Останься со мной навсегда

Я уже и не помню, когда в последний раз закрывая глаза не видел столпы дыма, поднимающиеся куда-то вверх. Запах пыли и гари постоянно преследует меня, стоит только опустить веки, отвлечься. Память странная штука, возвращает меня обратно. И каждый раз я убегаю, но убежать не удается.

Пятый поднимается с кровати, он тяжело дышит, одежда прилипла к телу. «Как же все это надоело» — успевает подумать он как встает и идет в ванную, нужно смыть этот кошмар с себя. В глубине души он понимает, что не сможет смыть с себя запах гари, ту грязь что впиталась в него за столько лет. Стоя под душем Пятый сжимает свои руки до красноты, через некоторое время отметены превратятся в синяки. Но их уже никто не увидит, ведь он спрячет их под пиджаком. Он понимает, что уже в ловушке. Пятый переодевается и идет вниз. После душа он чувствует себя намного лучше. Просыпается бодрость, и ему кажется, что не все так уж и плохо. Нужно только отдохнуть. В гостиной и на кухне никого не оказывается, он знает, что в этом огромном доме сейчас один. После апокалипсиса прошло несколько недель, и в жизнях его братьев и сестер все нормализовалось. Они вошли в новую жизнь так легко, так просто, что Пятому остается только наблюдать за ними. Ему нравилось слушать как Эллисон рассказывает о своей дочери, и он все больше хочет с ней встретиться. То как радуется Ваня, когда играет новую выученную композицию, как говорит о прошедшем концерте. То как Клаус пытается его подколоть, он всегда смешит Пятого своими попытками. То как Лютер и Диего пытаются поделить первое место. Пятый считал это милым. Все это ему нравилось раньше и сейчас, но… Всегда есть «но», правда ведь? Слишком долго чувство одиночества ходило по пятам не давая покоя, и вот сейчас оно снова здесь. Ему кажется, что это все слишком долгий сон. Сон, который захватил его в свои темные, гадкие лапы и не отпускают. На столе стоит завтрак, любезно приготовленный мамой, который она, каждое утро оставляет для него. Пятый смотрит на яичницу и хмурится, есть не хочется от слова совсем, но он послушно садиться за стол. И пытается позавтракать. После несколько тщательно прожеванных ложек с едой, он чувствует вкус еды, просыпается аппетит и Пятый доедает все. На волосы и руки падает дождь из пепла. Он знает, что это значит, но каждый раз происходит одно и тоже. Пятый сжимает кулаки, ладони отдают тупой болью, слишком сильно, ногти впиваются в кожу, но даже боль не приводит его в чувство. Обернувшись назад он видит, как в его доме пылает огонь, как все превращается в груду камней и пепла. Поднимаясь, его взору открывается красно-серая картина неизбежного апокалипсиса. Хочется кричать, но Пятый не слышит своего голоса. Ему кажется, что за ним кто-то есть, его ВРАГ повсюду. -…Пятый! Он слышит зов, но не может понять где он, откуда…. Чужие, но такие родные руки обвивают его тело, и Пятый чувствует, что приходит в норму. — Ваня? — Он слышит, как его голос хрипит, на секунду ему кажется, что говорит не он. — С тобой все в порядке? — Пятый слышит, она взволнованна. — Ваня, сыграй мне…- Пятый повернулся в ее руках, и обнял в ответ. Ему так сильно не хватало человека рядом, того, до кого можно было дотронуться, почувствовать. Девушка застопорилась, но ответила: -Хорошо… Пятый сидел в кресле, Ваня играя наблюдала за ним. Наигрывая простую незамысловатую мелодию, девушка замечала детали, которых раньше не видела, или же не хотела видеть. Пятый сидел с закрытыми глазами, кажется он задремал. Она давно догадывалась, что у брата проблемы со сном. Но не решалась спросить, ведь нарочито знала ответ. Его молодое тело исхудало, лицо бледное и проглядывают синяки под глазами. Ей не нравилось то что она видит, но и поделать с этим ничего не могла. «Нужно поговорить с Эллисон». Ваня на несколько секунд остановила игру, Пятый невольно зашевелился, и открыл глаза. Сначала он не понял где находится, но увидев сестру он расслаблено вздохнул. Это состояние не похоже на сон, но ему в разы стало легче. Именно о таких моментах он раньше мечтал, быть частью своей большой семьи, чувствовать их рядом. Но последние дни он один, и одиночество медленно съедает его, и забирает обратно. Однажды он откроет глаза и окажется один в неизбежности произошедшего апокалипсиса. — Ты уже закончила. Девушка кивнула, и подошла к креслу и присела на против него. — У тебя бессонница? Пятый знал, что скрывать это бесполезно, да и незачем. — Да. — Кто страдает бессонницей толком не спит и толком не бодрствует. — Говорила она, сжимая его небольшую жесткую ладонь в своих. — Верно. — Шепчет Пятый, он давно не понимает где сон, а где реальность. — Это ведь не сон? Он смотрит на нее своими поблекшими голубыми глазами, в которых Ваня не видит ничего кроме отчаянья. Ваня лишь сжимает его руку сильнее.

***

Пятый ушел и не сказал Ване куда. Девушка пыталась уговорить остаться дома, но он отмахнувшись убедил что скоро вернется. Ваня решила, что это прекрасный шанс поговорить с Эллисон, ведь она придет с минуты на минуту. Сейчас она не могла думать ни о чем другом, в голове всплывал образ уставших глаз Пятого, такого блеклого, измученного взора девушка еще не видела. Эллисон не заставила себя долго ждать, и уже через несколько минут вошла в академию. — Нам нужно поговорить, — Ваня появляется откуда-то справа. — Что-то случилось? — Эллисон проходит, и видит взволнованную сестру. — Еще нет, но может. — Девушка замолкает, но потом продолжила. — Это связано с Пятым. — Так, давай по порядку. — С ним что-то происходит, — Ваня не знает, как описать то что с ним происходит, ведь сама не в курсе что именно происходит. — С ним всегда что-то происходит, Ваня, это же Пятый. — Эллисон ставит свою сумочку на столик, и совершенно не разделяет волнения сестры, наверняка она просто не разобралась в ситуации. — Это другое, понимаешь, он не может спать…

***

Пятый появляется в пустынном месте со стаканом кофе в руках. Оно уже давно ему не помогает, и бодрости не чувствует. Ему нравилось сидеть в дали от домов и наблюдать за небом, это успокаивало, ему сейчас это было необходимо. В его голове всегда было множество планов по спасению мира, то как выжить одному, но сейчас это все было не нужно. Приходит осознание что ты совершенно не готов к этому новому миру. Ведь он никогда не думал о дне после. Там в апокалипсисе он пытался не замечать своего одиночества, но это не помогло, и его разум помутнился. Сейчас он думает, что эгоистично спасать свою семью чтобы больше не испытывать чувства одиночества. Но сейчас, как никогда раньше Пятый ощущает это в полной мере. Пятый роняет стаканчик с уже остывшим кофе. — Черт…- Он оглядывается с видит кругом пепел, а голубое небо уже давно стало серым. Он исчезает, но убежать не удается. Он знает лишь один способ улучшить свое состояние.

***

— Эллисон, прошу помоги мне, — Пятый появляется в дверях ее детской комнаты. Теперь девушка понимает, о чем говорила Ваня. Перед ней стоял совершенно разбитый человек, ребенок, который страдал один все это время. Он подходит ближе, и Эллисон замечет его неровную походку, как его слабое тело качает словно на ветру. Девушка указывает на свободное место рядом с ней, и Пятый послушно садиться. — Примени ко мне свою силу…- Его глаза выжидающе смотрят на сестру. — Пятый, я не могу… — Он не дает ей договорить, и перебивает. — Сон — функция, ее нужно осуществлять, чтобы можно было выполнять другие функции. — Пятый сжимает ее ладони, — Сейчас я лишь бледной тенью хожу по этому дому. Не понимая где сон, а где реальность… — Но ты же понимаешь, что это не выход…- Эллисон не знает, как правильно поступить, не знает, как отговорить Пятого, ведь это как наркотик, ему захочется прибегнуть к этому способу снова и снова. Это хрупкое сознание разобьется на мелкие осколки, и они не смогут собрать его снова. Но уже сейчас она видит, что Пятый не справляется, в нем не осталось сил бороться с самим собой. Он кивает, он понимает, что это лишь отсрочка неизбежного. Эллисон применит к нему силу, возможно это не поможет справиться с галлюцинациями и снами наяву, но хоть одну ночь он не будет видеть кошмаров. Только темнота и сладкая тишина, в которой не будет опасности. — Я сделаю это только один раз…- Девушка не может больше смотреть в эти глаза, которые впервые ее просят о помощи. Ей хочется верить, что это неправда, и с Пятым все в порядке. — Хорошо, — он кивает, и уже знает, что одного раза будет недостаточно, это ложь. Эллисон садиться чуть ближе и смотрит ему в глаза. — До меня дошёл слух, что ты наконец-то выспался, Пятый. — Девушка замерла. Его взгляд потускнел, он почувствовал усталость. Эллисон помогла ему лечь на свою кровать, и присела рядом. — Побыть с тобой? — Девушка убрала челку с его глаз. — Останься со мной навсегда.