего дня, Гарри вздрогнул и удивлённо вскинул голову. Через пару минут в кабинет постучали, и из-за двери вынырнула кучерявая голова Гермионы.       — Гарри, ты готов? — спросила подруга. — О боже! Только не говори… ты опять заработался и забыл о том, что сегодня вечером мы идём на благотворительный бал? — с сомнением в голосе озвучила Гермиона.       — Э-эм, ты только не злись, я сейчас же отправлюсь на Гриммо! Дай мне пять минут переодеться, и я буду готов! — Гарри в ту же секунду вскочил и спешно засобирался.       — Ничего, я предполагала, что так и будет, поэтому решила проведать тебя в конце рабочего дня. Слышала о происшествии в вашем отделе. Рада, что Маклагген и Треверс сейчас в порядке. — вежливо сказала Гермиона. — Кстати, Гарри, могу я воспользоваться камином из твоего кабинета?       — Да, конечно. Встретимся у меня без двадцати восемь? — приглушённо донёсся голос Гарри, и из-под стола показалась взлохмаченная голова Начальника Аврората.       — Разумеется. Будь готов к тому времени. — девушка знакомо усмехнулась, быстрым шагом пересекла комнату и исчезла в языках зелёного пламени.       Разумеется, на этом суетливый и суматошный, будто потревоженное гнездо пикси, день не закончился. Гарри Поттер торопливо и не очень ловко ввалился в собственное имение, споткнувшись о низкую каминную решётку, и поднял внушительное облако сажи. Откашлявшись и громогласно чихнув, Гарри позвал домовика, и попросил поскорее принести его парадную чёрную мантию и брючный костюм с шёлковой рубашкой, а сам тем временем опрометью кинулся в душ.       Спустя некоторое время возле камина в доме на Гриммо стоял красиво одетый, ухоженный мужчина в строгой, почти что учительской мантии. Каждый раз, одеваясь на подобный выход, Гарри ощущал себя не в своей тарелке. Должность аврора дарила ему некую непроницаемую маску, которая защищала своего хозяина не хуже оборотного. Но в такие вечера Гарри ощущал себя чуть ли не голышом, каждый раз лишаясь своего уверенного образа.       Гермиона не заставила себя ждать — ровно без двадцати восемь она вышла из камина в обалденном красном платье длиной в пол.       — Привет, Гарри. — тепло поприветствовала подруга. — Извини, я хотела прийти чуть раньше, но немного потеряла счёт времени. Как я выгляжу?       Тёмно-бордовое приталенное платье с вырезом на спине создавало утончённый и женственный образ, а юбка-клёш с разрезом спереди от пола до колен открывала вид на стройные белые ножки в строгих туфлях с закрытыми носками на среднем каблуке. Гермиона выглядела как зачарованный бутон розы на причудливом стебельке, и нежные цветочные духи ещё сильнее подчёркивали навеянный образ.       — Ну что? — переспросила она, когда Гарри молча оглядел её с головы до ног.       — Герм, ты… просто потрясающе выглядишь! — выдохнул поражённый Поттер. — Серьёзно, ты словно фея прямиком из сказочного леса!       — Хм, забавный комплимент. Спасибо, — девушка довольно улыбнулась и приосанилась. — Зато ты у нас выглядишь так, будто идёшь на очередное собрание клуба Слизней, а не на бал. Даже преподаватели Хогвартса уже не носят подобные классические костюмы. — Гермиона прищурила глаза и оценивающе осмотрела застывшего Поттера. — А что если… немного разбавить образ? — Гермиона достала свою палочку. — Ты позволишь? — Гарри осторожно кивнул, неотрывно следя за действиями подруги. — Спасибо.       Девушка коснулась палочкой груди Поттера, и его рубашка медленно оросилась винным оттенком. Гарри удивлённо приподнял брови, оглядывая очередной шедевр трансфигурации. Рубашка выглядела так, словно тёмно-красный цвет — её родной.       — А это зачем?       — Ну, во-первых, мы с тобой идём на бал вместе, поэтому похожие цвета в гардеробе необходимы для целостного образа. А во-вторых, я добавила акцент, чтобы подчеркнуть твои глаза. Красный всегда был тебе к лицу. — улыбнулась она, поправляя воротник Гарри. — А теперь — поторопимся!       Гермиона встала слева от Гарри, ожидая когда он предложит ей руку, и в следующее мгновение их очертания смазались в вихре групповой трансгрессии.       Вечер был приятным: в воздухе витала лёгкая прохлада и свежесть. Гарри и Гермиона прибыли к месту вовремя и, ожидая в очереди на вход, наслаждались лёгкой, ничего не значащей беседой. У главного входа стоял охранник, которого Гарри сразу же узнал — это был никто иной как Гойл в тёмных солнцезащитных очках. Но как только настал их черёд, Гермиона остро толкнула Гарри локтем в бок и протянула своё приглашение парню в чёрном костюме, делая вид, что не узнала старого однокашника с параллели. Уже когда они миновали вход и, поздоровавшись со знакомыми, встали в углу зала, Гарри смог спросить:       — Эй, почему ты меня тогда толкнула? — возмутился Поттер.       — А ты сам подумай. — Гермиона поджала губы. — Думаешь, он хочет, чтобы его узнали? Не делай вид, что самый умный; если человек не хочет обращать на себя внимание и просто делает свою работу — будь толерантен и не лезь в чужие дела.       — Ладно, может ты и права, прости. — замялся Гарри — он даже не подумал, как бы почувствовал себя Гойл, если бы Гарри вдруг обратился к нему по имени.       — Меня больше волнует другое, почему ты пришёл без пригласительной открытки? — вдруг спросила девушка. — Неужели ты забыл своё приглашение? Или же вообще потерял?       — Эм… Я даже не подумал, что его нужно было брать с собой. — замялся Гарри. — Малфой в открытке всегда уточняет: «героям войны — вход свободный». К тому же, меня ещё ни разу не останавливали на входе, так что какая разница?       — Господи, Гарри! Столько времени прошло с выпуска, а ты всё ещё не знаешь как ходить на балы и вечеринки? — подруга картинно закатила глаза и уставилась в лицо парня разочарованным взглядом. — Во-первых, то, что ты Гарри Поттер — не даёт тебе права не соблюдать правил приличия. Конечно же, шрам в виде молнии — твой пропуск на любую вечеринку, но то, что ты забыл приглашение, в первую очередь неуважение к организатору вечера. К тому же, Драко всегда присылает какие-то оригинальные эпистолярные творения, так что очень зря ты его игнорируешь.       — Что? Оригинальные? — недоумённо переспросил Гарри.       — Именно. — подтвердила Гермиона и продолжила: — Сначала я получала открытки с типичным приглашением, но потом, как я поняла, Малфой начал писать каждому гостю отдельные послания. В каждой записке он описывал коротенькую историю, словно приглашая получателя к обсуждению и давая лучше себя узнать. И так его письма с приглашением на очередной бал или вечеринку стали для меня как долгожданный маленький сюрприз. Одна история перекликалась с другой и хотелось узнать, что же было дальше. Мало того, что он так заморачивается над оформлением, так ещё и умудряется каждому написать что-то оригинальное! — вещала подруга в восхищении.       — Вижу, вы с ним неплохо поладили. — саркастично бросил Гарри, недоумевая от реакции Гермионы.       — К твоему сведенью, я думаю, что сейчас мы почти друзья. — поддакнула Гермиона, пропуская мимо ушей тон друга. — Как-то раз я подошла к нему и мы говорили дольше получаса! Я тогда абсолютно потеряла счёт времени. Драко оказался невероятно эрудированным и учтивым собеседником, когда перерос свой снобизм и бахвальство. О, а вот и хозяин вечера. Вон он, смотри! — Гермиона внезапно махнула куда-то в толпу, указывая на высокого стройного мужчину с платиновыми волосами в тёмно-синем дорогом костюме.       Гарри прищурился стараясь рассмотреть, где же это Малфой «перерос снобизм», но лишь уверился в том, что человек в кругу гостей держится как истинный аристократ, пускай с годами к его манерности приплелась ещё и живая харизма. Дорогой костюм, весь этот лоск помпезного мероприятия, знаменитые маги и ведьмы вокруг — всё кричало о том, как Гермиона заблуждается. Поттер так увлёкся разглядыванием, что один раз ему даже почудилось, будто Малфой отвлёкся от гостей и вернул ему изучающий взгляд. Встретившись, как ему показалось, глазами с хозяином бала, Гарри тут же перевёл взгляд на столики с напитками и фыркнул — даже один бокал на подносе стоил дороже, чем его ежедневный обед в аврорской столовке.       — Знаешь Гарри, твоё недоверие чуть ли не буквами на лбу написано. Зря ты так. — хмыкнула девушка. — Не знаю как тебя, а меня удивило его простодушие и открытость в письмах. Мне даже показалось, что через бумагу ему проще открыться и рассказать о реальных чувствах, а не о том, что он всегда демонстрирует. Знаешь, мне так жалко было портить его приглашения, что я как-то спросила у него, можно ли открыть их, не ломая цветочной печати.       — И что он? — живо заинтересовался Гарри.       — Рассмеялся и, отметив что «даже Великая Всезнайка может чего-то не знать», показал простенькое заклинание, которое позволяет как открыть письмо, так и закрыть его, не повреждая печати. Разумеется, оно не действует, если на конверт наложено дополнительное защитное заклинание, но я была рада, что мне больше не придётся портить такие красивые послания.       — Хм, интересно. — Гарри, на секунду задумавшись, загорелся одной очень глупой идеей. — Слушай, Герм, а не покажешь мне это заклинание?

— 2 —