Сакральная собственность

Они ехали долго. Гарри смотрел в окно, пытаясь запомнить пейзажи, которые он видел. Он никогда раньше не выезжал так далеко за пределы города и сейчас с интересом разглядывал незнакомые виды. Когда они прибыли на место, то Гарри понял, что до этой поры и вовсе не знал, что такое роскошь. И то казино, в которое ходил Вернон, казалось теперь совершенно неприметным, в сравнении с тем богатством, которое он видел перед собой. Огромный особняк невероятной архитектуры и размеров мог удивить любого. Гарри вышел из машины, заворожённо разглядывая здание перед ним. Снейп подошел к Гарри и зацепил на его ошейнике поводок. Гарри постарался абстрагироваться от этого. Постарался воспринимать ошейник просто, как предмет одежды, а не как символ подчинения. — Сэр, мне… — Гарри сглотнул, посмотрев на каменную дорожку от ворот до крыльца дома, — мне нужно ползти на коленях до дверей дома? Снейп скривился. — Нет, — ответил он, и Гарри мысленно порадовался этому. — На коленях вы должны быть только внутри дома. Снейп направился вперед, и Гарри последовал за ним, продолжая любоваться замысловатым ландшафтом. Как только они ступили на крыльцо, Снейп чуть кивнул головой, и Гарри опустился на колени. Дверь распахнулась. Приветливый с виду дворецкий чуть поклонился. — Добро пожаловать, — любезно произнес он, отходя в сторону. — Позвольте, я заберу ваши вещи. Снейп отдал пальто и двинулся вперед. Гарри неловко последовал за ним. Он никогда еще не передвигался… вот так. С каждым шагом, если это можно было назвать шагом, он чувствовал стыд. Он едва поспевал за Снейпом, хотя тот не спешил. Он шел неторопливо, словно давая Гарри столь необходимое ему время, чтобы привыкнуть. Даже в наколенниках Гарри чувствовал, насколько жестким и холодным был каменный пол. Он подумал, что если вот так ползать здесь сутками, то от колен просто ничего не останется. В общем зале уже было много гостей. Снейп сдержанно поздоровался с одним, вторым, третьим… Гарри старался смотреть только в пол, но это с трудом удавалось. Хотелось хоть немного осмотреть этот шикарный зал, словно сотканный из драгоценностей. Краем глаза, он заметил, как к ним направляется человек. И по одному его вольному шагу, Гарри понял, что это и есть хозяин дома. — Северус, — поприветствовал он, подходя ближе. — Руфус, — отозвался Снейп, и мужчины обменялись рукопожатием. — Присаживайся, — произнес Фадж, — Надеюсь, наша сегодняшняя слегка неформальная встреча принесет нам исключительно выгоду и долгое сотрудничество. — Не сомневаюсь, — отозвался Снейп, опустившись в кресло, и Гарри опустился у его ног. Он надеялся, что все делает правильно и, судя по тому, что никто из присутствующих даже ни разу не взглянул на него, все было именно так. Гарри еще несколько минут вслушивался в разговор мужчин, но вскоре перестал это делать. Время тянулось медленно. Невообразимо медленно. Едва ли прошел час, как они пробыли здесь, но Гарри уже чувствовал, как затекает шея, и начинают неметь ноги от долгого пребывания в одной и той же позе. Это было своеобразной пыткой, но он готов был терпеть ее. Внутри него разгоралось тепло от мысли, что Снейп сделал все, чтобы облегчить ему эти мучения. Он мог не давать ему эти наколенники и ничего не объяснять. Мог нацепить на него ошейник с первого дня, как стал хозяином. Мог сделать с ним все то, чего Гарри так сильно боялся. Но не сделал. Почему? В честь уважения к своей давней подруге, которая помогала выжить ему в прошлом? Потому что это уважение было сильнее, чем ненависть к его отцу? Или дело было в чем-то другом? Гарри незаметно приподнимал и опускал плечи, стараясь время от времени разминать затекшие мышцы. Впрочем, ему повезло в том, что к Снейпу и Фаджу очень скоро подошли другие люди, и все они так были заняты дискуссией и изучением каких-то бумаг, что на Гарри никто не обращал никакого внимания. Он смотрел в пол, размышляя над их последним разговором. Гарри был уверен, что не забудет этот разговор никогда. Он украдкой смотрел на мужчину. Какие ужасы рабства тот пережил в своей жизни? Сколько боли пришлось вытерпеть Снейпу? С чем он сталкивался? — Что ж, господа, — произнес Руфус Фадж, — думаю, самое время для того, чтобы прерваться на обед. Вас ждет очень сытный фуршет. Все яства в вашем распоряжении. Ваших рабов накормят отдельно. — Отлично, — произнесла какая-то женщина, — очень вовремя, Руфус. Я так устала от этих бесконечных бумаг, и я очень голодна. — Некоторые вопросы требуют очень детального рассмотрения, дорогая, — высокопарно произнес Фадж. — И именно эти бесконечные бумаги и решают судьбы миллионов. Возможно, именно в этих стенах когда-то был принят первый закон о рабстве, и я считаю его самым лучшим нововведением за последние сто лет. Я, конечно, тогда только начинал свою карьеру в Министерстве и был слишком мал, чтобы это понять, но сейчас я понимаю, насколько мудрыми были наши предшественники. Раб — существо, не способное самостоятельно заботиться о себе, не способное обеспечивать себя, и, к прискорбию, чаще всего глупое. У некоторых людей просто недостаточно самодисциплины, чтобы работать и платить налоги. Им нужна помощь. Им нужен хозяин, который возьмет на себя эти проблемы. Гарри стиснул ладони в кулаки. Боже… Этот человек вообще имеет представление, о чем говорит? — Сколько долгов у людей было перед Министерством — вы просто не представляете! Эти люди разоряли нашу казну. Казну нашей страны. Но закон о рабстве исправил это и сократил количество долгов в четверо! Нет, я не спорю, некоторые люди попадают в рабство по ошибке. Но все же, как правило, по собственной ошибке. Но если у них достаточно интеллекта, то рабами они бывают совсем недолго, и очень скоро становятся вновь свободными людьми. Ведь так? Гарри осторожно посмотрел на Снейпа — на лице того не дрогнул ни один мускул. Он слушал Фаджа с нечитаемым выражением лица, и Гарри восхитился его способностью скрывать свои эмоции. Когда к ним подошел слуга, Снейп поднялся с кресла и передал ему поводок, на мгновение, посмотрев на Гарри. Их взгляды встретились, и этого было достаточно, чтобы Гарри понял, что все идет так, как нужно. Рабы обедали в этой же комнате. В той ее части, где не было ни столов, ни стульев, а лишь красивая пустота стен. Рабов расставили по их периметру с определенной дистанцией, вероятно, для того, чтобы они не имели возможности заговорить друг с другом. Никого из присутствующих рабов Гарри раньше не видел. Впрочем, это было объяснимо, ведь Вернон Дурсль, хоть и был очень богатым человеком, но почему-то не вращался в столь высоких кругах общества. Все рабы были одеты одинаково. Серая футболка, серые штаны и тяжелый металлический ошейник. Лишь одно очень ярко отличало их друг от друга — взгляд. От безразличного до полностью потухшего. Гарри зачем-то пытался встретиться глазами хотя бы с одним из них, но это было тщетно. Все рабы строго смотрели в пол перед собой с совершенно отсутствующим видом. Когда перед Гарри поставили тарелку с супом, он некоторое время потерянно смотрел на нее. Нет, дело было вовсе не в содержимом тарелки — напротив, суп выглядел потрясающе, но… Но приборов им не принесли. Он с горечью думал, что неужели правила предусматривают употреблять пищу рабам… вот так? Как животным? На привязи и без рук? Неужели то, что на них был надет ошейник — недостаточное унижение? Гарри посмотрел на рядом стоящего раба, который вообще никак не отреагировал на еду. Пустым взглядом он смотрел в пол, словно все происходящее не касалась его никоем образом. Гарри закрыл глаза. Он никогда не мог оставаться равнодушным к горю других людей. Он никогда не мог равнодушно пройти мимо чужой боли. Он всегда хотел помочь. Но сделать он ничего не мог. Через пару мгновений, когда им все же принесли ложки, Гарри искренне обрадовался, что он ошибся, и ему не придется употреблять еду, точно собаке. Он склонился над тарелкой и принялся не спеша есть. Горячий суп приятно согревал, забирая с собой легкий озноб от холодного пола и чувство голода. Когда эта своеобразная трапеза закончилась, их так и оставили сидеть у стены. Но Гарри не был огорчен. Ему нравилось то, что он был в отдалении от всех этих людей, но в то же время имел возможность видеть Снейпа. Лишь одно начинало мешать Гарри: естественная потребность, которую было все сложнее игнорировать. Почему он не спросил у Снейпа про это? Но словно в ответ на терзающие его мысли, Гарри заметил, что один из рабов поднял ладонь, и слуга, который присматривал за ними, повел его куда-то прочь. Как только раба привели обратно, Гарри тоже осторожно поднял руку. Услышав приближающийся стук шагов, он понял, что все сделал верно. Гарри направился за слугой, надеясь, что тот не будет следить за тем, как Гарри справляет нужду. Благо, этого не произошло. Оказавшись в уборной, Гарри встал с колен. Он охнул, когда распрямил ноги. Они словно налились свинцом, и он принялся растирать их. Ему понадобилось время, чтобы ноги начали его слушаться. Возможно, он пробыл в туалете чуть дольше, чем должен был, но он не мог не воспользоваться этой возможностью постоять не на коленях. Когда его привели обратно, он нашел Снейпа глазами и увидел, что тот внимательно смотрит на него. «Заметил, что меня не было?» — удивленно подумал Гарри. Почему-то он был уверен, что Снейп был поглощён своими делами и не следил за ним. Или Гарри так только казалось? Время шло, и вот уже вместо обеда подавали ужин, а через пару часов некоторые гости открыто демонстрировали свое желание пойти отдыхать. — Что ж, господа, мы немного задержались, — вдруг раздался голос Руфуса. — Благодарю за этот прекрасный очень насыщенный день, и за ваше присутствие в моем доме. Мы и отдохнули и решили много дел. Я попрошу дворецкого проводить вас в ваши спальни. Но все же немногих попрошу задержаться еще на пару минут и пройти в комнату переговоров. Гарри не следил за другими. Ему было важно лишь то, что Снейп был в числе тех, кто должен был задержаться. И все, что оставалось Гарри, так это смотреть, как он исчезает в другой комнате, и снова ждать. Гарри устал. Подобное бездействие было еще хуже усердной работы. Он не знал, который час, но понимал, что весьма поздно. «Где же придется спать рабам?» — возник в голове резонный вопрос, когда некоторых рабов начали куда-то уводить. Он очередной раз поднял руку, понадеявшись, что слуга никак не отреагирует на такое частое посещение туалета. Как только Гарри снова оказался в уборной, он привычно размялся, растер ноги и шею. Несколько раз умывшись, Гарри вышел из туалета, обнаружив, что того слуги, который провожал его, нигде не было. Гарри замер возле двери. Куда он делся? Быть может, его куда-то срочно позвали? Гарри сделал шаг вперед, не зная, может ли он вернуться на место самостоятельно? Он еще несколько секунд продолжал стоять и ждать у двери, но слуга словно провалился сквозь землю. Подождав еще пару минут, Гарри робко шагнул по коридору. Никого не было, и Гарри решил пока не опускаться на колени. Он уже успел сделать несколько шагов вперед, прежде, чем понял, что идет не туда. Он замер, осознав, что в этом коридоре он никогда не был. Но… где же он успел пропустить развилку? «Ну почему такое всегда случается со мной?» — отчаянно подумал Гарри, поспешив повернуть обратно. Неожиданный звук голосов заставил Гарри вздрогнуть и остановиться. — …главное, не ошибиться в дозе, чтобы все получилось, — глухо произнес незнакомый голос, и Гарри замер как в копанный у приоткрытой двери. Он знал, что ему просто нужно пройти мимо. Как можно быстрее найти слугу и вернуться назад. Он знал, что его дело — маленькое: просто подчиняться правилам этого дома. Гарри не считал себя любопытным, а потому так и не смог объяснить, что же заставило его подойти ближе и посмотреть в щель приоткрытой двери. Неизвестный мужчина стоял к нему спиной, но Гарри точно видел, что он делает. Держа в руках шприц, он медленно вводил его содержимое через пробку в нераскрытую бутылку с вином. Осторожно вынув шприц из пробки, он вернул бутылку на поднос и потянулся за следующей. Гарри отпрянул от двери и пулей направился прочь. Он почти добежал до уборной, испытав облегчение от того, что слуги все еще не было, а значит он не мог заметить отсутствия Гарри. Он пытался привести в порядок свое загнанное дыхание, и к тому моменту, когда слуга, наконец, вернулся, ему почти удалось это сделать. И если снаружи Гарри казался спокойным, то внутри он не мог успокоиться даже тогда, когда его привели на место. Мысли об увиденном ужасали его. Что происходило за той дверью? О какой дозе они говорили? Да, Гарри многого не знал в жизни, но едва ли нужно было обладать особенными знаниями, для того, чтобы понять — тайком в вино могут подмешать лишь одно вещество. Яд. И Гарри был уверен, что тот, кто выпьет это вино, — не жилец. Гарри закрыл глаза. В конце концов, это не его дело, верно? Он просто должен рассказать об увиденном Снейпу. И тот сам решит, что делать с этой информацией. Наверняка, он разберется лучше него. Осталось лишь дождаться конца их совещания. Быстрее бы оно закончилось. Время вновь потекло медленно, и спустя какое-то время, Гарри все же удалось немного успокоиться. Вот только это спокойствие разбилось в один миг, когда он заметил, как к комнате переговоров неспешно направляется официант, держа в руке поднос, на котором стояло несколько бутылок вина. Гарри похолодел. Это были те самые бутылки. Гарри охватила паника. Он не знал, что делать, но одно он знал точно: если люди, находящиеся в комнате переговоров, выпьют это вино — они умрут. Если Снейп выпьет это вино — он погибнет. Гарри вдруг четко осознал, что лучше умрет сам, чем позволит этому произойти. Он не может этого допустить. Гарри с отчаянием смотрел, как официант заходит в комнату. С отчаянием смотрел, как за ним закрывается дверь. Гарри затрясло от волнения. Ему нужно предупредить Снейпа. И был лишь один способ это сделать. Все произошло быстро. Гарри больше не раздумывал. Он резко встал с колен и рванул в сторону закрытой двери. Он не слышал ни окриков дворецкого, ни криков охраны, для него имело значение лишь одно. Ему нужно было успеть. Гарри дернул дверь на себя, молясь всем богам, чтобы она оказалась, не заперта. И боги его услышали. Дверь податливо распахнулась, и он ворвался в комнату переговоров. — Не пейте! — отчаянно выкрикнул Гарри. — Вино отравлено!