Полутень

Мори с Дазаем поднимались на крышу. Пришлось прибегнуть ко вполне конвенциональному методу в виде ступенек. Мори слишком не любил летать с помощью Элис, та не признавала осторожность как класс. Дазая же перемещать с помощью способностей было практически невозможно. Мори в принципе не любил, когда его отрывали от дел. Ещё сильнее не любил, когда это происходило, чтобы сообщить неприятные новости. Но два нападения на его людей за два дня – это уже перебор. Особенно учитывая недавнее окончание Войны Драконьих Голов мало какая группировка решится на такую наглость. Дазай выглядел привычно весело-невозмутимым. Тигр, орудовавший на крыше, и оставивший от двух одарённых только окровавленные ошмётки, обернулся в их сторону, и тут же бросился. Дазай вытянул руку, разворачивая аннулирующее поле. Тигр застыл, утонул в серебристом свету, чтобы через несколько мгновений обрушиться на шероховатую каменную поверхность уже в человеческой форме. – Нет, ну Рампо он не тронул, – Дазай пожал плечами. – Защитил. Большего от него с его контролем ждать сложно на этом этапе. Мори не мог не признать его правоту. Но все же было жаль. Эти люди могли что-то знать. А теперь от них остались только ошмётки плоти, кости, части тела да прочая ерунда. Жаль, у них нет одарённого, способного общаться с осколками душ. Полезный дар для такой организации. Ацуши пошевелился и открыл глаза. Почему-то в горле першило, и во рту стоял отчётливый вкус крови, словно он полоскал ею этот самый рот. Ещё он похоже находился не на улице, где сражался. И от осознания хотелось расплакаться. Ацуши сжал руки в кулаки, и на одной руке ощутил шерсть. – Простите, я виноват… – Ты конечно обратился и устроил кровавую баню. Посмотри какой ужас, – голос Дазай-сана звучал беззаботно, словно он говорил о погоде. – Правда вот исключительно для тех, кто стрелял в вас. Смягчающие обстоятельства. К тому же ты защитил Рампо. Можешь же, когда хочешь. Мори усмехнулся. Его всегда это забавляло. Умение Дазая похвалить так, чтобы человек чувствовал себя полным ничтожеством. При этом иногда тот сам не имел в виду ничего такого, а иногда целенаправленно себя так вел. – Пойдём отсюда, пока не заявился Отдел по контролю. Мне и без того утрясать с Танедой куда больше деталей, чем мне хотелось бы, – Мори развернулся обратно к лестнице, удостоверившись, что ничего интересного здесь нет. Дазай кинул взгляд на Ацуши и последовал за боссом, окинув взглядом крышу. После этого всего лучше не лезть. Он убедился в главном – не отдел по контролю, а третья сторона назначила себя игроками. Возможно будь у них больше времени и связи в биоихим лаборатории, можно было бы сделать больше, но, к сожалению, пока приходилось довольствоваться малым. Ацуши боялся оглядываться. Совсем рядом от него валялось что-то красное, с белыми кусками в нем...вероятно, когда-то оно являлось частью человека. Это я сделал? Нет, пожалуйста… – Ацуши-кун, мы уходим, – прозвучал спокойный голос Дазай-сана. – Если ты не хочешь, чтобы Отдел по контролю тебя задержал и посадил в тюрьму, поспеши. Мальчик стряхнул оцепенение, подскочил и побежал за ними. Желудок словно внутри скакал вверх-вниз. Его бы вывернуло, но он держал ладонь, прижатой ко рту. Нужно идти. В тюрьму он не хотел. Он хотел быть полезным. Дазай-сан ведь сказал, что он был полезен, правда? Он сказал, что Ацуши защитил Рампо-сана. От накатывавших сплошным цунами эмоций все ещё хотелось плакать. Ацуши старался дышать, а не реветь, пока они спускались вниз. Значит он может управлять своей способностью. Самостоятельно. Как и сказала Юки-сан, мы сами выбираем кем нам стать. И если сам Ацуши приложит немного усилий, то он всего добьётся. Один из людей в черном открыл дверцу автомобиля для босса и его правой руки. – Если собираешься тошниться, дотерпи до штаб-квартиры, – предупредил его Дазай, хлопаясь на заднее сидение рядом с Мори. У него уже голова болела. Слишком много сегодня произошло. Много анализировать. Казалось бы множество несвязанных событий, но интригующе. – Нечего портить обивку. – Ты такой бессердечный, Дазай-кун, – потянул Мори, вытаскивая сигареты из кармана плаща и закуривая. Заметив выжидающий взгляд протеже, он передал сигарету и ему. – Но Мори-сан, это же вы меня учили, – весело отозвался тот. Мужчина поднял руки в белых перчатках, делая вид, что капитулирует перед его аргументом. – Побит на своём же поле. Ацуши аккуратно примостился на самом краю. Ужасающие картины все ещё стояли перед глазами, но он вроде убедил свой организм не выкидывать наружу все съетое вчера вечером. Так хотелось есть. – Слушайте, я позвоню Одасаку. Пусть он его заберёт сейчас? – вдруг озарило Дазая. Коричная радужка засияла восторгом и гордостью – мол, вот я какой. Так хорошо придумал. – Будет нелишним, – согласился Мори, покосившись на зеленеющего мальчишку. Похоже, тому хватило впечатлений пока. И если у Дазая нет понимания, где нужно провести грань, зато Мори знал: нельзя постоянно давить. Или последним, что ты почти в реальности услышишь, будет хруст в его голове. А после, если тебе очень повезёт, лезвие ножа или сияние способности. Иногда в твою сторону, а иногда ты знаешь, что это было последним, что видел тот, на кого ты давил. Дазай набрал номер и принялся беззаботно щебетать в трубку, расписывая ужасную незавидную судьбу тигра, у которого был тяжёлый день сегодня. Иногда Мори казалось, что Дазая младшему члену Коричневой группы послали исключительно в качестве наказания за его прежние прегрешения. И принимает своё наказание со стоическим терпением. Когда он положил трубку, то выглядел до того довольным, что Мори просто не смог удержаться и не напомнить воспитаннику о совершенном им косяке. – Гин завтра возвращается, – хотя голос его звучал нейтрально, он не сомневался, что достиг цели. Дазай драматично закатил глаза. – Да я помню. Подумаю, а пока пусть поживет с Рюноскэ. Я же его попросил. Мори тяжело вздохнул и выдохнул колечко дыма в открытое окно. Все он понимал. Главным образом то, что притащивший тигра в мафию Дазай сам не рад, что босс его озадачил ещё и этой головной болью, а на фоне нынешних происшествий он имел полное право ткнуть пальцем в собственную занятость и не делать совершенно ничего, чтобы потом театрально страдать и жаловаться по поводу невозможности решить все проблемы. И сейчас действительно имелись важные дела. Подождёт. Впрочем, если бы Дазай спросил Мори, то поручить мальчишку Сакуноскэ куда лучший вариант, чем оставить его с Акутагавой, у которого и без того хватает проблем с самоконтролем. Но вмешиваться он не собирался. Дазай все равно никогда никого не слушает и делает по своему. Вот пусть и делает. Впрочем, ладно. Если это решит часть проблем. – Попросил бы хоть Сакуноскэ помочь ему освоиться. Акутагава делать этого не будет, а помощь, хотя бы на словах ему не помешает. – Думаете? – протеже округлил глаза в иллюзии удивления. – Знаю. Дазай, это твои ученики. Ты должен понимать лучше меня, – мягко заметил Мори, стряхивая пепел за окно и снова затягиваясь. Парень насупился, задумался, а после кивнул, высовывая руку с сигаретой наружу. – Ладно. Возможно вы и правы. Я потом поговорю с ним. Ацуши почти не слышал их разговор, только отдельные несвязные фрагменты, которые он совершенно не понимал вне контекста. Когда машина начинала двигаться быстрее чем двадцать километров в час, содержимое желудка опять просилось наружу, а в ушах шумело. На глазах непроизвольно выступили слёзы. Он опять испытывал жуткое желание пожалеть себя, и от этого становилось ещё более отвратительно. – Мы на месте. Ацуши буквально вывалился на асфальт возле здания штаб-квартиры. Его всего трясло после пережитого, и он никак не мог это контролировать. К ним тут же подошёл Сакуноскэ-сан. – Позаботься о нем. Хоть до завтра, – Дазай махнул другу рукой и ускакал следом за боссом в здание. Догнал его и принялся быстро что-то говорить ему на ухо. Ода же перевел взгляд на дрожащего мальчишку, кое-как поднял с асфальта и дотащил до своей машины. Дазай действительно в своем репертуаре. Что-нибудь сделать он всегда горазд, а разгребать последствия должен кто-то другой. А мальчика действительно жаль. Он не виноват ни в чем. Ода вздохнул, сел за руль и повез его в сторону собственной квартиры. Не тащить же его к детям. Те его замучают, а он и без того совершенно в неадекватном состоянии. И ведь это в тот самый момент, когда он собрался вечером пойти по трущобам и выполнить просьбу Дазая. Но вот что-то просьбы растут как грибы после дождя, и конца края им нет. Под мысленное ворчание он втащил мальчика в свою квартиру, сразу же до туалета, где тот склонился над унитазом, словно ждал этого уже непозволительно долгое время. Ода аккуратно притворил дверь и пошел на кухню, заваривать крепкий чай. После такого нужно перебить ужасающий привкус во рту. Возможно поможет. По крайней мере, полегчать должно. Ацуши помнил оставшуюся часть пути каким-то фрагментами. Опять машина, тошнота, образы, слёзы, ненависть к себе. Во рту застыл горький привкус рвоты. Хотелось лечь на пол, свернуться калачиком и больше никогда не шевелиться. Но он не мог так поступить. Хотя бы потому что он даже не мог понять, где находится. На ванную комнату Акутагавы место не походило. Собравшись с теми силами которые остались, Ацуши поднялся на ноги и открыл кран, набрал в ладони воду и принялся остервенело тереть лицо, смывая кровавые разводы. Единственное, что его радовало в этой ситуации, так то, что горечь во рту перебила ощущение вкуса крови. – Ацуши-кун? Мальчик обернулся как раз когда входная дверь открылась. В коридоре стоял Сакуноскэ-сан. – Я у вас дома? – выдавил мальчик максимально тупой вопрос в текущей ситуации. Он и сам прекрасно понимал. – Да. Дазай попросил меня помочь, – Сакуноскэ-сан махнул рукой, приглашая его присесть за стол, и Ацуши медленно подошёл. Неприятное ощущение усилилось. Вот опять он доставляет другим неприятности. – Извините за это, – он неуверенно обхватил пальцами чашку. – Я могу уйти… – Не говори ерунды, – Сакуноскэ-сан пододвинул ему сладости в открытой коробочке. – Пей чай. Станет легче постепенно. Ацуши некоторое время сидел спокойно, цедил слишком сладкий чай, но мужчина оказался прав – медленно, неохотно, но отпускало. А после его вдруг озарило, и он вскочил, чуть не опрокинув стул. – А Рампо-сан? С ним все хорошо? – Раз Дазай ничего не говорил, значит скорее всего да, – сидящий за столом Сакуноскэ-сан посмотрел на него снизу вверх. Осуждения Ацуши не чувствовал, но стыдно все равно стало, и он опустился обратно на стул. Ацуши выдохнул и зажмурился ненадолго. Почему он постоянно себя позорит? Вот нельзя совсем без этого? Однако он раз за разом доказывает, что толку от него нет. Хотя немного, совсем немного Ацуши был рад. Он смог удержаться и защитил того, кого сказали. Который раз за этот час он возвращался к этому? Кажется, только эти мысли его и поддерживали. Сакуноскэ-сан выглядел странно задумчивым, и Ацуши пришлось собрать в кулак всю свою решимость и волю, чтобы всё же задать вопрос. – Вас что-то беспокоит? Это из-за меня? Ода взглянул на мальчика и покачал головой. Пожалуй, он слукавил. Его действительно беспокоило, как мафия будет разгребать бардак. Атака одаренных посреди города – не то, что происходит каждый день. А ведь они не так давно оправились после Войны Драконьих Голов. Лгать он не любил, но сейчас Ацуши эта информация не без надобности. Только себя накрутит лишний раз и обвинит во всех грехах. – Все в порядке. Просто размышляю над происходящим. Меня все мало касается, но куда оно идёт, мне не нравится. – Идёт? – Ацуши смотрел круглыми глазами на него, вопросительно. Словно искал ответов на вопросы, которых у самого Оды нет. – Получается так, что кто-то очень не заинтересован в том, чтобы убийцу поймали. Среди людей в мафии точно есть те, кто продают информацию, – Ода вздохнул. Он не был уверен, что Ацуши вообще стоит знать о подобных деталях. К тому же ничего оно не меняло по сути. – Эсперов не единицы, но и встречаются они не на каждом углу, потому два хорошо организованных нападения с эсперами за неполные двое суток – это уже перебор. Я могу предположить, что кто-то снова пытается сделать Йокогаму полем боя, как и в случае недавнего конфликта. Плюс мне интересно, что предпримет Отдел по Контролю. Ацуши нахмурился и сосредоточенно уставился в чашку. – Он такой опасный? Этот отдел? – Чисто фактически очень желательно получить разрешение на использование эсперов в своем штате. Я не знаю как босс это обходит, но сейчас отношения между нами снова могут стать напряжёнными, – Ода вздохнул. Он не так хорошо разбирался как тот же Дазай. В конце концов, положение обязывало, но он не зря много лет являлся элитным наемником и работал даже под началом Предшественника. Умение анализировать информацию осталось с ним. – Надеюсь, ничего не случится, – пробормотал Ацуши. – Что ж, будем решать проблемы по мере их поступления, – Ода отставил чашку. – Давай ты поспишь, а уже потом поужинаешь. Мальчик нервно опустил глаза и все же кивнул. Слишком много событий произошло, и даже если он раньше отодвигал усталость, бороться с ней вечно не выходило. Ода некоторое время наблюдал за ним, а после сказал: – Чуть позже мне придётся отлучиться по делам. Вероятно, ты можешь побыть какое-то время один. Ты не возражаешь? Ацуши резко замотал головой. – Совсем нет. Делайте то, что считаете нужным. – Телевизор в гостиной, если будет скучно. Еду оставлю в микроволновке. Они вместе вернулись в гостиную, и Ацуши устроился на диване. – Спасибо, Сакуноскэ-сан, – Ацуши чувствовал себя все ещё неловко, но действительно испытывал признательность. Правда глаза у него слипались. Он потратил слишком много сил. Потому и отключился молниеносно. Ода накрыл его пледом и вернулся в кухню. Все же затягивать с прогулкой по трущобам не лучший вариант. Информация Дазаю пригодится в ближайшее время. Мало ли, что ещё может произойти. На сердце тревожно было, если честно. В прошедшей войне тоже приятного было мало, но тем не менее, там в городе едва ли не комменданский час вводили, полиция руками разводила, а сейчас атаковали только мафию. Вряд ли Отдел по Контролю будет вмешиваться напрямую. А вот крови попортить может много. Нет, ему нужно поговорить с Дазаем. Ода осознавал, что ему можно почти не беспокоиться. Самое большое, что ему грозит – попасть под раздачу. Но он просто не мог оставить друга. Пусть он прекрасно понимал, что Дазай скорее всего выкрутится. Возможно банальное желание хоть что-то предпринять. Поэтому Ода быстро приготовил ужин и собрался, переодевшись максимально в незаметную одежду, а после достал из шкафа старый чемодан. Не думал он, что ему снова придется прибегнуть к чему-то подобному, но, в конце концов, он сам решил в это влезть. Определиться с образом. Здесь лучше не выделяться. Коробочка с карими линзами, черный парик. На минимальную маскировку ушло немного времени. Руки действовали сами, как за много лет до этого. Он помнил. Ведь слишком давно... Ода моргнул, закрыл чемодан и убрал его обратно. Время предаваться воспоминаниям не лучшее. К тому же рефлексии ничего не изменят. Он спрятал кобуру с пистолетом под второй кофтой, взял ключи и вышел на улицу. Машину пришлось оставить неподалёку от входа в трущобы. Не сказать, чтобы он знал, куда идти конкретно. Учитывая, что просьба Дазая звучала как «иди собери информацию не знаю как». Но в любом случае, Ода не сомневался, что у него со своей маскировкой и навыками побольше шансов будет. Дазая же, кажется, знает каждая собака как в трущобах, так и вообще в городе. Сперва дома вокруг выглядели весьма пристойно, но чем сильнее он углублялся в темные переулки, тем более старые постройки ему встречались. И вообще Ода даже не знал, что именно хочет здесь найти. Сомнительно, что преступник упадёт ему на голову. Особенно после сегодняшнего бедлама. Наверняка, полиция до сих пор собирает все улики. Однако сюда он пришел подготовленным, с именами погибших бродяг, с базовой информацией о них. Естественно, что Анго удалось собрать. Тот недоумевал, зачем Оде это сдалось, но спорить не стал и передал записи. Можно попробовать найти кого-то из них. Возможно кто-то знает что-нибудь полезное. Сперва, правда, нужно пройтись, присмотреться. Не все нормально отреагируют на расспросы. Он попытался сойти за своего – бедного жителя трущоб, но здесь никто не любит, когда лезут в чужие дела. Оставшиеся несколько часов до темноты Ода потратил на изучение обстановки, немного покрутился рядом, послушал чужие разговоры и, наконец, остановил свой выбор на небольшой группке подростков. Для начала. Мальчишки крутились возле заброшки, и судя по их внешнему виду, являлись жителями именно этого района. Двое старших напряглись, когда Ода приблизился, но он показал открытые ладони. Один из них, видимо, лидер, хмуро поинтересовался: – Чего надо? Невысокий, едва ли лет четырнадцати, он смотрел на него пассивно-агрессивно. – Поболтать, – Ода изменил и голос. Его учили и подобным вещам. Он мог только надеяться, что Дазай не узнает о том, как именно он собирал информацию. – Мои друзья пропали, вот, хожу, спрашиваю не видел ли кто что-нибудь подозрительное. Мальчик чуть расслабился, хотя настороженность до конца так и не пропала. – И ты думаешь, много желающих помочь найдёшь? – Надежда умирает последней, – Ода немного грустно улыбнулся. – У меня, конечно, есть немного мелочи. Я понимаю, что немногие захотят поделиться тем, что знают, просто так. – Акари, успокойся, – один из мальчишек заговорил слишком тонким голосом, чем и выдал себя. Значит девочка. Она оттеснила парня плечом и спросила: – А кого вы ищите? Возможно мы что-нибудь слышали. Ода слабо улыбнулся. – Юичиро Кавасаки, – он остановился на имени предпоследней жертвы. Ведь после сегодняшних событий в архивы он пока не ходил. Учитывая большое количество времени между заплывами, лучше сосредоточиться на самых поздних жертвах. Дети переглянулись, и самый младший из них неуверенно сказал: – Если вы про деда Юи, то он давно пропал. – Вы его знаете? – Ода даже удивился своей неожиданной удаче, но не показал этого. – Угу. Но мы его очень давно не видели, несколько недель как, – вместо младшего ответила девочка. – Дед Юи иногда нам помогал. То место для ночёвки хорошее подскажет, то укажет, я каком ресторане выкинули много еды после вечеринки. – Скажите, а он не говорил ничего необычного в последнее время перед исчезновением? Младший мальчик вытер нос грязным рукавом и покачал головой. – Мы его почти не видели этим летом. Он стал реже появляться. Помог пару раз, а потом пропал. Но это вам с Пугалом поговорить надо. Возможно больше узнаете. – Пугалом? – А вроде говорил, знаешь деда Юи. Друг это его. Если что и хочешь узнать, к нему ступай, – старший мальчик все также неприязненно на него смотрел, а после неохотно добавил. – Не скажу точно когда, но за пару недель до исчезновения дед сказал, что ему работу предложили. А потом вообще забыл об этом разговоре. Вроде ничего не изменилось. А вот эта информация уже имела большой вес. Возможно Дазай сможет что-нибудь с ней сделать. Но всё-таки. – А вы можете подсказать, где мне найти Пугало? – На старом заводе на северо-востоке. Там есть промзона, – пояснила девочка дружелюбно. – Раньше консервы делали. Вы поймёте, это почти у моря. Ода кивнул. – Спасибо большое, – и он все же протянул им несколько сотен йен. Монетки блестнули на ладони, и тут же исчезли. Лицо старшего мальчика ещё немного смягчилось. – Не за что. Ода кивнул и довольно быстро ушел. Пожалуй, теперь он имел хоть какое-то представление, в каком направлении двигаться. Впрочем, заманивать бездомных с помощью работы – самый ожидаемый вариант и, в то же время, возможно это что-нибудь даст. Кто-то из других мог слышать о «работодателе» или даже видел его. Всё-таки слухи о подобном должны ходить. Самая большая проблема: как именно это до них добраться. Вход в промзону порос сорняками и здешняя крапивой доставала Оде почти по пояс. Он осмотрелся, прошел по периметру и вскоре обнаружил то, что искал: дыру в стене. Согнувшись, туда можно было пролезть. Так он и поступил. Пришлось поплутать, прежде чем он вышел к нужному зданию, пробрался внутрь через открытую дверь и пошел исследовать. Вероятно, нужный ему человек где-то внутри. Впрочем, оказалось, что Ода немного ошибся в расчетах – здесь находилось около дюжины человек. Все одинаково бедно одетые. Впрочем, увидев его, они не удивились. Ода приблизился к группе сидящих в центре и тихо сказал: – Я Пугало ищу. Он здесь? – Вон, в углу, – указал один из них, и Ода молча направился туда. В углу значит в углу. Пугалом оказался высокий худой мужчина с усталым выражением лица. Он просто сидел, откинувшись головой на стену и, казалось, дремал. При чужом приближении он все же открыл глаза. – Вы Пугало, верно? Я слышал, вы хорошо знали деда Юи. Мужчина окинул его внимательным взглядом и кивнул, жестом указал на металлический выступ, на котором сам сидел. Ода принял приглашение. – Курево есть? – хрипло спросил Пугало. – Нет, но несколько сотен йен на пачку найдётся. Нужно? – Ода и не ждал, что будет легко. И вообще оставил сигареты в машине. Тяжёлая жертва для лёгкого образа. К тому же его зажигалка может вызвать ненужные вопросы. – Идёт. Монеты перекочевали в карман мужчины, и тот выдохнул, в после посмотрел на него снова. – Так зачем ты ищешь деда Юи? – Свои причины. Вы наверняка знаете, что он пропал, – Ода предположил, что с этим человеком не будет так легко, как с детьми. Он мог это сказать, даже не используя способность. – Ты не мент, это я точно скажу, – мужчина покачал головой, достал из кармана мятую сигарету. Он некоторое время мучился со старенькой едва живой зажигалкой, а потом негромко продолжил. – Он ведь умер, верно? – Да. Его больше нет. Пытаюсь помочь найти его убийцу, – Ода не удивился, что его так легко раскололи. Начать с того, что он и не планировал особо скрывать свои намерения. Все же на жителя трущоб он походит исключительно внешне. Для того, чтобы вживаться в роль на полном уровне...он хотел бы этого избежать. – Мы мало общались до его исчезновения. Он пришел ко мне в начале лета, сказал, что ему предложили работу, – начал рассказывать мужчина. – Какую? Он не сказал? – Помогать с чем-то. Он не уточнил...а после ни разу не заговаривал об этой работе, словно и не произошло ничего такого. Ода задумался и сжал пальцами слишком длинный рукав кофты, в очередной раз проехавшийся по коже. – Скажите, а он не странно себя вел? Может припомните что-нибудь необычное? – Необычное...мы давно знали друг друга, но в последние дни он пусть и вел себя как обычно, все равно словно отстранился. Мне показалось это странным, но я не стал настаивать. Мало ли какие причины могут быть для подобного поведения, – он недоговорил, оставив фразу висеть в воздухе. – А потом он пропал, – подтвердил Ода свои догадки. – Что-нибудь ещё? – Ничего, что я могу вспомнить навскидку. Он вел себя почти обычно. Но это почти меня тревожило. Сейчас мне нечего тебе сказать. Ода несколько мгновение помолчал, а после в голову пришла немного неожиданная мысль. – Скажите, а вы не могли бы собрать информацию для меня? – Хочешь, чтобы я поспрошал тут людей? – Мне пока повезло, – честно признался Ода. – Но я чужак, и мне не хотелось бы мелькать здесь чаще необходимого. Возможно кто-то ещё слышал про предложения работы? Любая мелочь важна. – Ты, похоже, уверен, что я соглашусь тебе помочь. Ода замолчал и задумался. Он и сам не знал, откуда это чувство. – Практически. Вы ведь тоже хотите узнать правду. Пугало некоторое время молча сидел, а после кивнул. – Попробую что-нибудь сделать. Но не бесплатно. – Что я могу сделать для вас? – Поделись информацией. Кто ещё умер из наших. Расскажи то, что знаешь о произошедшем. Сам понимаешь, менты до нас не снизойдут, а в газетах мало пишут, скрывают детали. Ода задумался. С одной стороны, это частично демаскирует его позицию, с другой – если он будет бегать сам, то можно здесь поселиться. Даже если использовать маску, на то, чтобы втереться в доверие кому-то посерьёзнее местной детворы, может уйти пара недель. – Как скажете. Но тогда вы, возможно, подскажете где найти тех, кто знал этих людей. – Попробую что-нибудь придумать. Ода выдал ему имена, рассказал про то, что преступления совершаются на китайские праздники. Кроме сегодняшнего. С ним пока многое неясно. И пообещал рассказать ещё что-то, если узнает. – Хорошо. Приходи через два дня ночью. Я пока поспрашиваю людей и поищу тех, кто мог знать других жертв. И не задерживайся здесь надолго. Не выглядишь нашим. Ода улыбнулся уголками губ. – Благодарю за беспокойство. Вы тоже берегите себя. Он встал и покинул старое здание завода так же быстро как и пришёл. Узнал он сегодня не слишком много, но хоть что-то. Придётся позвонить Дазаю потом и встретиться в баре. Всего два факта, но они наводили на размышление. Ему точно необходимо больше информации, если он продолжит копаться в этом. Люди не исчезают просто так, и ему бы не хотелось столкнуться с преступником. Ода вышел из переулка, открыл машину и сел за руль. Больше всего его, однако, терзал другой вопрос. Насколько глубоко он готов влезть сюда? Фактически, после следующей встречи с Пугалом его обещание Дазаю можно считать выполненным. Тот не будет настаивать – надуется, но ничего не скажет. Несмотря на кажущееся отсутствие такта, тот понимал слово «нет». По крайней мере, когда это касалось их взаимоотношений. Что там с другими, Ода судить не мог. Вот только что-то внутри сопротивлялось такому решению. Он просто не мог на все махнуть рукой и вернуться к обычной жизни. По крайней мере, пока вся эта история с трупами не прояснится хоть в какой-то мере. Ода посмотрел в зеркало заднего вида, повернул ключ зажигания и тяжело вздохнул. Похоже, как бы он не пытался убегать от прошлого, оно постоянно нагоняло. И никого в этом не обвинить. Только себя самого. Спустя несколько минут он выехал на улицу. Нужно возвращаться.