Сны

Между мной и сумасшедшим разница только одна: сумасшедший думает, что он в своем уме, а я знаю, что я не в своем уме.

Сальвадор Дали

Слуга приблизился к женщине и провёл ласково рукой по её щеке, кожа которой окончательно замёрзла и побелела, начав теперь по мелкому кусочку осыпаться, словно штукатурка. Он не мог смотреть на неё такую. Было больно. - Простите. В его глазах застыли слёзы. Он просто стоял и смотрел на то, как Похоть умирает, а она глядела на своего слугу как на единственного, кто может её спасти. - П-п... - пыталась выговорить что-то та. - П-пож-жа... лу... Женщина поняла, что он ей не поможет. Потом улыбнулась из последних сил и, наконец, перестала подавать признаки жизни. Мертва. - Вы этого хотели, да?! - заорал в полон голос лысый, пытаясь найти опору для того, чтобы не упасть. - Но я её спасу, так и знайте! Но не успел мужчина сделать хоть что-либо, как к нему подлетел волшебный шар и стал требовательно сверкать, лишь того и желая, чтобы он, именно он, закончил дело Похоти. - Ч-что?.. Нет, я не буду создавать сны. Даже не вздумай! Но шар его не слушал, уже через миг тот нырнул в тело слуги, озарив того ярким светом, пронизывающим душу мужчины. "Теперь ты мною владеешь", - молвил тот голосом, по которому не можно было определить, какого тот пола. Шар, дающий как можно больше сил для создания снов. Он ушёл от умершей Похоти к новому владельцу, дабы остаться с ним аж до его кончины. Таков того удел. Иного способа, кроме смерти, нет, чтобы избавиться от данного вида магии. - Н-н-н... нет! - закричал слуга, встав на колени. Он ухватился за свою голову руками, пытаясь собраться, но ничего не получалось. Эмоции настигли того с лишком. Они захлестнули его, заставив громко и отчаянно рыдать возле кресла, на котором покоилось холодное, бездыханное тело. - Ты не вернёшь её, - произнёс кто-то, явившийся рядом. - Да что вы говорите?! - ехидно ответил слуга, поднявшись резко на ноги. - Я верну её! Я смогу! И тогда, знайте, вам конец! Лукавая улыбка. - Посмотрим. Этот некто рассеялся, оставив мужчину решать те проблемы, которые встали пред ним на первый план. "Мне ведь некогда заниматься снами и окончанием этой ночи", - думал тот, но прекрасно понял, что теперь, получив магию, которой владела до этого Похоть, он полностью свободен от влияния посоха, но вместе с этим на него навалилась огромная ответственность. Мужчина просто не может не оправдать её надежды. - Моё имя Альзар. Я готов принять должность госпожи Похоти и стать ей достойной заменой. Временной заменой... Мужчина с помощью зависшего в воздухе экрана посмотрел, кто же дальше должен был увидеть свой сон. Он был готов создать его. Готов ко всему. Не впервой. Некогда сильнейший маг гильдии "Леденящий лес", Эльгор (Эригор), не будучи больше известным, как Бог Смерти (был ранее назван так от того, что всегда брал заказы, связанные с убийством), теперь был прозван Мрачным Жнецом и состоял в "Новом Орасион Сейс". Вид того довольно прост: на плечи накинут просторный черный плащ с капюшоном, обнаженный торс и длинная юбка-хакама. "Меня не остановило тюремное заключение, не остановят и прочие мелочи", - обыденная мысль сквозит и отуманивает. Он остановился в небольшом затхлом отеле, больше похожем на бордель, дабы отдохнуть и вновь отправиться в путь. Его цель ему была предельно ясна. Он так и норовил отомстить, но после того, как сбежал из тюрьмы и как его гильдия потерпела поражение, так как была побеждена членами гильдии "Хвост Феи" и корпусом Легиона Горички, пока не решался делать резкие поступки. Не хотелось вновь поплатиться. За силу, полученную им, тому пришлось отдать свои воспоминания. Именно они и стали ценой такого могущества. Но вот незадача - после всех этих схваток и всего произошедшего его память вернулась к нему, а злость вернулась и усилилась. "Отомстить", - пульсировало в его голове. - Отомстить, - произносит тот вслух, от чего пьянчужка, проходящий мимо, невольно вздрогнул и, кажется, протрезвел на месте, дабы потом как можно скорее отойти подальше от разъяренного лысого. Эльгор быстрым шагом направился по лестнице на второй этаж, зашёл в такую же дешёвую, как и сам отель, комнату и, сбросив обувь возле кровати, удобно устроился на ней и стал всматриваться в потолок, пока, наконец, не уснул, будучи укрытым не одеялом, а своим же плащом. В довольно-таки похожем местечке сейчас пытался уснуть, принимая лошадиную дозу успокоительного, Блюнот Стингер, могущественный маг гильдии "Сердце Гримуара". Заместитель мастера Гадеса сейчас был явно не в себе. После того, как его победил Гилдартс Клайв, совсем раскис и стал от части нытиком. Мужчина скинул с себя абсолютно всю одежду, недоуменно поглядел в окно отчего-то и завалился спать, укрывшись несколькими одеялами одновременно, которые специально просил ему доставить. Больше ничего, в принципе, и не требовал. Отель был довольно-таки старым, но при этом имел очень даже приветливый персонал. Блюнот не переезжал. Казалось, он желал остаться тут навеки и так и умереть среди этих дрянных зданий. Третьим в списке этого сна оказался Баккус. Он же - Пьяный сокол, маг S-класса "Кватро Цербера", который известен своей магией "Пьяного кулака". Он, как и обычно, выпивал по вечерам, совершенно не беспокоясь и не тратя свои нервы на пустяки. - Чудный день... ик!.. - обратился тот к девушке, протирающей стаканы. Официантка лишь окинула того презрительным взглядом и пошла по своим делам. Ей были неинтересны все эти бухие мужики, вечно к ней пристающие. "А зря, зря", - тот гадко улыбнулся. Сегодня ночью ему сильно хотелось разрядки. Не хватало секса, девочек, стонущих под ним, не хватало страсти, чувств, эмоций. Всё было серо и уныло. Но, если вкратце, то ему просто хотелось трахнуть кого-нибудь. Тот вяло повернулся и окинул людей в зале взглядом. Как на зло, ни одной симпатичненькой дамочки рядом не было, а официантка, похоже, собиралась уже уходить. А та, которая пришла ей на замену, оказалась толстушкой, рыжей, с веснушками. "Чёрт, непруха". Мужчине пришлось выйти на улицу и пойти в снятый им на время домик. Тот, зайдя внутрь, улёгся на диван и почти сразу стал храпеть, уже, похоже, уснув. - Мой первый сон без неё, - думал слуга. Альзар подошёл к креслу, на котором лежала Похоть, и обнял её, крепко, очень крепко. - Как я хотел бы чувствовать тепло вашего тела, госпожа, но... быть может, вы позволите мне..? - что именно, тот так и не договорил, но при этом понял, что шар стал воздействовать определённым образом на него, заставляя похотливые мысли лезть в его лысую голову. Мужчина робко и очень осторожно прикоснулся к груди женщины, вздрогнув при этом, словно та только что дала ему пощечину. Очень неловко тот стал мять в руках её сиськи и возбуждаться, но не сразу, а медленно, постепенно. Казалось, тот ждал этого практически целую вечность. "Вы ведь простите меня, если я воспользуюсь возможностью, госпожа Похоть? Обещаю, что воскрешу после этого вас, чего бы это мне не стоило. И пускай я отдам свою жизнь ради сего, ничего. Я жил лишь ради того, чтобы быть полезным вам. А сейчас всего лишь хочу исполнить свою мечту". Страсть окатила того кипятком с головой, скользнув по его плечах, которые в тот же миг напряглись, по спине, от чего осанка его выровнялась, я дыхание участилось, потом по ягодицах. Кажется, что ему уже очень, очень жарко. - Ах... Он прильнул к губам женщины, чувствуя то, насколько они холодны, а тогда отпрянул, смотря на бледное, практически белой лицо, но не прекращающее быть столь прекрасным и желанным. Ну, не лицо, конечно же, всё тело в целом. Снял с неё ничего не прикрывающую одежду и медленно провёл по её промежности. "Как я хотел бы услышать сейчас ваш стон, госпожа. Жаль, что не живы вы сейчас. Но, впрочем, если бы не были мертвы, то я не посмел бы к вам прикоснуться..." Альзар ждать долго не стал и, изучив её тело и вдоволь насытившись в плане не телесном, снял с себя одежду и ввёл свой пенис в её влагалище. Запрокинул голову вверх от удовольствия. "Холодно, но так приятно", - думалось ему. Двигался сначала осторожно, а потом, сообразив, что труп и без того ничего не чувствует, сорвался на ритм, наиболее приятный ему. - П... п... простите, госпожа! - произнёс тот, но не остановился. Напротив, ему стало это нравиться, очень даже. Неожиданно в его руках появился нож, который ловко скользнул по коже женщины и оставил на ней лёгкий порез. Мужчина бросил его на пол, не понимая, что происходит. - Я ведь не мог захотеть её расчленить! - воскликнул, но тут прислушался к своему внутреннему голосу и понял, что мог. Очень даже. - Но... нет, я не буду это делать. Не смогу... Нож вновь оказался сжатым его рукой. - Нет!.. Но как же противиться самому себе? Как совладать с телом и умом, которые, казалось, сошли с ума больше его самого? Как?! Не смог сдержаться. Схватил нож, на диво до безумия острый, и стал... остригать её волосы им, словно ножницами. Немного усилий, и они падают на перила кресла или на пол. Но нет, лысой тот не собирался Похоть делать. Кривая причёска длиной до плеч через некоторое время была готова, а мужчина только сейчас понял, насколько безумен он, ведь делал это с женщиной, не вынимая своего члена из её тела. - Господи, что я творю?! Альзар поскорее закончил с этим дьявольским процессом и стал одеваться. - Не хочу, не буду зверем. Нет!.. Но снова не сдержался и, уже будучи в своём обыденном костюме, начал выводить на коже женщины незамысловатые узоры. Чёткая поверхностная линия прошла от пупа до основания шеи. Кровь лилась мелко, неспешно, но безумно красиво. Снова не сдержался. Слизал несколько капель с одной из царапин. Облизал губы и томно вздохнул. Его переполняла похоть, как непреодолимое чувство, а сама Похоть лежала на кресле перед ним. Мертва, но прекрасна. Натянул на неё одежду и закрыл глаза, встав посреди комнаты. Альзар пытался, честно пытался, взять себя в руки и заняться как можно серьёзней сном. И чудо случилось, смог. - Я больше не поддамся, - говорит. - Посмотрим, - слышится тот же голос, что и ранее. Мурашки бежат по коже лысого. Но он держит себя в руках и, подойдя поближе к экрану, проводит по нему рукой и сосредотачивается на работе. - Хватит с меня уже. Хватит... Может хватит извращать мир весь и себя в тот час же? Может стоит тихо жить, мирно, весело, задорно? Может быть, пора в монахи иль монашки всем податься? Может сдохнуть среди гор иль с природой быть, мечтать там? Хватит сохнуть. Тело - ложь. В оболочке правды нет. Лишь душа - обед усопших. Лишь сердца - завтрак мёртвых. Демонские козни. Круг замкнут. Иль квадрат? Всё запутанно. Всё дико. И прекрасно. Извращён. Извращена. Ты и я.