Герой и коп

      Очнулся Катсуки не резко, как это бывает после принятия снотворного или прочей химии для отключения сознания, а медленно и будто нехотя. Веки будто налились свинцом, а ресницы будто склеились. Очень хотелось пить, а тело задеревенело и затекло от пребывания в одной позе.       Наконец разлепив веки, он со стоном закрыл их обратно. ТО, что он увидел совсем не понравилось ему. Хрипло выругавшись, проследив весь путь совокупления похитителей вплоть до седьмого колена, он всё же полностью открыл глаза и уставился на человека, закованного в цепи и висящего напротив него.        Чуть зеленоватые растрёпанные волосы были бурого оттенка из-за уже застывшей крови, превратившейся в корку. Руки, те места что не были закованы - а это предплечья - их покрывали кровавые полосы порезов и кровь, стекающая вниз. Порезы были определённо свежие.        Шумно вздохнув и едва не задохнувшись от боли, которая пронзила его рёбра при этом казалось бы простом действии, Катсуки едва не зарычал от бешенства. - Какого чёрта происходит, мать вашу? - билось в его ослеплённом болью мозгу.       Осмотрев помещение - при этом поворачивать шею было просто адски больно, будто его кто-то кувалдой по шее бил - он увидел лишь серые кирпичные стены, кое где в пятнах рвоты - преимущественно в одном углу, и в пятнах давно засохшей крови. Его напарник - Лерг - был без сознания. Кровь лилась тоненькими струйками, постепенно пропитывая его чёрную футболку, в которой он был в салоне. Решив посмотреть что с самим ним не так, Бакуго попытался осмотреть своё тело... Вот только незамеченный раньше металлический ошейник, что удерживал его голову в довольно фиксированном положении не дал это сделать.        Глухо ударившись о стену и так болевшей головой, Катсуки чуть прикрыл глаза, стараясь дышать размеренно и легко, чтобы рёбра не отдавались острой болью при каждом вздохе. В голове царил хаос. - Какого чёрта? Нас похитили? Зачем? Возможно выкуп... Но нахера им коп? Какого чёрта им нужно?..полезных данных нет... Лерг не очнулся по... Нуж..но б-бодор..ствов..а..ть..       Он снова отключился. По ощущениям на маленький срок, но на теле его напарника появились новые раны. Теперь на его теле не было той чуть грязноватой и пропитанной кровью футболки. Голый торс, которым мог похвастаться человек давно ходящий в спортзал или занимающийся боевыми искусствами был в длинных, но неглубоких порезах, схожих с теми, что были на предплечьях. Они кстати, порезы на предплечьях, уже не кровили.       Напарник глухо застонал и дёрнул прикованными руками. Видимо, это действие было достаточно болезненным для него. Он чуть рыкнул, а запястья к которым были закреплены цепи стремительно обагрялись кровью - он содрал кожу. Опять. Его лицо, скрытое чуть кудрявыми волосами разглядеть полностью не удалось. Можно было рассмотреть лишь болезненную ухмылку,но глаза были скрыты. Ровно как и лоб.        Лерг начал смеяться, хрипло, обречённо. Он как будто знал что-то или имел козырь в рукаве. -Что ты, блять, ржёшь?! -не выдержал Катсуки и так-же хрипло прикрикнул - насколько позволял охрипший голос - на напарника. - Ха-ха-а-ах... - Тело напарника выгнулось дугой - насколько позволяли цепи конечно - он начал часто-часто прерывисто дышать, сотрясаясь всем телом.       Выглядело это.. Мягко говоря не очень. Конечно, Катсуки много чего и кого повидал - и ополоумевших от пыток злодеев людей, бешеных, умалишённых, просто киллеров без тормозов.. Но никогда ему не было так страшно за ментальное здоровье другого человека, как сейчас.       Лерг же продолжал делать это. Смотревший на это Катсуки вдруг вспомнил, как тот показывал ему действие своей причуды. В тот момент напарнику тоже было тяжело и достаточно энергозатратно, а ведь вытаскивал он только пистолет... -Что же он,Старателя на кол, пытается сделать?!?! - Бакуго широко открытыми глазами смотрел на то, как тело Лерга начинает дрожать и сотрясаться ещё больше, под кожей будто начинают ходить бугры. Лерг закашливается и на пол падают сгустки крови с чёрными разводами. Они мерзко растекались по полу, пока коп тяжело дышал, даже трястись перестал. Под его кожей творилось чёрти что, Бакуго показалось, будто он даже слышал треск. Кожа напарника начала сереть, а сам он глухо, безнадёжно застонал...        Блондин смотрел широко открытыми глазами как тело копа плавилось - иного слова не подобрать - будто тесто, как лизун, которым играют малолетки тело его напарника выскальзывало из оков, растекаясь бесформенной лужей на полу и формируясь в какую-то фигуру. Всё это действо сопровождалось хлюпанием и треском.        Наконец фигура приобрела вполне человеческие очертания и перетекла во вполне "повседневное" тело Лерга. У него были закрыты глаза, а тело после "полной" трансформации рухнуло на пол.        На его теле не было порезов и синяков - оно было будто-бы абсолютно нетронутым, но напрягая глаза Бакуго увидел сеть шрамов в тех местах где были порезы. У него был шанс осмотреть не прикрытую ничем фигуру копа, покрытую татуировками. Ну, крылья он уже видел... А вот это что? На бедре красовалось вытатуированное изображение будто бы ожога, а на щиколотке изображение молнии. -??? - Катсуки смотрел на эти "новые" для него тату и думал что именно они обозначают. Вот если взять молнию - что это? -Ускорение? Управление молнией? Управление погодой? Суперскорость? Быстрое мышление? Что-о-о-о-о-о-оо это блять,а? - вертелось у него в голове, пока вполне голое, но полное новых сил тело приходило в себя.        Поднявшись с мученическим стоном (прим. - Прям как я в 6 утра встаю с будильником, примерно так же тяжело и встал Изуку (но для Катсуки пока что Лерг)), коп прижал запястье ко лбу. Видимо, такое тяжёлое действо не прошло для него бесследно. Наконец, спустя минуты две, Лерг пришёл в себя. Он повернул голову в сторону Катсуки и подошёл к нему.        -В нор-кх,кха -ме? -спросил он Катсуки. -Не фак-х-хт..- Катсуки попытался улыбнуться, но выглядело это видимо откровенно жалко, потому что на лице копа появилась то, чего Катсуки никогда не выносил - сострадание. Жалость. Ему.Жалко.Катсуки.Блять. Как же он ненавидел этот момент.И наслаждался им.       Лерг чуть нахмурил брови и видимо, машинально, потянул руки к тому месту где должны быть карманы на штанах но... Он был голый. Без одежды. Она, а точнее они - шорты, в которых он оставался и боксёры лежали бесформенной грязной, пропитанной кровью кучей на полу. Разочарованно цокнув, он нацепил на себя наименее грязные боксёры, брезгливо отодвинув к стене шорты, а потом начал осматривать оковы, в которых висел, тихо бубня себе под нос что-то. Катсуки пытался вытянуть шею чтобы как можно чётче и точнее увидеть, что напарник делает с оковами, но чёртов ошейник не давал это сделать. Внезапно раздался металлический грохот и напеваемая кем-то песенка. Отворилась секретная дверь у стены, замаскированная под стену и в помещение зашла та самая сучка, которой коп начинал делать тату.       Пару секунд Лерг в боксёрах и эта дамочка замершая у входа смотрели друг на друга, а потом раздался высокий визг и грохот выстрелов. Лерг за доли секунды вытащил оба пистолета и выстрелил в эту блядь 4 раза, как на автомате.       Повисло неловкое молчание, в ходе которого коп осматривал труп и вытащил связку ключей из декольте сучки. Явно накачанного силиконом декольте. Лерг, взяв связку ключей,подошёл к всё ещё прикованному Катсуки и начал пытаться освободить его...

***

Спустя примерно минут 30 отборного мата, ругани, взаимных оскорблений, припоминания всех похождений родственников и предков, то же неизвестное место и те же особы.

***

       Катсуки растирал натёртые до крови запястья, разминал ноги, шею, спину. Лерг же всё ещё возился с трупом тёлки, который лежал в органических отходах, которые после смерти бляди полезли из её тела (прим. При смерти расслабляются все мышцы, а значит всё, уж простите, дерьмо и моча выливается из организма как воздух из надутого, но не завязанного шарика). Она лежала прямо рядом со "входом" и передвинуть её без возможности испачкаться не представлялось возможным.       Металлическая тележка которую она везла за собой подпирала дверь, которая была готова закрыться от любого неосторожного движения. В тележке было много шприцов заполненных какой-то жидкостью - примерно штук 8 шприцов с разного цвета жидкостями и две алюминиевые миски с жидкой, похожей на рвоту овсяной кашей. Ложек там не было.       Конечно же они съели кашу, потому-что жрать - не кушать. Не питаться. А ЖРАТЬ хотелось неимоверно, они сейчас пытались обсудить то, как они вообще сюда попали и какого чёрта с ними тут делали. -А я тебе говорю, что её причуда подействовала как наркотик и мы отрубились! Я, блять, собственными глазами видел, что она напряжена! - Да, ебать тебя в сраку, она туман какой-то выпустила! -Я говорю, что это мог быть другой человек! Она - исполнитель! Мы нужны что.. -Мы нужны чтобы нас препарировать как лягушек и ставить опыты! -перебил копа уже порядком раздражённый Катсуки. Его царапины очень чесались, было сильное желание содрать с себя засохшую кровь, но он пытался, пытался этого не делать. Мало ли, заразу какую-нибудь занесёт... -Ха-аа.. Я сказал, что она подействовала на нас причудой... Ты вообще видел, что я лыбился как ненормальный!? Я когда тату начал делать, у меня мозги отключились вообще! -Ой, да что ты говоришь! Она блять соблазняла тебя, чтобы ты её трахнул! -И чё? Ревнуешь что ли? - запальчиво выкрикнул коп и победно посмотрел на притихшего блондина, который вдруг.. смутился? Его уши горели красным и Катсуки это знал, ведь он не краснел лицом, обычно краснели его уши и выглядело это по мнению того самого Дерьмоволосого:"Очень мужественно!" - Эй, чё, и вправду ревнуешь? -прозвучал неуверенный голос со стороны Лерга, а Катсуки не спешил отвечать ему... Потому что со стороны входа слышались шаги, которые услышал и Лерг, моментально вытащив пистолеты - Катсуки заметил скатившуюся с виска каплю пота и напряжённость позы. Вероятно, это было сложно для копа так часто использовать причуду...        Шаги приближались, а Катсуки и Лерг встали за открытую дверь, чтобы их нельзя было сразу увидеть. Катсуки кровожадно улыбнулся - если завяжется потасовка, а она завяжется, он сможет использовать причуду, потому что ему жу-у-у-утко, до дрожи рук хотелось кого нибудь подорвать... Потому что никто, никто не мог уйти безнаказанным после того, что он сотворил с Катсуки и копом. Что-ж, поиграем!