Сакральная собственность

От недостатка сна Гарри чувствовал себя разбитым. Все мышцы его тела болели, а колени ныли, но Гарри не обращал на это ни малейшего внимания, потому что был безумно рад, наконец, покинуть особняк Руфуса Фаджа. Они не провели там ни одной лишней минуты, но все равно смогли вернуться в дом Снейпа лишь ближе к вечеру. Едва они переступили порог, Снейп достал ключи от замка на ошейнике. Гарри без лишних слов подошел к мужчине, позволяя ему снять с себя этот ненавистный атрибут рабства. Как только ошейник был снят, Гарри почувствовал неимоверную легкость. Он коснулся шеи, чувствуя боль в тех местах, где металл соприкасался с кожей. — Спасибо, сэр, — тихо произнес Гарри, и ему показалось, что Снейп едва заметно кивнул, прежде чем направился в гостиную. — Мне накрыть на стол, хозяин? — спросил Гарри, последовав за ним. — Нет, — отозвался Снейп. Он опустился на диван и расстегнул верхние пуговицы на своей рубашке. Гарри на долю секунды замер, задержав взгляд на оголенной шее мужчины, а затем тряхнул головой, отгоняя это наваждение.  — Разожгите камин, мистер Поттер. — Да, сэр, — кивнул Гарри, подходя к камину. В доме Вернона Дурсля не было камина, и Гарри не совсем знал, как правильно это делать, а потому попытался вспомнить то, как недавно разжигал камин Снейп. Гарри чувствовал себя потерянным. Но не камин был этому виной. С того момента, когда Гарри осознал, что срок его аренды подошёл к концу, он не находил себе места. Он с совершенной ясностью понимал, что не хочет возвращаться к Дурслю. Он хотел провести со Снейпом хотя бы еще немного времени. Он хотел чуть больше узнать его. Да, у Снейпа был сложный и довольно жесткий характер. Он определенно был не простым человеком. И Гарри не мог понять, когда и почему это начало так сильно притягивать его. С того момента, как Снейп со злости не ударил его? Или когда Снейп спас его от Крауча? Или когда позволил Гарри чуть больше узнать о себе? Гарри закрыл глаза. Он спиной чувствовал на себе взгляд Снейпа, пока разжигал камин. Гарри нестерпимо хотел поговорить с ним. Все равно о чем. Он вдруг остро почувствовал, как уходят последние драгоценные минуты. И если он хотел набраться решимости для разговора, то делать это нужно было прямо сейчас. — Сэр? — негромко спросил Гарри, не оборачиваясь. — То, что говорят о вас… Вы ведь не убивали и не насиловали своих рабов, правда? Он чуть обернулся, посмотрев на Снейпа. В темных глазах горела насмешка. — Какие глубокомысленные выводы, — ехидно протянул Снейп. — Вы пришли к ним, потому что поняли, что еще живы, и что за этот месяц я ни разу не посягал на вашу добродетель? Насмешка Снейпа заставила Гарри смутиться. Вероятно, если бы разум Гарри не был бы скован страхом перед Снейпом, то он понял бы это намного раньше. Окончательно он осознал это только сейчас. — Почему о вас ходят такие страшные слухи, сэр? — осторожно спросил Гарри. — Потому что мне это выгодно, — раздался простой ответ. Снейп чуть склонил голову, и взгляд темных глаз стал еще темнее. — Чем больше вы стараетесь скрыть свое любопытство, Поттер, тем отчетливее оно отражается на вашем лице, — заметил мужчина, и Гарри чуть улыбнулся. Это была правда. Ему многое было интересно узнать о Снейпе. Но ему казалось, что если он спросит напрямую, то Снейп не ответит. А потому, оставалось только ждать, когда Снейп сам решит снизойти до того, чтобы рассказать Гарри хоть что-нибудь о своей жизни. Ведь порой он это делал. — Том Ридлл был весьма влиятельным человеком, — произнес Снейп. — И, как любой влиятельный человек, имел своих сторонников и своих врагов. Когда он покинул этот бренный мир, в его резиденцию нагрянули все проверки, которые только можно было себе представить, — лицо Снейпа по-прежнему выражало насмешку, но неуловимо оно словно стало ожесточеннее. — Он был посмертно обвинен в особо жестоком обращении с рабами, а потому его выжившие и не сошедшие с ума рабы получили особую компенсацию в виде обнуления долгов перед Министерством. Наконец, пламя в камине вспыхнуло. Гарри поднялся с пола и опустился на краешек дивана, продолжая внимательно слушать Снейпа. Ему было страшно представить, что увидели в доме Риддла работники Министерства, если после этого его посмертно обвинили в жестокости. Насколько далеко заходил Риддл в своих издевательствах? Он же не… — Нет, — резко отчеканил Снейп, словно прочитав его мысли, которые даже не успели полностью сформироваться у Гарри в голове. — То насилие, которого вы до смерти боитесь, Риддл не практиковал на рабах. Как-то вы сказали мне, мистер Поттер, что этого бывает достаточно, чтобы быть хозяину благодарным. Так вот… Снейп подался вперед, глядя Гарри прямо в глаза острым как нож взглядом. — Недостаточно, — почти выплюнул он это слово. Гарри не выдержал этого тяжелого взгляда и опустил глаза. — Когда я обрел свободу, — продолжил Снейп, — я познакомился с неким Альбусом Дамблдором. Как позже оказалось, он возглавлял свою особую организацию по борьбе с законом о рабстве. Он входил во все тайные оппозиции, направленные на упразднение данного закона. Он предложил мне работать на него. И я согласился. Со временем, мне удалось завязать неплохие знакомства в Министерстве. Это дало мне толчок к развитию собственного бизнеса, а также обеспечивало мне доступ к внутренней информации Министерства, включая информацию о рабовладельцах Лондона. Часть этой информации я передавал Дамблдору, который впоследствии использовал ее для своих целей, в том числе для освобождения некоторых нужных ему рабов. Снейп откинулся на спинку и прикрыл глаза. — Я выкупал этих рабов и передавал их Дамблдору. Альбус давал им другие имена и вывозил из страны. Затем по документам они оказывались мертвы. Благодаря хорошим связям в Министерстве я никогда не нес ответственность за рабов, которые вдруг оказывались мертвы, после того, как я стал их хозяином. Более того. Это обеспечило мне репутацию жестокого рабовладельца, которая мне очень пригодилась впоследствии. Все весьма жестокие рабовладельцы скрывают свою личность, мистер Поттер. Они покупают рабов через доверенных лиц и проводят всю документацию так, чтобы нигде не проскользнула информация об их именах. Дамблдору были нужны эти имена. И мой статус способствовал тому, что эти люди часто сами находили меня, обеспечивая мне тем самым половину работы. Я не убивал, не насиловал рабов, и никогда не желал ими владеть, мистер Поттер. Фактически я обладал ими лишь на бумаге. Это было мое условие в работе с Дамблдором. Сердце Гарри учащенно забилось. «Я никогда не желал ими владеть» — эхом повторилось в голове. Как же много это значило для Гарри… — Альбус Дамблдор живет в Лондоне, сэр? — спросил Гарри. Он не знал, что кто-то ведет свою борьбу с этим рабовладельческим строем. Он почувствовал короткую радость от того, что есть шанс, пусть и маленький, что когда-нибудь эта чудовищная система рухнет, ведь если… — Он мертв, — слова Снейпа прозвучали выстрелом в тишине гостиной. — Сейчас его деятельность приостановлена. — Мертв… — потерянно повторил Гарри, но вопреки всему это не убило его надежду. — Сэр, если я могу что-то сделать… — Да, можете, — Снейп вдруг поднялся. — Ложитесь спать. Гарри растерянно поднялся с дивана вслед за ним. Разговор так быстро закончился, а Гарри еще так о многом хотел спросить мужчину, так много хотел сказать ему сам… Ведь это была последняя ночь. Последняя. Гарри словно в замедленной съемке смотрел, как Снейп медленно удаляется из гостиной, как его рука ложится на поручень лестницы, ведущей на второй этаж… — Сэр, пожалуйста, подождите… — взволнованно попросил Гарри. Снейп остановился, чуть повернув голову. — Я хочу сказать вам спасибо. За все. Я хочу сказать, что благодаря вам я многое узнал за этот месяц. Больше, чем за всю свою жизнь. Я многое переосмыслил, и многое увидел по-другому. Если бы вы знали, насколько ценно для меня все то, что вы рассказывали мне, и насколько сильно я благодарен вам… Снейп стоял вполоборота. — Благодарны мне? — тихо повторил Снейп. Он обернулся, и на мгновение Гарри увидел в его глазах то, от чего вдруг перехватило дыхание. Он увидел боль. Глубинную, скрытую боль. Она промелькнула на одно короткое призрачное мгновение, а затем взгляд Снейпа вновь стал безразличным. — Что ж… — медленно произнес он, подходя чуть ближе к Гарри. — Пожалуй, я кое-что расскажу вам, мистер Поттер. Кое-что еще из моего прошлого. Думаю, это знание окажется для вас также весьма ценным. Что-то в голосе Снейпа насторожило Гарри, вызвав у него беспричинное волнение. — В тот день, когда Риддл разбился, он допустил небольшую промашку в своей отточенной системе контроля, — холодно произнес Снейп. — Одна маленькая ошибка автоматики, и замок, запирающий часть подземных блоков, просто не защелкнулся. Это были блоки, в которых жил я. Из этих блоков был выход во внутренний двор и подземные гаражи. Я видел эти выходы лишь однажды, когда впервые оказался в его поместье. Но, на мое счастье, я обладаю хорошей памятью, мистер Поттер. Когда я осознал, что замок открыт, то первой естественной мыслью, которая пришла мне в голову, было бегство. Но в то же время я понимал, что в бегстве нет абсолютно никакого смысла. Снейп чуть склонил голову, продолжая смотреть Гарри прямо в глаза. — Я не хотел бежать. Я хотел слышать и видеть, как Риддл сходит с ума от боли. Как он мучается в бесконечной агонии, — жестко произнес он. — Но желаннее всего мне была все же другая вещь. Чтобы Риддл оказался мертв. Гарри почувствовал, как его сердце забилось чаще, а во рту внезапно пересохло. — Риддл любил скоростную езду, и я это знал. Я до сих пор не имею понятия, каким чудом я смог пробраться в гараж и остался незамеченным. Гарри почувствовал, как его трясёт мелкой дрожью. Он понял, для чего Снейп говорит ему все это. Он понял, что произошло. — Это я перерезал тормозной шланг в машине у Риддла, — ледяной голос Снейпа был почти без эмоций, но Гарри буквально кожей чувствовал, как много их сокрыто у него внутри. — Я прекрасно знал, что в результате аварии может пострадать не только Риддл, а кто-то еще. Случайные прохожие, другие водители или дети. Я все это осознавал, и мне было абсолютно наплевать на это. Я ненавидел весь мир и желал, чтобы он провалился в бездну вместе с Темным Лордом. Даже если и я сам отправлюсь следом. Гарри больше не мог смотреть Снейпу в глаза. — Из-за меня Риддл врезался в машину ваших родителей. Из-за меня ваши родители лежат в земле, а вы выросли в рабстве, — безжалостно произнес Снейп. — Вы все так же благодарны мне, Поттер? Гарри закрыл глаза. Ему казалось, что в комнате внезапно исчез весь воздух, потому что Гарри стало трудно дышать. Гарри не мог сказать ни слова. Он чувствовал лишь одно. Всепоглощающую боль. И он не мог понять, чью боль он ощущал сильнее.