Сакральная собственность

В роскошном зале казино было многолюдно и очень светло. Пахло алкоголем и едой. Гарри знал, что здесь находились только обеспеченные люди. Богатеи и их рабы. И Гарри был здесь не в качестве человека, имеющего деньги. Он смотрел в пол, стоя рядом со своим хозяином, пока тот играл в азартные игры. Вернон Дурсль — а хозяином Гарри Поттера являлся именно он — был заядлым игроком. Он проигрывал большую часть прибыли, которую получал от сети собственных магазинов под названием «Дрели и комплектующие». Вот только проигрыши никогда не останавливали его от новых ставок. — Вы проиграли, — донесся до Гарри женский равнодушный голос. — Ставлю еще! — раздался следом голос Вернона. — Еще! Гарри очень хотел взглянуть на эту женщину, но правила запрещали рабам смотреть в глаза кого бы то ни было без разрешения хозяина. Гарри не сразу стал рабом. Ему рассказывали, что когда-то его семья была очень богата и сама держала слуг. Но этого он не застал. Родители Гарри погибли в автомобильной катастрофе, а сам он попал в приют. Его разыскала тетка Петуния и забрала оттуда. Именно она рассказала ему, что семья Поттеров была полностью разорена, а все имеющееся у них имущество было распродано за долги. Долги перед Министерством перешли и на Гарри, что автоматически делало его рабом. Живым товаром. Через пару лет тетка умерла. Ее муж, Вернон Дурсль, сначала много пил, а после основал свой магазин и стал одним из богатейших людей этой страны. Именно тогда Гарри официально стал его первым рабом. Остальных рабов Вернон приобрел позже. — Сожалею, но вы проиграли, — произнес женский голос. Гарри услышал, как от злости Дурсль громко ударил по столу. — Будете играть снова? — Да… Да, буду играть, я не могу уйти без единого выигрыша! — брюзжа слюной, произнес Вернон. — К сожалению, у вас недостаточно денег для участия, — сообщила женщина. — Для этого вы должны погасить свой долг. Краем глаза Гарри увидел, как она пишет что-то на бумажке и передает ее Дурслю. — Вот сумма вашего долга. — Но… — Вернон покраснел и закашлялся. — У меня нет с собой такой суммы! Я не могу отдать ее прямо сейчас. Женщина никак не отреагировала на его слова. Дурсль вытер пот со лба. Его руки задрожали. — Дайте мне неделю. Всего неделю! Уже во вторник у меня будет новое поступление денег, и я все верну! Я уважаемый человек, и у меня нет долгов! Гарри неосознанно напрягся. Он не любил, когда у его хозяина было плохое настроение. За всю жизнь можно было вспомнить лишь некоторые случаи, когда тот бил его сам, но это было редкостью. Как правило, Вернон никогда не наказывал Гарри собственноручно. У него были особые люди, которые делали эту работу за него. За свои двадцать лет Гарри перенес много видов наказания. Его лишали еды. Унижали. Били. Но он был благодарен Дурслю хотя бы за то, что тот никогда не использовал для наказаний сексуальное насилие. Гарри безумно боялся этого. Сексуальное насилие над рабами было официально запрещено. Это было прописано в законах, вот только… Вот только за закрытыми дверьми чужих домов царили свои законы. Многие хозяева заставляли делать своих рабов страшные вещи. Каждый раз, когда Гарри наказывали, каждый раз, когда он падал от усталости, он думал лишь об одном. О том, что в доме Дурсля он хотя бы никогда не будет подвергнут интимному насилию. Только эта мысль помогала ему переносить все пытки. — К сожалению, вы должны расплатиться прямо сейчас, — голос женщины был абсолютно сухим. — Я уже сказал вам! — Вернон начал выходить из себя. — Я уважаемый человек, и я думаю, что вполне могу… Шум начал привлекать внимание. Гарри почувствовал свое учащенное сердцебиение. Ему не нравилось то, что ситуация становилась серьезной. Он заволновался. У Дурсля же не может всерьез не быть денег? Сколько же он проиграл? — Господин Дурсль, — начал другой сотрудник казино, — учитывая ваш статус и положение ВИП-клиента, мы дадим вам право внести сумму завтра с утра. Сегодня вы можете продолжить играть в долг, но завтра с утра этот долг должен быть полностью погашен. Гарри бегло взглянул на своего хозяина. Его заплывшие жиром глаза зло забегали по сторонам. Он ослабил узел галстука на своей шее и встал. — Да… Видимо, я сегодня не в форме. Я не буду играть. Приду завтра. С деньгами. — Конечно. Всего доброго, сэр, — работник казино сделал неопределенный знак охране и ушел. — Поттер! — грубо рявкнул Дурсль. — Застегни мне сапоги и принеси пальто. Гарри кивнул, опустившись к ногам Вернона, чтобы застегнуть молнию на его сапогах. Он ненавидел это делать. Его каждый раз мутило от запаха, который шел от ног Дурсля, а потому он старался застегивать его обувь очень быстро. Справившись с задачей, он поднес Вернону пальто. Вернон Дурсль покидал казино с крайне недовольным видом. — Глупцы! — продолжал он, когда они оказались на улице. — Они ничего не понимают в бизнесе! Где я им найду до завтра такую сумму? Скажи мне, щенок? Может твоя глупая голова еще умеет думать? Гарри молча шел за ним следом, пока Вернон ругался и параллельно договаривался о каких-то встречах. Когда они подошли к трактиру, тот остановился. — Будешь ждать здесь. И только посмей отойти куда-нибудь. Прикажу высечь тебя так, что сидеть не сможешь. — Да, сэр, — привычно ответил Гарри. — Жалкое отродье… — продолжал ругаться Дурсль. С глухим стуком дверь за ним закрылась, а Гарри остался стоять на улице. Он плотнее запахнулся в свое старое изношенное пальто, которое совсем не грело, и закрыл глаза, чувствуя, как ветер ледяным порывом обдает его тело. Он не знал, сколько прошло времени. Час? Два часа? Три? К тому моменту, когда Вернон вышел из таверны, было очень темно, и Гарри замерз окончательно. — Пошли, — сказал Дурсль, направившись вглубь темной улицы. Гарри на автомате последовал за ним. — У меня нет выбора. Ясно? Нет выбора. Если он согласится, то у меня будет нужная сумма. Тебе понятно? Гарри вдруг замер, резко поднимая голову. — Сэр? — спросил Гарри, чувствуя, как пересыхает во рту. — Вы… Вы хотите меня продать? Смех Вернона был похож на хрюканье. — Продать тебя было бы слишком хорошо, но на это нужно время. У меня нет времени, щенок, ты понял меня? Деньги мне нужны завтра. К тому же, я проиграл не настолько много, чтобы тебя продавать. Да и искать нового раба на твое место мне тоже некогда. А вот сдать тебя в аренду на некоторое время — другое дело. — В аренду? — хрипло переспросил Гарри, чувствуя, как спина покрывается липким потом страха. — Да, в аренду. Но ты настолько бесполезен, что четверо, кому я предложил тебя, отказались. Правда, от других моих рабов они тоже отказались. Но зато я узнал координаты человека, которому конкретно ты можешь быть даже очень интересен. Дурсль осмотрелся по сторонам и свернул в пустой закоулок. — Сэр, пожалуйста, — дрожащим голосом начал Гарри, — не отдавайте меня. Я сделаю все, что захотите, все что попросите, только не… — Попрошу? Ты отморозил свои последние мозги? Я здесь приказываю, а не прошу! — визгливо прокричал Дурсль. — А потому становись на колени и смотри себе в ноги. Поднимешь голову, и я буду сдавать тебя каждую неделю новым хозяевам. Понял, щенок? Гарри почувствовал, как его начинает мутить. Это не может быть правдой. Он никогда еще не ощущал такого бессилия, как в данную секунду. Он опустился на колени, на холодный снег, чувствуя, как у него темнеет в глазах. Время будто остановилось. Он так глубоко ушел в свои мысли, что перестал слышать звуки вокруг, а когда опомнился, то первое, что он услышал, был хруст шагов по снегу. Четкий и размеренный. Звук усилился, и последняя надежда Гарри на то, что его новым обладателем станет, к примеру, женщина, растворилась. Это были мужские шаги. Мужские и властные. А затем Гарри услышал его голос. Низкий и холодный. И ему не нужно было поднимать головы, чтобы понять, что если этот мужчина согласится на сделку, то в ближайшее время жизнь Гарри превратится в настоящий ад. — Так значит, вы мистер Дурсль, — вместо приветствия констатировал мужчина. — Да-да, мистер Снейп. Это я вам сегодня писал. Гарри замер. Ему показалось, что его сердце остановилось, как только Дурсль произнес имя человека, который пришел к ним на встречу. Снейп. Он уже слышал эту фамилию раньше. Он слышал ее от других рабов, которые рассказывали про него разные слухи. Снейп. Жестокий рабовладелец. Рабовладелец, который истязал своих рабов до смерти. Рабовладелец, который насиловал их. Рабовладелец, который любил покупать молодых юношей. Просто для садистских развлечений. Гарри почувствовал страх. Животный страх и желание бежать. Бежать прямо сейчас, без оглядки. До тех пор, пока не выбьется из сил. Он закрыл глаза, молясь всем Богам о том, чтобы Снейп отказал Дурслю. Молясь, чтобы сделка не состоялась. — Ваше письмо с витиеватыми намеками о моем прошлом и о возможных интересах в настоящем было настолько неуместным, что я лично пришел на вас посмотреть, — вкрадчивый голос Снейпа был наполнен презрением, и Гарри подумал, что первый раз слышит, что бы хоть кто-то так разговаривал с Дурслем. — Назовите мне хотя бы одну причину, по которой я должен сейчас тратить здесь время? — Причина есть, — слегка заикаясь произнес Дурсль. — Видите ли, господин Снейп, у меня для вас есть очень хороший товар. Я готов сдать вам этого мальчишку. На целую неделю. Передать вам все права на него, и вы сможете… — Я могу купить любого. Кого захочу и когда захочу. Короткие сделки меня не интересуют, — грубо произнес Снейп, и Гарри услышал, как тот направился прочь. — Стойте! Вы можете купить всех, но не этого. Его фамилия Поттер. Гарри услышал, как Снейп резко остановился. — Что вы сказали? — вкрадчиво спросил он, обернувшись. Гарри вздрогнул, когда Дурсль резко дернул его за волосы, заставляя поднять голову. Гарри почувствовал боль в шее, но забыл о ней, когда увидел глаза Снейпа. Черные глаза смотрели на него в упор. В них не было ничего, кроме холода. И это было страшно. Снейп смотрел и смотрел на него, медленно подходя ближе. Словно зверь, готовый в любой момент разорвать добычу. — Я случайно узнал очень любопытную вещь, — продолжал Дурсль, — о том, что несколько лет назад вы пребывали в рабстве некой четы Поттеров. Я готов его сдать вам на неделю. У меня есть все документы. Подумайте, насколько вам может быть интересен такой товар. Только деньги мне нужны сейчас. Некоторые проблемы с казино, которые… Дурсль все говорил и говорил, а Гарри продолжал смотреть, как в холодных глазах Снейпа появляется узнавание. Как они наполняются злостью и нескрываемым презрением. Предвкушением. «Снейп когда-то был рабом у моей семьи?» — шокировано подумал Гарри. И в этот момент все встало на свои места. Об интересе, про который говорил Дурсль. В этот момент Гарри понял, что ему предстоит. Снейп будет издеваться над ним. Снейп замучает его до смерти. Или до безумия. — Месяц, — наконец, произнес Снейп после долгого молчания. — Я возьму его на месяц.