Искусство - не только взрыв

— Я дома, Сасори-сан! — Дейдара уже по обыкновению открыл входную дверь квартиры ключом, любезно выданным ему самим Акасуной около недели назад со словами: «Приходи, когда захочешь». В тот момент парень был на седьмом небе от счастья, пока его не спустили оттуда, добавив: «Кроме вторника и четверга — я всегда работаю в эти дни». Поэтому уже в третий раз на этой неделе Тсукури самовольничал и без предупреждения заваливался в гости, иной раз с ночёвкой. Но, к его удивлению, Сасори никогда не был против, разрешая парню спать рядом с собой на широкой кровати. — С возвращением! — крикнул мужчина из глубины квартиры. — Я в кабинете, иди сюда.       Дейдара легко снял обувь, аккуратно поставив её у порога, и, на всякий случай отряхнувшись от городской пыли, бодро, почти вприпрыжку, зашагал в сторону, откуда донёсся голос Сасори. — Я купил тортик, хм. — Тсукури подкрался сзади, приобнимая Акасуну со спины за шею и рассматривая из-за его плеча процесс работы. Мужчина вытачивал из небольшого деревянного бруска шарниры для очередной заказной куклы, части которой тут и там лежали на широком столе. Прямо под его левым локтем Дейдара приметил эскиз дизайна и ловко вытащил его из-по руки Сасори. Это должна была быть невысокая кукла-девушка в стильном смокинге и маленькой шляпкой-цилиндром на кудрявой голове. — Красивая, — подметил парень, откладывая эскиз на стол. — Тебе ещё много, хм? — Он по-прежнему обнимал мужчину со спины, но теперь навалившись на него всем весом. — Я соскучился. — Он поцеловал его в щёку несколько раз, стараясь отвлечь от работы. — Дай мне минут двадцать, и мы пойдём в магазин, ладно? — Сасори повернулся к нему, хватая пальцами за подбородок, притягивая ближе, чтобы чмокнуть в губы. — Ла-а-адно, — протянул Тсукури и присел на стул рядом, наблюдая за кропотливой работой мужчины. Точечными, лёгкими движениями он вытачивал стамеской очередной круглый шарнир. Эти действия в который раз напомнили парню о его собственном увлечении, как он, точно так же, из безобразной бесформенной глины творил нечто поистине прекрасное. — Дейдара, — Сасори тихо шепнул на ухо парню, стараясь его разбудить. — Двадцать минут давно прошли.       Тсукури несколько секунд старательно отказывался открывать глаза, но, когда Акасуна нежно поцеловал его в лоб, легонько отодвигая длинную чёлку, парень просто растаял. Он открыл глаза, смотря из-под слишком длинных ресниц прямо в уставшее от долгой работы лицо мужчины, и широко улыбнулся, притягивая его к себе, чтобы вновь поцеловать.

***

— Что будем на ужин? — Сасори перебирал упакованный в отдельную упаковку батат, стараясь выбрать какой-нибудь получше. — Сегодня особенный день. — Дейдара улыбнулся и слегка толкнул мужчину в плечо. — Так что надо приготовить что-то необычное. — Особенный? — Акасуна отвлёкся от батата, внимательно смотря на парня, стараясь вспомнить хоть какой-нибудь праздник. Но на ум ничего не шло. — Сегодня ровно месяц, как мы начали встречаться, — сказал Тсукури, касаясь пальцами его ладони. — Точно, — согласился Сасори. — Так что мы будем есть сегодня? — Казалось, эта новость совсем никак не всколыхнула его. — Ммм… Карри? — Тсукури приложил палец к губам, задумываясь. — Мы же ели его на этой неделе. — Упаковка батата полетела в корзину, которую Дейдара весь путь носил налегке, вертя ею в разные стороны. Но стоило увесистому батату оказаться в ней, как парень сразу прекратил дурачиться. — Ну и что? Зато мы оба его любим, хм! — Так ведь «особенный» же день, — напомнил ему Сасори и, не дождавшись ответа, стал класть в корзину продукты для карри, зная, что парень своего мнения уже не изменит.

***

— Ты нарезай морковь, а я займусь картошкой, хм. — Дейдара уверенно взял увесистый нож в руку, принявшись крупными кубиками нарезать корнеплод для карри. Сасори стоял рядом, мастерски работая обеими руками, успевая одновременно нарезать овощ одной, другой помешивая куриный бульон.       Уже несколько раз они так готовили вместе на тесной кухне, но никто ни разу не пожаловался на малое количество места. Наоборот, обоим нравилось ощущать под боком любимого человека. Но за весь месяц отношений, Сасори никогда не признавался Дейдаре в чувствах. Тсукури чувствовал, что его любили, но всё же хотел хотя бы раз услышать заветное «я тебя люблю». Да и сам Акасуна замечал, как иной раз парень ждал ответного признания на своё, но слышал в ответ только тихое «угу», стараясь не расстраиваться и надеяться на следующий раз.       Поэтому сегодня, наконец собравшись с духом, Сасори выдохнул, отложил кухонные приборы в сторону и, протерев руки, обошёл Тсукури сзади, обнимая, скрещивая руки у него на животе. Он положил голову ему на плечо, тихо прошептав: — Я люблю тебя. — Сильнее сжал руки, немного поглаживая ими живот парня. — Прости, что так долго не говорил тебе этого.       Дейдара растерялся. Сильно растерялся. Он оставил на тумбе нож, поворачиваясь к Акасуне, беря его лицо обеими руками. — Правда? — Он заглянул в глаза мужчины, но тот так смутился, что снова положил голову на плечо парня, пробубнив тихое «конечно». Но этого хватило, чтобы Тсукури всё услышал и разрадовался так, что по его щекам потекли слёзы. Он стал судорожно их вытирать, но они продолжали образовываться в уголках глаз и быстро стекать по лицу к самому подбородку. — Ну ты чего? — Сасори стал помогать, смахивая капли длинными пальцами. — Просто я… счастлив, — сказал Дейдара и улыбнулся. — Ты же впервые… — Я знаю, знаю, — перебил его мужчина, став поочерёдно сцеловывать слезинки с его глаз. Но, по-видимому, Тсукури ждал так долго, что, устав терпеть, схватил его за шею и притянул к себе, увлекая в поцелуе. Но на этот раз добавив язык, аккуратно лизнув и губы Сасори, чем сильно его ошарашил. Но останавливаться не стал, насильно открыв его рот, проталкивая туда язык. Он смотрел прямо в глаза Акасуны, как бы говоря «смелей». Сасори так и сделал. Он обхватил парня за бёдра, приподнимая, чтобы усадить на кухонную тумбу. Дейдара удивился такой настойчивости, но только легко усмехнулся, раздвигая ноги, чтобы придвинуть мужчину ещё ближе к себе. Всё действо превращалось в игру «кто здесь развратнее?», потому что с каждой секундой поцелуи становились громче, места требовалось больше, а на Тсукури оставалось всё меньше одежды. И, когда ширинка штанов уже была расстёгнута, парень опомнился, тормозя руки Сасори, которые свободно гуляли по его худым бокам. — Ты уверен? — Дейдара внимательно заглянул в глаза мужчины. Он знал, что это его первые отношения с парнем, поэтому понимал, что дальнейшее может его только оттолкнуть. — Абсолютно, — кивнул Акасуна, приспуская с парня узкие джинсы, оставляя того только в новых трусах, под которыми уже хорошо просматривался твёрдый член. Он дотронулся до него, массируя, при этом наблюдая за реакцией Тсукури. Парень прикусил губу, стараясь не издавать лишних громких звуков, и, не дав Сасори продолжить, нагнулся, чтобы снять с того домашние спортивные штаны, один раз потянув вниз. Перед глазами оказался выглядывающий из трусов стоячий колом член. Мужчина не на шутку возбудился от такой настойчивости парня и, сняв сначала с себя, а потом с Дейдары бельё, обхватил оба органа рукой, принявшись быстро водить ей по стволам, заставляя парня извиваться на тумбе от нахлынувшего наслаждения. — Чуть…быстрее, м! — Тсукури притянул мужчину к себе, целуя в щёку, но неспециально, а потому что промахнулся, но в следующую секунду попал, куда хотел, теперь во всю лобызая его рот. — Я кончаю, — предупредил Акасуна и, запрокинув голову назад и немного нахмурившись, излился в собственную руку. Член ещё пару секунд содрогался, пока полностью не обмяк.       Пока Сасори наслаждался собственным оргазмом, Дейдара, налюбовавшись этим видом, сам ухватился за свой член, немного потирая головку большим пальцем, пока остальными ловко надрачивал ствол. Левой рукой он по привычке потянулся к анусу, начав его массировать, кончиками пальцев проникая внутрь, чтобы получить как можно больше удовольствия. И, полностью забывшись в приятных ощущениях, став ещё глубже проникать пальцами в отверстие и активнее водить по члену, он только спустя полторы минуты заметил на себе пристальный взгляд Акасуны, который только-только отошёл от послеоргазменной неги. Теперь уже он любовался открывшимся видом, не замечая свой полустоячий пенис, который тоже требовал хоть каплю внимания. — Сасори-сан, не смотри. — Дейдара вытащил пальцы из ануса и прикрыл ладонями истекающий смазкой член. — Мне стыдно.       Акасуна ничего не ответил, продолжая смотреть на засмущавшегося парня, что так старательно пытался спрятать свой пах. Тсукури отвёл взгляд, но краем глаза всё равно поглядывал на мужчину, чей пенис стоял колом уже полминуты. — Он снова стоит, — Дейдара сказал об этом и притронулся одной рукой к члену мужчины, став незамедлительно его дрочить, отчего Сасори сжался, став тихо постанывать, чем привёл парня в бурный восторг и заставил его стараться ещё лучше. Но, не забыв и про себя, парень, схватив за руку Акасуну и направив её в собственному органу, одними глазами сказал ему, что делать. Мужчина принялся водить по пенису рукой, стараясь следовать темпу, который Тсукури так усердно поддерживал, что он готов был кончить снова с минуты на минуту.       Поняв, что чего-то не хватало, Дейдара, наплевав на смущение, опять притронулся к анусу, потирая колечко мышц. Стало настолько приятно, что он начал тихо постанывать, заводя Сасори всё больше и больше. — Сасори-сан. — Он притянул мужчину к себе, удерживая того за шею. — Поцелуй меня. Как только их губы прикоснулись друг к другу, Дейдара, громко застонав, кончил в руку Сасори, после чего и сам Акасуна, кончив в ладонь парня, навалился на него всем весом. — Мне тяжело, Сасори-сан, хм. — Тсукури поставил его обратно и встал сам, но ноги пока не держали, потому он оступился, упав прямо на мужчину. Но тот, ловко его поймав, поднял на руки и нежно поцеловал, улыбнувшись. — А теперь уже мне тяжело, — повторил его слова Акасуна, подходя к дивану, чтобы уложить туда парня. — Я займусь ужином, а ты пока отдыхай, ладно? — Мне уже лучше, хм! — Парень вскочил с дивана, бросившись в объятья Сасори. — Так что я помогу.

***

      По тарелке звякнули выпавшие из руки палочки для еды, и Тсукури, откинувшись на удобном стуле, похлопал себя по животу. — Было вкусно, — подметил он и посмотрел на доедающего мужчину. Он красив в костюме, красив в домашней одежде, красив даже тогда, когда на его щеке осталась одинокая рисинка. И от всей этой красоты Дейдара не мог оторвать взгляда. Но всё-таки он приподнялся и нагнулся через весь стол, чтобы только пальцами смахнуть еду с лица мужчины. — Рис, — пояснил он недоумевающему Акасуне, улыбнувшись, и поднялся из-за стола, направляясь к раковине. — Ты закончил работу на сегодня? — Он надел резиновые перчатки и, выдавив на губку каплю моющего средства и включив воду, начал мыть грязную после готовки посуду. — Осталось только скрепить части куклы, — сказал Сасори, подходя сзади и обнимая. — А что? — Хочу посмотреть какой-нибудь фильм. И поесть торт, — объяснил парень и, обернувшись, поцеловал его. — Тогда подожди меня немного. — Акасуна чмокнул его в щёку и быстрым шагом направился в кабинет, где обычно и делал кукол. Закончив с посудой, Дейдара пошагал за ним и, присев на стул, любезно оставленный рядом со столом именно для него, стал в который раз внимательно рассматривать любимого мужчину за работой. Он, как и всегда, был предельно аккуратен, до невозможного напряжён и сконцентрирован, чтобы ненароком не совершить и малейшей ошибки. Его глаза ни на мгновение не отрывались от маленьких кукольных ручек, которые он бережно скреплял с остальным телом.       В какой-то момент Тсукури подумал, что никогда не рисовал Сасори за пределами университета, потому, немного побродив по комнате, он нашёл чистые листы бумаги для зарисовки эскизов и попросил у него карандаш. Он уселся обратно на своё место, став быстро-быстро черкать по бумаге, делая простой набросок увлечённого делом лица мужчины. Заметив это, Сасори старался не двигаться, чтобы не испортить рисунок, посему работа стала двигаться заметно медленней.       Через несколько минут Тсукури протянул мужчине лист, который до этого момента старался не показывать, чтобы не испортить сюрприз. На бумаге был простой рисунок Сасори в профиль, но чёткие, шероховатые линии карандаша как будто ожили под умелой рукой парня, потому даже этот самый простой, сделанный за каких-то семь минут набросок выглядел живым. — Это очень красиво, — сказал Сасори и, достав из выдвижного ящика моток скотча, прилепил рисунок на стену перед собой. — Теперь буду смотреть и вспоминать, какой ты талантливый. — Ты меня смущаешь, Сасори-сан, хм. — Дейдара сильно покраснел и постарался скрыть пылающие щёки и уши за длинной чёлкой. Но при этом, уже совсем не смущаясь, немного отодвинул мужчину из-за стола вместе со стулом, чтобы усесться сверху, перекинув одну ногу через его бёдра. По обыкновению приобняв мужчину за шею, он стал тихонько посапывать ему в плечо, едва щекоча носом чувствительную кожу. — Мы же только что это сделали. — Сасори обнял его в ответ, еле заметными движениями поглаживая спину, на которой из-за излишней худобы парня немного выпирали позвонки. Мужчина тут же провёл вдоль них через футболку парня, чем вызвал волну мурашек по всему его телу. — Хочешь ещё? — Давай так посидим чуть-чуть, хм, — промямлил Дейдара и уткнулся в горячую шею. Акасуна не стал ничего говорить, продолжив заниматься сборкой куклы прямо с парнем на коленях. Иной раз он специально поглаживал его спину, чтобы после недолгой дрожи по его тёплому телу пробежали мурашки, или, едва касаясь губами, целовал в затылок, что расположился прямо у его лица.       Такие нежные, почти невесомые действия снова разожгли в Тсукури огонь. Не в силах больше терпеть, он потёрся пахом о пах мужчины, поцеловав его в шею сначала легко, потом так, что оставил на коже пока еле заметный засос. — Сасори-сан, — выдохнул он и опустил руки, чтобы пошерудить ими по торсу Акасуны. — Давай без этого «сан», Дейдара. — В последний раз поцеловав его затылок, Акасуна отложил куклу подальше в сторону, чтобы сразу же запустить руки под свободную футболку парня. Тсукури тихо ахнул, не поднимая головы с плеча мужчины, стоило тому прикоснуться к чувствительным соскам. Чужие пальцы задержались на них, ощупывая, дабы понять, какие движения приносят парню больше удовольствия. И, когда он ненароком царапнул ногтем крошечный коричневый сосок, Дейдара застонал, став активней ёрзать на бёдрах, стараясь довести себя до оргазма хотя бы так. Наконец Тсукури не мог больше сдерживаться и второпях развязал шнурок на штанах Сасори, затем расстегнул ремень на себе и, вытащив из трусов оба члена, обхватил их вместе и начал тереть их друг о друга. — Сасори… сан, — ему нужно было время, чтобы привыкнуть к его имени без суффикса. — Можешь… поиграть со мной… там? — Он переместил руки мужчины, свободно гуляющие по всему его торсу, на упругие ягодицы, стараясь как можно быстрей полностью снять с себя непослушные штаны, но они так и остались на его ногах, только оголив часть попы.       Дейдара посмотрел прямо на Акасуну. Мужчина не был готов к такому шагу так скоро, но молящие глаза парня и его подрагивающий, истекающий смазкой конец убедили его для начала до конца снять с него штаны, оставив их висеть на одной ступне, а затем и трусы, спереди мокрые от выделившегося предэякулята. Ладони сжали голую задницу, немного раскрывая половинки. Сасори долго колебался, и Тсукури, заметив это, поцеловал его. — Я надеялся, что сегодня мы дойдём до конца, поэтому почистился, — сказал он и крепче прижал руки мужчины к ягодицам. — Правда, мы поужинали, так что… — он смутился.       Сасори только легко усмехнулся, снова поцеловал парня, лизнув языком его иссохшие губы, и, смочив палец слюной, медленно ввёл его в его анус. Дейдара напрягся и вцепился в шею мужчины сильнее, став тяжело выдыхать при каждом проникновении пальца всё глубже. — Если тебе больно, я не буду продолжать, — предупредил Акасуна, начав вытаскивать палец из отверстия. — Нет-нет, всё хорошо, просто… чуть нежнее, ладно, хм? — Парень остановил его руку, самостоятельно направив её обратно. Своей ладонью поддерживая руку Сасори, он то вводил его палец в отверстие, то медленно вынимал обратно, стараясь задать нужный темп. И через пару минут, когда Дейдара наконец стал получать удовольствие, мужчина добавил второй палец, почти сразу за ним — третий, чем вызывал громкие полустоны-полувскрики у себя под ухом при каждом толчке внутрь. — Сасори… М! — Тсукури схватил его за лицо, впиваясь в губы, царапая зубами нежную губу мужчины. — Я… скоро, м! — Он никак не мог договорить из-за слишком приятных ощущений от этих длинных пальцев внутри себя. — Кончу!       Парень сжал собственный член, начав усиленно его надрачивать, чтобы как можно скорее вновь испытать оргазм. И, не успел он толком устать, как обильно кончил на ранее чистую футболку Акасуны.       На него тут же нахлынула волна сильнейшего удовольствия, и Дейдара, не сумев насладиться и его половиной, отключился, обессилено положив голову на плечо мужчины, всё продолжая удерживать свой конец в руке.       На секунду Сасори не на шутку испугался его внезапному падению в обморок, но, услышав тихие посапывания-похрапывания на своём плече, успокоился. Он взял парня на руки, подхватив под коленями и спиной, и быстро пошагал в спальню, стараясь не уронить его по пути, потому что хоть Тсукури и выглядел достаточно феминно и был очень худым, всё же был парнем и весил немало. Акасуна бережно уложил его на кровать, укрыв массивным одеялом почти до подбородка и, переодев запачканную футболку, снова вернулся в кабинет, чтобы наконец закончить злосчастную куклу.       Прямо из кабинета, что находился напротив спальни, где сейчас спал Дейдара, Сасори украдкой посматривал на его умиротворённое лицо, прикрепляя последнюю деталь. Закончив, он одел её в заготовленный ранее наряд и в последний раз причесал, оставив на дорогой подставке дожидаться своего заказчика.       Мужчина устало потёр глаза. Медленно, но зрение стало портиться от долгой мелкой работы, и Сасори задумывался о покупке очков, чтобы не мучиться, постоянно пристально щурясь. Он встал из-за стола и, наскоро сходив в душ, снова вошёл в спальню, стараясь идти как можно тише, чтобы ненароком не разбудить уставшего за целый день парня.       Сасори аккуратно расстелил одеяло, забираясь в кровать, и обнял Дейдару, прижимая к себе. Он поцеловал его в макушку и почти сразу же провалился в сон, всё так же удерживая Тсукури в своих объятьях.

***

      Акасуна проснулся, когда в комнате всё ещё было темно. За ночь он отвернулся от парня, став спать прямо у края кровати, потому только спиной слышал тихие шорохи и чьё-то копошение. Он привстал на локтях, оборачиваясь. Это был Дейдара, который старался незаметно укрыть его одеялом, которое сам же забрал, пока ворочался. Увидев, что Сасори не спал, парень всё же накинул на его плечи одеяло, придвинувшись ближе, чтобы снова, но уже осознанно оказаться в его руках. — Сасори, — он говорил тихо, почти шёпотом, как будто боялся разбудить кого-то ещё в комнате. Мужчина легко, на ощупь, чмокнул его в макушку, отчего парень хихикнул. — Давай сходим на свидание в следующие выходные, хм? — промямлил он в полудрёме почти неразборчиво, прежде чем снова уснул. — Конечно, — шепнул Акасуна и поцеловал его напоследок, снова сонно прикрыв глаза.