Связанные

Лин Си Только Син Ло вытащила меня из змеиного захвата, как в ворота задолбили, и я услышала голос полукровки. Неразборчивые слова и яростный вид подсказывали мне, что ночь будет точно не скучной. — Госпожа… — Открой. Я одевалась и слушала ругань на первом этаже. Гневался в основном облезлый лис, а Син Ло говорила достаточно тихо, чтобы её я не услышала. — Грязная душонка, ты хоть представляешь, кто я?!!! — Бедолага до сих пор не выяснил что оно такое… Бывает. — Ты знаешь, что я с тобой сделаю?!!! — Определись для начала в жизненных планах, а потом уже и угрожай. Дилетант… Помимо шума на первом этаже, я услышала, как открывается дверь в коридоре. Птенчик рвётся полетать… я быстро прыснула на грудь духами и вышла из комнаты, плотно притворив дверь за собой. — Доброй ночи. — Я приветливо улыбнулась. — Доброй. — Слегка взъерошенный мужчина кивнул мне в ответ. За его спиной была достаточно широкая щель в комнату, через которую чудно виднелся заваленный книгами и тетрадями стол и часть кровати. — Полагаю, тебе не стоит туда спускаться. — Пуонг двинулся по коридору первым. — Постой. Это ко мне. — Я быстро встала у него на пути. — Как проходят твои занятия с Син Ло? — Светская беседа, милая, приветливая улыбка и та вакханалия внизу, явно не складывались у него в голове. Чёрт! Лисье отродье, не мог прийти попозже? Или вести себя хотя бы поприличнее! — Раз это к тебе, тем более я должен присутствовать. Я же здесь в качестве охранника. — Ему явно было любопытно, но из приличий он не мог переступить через меня, хозяйку дома. Это плюс. В своём изложении ситуации он прав, и это явный минус. — Не думаю, что чумная зверушка причинит мне смертельный вред. — Я сделала глаза побольше. — Да и разве ты не должен мне доверять? — Пуонг улыбнулся. — Конечно. Ты права. Но. Твоему гостю я не доверяю. Тем более «чумная зверушка» вряд ли настолько безобидна… — Уверяю, я в безопасности. Что куда важнее, так эта твоя скорейшая адаптация к современности. Ты уже освоил Интернет? — Конечно, моя адаптация важна. И я многого достиг, благодаря твоей слуге. Но ничего бы этого не было, не будь тебя. А потому, я считаю своим долгом обеспечить твою защиту перед любой опасностью. Даже столь несерьёзной. — Но я бы не посмела отнимать драгоценное время твоих занятий. А вдруг… — А вдруг с тобой что-то случится, пока я буду заниматься. — Твою ж мать! Как же от тебя отделаться... Его нельзя показывать лису. — Что ж, ты прав, но я уверена, что твоих способностей хватит, чтобы спасти меня от угрозы даже на столь незначительном расстоянии как это. — Да, однако… — К тому же, ты же не считаешь дочь Луны настолько слабой, чтобы не справится с каким-то домашним питомцем? — Я подвинулась ближе, так, чтобы он почувствовал меня кожей, не прикасаясь. Мужчина сильно напрягся, а я шепнула ему на ухо, тихо, но твёрдо, придавая голосу, и самой себе, значимость, необходимую, чтобы приручить строптивую птицу. — В какой бы оболочке я ни была, я всё ещё самое могущественное существо во всех мирах. И не стоит это забывать, показывая меня слабой, перед ничтожным духом внизу. А твоё присутствие именно такой меня и выставит. Беспомощной и хрупкой, нуждающейся в охране. — Я… Я понял. Буду у себя, если что… — Я позову. — Чуть отстранившись, глядя ему в глаза, почти касаясь его носа своим, я прошептала в губы. — Хорошей учёбы, птенчик. — Как зачарованный он прошёл к себе в комнату. Я щёлкнула пальцами, с той стороны двери послышался грохот упавшего тела. Как только он отошёл, то тут же спустился бы и всё испортил. К тому же, перестраховка, со зверинцем, что у меня дома, явно лишней не бывает. Разорвала ли я шаблон, который так старательно лепила при встрече? Да. Пожалела ли я об этом? Нет. Похоже, я имею над Пуонгом ту же власть, что и над всеми мужчинами, что побывали у меня в постели. Стоило ли рисковать всем, чтобы утвердится в подобной догадке? Думаю, да… Тем более, проверка этого пернатого недоразумения прошла успешно. Я всё ещё могу делать вид, что выгодна ему из-за одного из моих перерождённых тел, строя святое неведение, но, благодаря его привязанности, я могу его использовать для, куда более, крупной игры. Как бонус, он, в отличии от Тэ Ри, в человеческом теле и затащить его в постель будет значительно проще и интереснее. Всё это я обдумывала, уже подходя к гостиной, в которой разбушевался Ран. — Как ты вовремя. — Один глаз гостя уже стал лисьим, выдавая в нём полукровку. — Ничего не хочешь мне объяснить? — Конечно. Во-первых, — я улыбнулась как можно милее. — Это моя слуга, и ты не имеешь никакого права трогать её. Боль. — Мужчина упал как подкошенный, зажимая голову меж ладонями. — Во-вторых, если я, по своей милости, пустила тебя, плешивого, в свой дом, это не значит, что ты имеешь тут какие-либо права, позволяющие тебе вести себя подобным образом. — Плавный поворот руки и Рана выгнуло в другую сторону. — В-третьих, кто ты такой, чтобы вообще заявляться в мой дом и так бесцеремонно нарушать мой покой?! — Вновь поворот руки и лис бьётся в конвульсиях, расстилаясь у моих ног ковриком. Полюбовавшись пару мгновений подобными стараниями лиса не сдохнуть, и поймав момент, когда он уже готов провалиться в беспамятство, я насильно вытянула его сознание в реальность, чуть добавив напора на некоторые нервные окончания, от чего лис засипел, и его стало сильнее трясти, я опустила руку, и страдания вшивого безобразия окончились. — Не стоит выказывать мне столько открытое неуважение. Я не потерплю насилия в этом доме. — Я улыбнулась ещё шире. — Особенно со стороны гостей. Мужчина дышал глубоко и тяжело, надрывисто. Он всё ещё валялся у меня в ногах, и всё ещё смотрел на меня с ненавистью, но что-либо сделать он не мог. Спустя ещё какое-то время, он встал. — Я знаю, что мой брат у тебя, стерва. И знаю, что просто так ты его не отдашь. Чего ты хочешь? — А что ты можешь мне дать? Ты для меня абсолютно бесполезен. — Я пропустила мимо ушей его обращение ко мне. На правду не обижаются. — Так не пойдёт… Я лис из уважаемой семьи. Я… — Ты полукровка. Всё что ты мне можешь дать, это лишь половина от того, что я хочу. Но вот Син Ло… Ей ты можешь сгодиться… — Издеваешься? — Я улыбнулась и отпила кофе, которое слуга поставила. — Хорошо. — Лис стал на одно колено. — Я готов принести клятву верности и посмертного служения тебе. Взамен, ты вернёшь Ли Ёна. — Забавно. Стоит мне умереть, как ты станешь свободен и в следующей жизни сам же меня и прибьёшь. — Лис молчал. — Зачем он тебе? Он бросил тебя, оставил. Ради женщины, чей век короче дня, оставил бессмертного брата, когда тот был совсем малышом. А потом убил в тебе душу, пронзив мечом. — Он не хотел меня убивать. Если бы хотел, убил. — Но он отказался от тебя. Отказался не на день или два. На долгие шестьсот лет. Он не искал тебя, не приглядывал, а бегал за перерождениями моей сестры. Он не нуждался в тебе ни тогда, ни сейчас. — Он мой брат. — Он бы променял тебя на Чжи А снова, если бы выдался шанс. — Лис дрогнул. — Да и вспомни, на чьи плечи он положил груз своей смерти. Он заставил тебя страдать по нему даже после его кончины. Ты гонялся за его призраком, но даже так, он предпочёл тебе Чжи А. — Мужчина посмотрел на меня. Я улыбнулась, пытаясь сделать своё лицо как можно мягче. — Ты прав, частично Ён у меня. Но он не возвращается в тело. — Это как? — Я смогла заточить в тело лисы лишь половинку его души. Сознание вправе выбирать, где ему лучше. В тело он не возвращался. Мне приходится поддерживать его с помощью медикаментов. — Он… — Всё это время был с Чжи А. Будь он в своём нынешнем теле, и сделай он всё, как я повелю, он бы обрёл свободу. — Посмертно, но об этом умолчим. Вряд ли Чжи А готова убить его сейчас. — Но он выбрал быть призраком рядом с девушкой, чем во плоти, рядом с тобой. — Нет… Он бы так не поступил… — Я щёлкнула пальцами, и он потерял зрения. — Что ты…!!! — Я провожу тебя к нему. — Мужчина замолк. Мы спустились к лису. Тощий, облезлый и абсолютно беспомощный. В две лапы были вставлены иглы от капельниц, в чашках вода и еда, к которой он даже не прикасался. — Смотри. — Я щёлкнула пальцами, возвращая зрение Рану. — Брат… Брат. Брат! Очнись, брат! — Но безвольное тело, лишённое сознания, всё ещё лежало неподвижно. — Нет! Это всё ложь! Твоё наваждение! — Я спокойно смотрела на полукровку. Глазами сочувствуя. — Нет… Он не мог… — Син Ло проводит тебя. Как только выйдешь за пределы особняка, ты забудешь путь, который прошёл, желая увидеть никчёмного брата. Но прежде, принеси мне клятву, о которой говорил. — Что? — Я буду поддерживать жизнь в теле твоего брата столько, сколько смогу. А ты, взамен, станешь моим навеки. — Считаешь меня идиотом? С чего я должен… — Син Ло. Вытащи все трубки, а тело этого никчёмного брось в лесу. Если его не сожрут духи, то голодные бродячие псы… — Стой! Я понял… — Он встал на одно колено. Разбитый и несчастный, он склонил голову и еле слышно начал читать клятву на языке духов. — Я, сын семьи Ли, несущий имя Ран, от сего дня клянусь до скончания веков служить Чжи... — Лин Си. — Поправила я. Мужчина безжизненным голосом продолжил. — … служить Лин Си, своим духом, своих сознанием, своим телом, как смертной, так и бессмертной оболочкой верой и правдой. Я клянусь гордостью своей семьи Ли, где бы я ни был, кем бы я ни был, чем бы я ни стал, служить своей госпоже даже после моей смерти. Коли я нарушу данное слово, моя душа не найдёт покой, а тело не станет звеном цикла естества и я на веки буду обречён на муки и скитания в безвременье и меж мирами. — Я положила руку на голову хвостатого и продолжила на языке духов. — Я принимаю твою клятву сын семьи Ли, несущий имя Ран, от сего дня и до скончания веков я вверяю тебе себя, а коли ты предашь моё доверие, то душа твоя не найдёт покой, а тело не станет звеном цикла естества и ты на веки будешь обречён на муки и скитания в безвременье и меж мирами. — Он приклонился предо мной дважды и поцеловал полы моей одежды. Разбитый и в отчаянии, он бы исполнил любое мое желание, даже столь безумное, как клятва духа. Ли Ран ушёл неестественно тихо. Не сопротивляясь, будучи полностью опустошенным, он был в моей полной власти. Я наблюдала, как Син Ло закрывала за ним калитку. — Госпожа? — Я улыбнулась зашедшей слуге. Она поклонилась и продолжила. — Скоро Ваш день рождения. Будут ли особые распоряжения? — Устрою ли я ужин? — Син Ло кивнула. — Насколько это необходимо? — Госпожа, Вы повелительница тёмной стороны мира духов. Вам подвластны многие, даже те, что не относятся к Корее. Скорее всего, Вас придут поздравить огромное количество духов. Их, как правило, чем-то угощают. Это древняя традиция остальных пантеонов. — Тогда сделаем так, как раньше делали правители в странах. — Я улыбнулась. День рождения всегда был моим худшим днём в году. Как и любой другой праздник. Теперь всё иначе, и именно я поменяю это. — Объяви, что празднование моего дня рождения будет длится неделю. Первые пять дней я буду принимать гостей и подарки с поздравлениями. Затем два дня веселья. — Неделя? Они всё это время будут тут? — Конечно, они будут моими гостями. — Мысль о том, что разномастные духи тьмы заполнят весь город меня позабавила. — Будет весело. — Но где мы их разместим? — В городе. Пусть выбирают любой дом, что им понравится и заселяются туда. Могут изводить хозяев сколько угодно, лишь бы не убили. На обеды, плотоядных отправляй в тюрьму или морг. Тем, что сойдёт духовная пища, отправляй в бедные кварталы и притоны. Там негативной энергии, хоть отбавляй. Можешь в офисы, особо крупные. — Поняла госпожа. Но не будет ли это… Слишком. Могут отправить зачистку… — Пусть. Возьми пару тёмных артефактов и заставь низших духов сделать больше подобных штук. Пусть носят с собой. На неделю хватит. — Будут ли ещё распоряжения? — Син Ло явно воодушевилась. Будь у неё глаза, засверкали бы. — Позаботься о развлечениях и угощениях. Праздновать будем у старухи. — Но ведь… — Там есть проход в один мир, там чудно. Вечная ночь и мрак. Костры и пропащие духи. Можем заставить заключённых сыграть нам пару мелодий. — Но… Ваша сестра… — Было видно как она хотела сказать, госпожа Чжи А, но прикусила вовремя язык. Госпожа Чжи А… Что ж, по факту, она тоже госпожа. — Она будет эти дни с семьёй. Всегда была. Не в этот, так в грядущий день отправится к смертной семейке. Всегда брала отпуск на дни рождения. — А вы? — Тоже загляну. Надо же посмотреть, живы они или сдохли… — Госпожа, они же… — Одни из смертных людишек с вагоном грехов. Вряд ли они достойны даже того, чтобы я о них думала… — Ненавижу их. Ненавижу всех их! Эти жалкие существа, что из жизни в жизнь назывались родителями моего тела. Не более чем комья грязи, научившиеся ходить и говорить по совершенному недоразумению. — Не пойду. — Простите? — Забудь, что я говорила. Я, к этим… родителям, не пойду. — Как прикажете. Подавать еду? — Давай. — Позвать господина Пуонга? Или господина Тэ Ри? — Они спят, так что не стоит. Син Ло поклонилась и вышла, как обычно не задавая лишних вопросов. Я же налила себе вина. И задумалась о прошлом. В окне виднелась луна, бесстрастно и хладнокровно наблюдающая за ночной суетой людишек и духов. Скоро будет предрассветный час, затем встанет солнце. Суеты на улицах заметно прибавится, а толку станет ещё меньше. — Вино и правда хорошее. Я покрутила в руке бокал. Напиток напоминал по цвету кровь. В памяти опять пронеслось прошлое. Пятнами, сумбурно, но ярко. Так ярко, что даже больно. — Госпожа, — тихий голос слуги заставил меня вздрогнуть, — еда на столе. — Благодарю. Ты свободна. Я всё делаю правильно. Они все это заслужили. За столом память услужливо подбрасывала факты, стыкуя их между собой. Все до одного выстраивались в последовательную цепочку, пока не зашли в логический тупик. Сколько бы не прокручивала в голове жизни, где я была принцессой, всё время упиралась в тупик. Ни начало, ни конец не имели логики. — Син Ло! — Госпожа. — Дух поклонилась и внимательно посмотрела на меня. — Принеси мне кое-какие документы. Исторического характера… То ли я смогла окончательно обуздать гнев, то ли я наконец смогла посмотреть правде в глаза. В нашей с Чжи А истории есть тот, кто руководит нами ещё с момента нашего зачатия. Но кто это… И зачем…