Ты - мое чудовище

- Ты уверен? – в который раз уточнила Анна. Она стояла, не шелохнувшись, контролируя постоянно колеблющуюся грань излома пространств. – Еще не поздно передумать. Силва печально улыбнулся, не отрываясь от светящейся сферы, окутанной прозрачной дымкой фуриоку. Это зрелище было настолько завораживающим, что шаман невольно подался вперед, желая получше рассмотреть переплетения реальностей, серебристой паутиной раскинувшиеся по шарообразному порталу. - У меня нет выбора, Анна, - с обреченностью признался мужчина, вдруг поймав себя на мысли передумать. Он смотрел на сферу и понимал, что не хочет погружаться в вязкую субстанцию неизвестности, и лишь острое желание спасти друга подталкивало его вперед. – Калиб исчез по моей вине, и теперь я обязан найти его. - Ты точно знаешь, что делаешь? Ведь еще не ясно, в чье тело попадет твоя душа… Силва тихо рассмеялся, и девушка увидела, как спокойные теплые глаза засветились тоской загнанного зверя. - Анна, тебе не приходило в голову, что иногда следует доверять своим ощущениям? - Я всегда им доверяю, - категорично заявила она. – И сейчас говорю, здесь что-то не так! И это было чистой правдой. С тех пор как Силва посвятил ее в свои планы, итако не покидало мрачное предчувствие, навязчивой мухой кружащее в голове. Жаль только, парень упорно не хотел воспринимать ее слова всерьез, отличаясь редкостным упрямством, в последнее время заставляющим Анну кипеть от гнева и негодования. - Между всеми патчами существует связь, - медленно и задумчиво протянул мужчина, подчеркнуто не замечая, как медиум скептически скривилась, одаривая его одним из своих фирменных убийственных взглядов, - у нас не только общие цели, но и предназначение – служить великому Духу. И сейчас я знаю, Калиб в опасности. Итако лишь покачала головой. Повисло тягостное молчание, и Силва уже был готов сделать решающий шаг в поджидающую его пропасть, как вдруг девушка тихо сказала: - Зря ты это сделал… - Решил спасти друга? - Нет, - холодный блеск серых глаз буквально пригвоздил судью к полу, - ты предположил, будто сможешь украсть стихийного духа. Только Хао обладал такой силой, и только у него это получилось. В ее голосе не было и тени осуждения – лишь голый факт. Но Силва все равно скрипнул зубами от досады и нейтрально произнес: - Я знаю. И уже сотни раз успел пожалеть о своих действиях. Ведь именно из-за моего желания украсть Духа Калиб и пропал, провалившись в самые глубинные миры Ада. - Этого мы точно не знаем. - Что толку гадать? – Силва решительно приблизился к сфере, лицом ощущая легкое покалывание от близости чистого неоформленного фуриоку. Свет призмы больно ударил по глазам, заставляя щуриться, словно от яркого солнца. – Сейчас мы это узнаем. Спасибо за помощь, Анна-тян. Без тебя я бы не справился. - Не стоит, - сухо отозвалась итако, шевельнув бусами, постепенно нагревающимися под давлением большого скопления силы. Она все еще продолжала контролировать трещину в реальностях, так и норовившую ускользнуть в черный провал Великого Духа, и была полна решимости. Авось все обойдется. – Удачи тебе. Силва благодарно кивнул и, затаив дыхание, шагнул в сферу, напоследок сверкнув яркой золотистой вспышкой. …И тут что-то пошло не так. Анна непроизвольно зажмурилась, ощущая, как по рукам начинает идти вибрация, заставившая девушку онеметь от напряжения. Сила все росла и росла, затопляя пространство алым сиянием, и итако вдруг со страхом поняла, что не может ее удержать. - Что за… Голову пронзила острая боль, словно по ней прошлись лезвием. Медиум ощутила, как из ушей и носа потекло что-то горячее. Жидкость лилась тонкой струей, касаясь губ, и девушка уловила ее тонкий металлический вкус. Четки выпали из рук, и Шикигами с громким ревом испарились, затянутые в омут чужого пространства. Отчаянный вскрик итако потонул в ужасающем грохоте – это сфера, налившись синим сиянием, вдруг взорвалась, накрыв шаманку толстым покрывалом тьмы. Больше девушка ничего не помнила. *** Первым, что почувствовала Анна, когда очнулась, была ноющая боль в висках и в груди. Итако сделала первый болезненный вздох и тут же закашляла, ощутив, как солнечное сплетение расползается по швам. Она медленно и лениво открыла глаза, ослепшие после бесконечной темноты, в которой пробыла, казалось, целую вечность. На нее смотрел обшарпанный потолок с потрескавшейся штукатуркой. Ни единого намека на лампочку – только серая неприметная стена. Девушка вяло перевела взгляд на узкое резное окно, источающее лунное сияние, недоумевая, где она находится, и главное – как сюда попала. Итако попробовала пошевелиться и тут же сдавленно охнула – боль в груди стала просто невыносимой. Собрав остатки мужества, она заставила себя опереться на локти, и в страхе поняла, что липкая теплая жидкость, текущая по коже, на самом деле кровь. Анна рывком поднялась, все еще не понимая, что происходит, и почему она, совершенно обнаженная, оказалась в этой захудалой, богом забытой комнатушке? И где, черт возьми, Силва?! Кровь быстро сворачивалась, застывая коричневой коркой, поэтому девушка стала лихорадочно стирать ее с тела, на деле же попросту размазывая жидкость по всей поверхности груди. Почти сразу же в животе что-то неприятно шевельнулось, и шаманка шокировано замерла. Она судорожно дотронулась до плоского живота, испещренного каким-то непонятными кровавыми символами, сильно надеясь, что это простая галлюцинация. В опровержение ее догадок, ощущение повторилось, на этот раз четче, пройдясь по стенкам кишечника маленькими коготками. Анну бросило в холодный пот. Она узнала знаки, будто вырезанные на коже. И тихо застонала от страха. Девушка стала лихорадочно соображать, что нужно делать. Слова Кино-сама засветились в памяти спасительным маяком. «Кар-ли-ли – маленькие демоны-падальщики. И чтобы выжить в мире, им необходимо вместилище, специальный сосуд, куда некромант будет помещать зародыш с целью дальнейшего вынашивания. Это очень древняя черная магия, но до наших времен дошел способ ее устранения…» Шаманка закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но мерзкое шевеление внизу живота не давало отвлечься. Демон дергался, впиваясь клыками во внутренние органы, он искал выход наружу, и Анна, словно воочию увидела, как панически забились не сформированные лапки. Тот, кто это сделал, заслуживает смерти, - с ненавистью подумала итако. Медиум призвала все свое самообладание и, коснувшись грудной клетки, зашептала нужные слова, через кончики пальцев направляя легкий поток золотистого фуриоку прямо в эпицентр темной энергии. Почти сразу же тварь откликнулась, душераздирающий звук наковальней ударил по голове, и Анна чувствовала, как мелкая тварь издыхала прямо у нее в животе. Стиснув зубы от напряжения, девушка стала медленно отодвигать скованные судорогой пальцы и видела, как вместе с рукой от тела отдаляется густой мутно-зеленый туман, по частям приобретая материальную форму. Возникло длинное, закрученное кольцом продолговатое тело, начавшее медленно осыпаться черным трухой, круглые слепые глаза вытекли из глазниц. Зародыш беспомощно вякнул и испарился, оставив на память о себе лишь небольшой сгусток мутной жижи на полу. Анна глубоко и часто дышала, пытаясь вернуть ускользающую реальность, упорно расплывающуюся перед глазами. Да и реальность ли? Последним, что помнила шаманка перед тем, как отключиться, был яркий свет, ласково обволакивающий ее дрожащее тело, а дальше – кромешная чернота. Девушка все сидела и сидела, не шевелясь, и только спустя несколько долгих и томительных секунд стало понятно – что-то не так. И дело не только в странной обстановке и полной потере ориентации – проблема таилась в ее теле. Анна в панике посмотрела на свои заляпанные руки, недоумевая, почему они вдруг стали такими смуглыми и неопрятными, будто она, не переставая, работала день и ночь: под ногтями черный слой грязи, да и сами пальцы скрюченные, почти потерявшие чувствительность после долгого лежания. Терзаемая неприятным предчувствием Анна дотронулась до своего лица, ощупывая слишком широкие скулы и волевой подбородок, прежде никогда не свойственные. Ее поразила страшная догадка, итако отдернула ладони, словно обжегшись, и быстро вскочила с твердой доски, которую до этого применяла в качестве кровати, и длинные жесткие, словно металлические, волосы неприятно мазнули по спине. Шаманка оказалась заперта в чужом теле, причем ранее омертвленном, потому что ни один Кар-ли-ли не способен развиваться в живых клетках. - Чертов Силва, - рыкнула Анна и поразилась своему новому голосу, чрезмерно высокому и капризному, словно принадлежащему высокородной барышне. – Чертово все! По какой-то причине она перенеслась вместе с ним. Но куда?! Оглядев помещение пристальным взглядом, медиум нашла серые тряпки, бесформенной грудой валяющиеся у доски. Содрогаясь от приступов подступившей рвоты, итако согнулась над одеждой, почувствовав, как по ногам течет что-то белое и противное. Анна недоуменно нахмурилась, но постаралась выбросить мимолетно скользнувшую мысль из головы, полностью сосредоточившись на том, чтобы натянуть ворох грязного тряпья и хоть как-то прикрыть наготу. Справившись с данной задачей, девушка сразу же почувствовала себя лучше, хоть и отсутствие нижнего белья заметно сковывало движения. «Дыши, - говорила она себе, чтобы справиться с подступающей паникой, - просто дыши. Вдох-выдох, вдох-выдох» Но легче не становилось. Ощущение беззащитности пронзило сердце стальными шипами, грозя перерасти в настоящий нервный срыв. Итако обхватила свои…чужие плечи руками и пришла в полнейшее отвращение от их непривычной округлости. Она все еще стояла босая на холодном пыльном полу, чувствуя, как мелкие колючки вгрызаются в почерневшие от грязи ступни. « Надо найти обувь» Все что угодно, лишь бы не чувствовать себя такой убогой! Девушка наклонилась, чтобы отыскать хоть какие-нибудь тапки, бестолково водя руками по полу. Такой и застала ее вошедшая незнакомка – стоявшую на четвереньках в поисках несуществующей обуви. Она влетела в комнату рыжеволосым вихрем, и выглядела не в пример опрятнее. Жесткий корсет из дешевой ткани беспощадно стягивал грузную фигуру и заканчивался как раз на груди, оставляя мало места для воображения. С мгновение она тупо пялилась на девушку, словно увидела перед собой приведение, затем смущенно кашлянула, приходя в себя, и строгим голосом выпалила: - Лилия, сколько можно здесь прохлаждаться?! Твой клиент давно ушел! - Клиент? – недоуменно повторила Анна, кое-как поднимаясь с колен. Эта женщина казалось такой странной, будто сошла с обложки дешевого исторического романа: точно мелом выбеленное лицо, густо подведенные брови с отвратительной мушкой на щеке – все это казалось настолько искусственным, что итако вдруг почувствовала, что попала на бал-маскарад. Жаль только, мерзкие демоны точно не могли быть частью представления. Рыжеволосая безнадежно возвела глаза к потолку и бесцеремонно рявкнула: - Неужели этот колдун оказался настолько хорош в постели, что ты от счастья выжила из ума? Давай выметайся, сейчас очередь Памеллы! …В постели… Анна послушно зашагала к двери, чувствуя, что с каждым шагом ноги наливаются свинцом. Где-то неподалеку выжидательно маячил силуэт старательно хихикающей полуголой девицы в обнимку с мужчиной, шепчущим ей в ухо пошлые шутки, от чего смех становилось еще более приторным. …Что-то белое и противное… Итако задохнулась от омерзения, словно приняла душ из помоев. Кто бы мог подумать, что судьба распорядится с ней так жестоко и отправит в ненавистное тело дешевой шлюхи, которую не только убили, поселив в животе злобную тварь, но еще хорошенько поим… - И приведи себя в порядок! – напоследок ядовито произнесла женщина. – А то смотреть страшно… Не будь шаманка такой озлобленной, она бы расплакалась от бессилия и обиды. *** Коридор был сверху донизу окрашен белой известью – робкая попытка придать разваливающимся стенам оттенок привлекательности. Анна шла по деревянному полу, словно по лезвию бритвы, боясь сделать лишнее движение, шла и не хотела смотреть по сторонам, в распахнутые двери, где за тонкой вуалью виднелись очертания ритмично двигающихся тел. Отовсюду слышались стоны наслаждения пополам с болезненными вздохами, и итако поборола в себе совсем детское желание зажмуриться и закрыть уши руками. За всеми душевными метаниями Анна и не заметила, как нечаянно задела плечом обжимающуюся парочку. Девушка, разрисованная кукла с высокой прической, похожей на воронье гнездо, гневно сверкнула маленькими глазками, но, поняв, кто именно посмел вмешаться в ее работу, удивленно охнула, поспешно отойдя в сторону, не забыв прихватить источник своего заработка за руку. Анна не смогла сдержать истерического смешка. Давайте, разбегайтесь, ведь вы не ожидали, что после встречи с колдуном шлюха сможет выжить. А в том, что все уже посчитали ее мертвой, итако почему-то даже не сомневалась – слишком неподдельным ужасом засветилось лицо рыжей женщины, когда та увидела девушку целой и невредимой. Почти невредимой. - Ой, какая лапочка… Навстречу, для удобства опираясь на стену и оставляя на полотне жирные отпечатки, зигзагообразным маршрутом двигался поддатый мужчина с двухнедельной щетиной на опухшем от выпивки лице. Он вымученно улыбался, пуская слюни на подбородок, и не видел перед собой ничего, кроме напряженно застывшей фигурки Анны. Этому было плевать и на кровь, противной коркой покрывающую тело, и на общее потрепанное состояние «проститутки». - Иди сюда, - незнакомец сально ухмыльнулся и подчеркнуто медленно окинул Анну похотливым взглядом, глазами уже сдирая с нее одежду. Итако свирепо подумала, что если этот придурок посмеет к ней прикоснуться, то лишится не только рук, но и достоинства. Парень все приближался, а медиум вдруг поняла, что его одежда мало чем отличается от средневековой – и красный мундир, вальяжно расстегнутый на груди, и кружевные жабо, заляпанное пивом и кусочками еды. Мужчина выглядел, как солдат, и ругался также, не в состоянии справиться с собственными ногами, заплетающимися на ходу. Господи, в какой же век ее занесло?! - Кажется, тебе уже хватит, приятель, - мрачно подытожила Анна, когда рядовой, устав от долгого и томительного похода по коридору, мешком свалился на пол, издавая звуки, подозрительно похожие на храп. Девушка, больше не раздумывая, стремительно кинулась вниз по винтовой лестнице, чудом не поскользнувшись на крутых ступеньках. Настойчивая мысль – во что бы то ни стало найти Силву, волчком вертелась в голове, и Анне не терпелось воплотить ее в жизнь. А уж что делать дальше – облегченно расцеловать или надавать пощечин, она разберется потом. Мягкий свет затопил круглый зал, не особо отличающийся роскошью. Анна остановилась на последней ступеньке, нерешительно осматривая невзрачные стены с большой железной люстрой, горящей десятками оплавленных свечей. Воздух был наполнен тягучей смесью мужского пота, неаппетитной еды и грязного секса, от резкости которых кружилась голова. Медиум с отвращением всматривалась в пьяных мужчин, под воздействием алкоголя напоминающих животных, с мрачным удивлением узнавая в каждом лице черты европейца. Ни одного японца, индуса или китайца не оказалось в этом душном зале, словно праздничный торт, пропитанного пороками. - Лили! Чья-то цепкая ручка схватила ее за запястье и настойчиво потянула за собой. Анна, словно во сне, двинулась за маленькой худой девчушкой, даже позабыв устало возразить, что ее зовут не так. Настырная незнакомка зашла в светлую комнату, густо усыпанную мелкими цветами, большим ярким пятном покрывающими потолок. В центре стоял огромный распахнутый комод, из которого торчал бесформенный ворох одежды, а над ним - единственное на весь бордель сокровище, круглое зеркало, покрытое трещинками. Не успела Анна опомниться, как низенькая темноглазая красавица с большими доверчивыми глазами порывисто заключила ее в объятия, из чего шаманка заключила, что они с хозяйкой тела были подругами. - Я безумно рада, что ты жива, - взволнованно выдохнула брюнетка, не обращая внимание на потрясенный вид собеседницы. – Когда колдун сделал свой выбор, я чуть с ума не сошла от страха! Мы все думали, он принесет тебя в жертву своему богу… - Да, - нехотя ответила итако, отстраняясь и окидывая девушку растерянным взглядом. Она казалась такой миниатюрной в своем мешковатом платье до колен – верх вульгарности по меркам средневековья, и просто предел благоразумия в борделе. – Хорошо, что все обошлось. Ты случайно не знаешь, где он сейчас? Малышка искренне ужаснулась, качнув головой так, что по-мальчишечьи короткий вихор каштановых волос забавно колыхнулся. - Великий с тобой! Конечно, нет! К нему вообще боялись приближаться – слишком уж он страшный. Чего стоит только длинная косища, как у женщины, и татуировки на все лицо. Анна неопределенно хмыкнула. Знавала она внешность и пострашнее, но девушка определенно права – некроманты, способные поселить в чужом теле Кар-ли-ли, просто по определению не могут быть красивыми. - Он вернется, - убежденно сказала медиум, ни капли не сомневаясь в своих словах. Глаза брюнетки испуганно сверкнули. - Колдун тебе сказал? - Просто предчувствие. «Этот гад обязательно посетит своего питомца, - с яростью подумала Анна. – И в моих силах сделать эту встречу незабываемой» - Ты ужасно выглядишь, - сочувственно призналась девочка, все еще не отпуская ладоней итако. Из теплых карих глаз струилось неподдельное беспокойство, она понизила голос и напряженно прошептала: - если хозяйка увидит тебя в таком состоянии… - Хозяйка? А где она? - Пока в отъезде с каким-то богатым господином,- брюнетка коротко и горько усмехнулась, - и как только столь благородную кровь заносит в наше захолустье. Хозяйка может вернуться в любую минуту, поэтому лучше бы тебе хорошенько вымыться…Постой-ка… Малышка вдруг прищурилась, окидывая медиума странным взглядом, и удивленно вздохнула: - Что с твоими глазами? Шаманка, внутри поборов неприятное предчувствие, повернулась к зеркалу. На нее смотрела ничем не примечательная молодая женщина с копной нечесаных черных волос, обрамляющих худое загорелое лицо с острым носом и тонкими губами. - А что с ними? – сухо спросила Анна, готовая плюнуть в ненавистное ей отражение. - Но они же…- девочка понизила голос до свистящего шепота, - серые. - Раньше были другими? - Издеваешься? – обиделась подруга. – Карими они были! Итако на всякий случай еще раз посмотрелась в осколки на стене. И, правда, – серые. Насыщенного пепельного цвета, какие были на ее настоящем лице. У настоящей Анны. Теплый ветерок надежды всколыхнул угасающее пламя решительности, возрождая огонь с новой силой. Она обязательно выберется отсюда и найдет Силву. И плевать, какая теперь внешность – душа осталась прежней, и глаза, зеркало человеческого сознания, - явное тому доказательство. - Колдун что-то с тобой сделал, - убежденно воскликнула брюнетка. - Нет, - резко выпалила Анна и, прежде чем девочка смогла еще что-то возразить, спросила: - какой сейчас год? Тонкие брови удивленно поползли вверх, затерявшись в длинной челке. - Чего? Шаманка поборола в себе страстное желание взять ее за плечи и хорошенько встряхнуть. - Год! Ну, или хотя бы век… - Я…я не знаю…А что такое «век»? Анна медленно закрыла глаза, боясь сорваться, ведь, возможно, это недалекое миниатюрное создание – единственное, кто от нее не отвернется. Если, конечно, не посчитает за сумасшедшую. - Неважно, - итако вымученно улыбнулась, стараясь скрыть раздражение и вновь пробудившийся страх. - Маргарет сказала, что остаток вечера ты можешь провести на кухне, а мне уже пора идти...появился постоянный клиент. Девочка боязливо поджала губы, старательно отводя глаза, струящиеся отвращением. Медиум вдруг прониклась сочувствием к этой малышке, вынужденной зарабатывать себе на жизнь столь мерзким образом. Сколько ей? Тринадцать-четырнадцать? Совсем еще ребенок… Анна хотела спросить, кто такая Маргарет, но тут входная дверь распахнулась, пропуская давнишнюю рыжую женщину в компании горстки смеющихся девиц очень легкого поведения. Заметив итако, они разом прекратили веселье, ненавязчиво встав полукругом, и та неосознанно почувствовала себя мышью, загнанной в угол. - Бедная Лилия, - издевательски пропела одна из них, толстая блондинка с кудряшками, как у стриженой овцы, - колдун, наверное, оказался настоящим извращенцем? «Еще каким» - подумала Анна, но вслух говорить не стала, по недовольному взгляду подруги поняв – кругом сплошь недоброжелатели» - Ты выглядишь такой…забитой и униженной. Расскажи, как это было, нам всем не терпится узнать! - Чико! – требовательно воскликнула рыжая, вызывающе качнув пышными бедрами и прерывая всеобщие расспросы. Наверное, это и есть Маргарет. – Почему ты еще здесь? - Я разговаривала с Лилией, - тихо произнесла брюнетка, скромно потупив взгляд. Женщина повелительно подняла маленький острый подбородок двумя пальцами, заставляя смотреть себе в глаза. Надо отдать должное Чико – ее взгляд не был испуганным, да и особого уважения в нем тоже не наблюдалось. Жаль, что это поняла не только Анна. Брови Маргарет иронично изогнулись, она медленно растянула губы в усмешке, от которой итако непроизвольно бросило в дрожь. Так мог улыбаться лишь человек, получающий искреннее наслаждение от страданий других. - Тебе платят не за разговоры, - притворно ласково произнесла женщина, - а за раздвигание ног в нужное время. И оно уже настало. Так что пошевелись – господин Дерек не любит ждать. Маленькое личико Чико побледнело. Она испуганно дернулась и змейкой выскользнула из комнаты, а Анна вдруг явно осознала, что уже заочно ненавидит и загадочного Дерека, и Маргарет и весь этот чертов бордель! - Вот и замечательно, - самодовольно ухмыльнулась женщина, картинно поворачиваясь к Анне. - В «Спелой вишне» никто не останется без работы.