color rush

Хенджин держит Феликса за запястье мертвой хваткой, словно тот собирается куда-то сбежать, стоит его отпустить. Нет, возможно Феликс и предпринял бы подобную попытку, но между прочим он тут моно, и это реагенту стоит от него сбегать. Правда этот реагент оказался какой-то неправильный, он либо до беспредела бесстрашный, либо просто настолько глупый, что не понимает того, что его может ожидать. — Я прочитал, что если постепенно позволять тебе увидеть цвета и не делать это слишком резко, то твоя адаптация пройдет легче, и ты не будешь падать в обморок! — Хенджин бросает взгляд через плечо на Феликса, и тот очень удивляется, что парень всерьёз изучил весь процесс восприятия цветов, и отнесся к этому настолько серьезно. — Я буду в норме, не устраивай из этого какую-то панику, — Феликс скрывает свое смущение за неумелой попыткой показать свою стойкость и трет нос, смотря под ноги. — Давай присядем, — Хенджин тянет Феликса к скамейке, садится вплотную к нему и достает из кармана цветовую раскладку в виде карточек, скрепленных кольцом. — Эм, разве мы не шли на какую-то выставку? Ты сам говорил, что мы можем опоздать! Хитрый лис, — Феликс отодвигается от Хенджина, но тот закидывает руку ему на плечо и подтягивает обратно к себе. — Глупый кролик. Я хочу, чтобы ты выучил со мной основные цвета, а на выставке мы уже посмотрим на их многочисленные сочетания, — Хенджин дает карточки Феликсу, тот смотрит на них с хмурым видом, но стоит ему повернуться к парню, как тот медленно начинает опускать маску, открывая свое лицо. Феликс сначала снова хочет отпрянуть от него, но Хван придерживает его за плечо, создавая надежную опору для непредвиденных случаев. Ли прищуривает глаза, опасаясь, что голова снова будет болеть до ужаса сильно, но в этот раз все вокруг становится цветным так плавно, словно кто-то неспешно снимает темную вуаль с его лица. Феликс невольно хватает Хенджина за край куртки и обводит парк взглядом ребенка, познающего мир. Мир, отражающийся в его глазах, кажется Хенджину невероятным. Осенью деревья необычайно красивы, и Феликс никогда не догадывался, что они могут быть таких волшебных цветов. Красные клены в парке словно горят огнем, создавая теплую ауру вокруг, Хенджин ловит опавший лист и прикладывает его к карточке, где указан красный цвет. Феликс проводит пальцами по листику, проговаривая цвет одними губами. Пожелтевшие дубовые листья имеют самые разные оттенки – какие-то ярко-желтые, какие-то желто-коричневые, какие-то все ещё с зелеными прожилками. Хенджин заботливо прикладывает каждые найденные листики к цветовым карточкам, и Феликс впитывает всеми имеющимися чувствами каждый цвет, который теперь предлагает ему этот мир. — Я люблю осень. Раннюю осень. Потому что кажется, что солнце расплескалось на землю, и деревья перекрасились самым случайным образом в новые оттенки. А может это все осенние феи, которые прилетают с красками и творчески украшают деревья, — Хенджин смеется, и Феликс ощущает странный жар в груди, словно там зажегся огонек. — Ну и ну, такой взрослый, а говоришь всякие глупости. Смотри не скажи это на камеру, когда будешь айдолом, — Феликс улыбается и качает головой. — А ты слишком взрослый, спасибо что не начал мне рассказывать весь процесс фотосинтеза, я бы умер со скуки, — Хенджин дразнится в ответ, скрестив руки на груди, а широкая улыбка так и не сходит с его лица. — Хмм, дай-ка подумать. Ты даже тут ошибся. Фотосинтез это образование в клетках зелёных растений углеводов из углекислоты и воды под воздействием света, поглощаемого хлорофиллом растений. А вот хлорофилл как раз ответственный за цвет растений. Когда солнца много, то вырабатывается зеленый пигмент, а вот осенью... — Хенджин кидается на Феликса, закрывая его рот ладонью, вызывая смех парня. — Все, хватит! Мы опаздываем на выставку! Идем, идем, поторопись! Хенджин ведёт Феликса за собой, но тот продолжает рассказывать ему обо всем с научной точки зрения, поэтому Хван вынужден его отвлекать, спрашивая цвета рекламных афиш, вывесок магазинов и всего, что попадается им по пути. В итоге Феликс забывает про биологию, увлекшись разглядыванием улиц, которые в новых цветах кажутся ему не такими уж знакомыми. — Я хочу, чтоб ты закрыл глаза, — Хенджин стоит у входа вместе с Феликсом, держа в руках два билета. Феликс отчего-то доверчиво закрывает глаза, так еще и прикрывает их ладонью для пущей надежности. Хенджин ведет его за собой в здание, остановившись спустя буквально несколько шагов. Хенджин берет руку Ли, отодвигая ее от его лица. Феликс с опаской открывает глаза, но в помещении царит полумрак, поэтому он озадаченно моргает несколько раз, смотрит на фиолетовую толстовку парня напротив, убеждаясь, что не потерял цветовосприятие. И тут повсюду вспыхивают волны разных цветов. Они скользят по белым стенам, играют на формах белых скульптур, вспыхивают нежными бутонами то тут, то там, заставляя замереть в их окружении и просто с восторгом следить за ними. — Вау, Хенджин. Это невероятно, — Феликс становится как раз напротив прожектора, и на его груди распускается золотистый цветок, он касается рубашки, улыбаясь. Хенджин не смотрит на все это обилие красок. Он наблюдает за Феликсом. За его яркими глазами, которые то округляются от удивления, то становятся едва заметны от улыбки. Он ловит каждое его движение, каждую его попытку коснуться то яркой радужной полосы, то всполоха света. Он следует неспешно за парнем, не мешая ему, давая возможность насладиться тем, что тот теперь видит. Феликс расслабляется в этой обстановке, и теперь сам хватает периодически Хенджина за руки, чтобы отвести в другую зону. Под их ногами от каждого шага звезды рассыпаются на мириады искр. И Феликс прыгает на месте, затем перескакивает туда-сюда, играя в догонялки с крохотными огоньками. Хенджин пробегается по коридору, и за ним следом мчатся яркие звезды. — Смотри сюда. Это так здорово! — Феликс говорит с восторгом, увлекая парня в другой зал, где цветные линии и узоры появляются от прикосновений к стенам, а затем разрастаются сами, заполняя комнату соответствующими оттенками. — У меня оранжевый, смотри, смотри! — Феликс ведет ладонью и за его рукой спешит оранжевая полоса. — Я спешу навстречу! — Хенджин касается стены, и за ним тянется сине-голубая полоса. Они бегут друг к другу, встречаясь посередине и замирая. Феликс смотрит на руку Хенджина, которая медленно скользит в его сторону. И он протягивает парню свою ладонь. Хван крепко сжимает его руку, и множество нежных пастельных оттенков расплывается по стене, отражаясь и на самих ребятах. — Спасибо, что привел меня сюда, — Феликс смотрит на Хенджина, и среди буйства красок снова отмечает, какие же у него особенные глаза. Этот цвет он точно не сможет забыть. Теплый кофейный. Он сам весь словно излучает комфортное тепло. Даже рука, переплетающая их пальцы, мягкая и теплая. — Спасибо, что провел это драгоценное время со мной, — Хенджин делает шаг ближе, словно невзначай пробегаясь свободной рукой по плечу парня, — Я был очень рад видеть тебя таким счастливым. — Я еще никогда не был так счастлив, — Феликс смущенно бормочет, чувствуя, как краснеют его щеки. Он задумчиво кусает губу, а затем стремительно оставляет легкий поцелуй на щеке парня, — Прими мою благодарность! Хенджин еще не чувствовал, чтобы трепещущие бабочки в его животе оживали настолько бурно. Он становится похожим на тающего снеговика в жару, но это приятное чувство заполняет его, и ради такого он не против и растаять. Хенджин провожает Феликса до дома, все это время так и не пряча лицо за маской. Оказалось, ночной город по-своему красив и живописен, и хотя ночь является темным временем суток, в ней есть свои цвета. Феликс старается выглядеть обыденно, но его бегающий взгляд нельзя не заметить. Он рассматривает с энтузиазмом абсолютно все, даже не замечая, что держится с Хенджином за руку всю дорогу. — Ты как? Все хорошо? Голова не разболелась? Если что, обязательно прими лекарство, я читал, что легче должно стать обязательно! — Хенджин заботливо произносит, поправляя волосы Феликса, когда они остановились напротив его дома. — Все хорошо, не переживай, — Феликс смущенно кашляет, чувствуя себя так, словно был на свидании. И тут реальность поражает его в самое сердце. Если кому-то рассказать, чем они занимались, это действительно будет походить на свидание! Пока Феликс хаотично размышляет, что скажут ребята и что подумают, когда завтра все узнают, как его щеки почти невесомо и легко касаются чужие нежные губы. — Прими мою благодарность, — Хенджин улыбается, повторяя в точности все, что говорил и делал Ли на выставке, — Увидимся завтра, мой автобус уже подъезжает! Хенджин бежит в сторону остановки, а Феликс провожает его взглядом. И тут все вокруг становится все более тусклым. Феликс испуганно озирается по сторонам, смотрит на свой дом, на свою одежду, на прохожих, на магазины – все снова погружается в черно-белый мир. Ужас охватывает Феликса с головы до ног, и он срывается с места, пытаясь догнать автобус, на котором уехал Хенджин. Ему нужно было снова вернуть эти цвета вокруг. Он хотел снова чувствовать себя живым, он просто хотел быть таким как все. В его груди тут же возник бушующий гнев по отношению к Хенджину, который оставил его; к ситуации, в которой он остался. Он был так зол и так разочарован, раздосадован. И только спустя несколько минут он резко остановился, одернув себя. — Чем я занимаюсь? Что это было? Я...хотел вернуть Хенджина? — Феликс встряхивает головой, потирая переносицу. Он не должен был испытать этих негативных чувств. Он не должен был сердиться. Этот человек провел с ним больше половины дня, разве этого мало? Мало. Но Феликс пытался отвергнуть разумом все эти навязчивые мысли. Он в спешке зашел домой, закрылся в своей комнате и накрылся одеялом с головой, ничего не объясняя маме. Его руки подрагивали ещё некоторое время, а мысли атаковали как ненормальные. Он не хотел сходить с ума, но все это оказалось чертовски тяжело переносить.