Переплетая нити

- Папа, а почему он не встает? Он спит, да? А когда он проснется? Дар смотрит на отца, что склонился над телом дроу. Мальчик пока не знает, что такое смерть. А рассуждать об этом сейчас просто нет сил. Пусть он узнает обо всем после и еще немного побудет в мире детских иллюзий. Так будет правильней. - Он теперь всегда будет спать, - отвечает Мираэль. - Мы не в силах его разбудить. Свеча догорает, а светлый эльф не может отвести взгляда от лица дроу. Он кажется таким живым... Счастье казалось бесконечным, но как же легко стало недолговечным! А ведь даже жить и не начинали, как следует. Им не исполнилось и трехсот! Разве можно вот так... в несколько мгновений... разрушить семью... отобрать надежду... отнять смысл жизни... - Ты плачешь? - спрашивает ребенок. - Почему? - Нет, что ты, я не плачу, - сквозь слезы старается улыбнуться эльф. - Просто очень хочется спать. Ты не обращай внимание, Дар. Это пройдет. Надо явиться к Древу, спросить совета. Как жить? И можно ли... Распахивается дверь - резко, неожиданно, - и в дом забегает еще один ребенок, который кидается к кровати с криком: "Папа!" Он прижимается к холодному телу, обнимает за плечи. И плачет. Такой маленький, беззащитный, что всегда бегал за ними хвостиком и с серьезным видом наблюдал, учась на примере родителей жить и понимать. И непременно заявлял, что даже старший брат не такой умный, как он. И вот теперь этот малыш рыдает, понимая, что отец никогда не очнется от оков вечного сна. - Все ясно: он рассказал, - вздыхает Мираэль, говоря о своем отце. Эльф притягивает к себе ничего не понимающего Дара, не отрывая взгляда от младшего сына, что продолжает жаться к дроу. В горле стоит комок. Отец вряд ли его поймет, когда узнает, что он собирается сделать. Да, Мираэль - трус. Но по-другому не сможет. Даже ради детей... *** Путь до земель Дома Хрустальной Лилии занял всего лишь пять дней пути. За это время не произошло ничего примечательного, если не считать того, что юный принц угодил в ловушку троллей (к счастью, самих троллей поблизости не оказалось) и отделался лишь испугом и синяком на руке. А еще едва не утонул один из лесных эльфов, что отправился в путь вместе со своим принцем. Но кто знал, что он так приглянется молоденькому тритону? А в целом все было тихо и даже скучно. Принц Эльмэ с предвкушением представлял, как встретит его отец, как обрадуется мать, а еще - и это был далеко не последний пункт его радостных мыслей, - как будут смотреть на него придворные дамы и кавалеры. Ведь сам принц Ладо станет его супругом! Поэтому на привалах Эльмэ ерзал и вздыхал, непременно спрашивая, когда они смогут продолжить путь. И лишь когда неугомонный королевский отпрыск засыпал, остальные путешественники вздыхали с облегчением: активный юноша успевал надоесть почти каждому вопросами, расспросами и рассказами. Лайсэ по мере возможности старался держаться подальше от остальных, делая вид, что сильно занят. На самом же деле просто отдыхал от всего и ото всех. Да и пересекаться с Ладо не очень-то хотелось: говорить им было не о чем, по мнению самого горного эльфа, а без дела болтать языком было просто глупо. Принц Ладо украдкой бросал взгляды в сторону советника, но продолжал делать вид, что все происходящее донельзя прекрасно: приближающаяся свадьба уладит некоторые неприятные вопросы экономики и политики, а такое положение вещей должно устраивать не только самого наследника, но и весь его Дом. И даже когда Эльмэ прижимался к Ладо, когда воин сидел у костра, тот заботливо гладил юношу по волосам, слушая бормотание королевской "занозки". Вот только походило это на объятия двух братьев, нежели будущих супругов. И вот на подходе - горы Дома Хрустальной Лилии. *** - Я хочу научиться летать. Двое эльфийских детей сидят на уступе горы и смотрят вдаль. На них - легкие синеватые одеяния, и, несмотря на то, что идет снег, это нисколько не мешает им чувствовать себя вполне комфортно: древняя магия Лунного Дракона защищает от таких неприятностей, как холод, а вместе с тем посиневшая кожа и потрескавшиеся губы. Мальчик протягивает руку вверх и внимательно разглядывает ее, а девочка смотрит вдаль, делая вид, что ее совсем-совсем не интересует то, чем занимается друг. - Летать страшно, - тихо произносит она. - Ты глупый, Лирель. Эльфы рождены, чтобы ходить по земле, а не порхать по небу, подобно птицам. Ведь даже и они разбиваются, что уж говорить про тебя? - Это ты глупая, Диэль! Эльфы произошли от драконов, тебе ли не знать? - с укором спрашивает мальчишка. - Все вы, женщины, глупые! Поэтому и принц Эльмэ решил взять себе мужа, вот так! - О драконах - это сказки. Я кроме как в Лунного дракона вообще ни в кого не верю! - девчушка гордо отворачивается от собеседника. - А твой принц - дурак! Он только о себе и думает! И ты такой же, если забыл о своей клятве! - Да ничего я не забыл! Я, между прочим, все свои слова помню! И не откажусь от них! Вот вырасту - и женюсь на тебе! Ясно? - Ага! - эльфиечка улыбается и поворачивается к другу. - А ты слышал, что к нам вчера сам Верховный Дома Желтой Орхидеи Нирель из Срединных лесов пожаловал? Я его со спины видела! Представительный такой, заумный! Говорят, он по очень важному делу здесь. Правда, так и не узнала, по какому. Но я еще узнаю у папы, вот так! А советник пока отсутствует, и Владыка решил его дождаться и все-все решить! - А мне этот гость не нравится! - решительно заявляет Лирель. - Я слышал, что он лет двести пятьдесят назад убил Верховного тех лесов и стал править незаконно! Я вообще много всего плохого о нем слышал! Поэтому пускай лучше советник его прогонит. Он может, я знаю. Его вообще многие боятся! А я не боюсь! - не преминул похвастаться мальчишка. - Ага, очень по-геройски! - фыркает Диэль. - Ты даже своего отца боишься, а уж от Лайсэ вообще дрожишь и прячешься в укромное местечко, ведь так? - А вот и нет! И вообще, знаешь, мне кажется, что этот Нирель поганое что-то замышляет! - вновь возвращается к разговору о госте мальчик. - Мне его взгляд не нравится! У Лайсэ он светлый, у Эльмэ - теплый, а у Владыки - понимающий. А тут колючий какой-то, въедливый. Так и хочется по голове чем-нибудь тяжелым треснуть. Но девочка не отвечает, с интересом разглядывая небо. Неожиданно она вскакивает с насиженного места и радостно кричит, глядя на парящего в небе орла: - Возвращаются!