Луч света в пасмурный день

Его зовут Дазай Осаму, он один из исполнителей портовой мафии, и по совместительству один из самых молодых её сотрудников. Никому здесь не известно, чем он занимался до того как попал сюда, а также не известно какого хера он до сих пор жив. Мысли Осаму о суициде преследовали его уже давно, с 10 лет, первое рвение это сделать случилось в 14. Каждая его попытка проваливалась. Для него, попытки умереть были игрой, словно способ хоть ненадолго почувствовать себя живым. Ему нравилось играть со смертью, он будто знал, всегда знал, что не умрет, словно сам пресекал себе возможность умереть, всегда держал все под контролем. Хотя, бывали моменты, которые становились «счастливым стечением обстоятельств». Бывало то веревка порвётся, то кто-то спасёт его и вытащит даже со дна самой, черт возьми, глубокой реки с камнями в карманах. Этот кто-то — Накахара Чуя, человек, которого Осаму всей душой ненавидит, а по совместительству его напарник. Рыжеволосый низкий парень, одного с Осаму возраста, от которого всегда пахнет мятой и корицей, и Дазая это дико бесит. Очень вспыльчивый, грубый, и вредный. Накахаре по стечению обстоятельств пришлось вступить в Портовую мафию. Тогда они и познакомились. Им тогда было по 16. С тех самых пор как Мори объединил их дуэт на первом задании, так он и не распадался, несмотря на неприязнь напарников. Об их дуэте складывались легенды, любое данное им задание выполнялось безупречно. Как-то раз, эта, казалось, противоречивая парочка собственноручно уничтожила за ночь целую вражескую организацию. «Двойной чёрный» был достоянием портовой мафии. Сейчас Осаму 22. И в этом году «Двойному чёрному» исполняется 6 лет. Целых шесть лет оба терпят друг друга, шесть лет постоянно припираются и ссорятся, и целых шесть лет, каждый год, вся портовая мафия поздравляет ребят с этим событием, хотя знают как сильно те не ладят. Боги, как же они ненавидят этот день, день, когда они встретились, день, когда Мори отправил их на то задание. Каждый из них мысленно проклинал тот чёртов день. (или, все таки нет?) В начале я писала о том, как сильно Дазай Осаму ненавидит Накахару Чую, так вот, это только отчасти. На самом же деле, с самого дня их первой встречи внутри Осаму заиграло какое-то доселе не испытанное им чувство. Он много слышал о любви, но никогда прежде не испытывал её. Когда его темные, пустые и безжизненные карие глаза встретились с необузданным, быстрым взглядом голубых глаз человека, впечатавшего его ногой в груду досок, он ощутил какое-то тепло внутри, словно то, что было мертво вдруг ожило и заиграло глубоко в душе. Никогда прежде он не чувствовал того, что испытал тогда, впервые глядя в голубые глаза Чуи. Именно тогда Осаму полюбил, и одновременно возненавидел своего напарника. На самом деле, за этой показушной ненавистью, он скрывал ненависть к себе. Он ненавидел себя за то, что не мог признаться себе в своих же чувствах. Он так запутался. За 16 лет жизни, впервые появился тот, кто смог, сам того не зная, подарить ему причину просыпаться по утрам. Подарить ему причину каждый день идти на работу, чтобы только ещё раз посмотреть в эти голубые глаза, которые за 6 лет, остались такими же яркими и горящими как и в их первую встречу. С их первой встречи он утонул в них, и продолжает безответно тонуть каждый день. А его рыжие волосы? Те рыжие волосы, над которыми Дазай так любит шутить в присутствии Чуи. Он любит их также, как и всего Накахару. Те рыжие, растрепанные, немного волнистые и непослушные, вечно убранные в хвост огненные волосы. Да он готов был сгореть в них заживо. И он сгорал, сгорал он и оттого что не мог сказать о своих чувствах Чуе. Да что там Чуе, первые года 2 он сам не мог признаться себе, в том, что нашёлся в мире человек, способный его удержать, способный дать Осаму надежду на то, что эта жизнь имеет смысл. Для него лучше продолжать жить так, как прежде и скрывать свою любовь, чем быть отвергнутым и опозоренным за эти чувства перед самим собой. Каждый день «Двойного чёрного» был наполнен опасностью. В такой работе нельзя быть мягким и растерянным. К счастью для самого себя, Дазай никогда не был таким. Когда сталкиваешься с смертью каждый день, она становится обыденностью. Он перестал бояться её ещё давно, может, оттого так страстно её желал. Когда сотни пуль пролетают над твоей головой каждый день, волей неволей, станешь хладнокровно относится к ним, а также к тому, что они за собой влекут. Смерть, смерть подчиненных, знакомых, друзей, людей, которых ты видишь впервые, все эти смерти уже давно не вызывают эмоций, хотя когда-то только от мысли о подобном все внутри сжималось. Но то время Осаму оставил далеко позади, он не идентифицировал прошлого себя с настоящим, тогда он был слишком мал и слаб, но того Дазая уже нет, он был убит собственноручно другим Дазаем, исполнителем Портовой мафии. Хладнокровным убийцей, который никогда не показывает страха. Работая в Портовой мафии ты и сам каждый день лишаешь кого-то жизни. Он нацеливал пистолет на зажатую в углу жертву, крики отчаянья, боли, страха. Даже когда он слышал их, ни единая мышца его лица не дергалась. Курок. Выстрел. Тишина. На его лице появлялась едва заметная ухмылка. Да, он любил свою работу, и никогда не боялся смерти. Все изменилось 6 лет назад. Он все также безэмоционально и быстро убивал, но теперь он боялся. Нет, он не боялся умереть, он боялся потерять напарника. Почувствовав себя рядом с ним живым, он не был готов снова погружаться в пустоту. Единственный лучик света в его беспросветной темноте почти на каждом задании рисковал отправится на тот свет. Каждый день Чуя рисковал не меньше Осаму. Его порча на каждом задании буквально разрушала его изнутри. Делая большую часть работы он рушился и ломался внутри, ведь порча виляет не только на физическое здоровье, но и на психику. Дазаю нужно торопиться, иначе каждый раз он рискует не успеть, и навсегда потерять тот яркий лучик света, который пришёл в его жизнь и осветил его мрачную и серую улицу, на которой 16 лет шёл дождь. И от одной мысли что он может это потерять, Осаму пробирала дрожь, а сердце сжималось. Да, он все-таки любил его, любил его также сильно, как когда-то любил мысли что вся эта бренная жизнь рано или поздно закончиться, и в последний раз он закроет свои глаза, чтобы больше не открыть их никогда и заснуть вечным, и таким спокойным сном. Раньше эти мысли грели Осаму душу, сейчас же его душу греет его любимый рыжик. А ведь он даже не догадывается, что стал для кого-то такой веской причиной чтобы жить.