Сзади Улыбкой

Чудесное, доброе и праздничное утро встретило жителей отеля Хазбин, придав им первоначальное спокойствие, прежде чем весь Ад проснулся и, по возможности, развеял эти приятные моменты, развеяв все новыми скандалами и неприятностями. Рано утром, как всегда, Чарли не спала, гуляя по отелю, больше всего радуясь тому, что ее мечта, наконец, начала сбываться. Отель готов, и благодаря Аластору, повелителю на 10 месте по силе, но это вовсе не значит, что он слабый, у них появилось еще двое сотрудников, правда, Хаск и Нифти подписали с ним контракт, но и это это было воодушевляющее дополнение. Блондинка подошла и медленно открыла окно, глядя прямо на пентаграмму наверху, глубоко вздохнув и наслаждаясь днем. - Это будет чудесный и удивительный день, я это знаю! Девушка радуется, одновременно поворачиваясь и заходя внутрь, начиная смотреть, что ей делать. Остальные все еще спали в своих комнатах, за исключением Хаск, который заснул прямо в баре, но Аластор также отсутствовал в отеле, что не удивило принцессу, поскольку он часто выходил очень рано, чтобы насладиться на утреннем солнце без забот, и он не мог не пойти в мясную лавку, чтобы получить свою ежедневную порцию оленины. «Хаску нужно поправиться, он не должен все время пить, это не искупление». Она задумчиво подошла к крылатому котенку, положила руку ему на голову, начала ласкать его, а он, в свою очередь, начал мурлыкать, к большому удивлению Чарли, но она не возражала продолжить ласкать его. Вскоре воцарилась тишина, потому что Ангел сонно спускался по лестнице, но когда он увидел их, его сонливость быстро исчезла, когда он подошел к ним и выдернул руку Чарли из Хаск. - Что ты с ним делаешь, Чарли? - нервно спросил паук с ноткой ревности в голосе, но все еще сонным, хотя он пытался это скрыть. - Я тоже хочу его так ласкать, но почему он мурлычет только о тебе? Это несправедливо, что он не изменяет мне с тобой? -Не будь дураком, Энджел, я просто - Принцесса забеспокоилась, потому что щеки у нее слегка порозовели, но в то же время она сделала шаг назад, потому что когда котенок проснулся и заметил их, он занервничал и застрелил их пустыми бутылками из-под алкоголя. - Я думаю, он уже проснулся. -Что, черт возьми, ты делаешь! Избавься от меня!" - сонно с алкогольным голосом сказал Хаск, недовольный ситуацией. - Это было не специально, но мне очень жаль, - сказала Чарли с тревогой, медленно уходя, но вскоре она снова повернулся и обрадовался. - Но давай, разве не приятный день? Давайте начнем чудесно, не так ли? Паук только кивнул, все еще глядя на кошку. - Кстати, а где же улыбка? -Эйнджел спросил об Аласторе, так как он всегда называл его всячески, но не по имени. -Как всегда, он вышел раньше нас, чтобы прогуляться и насладиться утром. Он всегда так делает. - Сегодня утром, как обычно, Чарли - пожал плечами Эйнджел, идя посмотреть, что он может съесть. Затем, однако, послышалось более грубое открытие дверей Отеля, откуда почувствовалось присутствие опасного существа, неудовлетворенного, удушающего, опасного и устрашающего. Хозяин этой ауры вошел внутрь, как всегда с широко раскрытыми глазами, и медленно смотрел на них, пока кровь медленно стекала с его рук на пол. Обитатели отеля были в ужасе, чувствовали страх, который усиливался, казалось бы, спокойной и широкой улыбкой Радио-Демона, который, ничего не говоря, медленно двинулся прямо в свой номер, оставляя на своем пути следы крови. Возможно, он снова сражался и вернулся с победой, но на этот раз все было иначе. Улыбка была другой. Да, он все еще широко улыбался, но более яростно и неестественно, но и его глаза были другими. Они сияли алым, выглядели усталыми, но они пытались выразить страх, чтобы скрыть свое горе. Никто из них ничего ему не сказал, они не осмелились и не заметили этих небольших изменений, но на этот раз действительно произошло что-то нехарактерное для тирана. Сзади улыбкой может быть скрыта большая и откровенная боль, но это также лучшая маска, с помощью которой владелица может скрыть свою истинную природу от окружающих. Все внизу начали задаваться вопросом, почему это выглядело так и что послужило причиной такого резкого входа в отель, но никто не хотел спрашивать его, опасаясь последствий. - Чарли ... э ... в последнее время, может, Улыбка начинает вести себя странно, или я так думаю? - спросил паук, обращаясь к ней. - Я не уверен. Может, мы не привыкли видеть его таким, и для него это нормально. - Она слегка улыбнулась, пытаясь скрыть свое беспокойство. После того, как Ал вернулся в свою комнату, остальные отдохнули, решив не беспокоить его, по-прежнему боясь его. Ни у кого не было сил спросить этого каннибала, что могло с ним случиться, потому что это действительно могло быть его повседневной жизнью, а они просто не привыкли к таким вещам, особенно к его поведению и характеру.. И за дверью радиоведущего были те самые чувства, которые скрываются за его широкой улыбкой и за глазами, наполненными хитростью и игривостью, но, конечно, эти чувства строго охраняются и никто не имеет права их видеть. Никто, кроме него самого ... только Аластор мог "видеть" его чувства и в то же время пытаться забыть их, задаваясь вопросом, хорошо ли быть просто куклой без всех побочных чувств и только улыбки, вырезанной на его лице. Без сожалений, без печали, без неприятностей и без фейков, которые думают, что жизнь прекрасна и смотрят на вещи оптимистично. Итак, хотя он и проявлял интерес к Чарли, он терпеть ее не мог, потому что она была полной противоположностью его внутренним чувствам и тревогам.