Не скажу

Солнце, если бы ты знал, сколько всего я хочу тебе сказать, сколько всего ты заслужил услышать, но я не скажу, я боюсь случайно сломать тебя. Ты так часто извиняешься, извиняешься за всё, даже когда ты просто подходишь помочь. От этого правда становится приятно. Приятно знать, что за тебя кто-то волнуется. Но я этого не скажу. Ты постоянно зовёшь меня «Цукки», а ещё ты громкий. Иногда это правда пугает. Я не хотел грубить, просто не знаю что делать с этим жгучим чувством в груди. Я так хочу отвечать тебе улыбкой, но если я это сделаю, то мне придётся сдаться окончательно. Так что этого я тебе тоже не скажу. Я не хотел тебе говорить всё это, не хотел заставлять извиняться каждый раз. Я видел, как ты плачешь ночью, когда остаёшься у меня. Потом просыпаешься снова с улыбкой, но я ей уже не верю. Я хочу сделать так, чтобы ты больше никогда не плакал. Но, прости, это я тоже не скажу. Я надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь набрать сил и высказать всё мне в лицо. Я хочу извиниться за всё, я не должен был так себя вести, не должен был грубить, а ты не должен был это терпеть. Ты слишком чистый, слишком хрупкий для этого всего. Ты как маленькая звёздочка в небе, как гирлянда на новогодней ёлке… Мой маленький светлячок. И пусть этот светлячёк уже вряд-ли будет светить для меня, он будет светить для кого-то другого. И этот кто-то другой станет самым счастливым человеком, и он будет беречь этот свет, и ты обязательно перестанешь плакать по ночам. Ты снова будешь смеятся, не думая, что тебя кто-то осудит. И этот человек сможет тебе улыбнуться в ответ, обнять, он убедит тебя, что здесь спокойно. Ты, надеюсь, забудешь эти несколько лет, и будешь жить счастливо. И будешь светлячком для кого-то другого, но не меня. Я так хочу сказать тебе это слова, так хочу улыбнуться. Я хочу сидеть вечерами и разговаривать обо всём, а потом ловить бабочек где-то в полях, собирать ромашки и делать венки. Хочу подарить тебе звёздочку с неба на день рождения. Она была бы совсем маленькой, и ты бы подвесил её над кроватью. Хочу вместе украсить дом к Рождеству, и, уверен, ты бы весь день ходил в новогодней шапочке, и мы бы потратили несколько часов, ища по магазинам подарки для всех, а потом бы до ночи упаковывали. Ты бы, скорей всего, уснул, не успев упаковать чей-то, я бы сел рядом и укрыл нас одеялом. И это было бы самое счастливое Рождество. Но этого не будет, ведь я ничего тебе не скажу. Я просто останусь таким же. Ну, может перестану грубить и игнорировать, начну хоть иногда улыбаться. Порой мне снишься маленький ты и тоже плачешь. Ты говоришь, что я не разговариваю с тобой, что стал слишком холодным, думаешь, что делаешь что-то не так. И после этого я начну быть добрее. Может ты ещё будешь светить для меня, хоть чуть-чуть. Это бред, в который никто бы не поверил, но даже если и так, то я всё равно не скажу.