Искра Кибертрона

      — Эм… Хейрон, — защелкнув сцепление на голени, отложила инструмент, начиная медленно закипать. Второй день подряд моя спина зверски чешется от пронзительного взгляда новенького. Из-за него я не могу сосредоточиться! Бек и Октейн на вахте, Рэтчет здесь, но… Мне стыдно просить, да и как-то по детски жаловаться. — Как думаешь, сколько грунов потребуется, чтобы тот сталкер прогрузил действительность моего существования?       — Я бы поставил вопрос иначе, искорка. Сколько циклов?       — Ах, да… циклов. Не подумала… — спина вновь шлакова зачесалась. — Надоело!       Плюнув на все предосторожности, резко развернулась к фиолетово-желтому боту, сложила руки под грудью, и с недовольством спросила:       — Есть вопросы — задавай. Нет, тогда отруби свою оптику и не мешай работать. Если два первых варианта не устраивают, выход на тридцать два градуса! Никто не держит!       Резко? С некоторыми по-другому никак. Тем более с десами.       — Извини.       — Еще поговори мне… — резко оборвав заранее приготовленную гневную реплику, выпучила глаза на это недоразумение. И не зря же так его называю «недоразумение». — Что? Извини?       — Эм… — мой вопрос поставил бота в тупик.       — Искорка, ты его совсем дезориентируешь, — усмехнулся Хейрон. — Импактор. Твое любопытство доставляет неудобство. Откинь гордость и задай вопрос, искорка ответит.       Ага… Значит пялится, потому что любопытно, а гордость деса и героя первой и второй кибертронской войны, не позволяет снизойти до маленького существа. Обидно, шлак!       — Дезориентирую, как же, — фыркнула, возвращаясь к работе. Ноги старого деса важнее, чем нерешительный бот. — Уверена, Рэтчет кратко изложил базовую информацию обо мне.       — Да, — соизволили ответить позади. — «Она белковое существо, чей корабль разбился на Кибертроне. Тронешь, из любой вселенной достану».       Твою ж…       — Рэтчет!       — Не сейчас, — отозвался док с другого конца театра.       — Да ты ему ничего толком не рассказал! — проигнорировала его, тяжело вздохнув. Впрочем, в этом весь доктор.       — Потом, Аврора. Хотя… — на миг оторвавшись от лечения одного из ботов, спросил: — В чем может быть сбой оффлайна?       — В смысле, сбой? — нахмурилась, изучая безрукого бота, никак не реагирующего на происходящее в целом. Оптика горит, значит, он функционирует. Этот вроде у нас две недели тут. — Так введи его в стазис. Или подожди… — прищурившись, напрягла процессник. — Отклик систем есть?       — Да. Проверял через сканер.       — Да шлаковы провода! — от злости притопнула на этих железяк. — Он же застрял между оффлайном и онлайном. Системы заблокировали систему стазиса, и он завис между двумя состояниями. Видно перегруз всего корпуса получил, — предположила я, замечая мимолетную улыбку Рэтчета. Вот же поганец, проверяет меня. — Долбани его током и себя за одно, — развернулась, вспоминая на чем мы прервались.       Два бывших деса смотрели на меня… Да как на отшибленного спарка!       — Что?       — И все же, так схожи… — пробормотал Хейрон.       — Ты точно не бэта Рэтчета?       Еще один! Где их логика закопалась?       — Смешно… Импактор, правильно? — кивнул, значит контакт есть. — Послушай, мы тут лечим, а не калечим. Это первое правило. Если что-то не устраивает и ты разведчик…       — Нет! Я воин и никогда исподтишка не нападаю. Док спас меня, и теперь я обязан ему искрой.       Хм, это даже лучше. В отличие от прошлого Октейна, этот у нас любит честный бой. По крайней мере, надеюсь на это.       — Что ж… — присев на край платформы, легко улыбнулась, как при новом знакомстве. — Мое имя Аврора. Я с планеты под названием Земля. И да… мою расу называй, пожалуйста, людьми или человеческая раса, а то некоторые умудряются белковыми звать. Я же не называю вас «железяки» или «шлаковы переростки».       — Аврора, — опять этот осуждающий голос дока с другого конца зала.       — Ты еще не долбанул током? Не? Тогда вперед! На чем я… А, в общем, давайте уважать традиции друг друга и все будет просто чудесно.       — Но как ты здесь оказалась?       — У нас была экспедиция на другую планету, — не стала вдаваться в подробности, — и наш корабль угодил в черную дыру. А дальше все как-то смутно. Я очнулась уже на вашей планете. Корабль полуразрушен. Члены экипажа… Они, — тяжело вздохнула, отведя взгляд, — погибли. А потом, я встретила Рэтчета. Ну и как-то… так. Помогаю теперь ему лечить твоих собратьев.       — Но почему не улететь?       — Ха, — горько усмехнулась боту, — когда нет координат планеты — это бессмысленно. Да, возможно, корабль у вас бы нашелся, но смысл искать одну планету среди миллиона планет и других вселенных. К сожалению, у меня нет столько времени на поиски и возвращение домой.       — Значит ты…       — Молчи, Импактор, — подал голос Хейрон. — Искорка, не стоит терять надежды.       — Согласна, — хлопнула в ладоши, подскакивая на ноги. — Хватит терять время, будем ставить тебя на ноги.       Работа отвлекала. Отвлекала от обратного отсчета дней моей смерти. От сожалеющих взглядов. От тихого скрипа денопластов дока. От боли в груди.

***

      Импактор оказался довольно умным ботом. Сдержанным, интересным, порой жестоким во взгляде на некоторые вещи, но все же… приятным ботом. С Хейроном они нашли язык довольно быстро, а вот к Октейну бот явно испытывал неприязнь. Остальные пациенты лишь недоверчиво косились, но ничего лишнего не болтали.       Почти все свободное время я проводила с ногами Хейрона, лишь пару раз уходила на корабль освежиться, переодеться и взять еду. Ночевать оставалась в единственном отсеке с Рэтчетом. Завертывалась в изотелик на его платформе и спала. В итоге пары ночевок, отличных и сладких, мне пришлось принять предложение дока о переезде в его отсек. Просыпаться теперь было не страшно, а приятно, зная, что за стеной меня ждут пациенты.       — Так… — волнение в голосе не укрылось от других.       — Расслабся.       — Не могу, — сказала доку, перепрыгивая на соседнею платформу к Импактору. Именно сегодня я закончила собирать ноги Хейрона. Пока без брони, но если все получится… Праймус, прошу! — Хейрон, подключайся.       Пальцы заледенели. Хейрон тяжело провентилировал, видно настраивает системы. Новые ноги — это считаете новое тело, к которому необходимо привыкнуть. Но и не только… Самое сложное в сборке новых частей трансформеров с нуля — это подбор деталей под их трансформацию. Тут нельзя все наобум делать. Но, как же потрясно, что в каждом боте вложена схема его изначального строения. Именно она помогла собрать те же ноги, какие были у Хейрона.       — Подключение успешно, — отчитался он, после чего свесил новенькие сервоприводы с платформы. Он нерешительно смотрел на пол, опираясь и придерживая себя единственным манипулятором. Сжав кулаки, в нетерпении прикусила губу. Давай же, все получится!       Медленно и осторожно Хейрон встал. Пошатнулся. Рэтчет внимательно наблюдал, готовый в любой момент поймать корпус бота.       Шаг. Едва не завалился на левый бок, но вовремя выровнялся. Второй шаг. Третий. Останавливается и полу оборачивается корпусом. В голове рождается миллион вопросов. Ошибка? Я просчиталась? Заклин?       — Спасибо, — по телу разливается тепло. — Спасибо, искорка. Я твой должник.       — Не говори глупости, — улыбаюсь, махая рукой. — В моих действиях нет корысти. Просто пообещай беречь свой корпус, а то боюсь, ревнивый доктор больше шанса не предоставит тебя чинить.       — Очень смешно, Аврора, — хмыкнул Рэтчет, усаживая бота обратно. — Необходимо поправить гидравлику и…       — Да просто скажи мне это, Рэтчет!       — Чт… Праймус, ты невыносима, — сдался бот, под испепеляющим взглядом, ожидавшим лишь одного. — Молодец.       — Как же скупо, док, — усмехнулись позади нас. Это Октейн и Бек вернулись с патрулирования.       — Разве вы не должны стоять на вахте?       — Пришли сообщить, у нас гости, — я вздрогнула, вся радость за Хейрона испарилась вмиг. Боясь услышать о том, что сюда идут десептиконы, я напряглась, но успокоилась, услышав: — Автоботы. Ронг снаружи следит. Что будем делать?       — Хм… — Рэтчет нахмурился. — Я встречу их. А вы не смейте подвергать опасности остальных! — угрожающе произнес док. — Аврора.       — Я не уйду.       — Аврора.       — Рэтчет, ты знаешь, я не оставлю тебя одного. Помнишь недавний наш разговор? — улыбаюсь, наблюдая улыбку дока. Такую редкую, такую красивую.       — Хорошо, — соглашается он. — Только спрячься.       — Пс… — Бек обращается к десам за нашими спинами. — У меня оптика сбилась или док сейчас улыбнулся?

***

      Пять ботов осторожно зашли в здание театра. Две фемки и три меха.       — Это… был театр? Я и забыла, что на Кибертроне ценили искусство и музыку, — осматриваясь, сказала Элита-1.       — За такой Кибертрон мы и боремся.       — Так ли это, Прайм? — из тени коридора вышел Рэтчет. Я уже говорила, что он крут? — Того Кибертрона давно нет… из-за тебя, Прайм.       Воу… Слишком крут, судя перед кем он стоит и кого в этом обвиняет.       — Э… Привет, Рэтчет.       Сквозь небольшую щель в потолке мне было не видно кто это сказал, но тот бот явно знаком с доком.       — Я же говорил сюда никого не водить.       — Я попросил Уилджека привести нас, — перевел гнев дока на себя красно-синий бот. — Я надеюсь закончить эту войну.       — Не сомневаюсь, — ох, сарказм дока как всегда потрясен! — Чего вы хотите?       — Нам нужна помощь. Мне необходимо починить кое-что очень большое.       Кое-что большое? О чем это они?       — Я этим больше не занимаюсь.       — Постой, — я впервые слышу голос фемки. Он мягче вокалайзеров мехов. Интересно, как она выглядит. — Но ты был инженером. Твои изобретения, твои изделия, твое оружие стали легендой.       — Ну, я с этим покончил. Если кого-то надо полечить, подремонтировать — оставайтесь. Нет — уходите.       Отпрянув от маленькой лазейки, побежала в сторону балконов, с которых был виден отлично весь зал театра.       Первым появился док, сразу направившись к одному из пациентов. Как всегда — дела не ждут, даже если у вас на пороге автоботы.       Пригнувшись, высунув полголовы, я замерла.       Несомненно, красно-синий бот был величественным. Вокруг него витала аура спокойствия и рассудительности. Этот мех не станет нападать на нас. За ним следом вошли две фемки. Красная с двумя антеннами на голове выглядела… вроде женственно, но черты вояки в ее ауре и движениях проскальзывали. А вот вторая фемка была очень красивой, а ее движения плавными и спокойными, как и цвет ее голубого корпуса. Напоследок, настороженно и осматриваясь, зашли два меха, намного меньше роста дока и остальных присутствующих десов.       — Это прекрасно, Рэтчет, — едва не пропустила слова красно-синего бота. Посильнее высунув голову с края балкона, прислушалась.       — Мне не нужна твоя похвала. — О, да! Так ему, док! — Я понял, что от моих прежних изобретений становилось хуже.       О чем это он? Минутку, ранее они назвали дока известным изобретателем, значит он создавал… О, Праймус!       — Я уважаю твое решение лечить, а не уничтожать. Но… от нас зависит судьба всех, кто живет на Кибертроне.       — Я забросил старое ремесло! — голос дока выдает огромное раздражение. Он на грани. — Не проси меня вернуться к той жизни.       — Это, — мех поменьше выступил вперед, совершая большую ошибку, — не то, что ты думаешь.       Рэтчет не выдерживает. Он не любит повторять дважды и менять свое решение, не имея резких доводов. Док достает свою небольшую, единственную пушку, и угрожающе говорит:       — Уходите! Сейчас же!       — У нас нет на это времени!       Сердце бешено бьется, чуя, сейчас что-то произойдет. И правда. Не прошло и двух секунд, как из-за Прайма выскакивает бело-синий мех, нацеливая свою пушку, расположенную на правом плече, на дока. Пальцы сжимают попавшийся камень под рукой, готовясь запульнуть в этого идиота, посмевшего угрожать Рэтчету. Не успев замахнуться, как на меха кидается Импактор, сбивая того с ног. Две фемки молниеносно хватают деса под руки, останавливая его. И похоже одна из фемок знала нашего друга.       — Импактор? Ты лечишь десептиконов?       — Я лечу всех, кто в этом нуждается, — недовольно говорит Рэтчет.       — Ты понимаешь, что они с нами делают? — а вот это претензия, как красный флаг для десептиконов, дубина! Первое правило перемирия — не упоминать о прошлом. Второе, напомнил — заткнись! Если второе правило не помогло — пожирай плоды.       — Автоботы! Чертовы снобы! — закипает Импактор, отталкивая фемок от себя. — Вы понимаете, что вы с нами делали тысячу лет? — мелкий мех, хотел было возразить, но не находит слова. — Конечно, нет. Вам не до того, вы сосете энергон за своими золочеными стенами, избалованные…       — Ты понятия не имеешь, кто я!       На эти слова дес улыбается. Конечно, он понятия не имеет, но что этот автобот знает про него?       — Я был обречен пахать в шахтах, извлекая энергон, пока не умру или не деактивируюсь, чтобы вы могли порхать по жизни.       Проще говоря, шахтеры на Кибертроне были рабами. Неудивительно откуда в них столько злобы и ненависти.       — Хватит! — повышает голос красно-синий мех.       — Не приказывай мне, Прайм! Ты не сидел по уши в грязи, как я и Мегатрон.       — Прайм прав. Хватит, — останавливает этот бессмысленный спор Рэтчет. — Не для этого я тебя латал, чтобы ты сорвал себе клапан. А ты, — обращается к Прайму, — и твои боты беспокоите моих пациентов. Предлагаю вам уйти.       Прайм оглядывается, замечая, как наши пациенты встали с платформ, придерживая друг друга. А я заметила и то, как многие держат оружие наготове. Вон Октейн прячется в тени одной из колонн, а Бен, скрестив руки, подпирает стену возле северного выхода.       — Прошу прощения. Автоботы, мы уходим.       Ух ты! Я уже уважаю этого меха. Не каждый готов сдаться и просто уйти, не получив желаемого.       — Рэтчет, — обращается к доку другой мех поменьше, похоже тот самый, который знал его раньше, — прежде чем мы уйдем, можешь его выслушать?       Это идея мне не нравиться. Не боясь разоблачения, я сажусь на край выступа, так как остальные автоботы скрылись в стороне выхода. Док замечает меня, но виду не подает. Я же осуждающе смотрю на автобота. Разве им уже не отказали? Упорные…       — Хорошо.       Что?! Но… Но… О, Праймус! Рэтчет, о чем же ты думаешь?

***

      — Малышка, не беспокойся.       Наворачивая пятый круг по отсеку дока, я не могла не беспокоиться! Убежав незаметно сюда, прихватив с собой Октейна, я выливала на него свое негодование.       — Он пойдет. Он оставит нас здесь и уйдет, и…       — Твоя система перегружена. Расслабься.       — Октейн! Ты прекрасно осознаешь, что может случиться, если Рэтчет пойдет с ними!       — Тебе страшно.       Остановившись, обхватила себя руками, почувствовав мелкую дрожь. Октейн прав. Мне страшно. Страшно потерять защиту и друга.       — Что мне делать?       — Доверять ему.       Подняв взгляд, удивлённо посмотрела на серьёзный фейс бывшего деса.       — Что? — усмехнулся бот. — Удивлена, что я говорю о таких вещах?       — Нет. Почему я должна сомневаться? Просто… Ты вновь прав.       — Малышка, — он присел на колено, мягко улыбнувшись. Не знала, что Октейн так умеет. Пальцем правого манипулятора он притронулся к моему лицу, как будто смахивая слезы. Нет… Это взаправду были соленые слезы. Я плакала. — Омыватель потек.       Усмехаюсь, и страх ненадолго отходит на задний план.       — Не омыватель, дурень. У нас это слезами называется.       — Ах-ха-ха, вот это наша малышка! Не бойся, док сильнее, чем кажется. Лучше дождись и расспроси чего хотят от него автоботы.       Октейн хотел было уйти, но я схватила руками за его манипулятор, не давая оставить меня одну.       — Эй… Помнишь о приглашении на сеанс беседы?       — Но док скоро вернётся.       — Боишься?       Он вентилирует, пытаясь скрыть улыбку. Октейн хоть и пытается сторониться всех, но я же вижу, даже десептикону бывает одиноко.       — Что ж, — бот присел на пол, чем я воспользовалась и залезла на его ноги, — давай свою беседу.       — А ты не церемонишься, — подметила, улыбнувшись. — С чего бы начать… О, точно! Расскажи мне про свою семью.       — Семью?       — У тебя же были дани и опи? — неуверенно спросила.       — Нет. Я был создан в Центре Искрения, в Каоне. Док рассказывал о способах зарождения наших искр?       — Да, — кивнула, припоминая этот разговор. — Многие зарождаются в Центрах Искрения, а меньшее количество у трансформеров, решивших создать некий союз. Он не углублялся в эту тематику. Но… сейчас же все центры уничтожены?       — Уже пару миллионов циклов, малышка. Кто-то пытался еще в начале войны сохранить спарков, но в те времена шли ужасающие бомбардировки и…       — Мне жаль, — искренни сказала я, не представляя боль утраты.       — Знаешь почему ты «искорка»?       — Ха! Уже сто раз Хейрон мне разъяснял. Потому что маленькая?       — Хм, — красные окуляры хитро сверкнули. — Нет, малышка. Все просто… Ты — живая. Своими рассказами, эмоциями, ты заставляешь ботов вернутся в мирное время и напоминаешь нам о маленьких бэтах, готовых изучать и познавать мир.       — Мне только в радость напоминать вам о обыкновенных заботах! — тепло улыбнулась. — Слушай, а кем ты был до войны?       — Доставщиком энергона в Иакон. Работа не тяжелая, только вот в Иаконе ботов из Каона презирали.       — Полагаю, ничем хорошим это не заканчивалась?       — Кроме штрафов и презрений, малышка, ничем. Я был сдержанным и терпеливым, но те, кто не выдерживал оскорблений, пытались напасть, тем не везло. Отправляли прямиком на шахты.       — Ты устал? От войны?       — Устал от незнания, за что мы боремся. А ты как думаешь, за что сражаются десептиконы и автоботы?       Сложный вопрос. Но я не раз рассуждала об этом, и пришла лишь к одному выводу.       — Автоботы и десептиконы уже не сражаются за что-то определенное. Они просто боятся и ненавидят друг друга.       — Что? — на фейсе бота отобразилось непонимание. — Не могу правильно проанализировать.       — Вы…       — Аврора?       В отсек внезапно зашел Рэтчет. Октейн моментально встал, осторожно спустив меня со своих сервоприводов.       — Рэтчет, — все беспокойство вырвалось наружу.       — Я уйду, — сказал дес, но…       — Останься, Октейн, надо поговорить.       — Ты уходишь? С ними? — не знаю зачем спрашивала, уже было все решено. Взгляд Рэтчета говорил за него.       — Все что ты услышала тогда была правда, Аврора. Десептиконы разыскивают Великую Искру.       — Если они найдут, то… — обеспокоенно прищурился Октейн. — Что придумали автоботы?       — Увезти искру с планеты через космомост.       — Что?! — воскликнули мы.       — Подождите, разве искра не питает жизнью Кибертрон? Если они увезут ее, то планета погибнет окончательно!       — Согласен с малышкой. Это безумство, док.       — Но если искра попадет в руки Мегатрона, наши жизни обречены! Я и Импактор пойду с ними для починки космомоста.       — Но Рэтчет!       — Аврора, ты останешься за главную, — он как будто не слышит меня! — А ты, Октейн, и другие, присмотрите за театром.       — Рэтчет!!! — выйдя из себя, воскликнула я. Я все знаю. И то, из-за чего он так себя ведет. И то, почему сейчас отводит взгляд. — Посмотри на меня и послушай ты наконец-то! Нельзя увозить искру с Кибертрона! Если вы слепы и глухи, то я слышу и вижу ясно все последствия. Планета держится из последних сил. Вы все на краю пропасти, и если искра исчезнет — свою планету вы рискуете потерять навсегда! Я… я… не прошу взять меня с собой, Рэтчет. Чини им мост, пусть улетают куда желают, но искру… Нет, нельзя её увозить!       — Док, малышка пра…       — Выйди, — резко прервал деса док. Октейн посмотрел на меня. Пришлось кивнуть, прося оставить нас наедине.       Дверь закрылась, погружая отсек в тишину. Док долго не мог произнести и слова. Поэтому… начала я.       — Не уходи.       — Это мой долг, как кибертронца, Аврора.       — А что тебе говорит дружба?       Мы оба тяжело вздыхаем.       — Прости, — извиняюсь за сказанное. Нельзя разрывать его между моим эгоизмом и долгом перед своей расой.       — Не стоит. Мне тяжело дается это решение. Аврора, пойми, я не собираюсь оставлять своих пациентов… и тебя. Но я обязан помочь. Сделать это ради вашей безопасности. И… Подожди минутку.       Он отошел к рабочему столу что-то пытаясь отыскать средь горы железяк. Спустя двадцать наносекунд вернулся протянув мне правый манипулятор, на котором лежала небольшая, тоненькая полоска темного кибертронского железа.       — Что это? — осторожно взяла в руки и, не успев рассмотреть, металл как-нибудь ожил и обвил мое запястье став браслетом.       — Нанотрансформий. Я запрограммировал его на тебя. Проведешь по ободку, — провела и дернулась от испуга. Браслет трансформировался в небольшую пушку. — Надеюсь, он тебе не пригодиться.       Сглотнув, провела пальцем по стволу, и она вновь трансформировалась в браслет. Опасная вещь. Я, как врач, всегда против оружия, но идёт война.       — Видно инженером ты был легендарным. Почему не рассказывал?       — Когда твои творения применяют для разрушения, гордости за такое не прибавляется. Прости, но автоботы ждут, мне нужно идти.       — Я…       — Аврора, — док осторожно провел манипулятором по моим волосам, — ты справишься.       — Если да, то обещай вернуться.       — Обещаю.       Продолжение следует…