ДРУГОЙ

Ночное небо было словно усыплено софитами, давая шанс увидеть больше, чем спрятано за линией горизонта. Мои глаза сияют сейчас так же. Кажется я смогу осветить дорогу не только мимо проезжающим машинам, но и нам. Нам с ним. Ещё каких-то 20 минут, и я смогу дотронутся к его плечам, ощутить его границы дозволенного, любоваться им, словно впервые. Вы когда-то были так влюблены в мужчину? Чтобы каждое слово о нём вызывало дикие мурашки по коже? Я да. Сейчас. Я не знаю, что это, и можно ли это назвать любовью. Но знаю одно, что весь этот день без него я жила только в мыслях, чтобы быть рядом. Каждую минуту касалась воздушного шара воспоминаний. Они так тепло проходились по моим ключицам, что хотелось обнять каждое восприятие. Кусаю губу, и стискиваю ноги от холода, когда понимаю, что не увижу его. Нет. Увижу. В любом случае увижу. Становлюсь уверенней в себе мысленно, душевно. На мне переливающиеся колготки, чёрное платье с одним рукавом, и лодочки на большой шпильке в цвет этого неба, неба его взора. Я чувствую себя уверено, словно еду к своему мужчине, мужу, парню. Называйте эти связи как угодно. Я знаю одно, любовь не имеет названий. Она одна. — Ань, а Эд там будет? — возвращает с мыслей меня Маша, и я поворачиваюсь к ней. — Да, будет. — Класс. Надеюсь мне с ним удастся пообщаться. — В прошлый раз ведь удалось, — улыбаюсь. — Да. Но он все равно как-то закрыт ко мне. — Значит нужно нежно, самую малость, маленькими шажочками, открывать. — говорю медленно, словно отдаю каждому слову свою нежность. — Ну я так понимаю, Крид там точно будет. Молчу. Но улыбка на лице уже во всю красуется на моих уголках губ. — Ой, прости, Егор. Забыла, — ухмыляется блондинка. — Будет. Такси подъехало к одному из заведений, указанных Эдом. Выхожу с машины, забирая клатч. На улице пасмурно, и кажется собирается дождь, но он никак не помешает моему настроению расцветать. Я не иду, я словно парю по ступенькам, чтобы вскоре увидеть его. Увидеть, обнять, заговорить. Во мне столько мыслей, и мне кажется я выгляжу сейчас самой счастливой. Так не хочется чтобы улыбка с моего лица стиралась. Так хочется ею делится с ним. — Нам сюда? — спрашивает Маша, показывая на бар. — Вроде бы да. — отвечаю неуверенно и открываю вотсап, вижу смс Эда: «Набери меня, как будешь возле входа.» Посылаю вызов, на что сразу же получаю сброс. — Так мы заходим? — Сейчас, секунду. Сквозь зеркальную дверь вижу брюнета, он лучисто направлен ко мне, дверь открывается и его объятия словно не видят никого вокруг, направляются ко мне. — Привет… — пытаюсь отнекиваться от через чур восприимчивого парня. — Привет! Я так рад тебя видеть! — улыбается, — О Машка тебе тоже привет! Наконец-то вы приехали! — Привет-привет, — не таким уже веселым тоном отвечает подруга. — Пойдёмте, уже заждались вас. Понимаю что с секунды на секунду увижу Егора. Сердце начинает биться сильнее, кажется оно выпрыгнет сначала с платья, а затем с груди. Но я уловимо тонко иду по паркету, следуя за Эдом. Заведение слишком шумное, вокруг люди, и множество света, который словно прожектор впивается во взгляды окружающих. Танцпол горит веселыми лицами, вокруг море алкоголя и приятная музыка. Эд что-то пытается говорить, но я его уже не слышу, вернее я вся во внимании встречи своего сердца. Мы проходим к вип-столикам, и первое, что я вижу, так это спину Егора, на меня сразу же кидает взгляд Стас, а за ним своё приветствие осуществляет Султан. Я иду прям к Егору, но он меня словно не видит, и когда я уже в нескольких сантиметров рядом с ним, его взгляд касается меня холодно, словно там на улице зима, а я без куртки. — Привет… — улыбаюсь ему, и хочу обнять, но Егор только кивает в ответ, и мне ничего не остаётся, как пройти и сесть напротив него. Маша садится возле Султана на круговом диване, затем проходит Эд, и я вмещаюсь возле него, садясь на край, отдаленно. Всё в голове резко перемешалось, и мой взгляд просто не может отвернутся от него, я смотрю в эти голубые океаны, и не вижу там себя. Я даже не вижу, что он смотрит на меня в ответ. Последний штрих удачи, это когда официант подносит огромную бутылку ликера со льдом и ставит всё это посередине стола, так что Егор становится слишком отдалённым от меня. Но разве я могла понять, что отдалённым его делает совсем не эта конструкция. — Девочки, по кампари? Или может негрони? — произносит Эд, и я поворачиваюсь к нему. Маша отвечает положительно. Я смотрю на Эда, и мне ничего не хочется. — А что с Егором? — С Егором? — Да, — повторяю, так как музыка с танцполе мешает разговору состоятся. — У него там какие-то дела свои, поэтому не в настроении. — По работе? — переспрашиваю. — Да, с Москвы. — Что-то серьёзное? — Нет, решаемо. Да ты не думай об этом, всё будет нормально. — подносит бокал кампари Эд. И я обхватываю его, все так же продолжая волноваться. Внутри словно что-то мешает сделать вдох. И это что-то тянет все мои эмоции вниз. Всё мое состояние расшатывается, как не устоявшаяся ваза. И я не знаю, что будет через секунду. Я вообще ничего не знаю. Делаю глоток. И мне становится слишком приторно во рту. Кусаю губу. Облизываю. Я словно наркоманка, которой нужна доза его внимания. Но его словно нет. Не здесь, ни где. Эд пытается говорить что-то сквозь громкие треки, Маша навёрстывает свой английский с Султаном. А Егор смотрит в одну сторону, и то не мою, словно меня здесь и нет совсем. — Ты такая красивая сегодня, — чувствую как шёпот брюнета проходит уже по ушной раковине и поднимаю глаза на Егора, в этот подлый момент он словно знал, что нужно обратить внимание на меня. — Спасибо. Отодвигаюсь, пытаясь показать, что меня ничего не связывает с Эдом. Но я же с ним сижу. Блин! Какая я дура! Почему я сижу здесь? Почему я не пытаюсь заговорить с ним? Хотя бы на секунду воплотить его внимание к себе. Узнать как он, что с ним происходит, что он делал сегодня, почему его глаза цвета атлантического океана совсем захолодели… — Потанцуем? — действует на меня голос брюнета отрезвляюще. — Нет, прости, — отвечаю без взаимности. И в этот момент, Маша словно перехватывает всё внимание на себя. — Давай я с тобой потанцую, — произносит подруга. И Эд неохотно, но отвечает взаимностью. Пропускаю их на танцпол, и понимаю, что это мой шанс поговорить с Егором. В этот момент Стас тоже покидает логово, и хоть мне совершено не важно, будет он сидеть рядом с ним или нет, но это существенно облегчает мое состояние. К сожалению не до того эффекта, что мне полностью легко. Подхожу к Егору, и он все равно на меня не смотрит. Не понимаю почему. Совсем не понимаю. Неужели сново дело в Эде? — Егор, у тебя всё хорошо? — первое что произносят мои губы. Блондин подымает на меня свой холодный взор, и от этого становится не по себе. — Да. — голос звучит отчетливо, уверено, даже не встревожено, а просто никак, словно ему абсолютно все равно. — Можно к тебе сесть? — пытаюсь достучаться до него. — Нет. Ощущаю дрожь по телу, словно меня облили холодной льдиной, окатили в ней до зацепенелых рук, и я не пошевелится, не уйти не могу. Но мне не устоять, делаю не увереный шаг к нему, и из-за шума, присаживаюсь на корточки, держась за стол, оказываясь слишком близко к его коленям. Блондин смотрит теперь на меня сверху вниз, его взгляд рассеянный, а желваки играют словно ему что-то не нравится. Но неужели он совсем от меня отдалился? — Егор, я правда не понимаю, что происходит. Я очень хотела тебя видеть. Если у тебя что-то случилось, то я пойму, выслушаю и помогу тебе. — пытаюсь легко достучаться до него. — Что-то произошло? Но Егор отнекивается, крутя головой и прижимая губы, его глубокие глаза смотрят на меня, и мне плакать хочется от того, что я не могу к нему достучаться, между нами каждую секунду образовывается стена не понимания. Меня охватывает дикий ком, и я пытаюсь дотронутся до него руками, ставлю ладонь ему на колено, и показываю свою открытую поддержку, но ему и она не нужна. — Ань, не надо. — легко поднимается блондин и ускальзывает прям перед мной. Всё происходит в секунду. Я сразу же поднимаюсь и не знаю, что мне делать, слова внутри перемешались, я вроде бы ошпаренная уже не льдом, а всеми правдами и не правдами, иду, бегу, лечу к нему. Но он меня не слышит. Пытаюсь придти в себя и делаю большой глоток кампари. Внутри всё горит, и мне кажется алкоголь здесь не при чем. Мои чувства горят, я сдерживаю себя с последних сил, и иду на поиски дамской комнаты, всё, что мне сейчас хочется, так это умыться и понять, почему он так ко мне. Сквозь стекло вижу, как Егор стоит на улице и потягивает сигарету. Не могу взять и переосилить ситуацию оставить всё как есть. Выхожу к нему. И вижу растерянность. Нет, он не ожидал меня здесь увидеть. Не ожидал что я так беспробудно буду бороться именно за его внимание. — Егор. Пожалуйста, давай поговорим. Я правда не понимаю, что происходит. Блондин докуривает и сбрасывает в урну окурок, его глаза такие тёмные, словно поменяли берега, и я сново тону в них, как и за секунду до. — А ничего не происходит. Ты кажется приехала к другому человеку. Подхожу ближе и мои зрачки бегают словно сбившиеся орбиты. О чем он говорит? Как он может так думать? — Я к тебе приехала. Какой другой человек? — говорю встревоженно. Егор словно за секунду становится нереально злым, его руки сжимаются, а вена на лбу открыто пульсирует, кажется он сейчас взорвется, и нас разделяет только одно признание, одно объятие, и одно дыхание. Но ничего из этого не подходит. — Егор, мне важен только ты. — хватаю его за плечи, показывая свою отдачу. Ноги становятся ватными, но я беру себя в руки, словно не будет больше шанса проявить свою любовь. Взять и открыться ему, показать, как мне важно быть рядом, и что он может довериться мне. Может? — Я так не хотел усомниться в тебе… — его желваки играли сильнее, а глаза бегали по моим в поисках ответа, — больше всего, мне хотелось понимать, что в этот раз я не ошибся… — Егор… — Помолчи, — говорит грубый голос, и я словно не узнаю человека, который был со мной всё это время. Слёзы накатываются, и я уже не могу себя сдерживать от переполняющихся эмоций, ком в горле прорывается от каждого его действия. — Со мной много раз играли, так же много раз играл я. Но я никогда (!), слышишь, никогда! — хватает он меня за плечи, — не разрешу становится ко мне ближе, только потому что я телик, а ты хочешь быть в нём. — эмоции вырывалась с него наружу, словно он копил их все время, и я не узнавала человека, который был так добр ко мне. — Сука! Я же тебе начинал верить… — произносятся его слова словно нож по рёбрам, и я смотрю на него, а всё расплывается. — Нет! Егор! Это не так! Но он уже ничего не слышит, блондин резко отталкивает меня от себя и уходит в неизвестном направлении. Моё тело меня не слушает, прижимаюсь к зеркальной поверхности и спускаюсь вниз, слёзы катятся по горячим щекам, а с ними и дождь, холодными каплями по обожженному телу, словно ждал момента, когда пойти. Я не чувствую силы, мне кажется их выжали каждым словом в мою сторону. Он говорил так четко, словно верил шаблонам тех девочек, которые с ним ради подписчиков в Инстаграм. Если бы я была «теликом» то никогда больше не включилась бы.