Death Note

Рьюзаки был уверен, что это дело будет раскрыто за считанные дни. У него была подозреваемая под стражей с убедительными доказательствами против неё. Все, что ему было нужно, — это признание от неё о причастности и о том, кто настоящий Кира. После этого их будет достаточно просто арестовать и оставить дело Киры позади. Хотя знал, что легче сказать, чем сделать. Он сел перед монитором. На столе перед ним был микрофон, подключенный к камере, в которой содержалась его подозреваемая. — Ватари, она ещё что-нибудь сказала? — Нет, она не сказала ни слова, — ответил пожилой мужчина. Позади Рьюзаки ждала Оперативная Группа. — Сделайте мне визуализацию, лучше побыстрее, — Ватари сделал, как ему сказали. Экран ожил, и Оперативная Группа пришла в ужас от увиденного. В камере находилась Амане Миса. Она была пристегнута ремнями и привязана к металлической больничной тележке. У неё были завязаны глаза, и выглядела она явно напугано. — Рьюзаки, что это значит?! — воскликнул Ягами. — Я задержал её по подозрению, что она второй Кира. К сожалению, это было необходимо, — ответил Рьюзаки, — Учитывая доказательства, собранные с пленок и конвертов, она, несомненно, второй Кира. Теперь нам нужно её признание. Нам необходимо знать, как она убивает, откуда она знает Киру, и, если получиться, узнать личность настоящего Киры, — он наклонился к микрофону, — Ватари. Прими все меры предосторожности, но, кроме этого, ты можешь делать все, что нужно, хорошо? — Конечно. — Кстати, шеф Ягами? Боюсь, что ваш сын стал нашим главным подозреваемым, и я, вероятно, тоже приведу его на допрос. — Что? Но ты сказал, что доверяешь ему! Ты сказал, что больше не подозреваешь его! На это Рьюзаки ничего не ответил.

***

Тем временем, дома Лайт лежал на кровати, борясь с самой страшной мигренью, которую он только испытывал. С тех пор, как он вернулся домой, становилось все хуже и хуже. Его сестра любезно принесла пакет со льдом и миску на случай, если его вырвет. Они смотрели какое-то шоу Саю; у Лайта слишком сильно болела голова, чтобы пошевелиться. Он нахмурился. Я чувствую, что что-то забываю. Что-то… Важное… Он быстро перестал вспоминать, потому что от этого стало только хуже.

***

Через три дня Миса всё же сломалась и заговорила. Это неудивительно, учитывая, что то, что она пережила, было самой настоящей пыткой. — Я не могу… Я больше не могу… Убейте меня, — члены Оперативной Группы ахнули, — Убейте меня. Пожалуйста, просто убейте меня. — Я не знаю. Может быть, это было слишком для девушки, — сказал Айзава. — Да уж. Мы зашли слишком далеко, — согласился Мацуда. Рьюзаки включил микрофон. Он изменил голос, чтобы она не узнала его. — Амане Миса, ты меня слышишь? — Я слышу тебя. Пожалуйста, убей меня, — слабо умоляла она. — Означает ли это, что ты признаешься, что являешься вторым Кирой? Это причина, по которой ты хочешь умереть? — спросил он, но Миса покачала головой. — Нет. Про второго Киру ничего не знаю. Я действительно не могу этого больше терпеть. Я бы предпочла умереть, — после всего, через что она прошла, большего она не могла вынести, — Так что давай, убей меня. Если бы ты захотела, ты могла бы убить меня сейчас, не так ли? — Рядом с ней Рем молча наблюдала, как они это делали на протяжении всей пытки. Жизнь Мисы не подвергалась опасности, поэтому Рем не была вынуждена действовать. В любом случае, они ничего не могли сделать Мисе, пока она все ещё владела Тетрадью Смерти. — Миса, ты имеешь в виду.? — Да. Просто убей меня, — ответила она. — Если ты сделаешь это, Теру Миками тоже умрет. Во-первых, это его вина, что ты здесь, — сказала Рем, пытаясь достучаться до нее. — Ты не можешь. Нет, ты не можешь! Пожалуйста, просто убей меня, — умоляла Миса. Она была непреклонна. Почему, Миса? Почему ты так хочешь умереть за него? — Хорошо… Если ты не убьешь меня.! — Останови её, Ватари, — приказал Рьюзаки. Вскоре Миса обнаружила, что ей заткнули рот поверх всего остального. Рьюзаки пробормотал: — Возможно ли, что такое поведение связано с тем, что Кира контролирует её действия перед смертью? Если Миса была вторым Кирой, то настоящий больше не использовал её, когда она была захвачена. Её внезапная попытка вполне может быть попыткой Киры избавиться от человека, который знал его истинную личность.

***

Рем появилась в квартире Миками, где были только он и Рюк. — Теру Миками. Миса отказалась от моего предложения помочь ей сбежать. Без сомнения, это потому, что она знает, что это доставит тебе неприятности, поскольку полиция получит доказательства её полномочий. Когда её страдания стали больше, чем она могла вынести, она начала умолять меня убить её. Все это потому, что она хочет, чтобы ты её любил. Я не могу позволить этому продолжаться так. Я не могу заставить себя это сделать. Был только один способ положить конец её страданиям. — Утрата права собственности на Тетрадь Смерти, — сказал Миками. — Да. Если Миса лишится права собственности на Тетрадь Смерти, все воспоминания о ней исчезнут. Все убийства, которые она совершила, тот факт, что ты Кира, воспоминания обо всем этом исчезнут. Твой секрет будет в безопасности. Кроме того, Миса больше не сможет видеть Рюка или меня. — Несколько часов назад — — Миса, когда это будет сделано, ты забудешь все о шинигами и Тетради Смерти, — мягко сказала Рем. Миса в панике покачала головой, потому что не хотела забывать Теру. — Все нормально. Любовь, которую ты испытываешь к человеку Теру Миками не исчезнет: эти чувства останутся даже после того, как ты забудешь Тетрадь Смерти, — Миса начала успокаиваться, — Итак, Миса. Лишись права собственности на Тетрадь Смерти и оставь все Теру Миками. Миса на мгновение задумалась, затем издала приглушённый звук согласия. Она откажется от собственности до тех пор, пока сможет любить Теру. При этом Миса погрузилась в измученный сон, слёза выскользнула из-под ее маски для глаз. Рем знала, что они поступили правильно, отняв у неё память, но Рюк был прав. Легче от этого не стало. Как ты себя чувствовал, Рюк? Когда забирал память Ягами Лайта? В качестве прощания Рем убрала небольшую прядь волос Мисы. На экране Рьюзаки увидел, как прядь волос на мгновение тронулась, прежде чем вернуться в исходное положение. Он задумчиво склонил голову. Затем Рем вышла из камеры, не зная, увидит ли она когда-нибудь Мису снова. — Наше время — — Ты поступила правильно, Рем, — сказал Миками, — я думаю, что это был наш единственный выход. Если у неё больше нет воспоминаний о Тетради Смерти, то, в конце концов, им придется освободить её. Рем уставилась на него: — Теру Миками. Я предложила это Мисе, зная, что это именно то, что ты хотел, и что это послужит твоим целям, но я сделала это при одном условии. И если ты не спасёшь Мису, я убью тебя. Человек ухмыльнулся: — Я понимаю и догадываюсь, что L сделает дальше. У меня есть план, — он повернулся к Рюку, — я так понимаю, ты сделал с Лайтом то же, что Рем с Мисой. Ты забрал и его воспоминания? — Да уж. Я решил, что будет безопаснее, если Лайт ничего не будет знать о том, что происходит. Я не хотел этого делать, но потом Мису арестовали, и у меня не было другого выхода, — ворча объяснил Рюк, — Хотя, в отличие от Мисы, которая добровольно отказалась от владения Тетрадью Смерти, я стёр воспоминания Лайта. Пока не настанет время, когда он еще раз коснется Тетради Смерти, он ничего не вспомнит о ней. Он будет в курсе убийств Киры, но это все, что касается воспоминаний. — Понятно, — задумчиво сказал Миками. Я не знал, что шинигами настолько могущественны. Я полагаю, если бы Рюк был напарником Бога, тогда было бы разумно, чтобы Рюк обладал такой властью. Лайт должен искренне доверять ему, чтобы соглашаться на такие вещи. Теперь, когда Лайт всё забыл, всё становится намного проще. — Тогда я знаю, каким будет мой следующий шаг. Прощай, Рюк.