Искра Кибертрона

      Испуг маленьким истеричным комком бился в моей груди, пытаясь вырваться наружу и убежать от удушающего страха. Под прицелом пушек, шума от генератора, в удушающей тесноте и под недоверчивыми взглядами, руки, исцарапанные об острые срезы металла, спасали тринадцатый по счету корпус.       Мои выводы были верны. И я не жалею, что поступила именно так. После отбытия Мегатрона не прошло и одного груна, как этот сектор обесточили. Крики ботов в тот момент не сравнятся ни с одним ужастиком в моем мире.       Да как он мог?! Со своими ботами поступить так мерзко и… и… ударить ножом в спину! Бесчестно. Отвратительно. Паскудно!       Хуже в тот момент было Импактору. Он не смог поверить в случившееся. Отрицал реальность. Все системы бывшего десептикона взбунтовались, и меха едва удалось остановить от глупости ворваться на базу десов и выпотрошить все запчасти с Мегатрона, чтобы тот признал свою невиновность, свою непричастность.       Октейну пришлось применить силу, останавливая деса от большой ошибки. Они сцепились, как собаки, готовые разгрызть друг другу глотки. Импактор неосознанно провоцировал Октейна, задевая прошлое меха, а тот велся на провокации, как ребенок.       Все решил выстрел. Мой выстрел.       Из глаз текли слезы, страх сковал все тело, слова уже не помогали. Активировав браслет Рэтчета, я впервые сделала выстрел, прямо между мехами. Это… это было так аморально для меня: направить оружие на своих. Тошно от самой себя!       Замершим мехам я сказала лишь одно слово.       «Хватит».       Больше ни одного взгляда на них не кинула, а ушла внутрь, к тем, кому требовалась реальная помощь.       Троих ботов я потеряла в первый звездный цикл. Ту ночь я проревела сидя в углу южного коридора, измазанная испорченным маслом, энергоном и грязью. Было так холодно, страшно и одиноко. Я так скучала по Рэтчету, по его мягкому вокалайзеру в любой момент готового поддержать и успокоить. Утром я обнаружила себя укрытой изолетиком, а рядом маленький, сделанный из железа, цветочек. Понять от кого подарок было невозможно. Первая мысль пала на Октейна и Импактора, но почему-то представить мехов делающими такую маленькую, изящную вещь, было невозможно. Решив не мучить себя этим вопросом, я отправилась к пациентам. Ужас прошедшего дня не отпускал комок застрявший в груди, но утром меня встретил Октейн с опущенной головой, стоя на одном колене, прося прощения. Прижавшись и обхватив манипулятор руками, я уткнулась лицом в железо, обдавая его облегченным вздохом.       «Идиот. Тупица. Железяка недоделанная»— слова прощения так и лились рекой без остановки. С этим выдохом с души свалился тяжелый камень.       —Аврора… — все взоры обратились ко мне, когда я зашла по их понятию в лазарет, чем помещение на самом деле не являлось. Импактор тем временем проделал все тоже самое, что Октейн пару минут назад. Было стыдно и неловко перед всеми этими работниками завода, десептиконами, совершенно дезориентированными событиями. — Прости за случившееся.       — Не стоит… Ведь я тоже была вне себя от злости и ярости. Бросить всех, — обвела взглядом ботов, едва сумевших пережить эту ночь, — это непростительно. Но… Не передо мной тебе стоит извиняться, — мех дернулся и отвел оптику, понимая о чем я. — Импактор, знаю, это трудно, но Октейн спас тебя от безрассудного поступка. Ты же причинил ему боль в тысячу раз сильнее. Знаешь, почему меня не волнует ваше прошлое? Твое или Хейрона. Да ладно, не удивляйся, — хмыкнула, заметив удивленный взгляд Импактора, после чего вздохнула. Как же тяжко. — Я знаю причину вашей неприязни, ведь ты не первый десептикон, желающий избавиться от Октейна. Я лишь хочу сказать, объяснить… Поверь, ваше прошлое сейчас не имеет значения. Прошлое, за которое вы цепляйтесь… Перестаньте уже. Хватит. Вы живете в настоящем. В настоящем, где вашей расе необходимо спасать планету. Где каждая искра на счету. В настоящем, где необходимо объединиться. Забудьте о войне, ведь причины продолжать это безумие уже не существует. Вы все находитесь в настоящем, поэтому… Импактор, здесь и сейчас, каждому нужны друзья: мне, тебе или Октейну. Может уже хватит ненависти? Вы сами-то не устали от этого?       Говоря это, я не преследовала определенной цели, просто сказала то, о чем думала на самом деле, лишь надеясь, что мои слова помогут задуматься над происходящим.       Обходя по периметру цех, я открыла все двери, ведущие на улицу, впуская свежесть в помещения, чтобы запах гари на толику уменьшился, облегчая восприятия системами запахов ботам. Двадцать три бота. Пока еще двадцать три живых ботов. Тех троих… кого мне не удалось спасти… Праймус… Их корпуса заржавели настолько сильно, что хватит одного удара и металл рассыпется на кусочки. Многим пришлось ампутировать серво и манипуляторы. Как… Сжимая с силой кулаки, я спрашивала себя: как они довели себя до такого состояния?!       — Черт! Почему меня это так сильно волнует?       Для кибертронцев я всего лишь вспышка в их долгом цикле жизни. Почему я продолжаю спасать искры, вместо того, чтобы прожить остатки времени в спокойствии? Почему я чувствую боль планеты и её жителей, переживая, как собственную столь ярко и отчетливо? Это сводит меня с ума.       «Аврора, ты вновь вышла за приделы корпуса?»— внезапно раздался голос Октейна в коммуне.       Оглядевшись, я обнаружила себя на улице. И впрямь вышла.       «Не отвечай малышка. Тебе плохо — я вижу. Зря мы взяли тебя с собой. Прости…».       Октейн… Слезы с новой силой нахлынули. Им не за что извиняться. Это я слабое, хрупкое существо, неподготовленное к таким зрелищам. Одна… без защиты.

***

      «Прости».       Он извинялся за то, что Авроре пришлось окунуться с головой в эту войну. Маленькая, хрупкая детка. Их раса не знала до сели такой слабости, такой, как Аврора. Он не ведал и не умел защищать таких существ. Да и смог ли?       Ночью малышка шептала сквозь беспокойный офлайн лишь одно имя.       «Рэтчет».       Искра в тот момент болезненно сжалась, но где-то глубже Октейн обрадовался, ведь такой, как он, не запал в сердце малышки настолько сильно и глубоко, как это сделал док.       Между этими двумя были особенные отношения. Бывало долгими циклами мех наблюдал за движениями, словами и взаимодействием между Рэтчетом и Авророй. Порой один из них мог закончить мысль другого. Но самое смешное, что они не замечали эту редкую особенность между собой.       В тот момент он поспешил укрыть малышку найденным изолетиком и оставить, не смея тревожить столь личный сон. В ту ночь Октейн так и не смог подавить чувство вины перед малышкой, постоянно вспоминая и окунаясь в свое темное прошлое.       — Послушай, — о нет, начинается. Как он устал от этого навязчивого меха, а ведь новый цикл только взял свое начало. — Как бы мне не хотелось вырвать твою искру…       — Хм, скажи что-то новое, — хмыкнул мех Импактору и развернулся, собираясь уйти немного расслабить свои системы.       — Извини за тот случай.       «Наверное аудиосенсоры шалят», — подумал Октейн. — «Впрочем, нет, но стоит удостовериться».       — Повтори.       — Ты гадкий, хитрый, шлаков бот, — прошипел Импактор, прищурив свои красные окуляры. — Ты сейчас свое самолюбие потешить захотел, Октейн?       — Да, — не стал скрывать он, впрочем, а зачем? — Тебя это напрягает? Без подсказок Авроры смог бы твой процессник пойти на такой шаг? К квинтессам мне нужны твои извинения, Импактор!       — Тандеркрекеру ты сказал тоже самое в день своего предательства? — не удержавшись, припомнил ему о прошлом. — Аврора твой шанс оправдаться? Исправить ошибки? Или личное самоуспокоение? А, Октейн? Что ты выбрал для себя?       — Ты…!       — Простите, — прервал разгорячившихся мехов бот. На половину меньше Импактора и Октейна, бот нерешительно смотрел на двух довольно известных в кругах десептиконах сильных мехов. Чудо, что они оказались здесь, рядом с их неприметным заводом в столь трудное время. — Господин Импактор, позвольте узнать, а органическое маленькое существо еще с вами?       — В чем дело?       — Моему… В лазарете нужна помощь… Я подумал…       — Надо же, они еще думать умеют. Не смотрите на меня так, — ухмыльнулся сикер. — Если бы не Аврора, живых искр здесь не осталось бы. Я найду её.

***

      Песок щекотал ноги. Было приятно сжимать его пальцами, пытаясь поймать песок в свои цепи, но он ловко сбегал, рассыпаясь по сторонам.       Выплакав наружу внутреннее напряжение через соленые слезы, приятная пустота и легкость образовалась в груди. Надо бы собрать нюни. Там… помочь ботом… К шлаку, устала! Еще пять минуточек, а потом хоть в ботовский ад, хоть в человеческий.       Плюхнувшись на песок, с огромным удовольствием прикрыла глаза и, кажется, задремала, пока не почувствовала легкие касания мокрого языка по моим ногам.       Соображала спросонья вяло и нехотя, поэтому не торопилась отогнать вредного кота дедушки, Ньютона. Этот рыжий, отлюбленный, из-за чего столь полный кот, частенько любил своим шершавым языком слюнявить мои ноги. Фу… Не язык, а наждачка.       — Брысь, брысь…       — Р-р-р, — проурчали в ответ, атаковав не щадя мое бедное лицо.       — Пф… Тьфу, Ньютон, хватит! — не выдержав наглого кота, руками попыталась отодвинуть морду, но вместо мягкой шерсти, ладони легли на железо.       О-оу… Это точно не Ньютон… А вот кто дурочка? Я! Кто забыл где находится?       Резко распахнув глаза, сглатываю комок в горле, не отрываясь глядя в красные окуляры… Стоп! Они кажутся такими знакомыми. Эта мордочка, нос, глосса…       — Рэ… Рэведж?       — Ур-р!       — Еп… тимус Прайм! — молниеносно вскочив на ноги, осмотрелась вокруг. Вроде никого. Кошка ластилась без остановки к рукам, потираясь мордочкой о мой живот, из-за чего я едва удерживала равновесие. — Ты что здесь делаешь? Кыш — кыш! — слова не подействовали, и она уткнулась носом в меня сильнее. — Если тебя увидят, нам несдобровать. Знаю, ты благодарна за спасение…       — Ур-р-р, — заурчала и внезапно потянула меня за рукав в сторону северного цеха. Настойчиво, не позволяя вырваться. Минуточку, разве с ней не должен быть, ну, тот ворон? Или ему необходима помощь?!       Оглянувшись на оставленные возле входа ботинки, подумала, что ничего же страшного не случится, если я отлучусь ненадолго? Коммуникатор при мне, нечего бояться.       — Так… — зайдя следом за ней в северный цех, стала искать взглядом ворона, — Лазербик где-то здесь? Милая, — неосознанно глажу Рэведж по металлическим пластинам возле глотки. Это успокаивает, как и мурчащий моторчик, — как же вы здесь оказались?       Резко затормаживаю. Сердце камнем бухается вниз, а вопрос повтором звучит в голове. «Вы»? Воспоминания того дня всплывают кусками. Вот я убегаю, прячась вовремя за зданием. Слышу приближающиеся шаги к завалу, где находятся животные. Они не беспризорные… У них же есть хозяин!       Боковым зрением замечаю что-то возле сломанной панели управления неизвестного мне механизма. Комок страха подкатывает к горлу. Я хватаюсь за браслет и мгновенно поворачиваюсь, готовясь защищаться, но замираю, с выдохом опираясь на продолжающуюся урчать кошку. Это всего лишь кибертронское радио. Человеческое сердце скоро с ума сойдет от бешеных скачков напряжения.       Хм… Приближаюсь к такому знакомому темно-синему корпусу. Провожу по панели с кнопками. Странно. Точно такой же я видела при встречи с Френзи.       —Хозяин.       Поворачиваюсь и хмурюсь, замечая появившегося из ниоткуда и удобно устроившегося на корпусе Рэведж Лазербика. Какого?! С ним же все в порядке!       Спину обдает несильное дуновение. Звуки трансформации я никогда ни с чем не спутаю.       Меня поймали.       Кидаюсь резко в сторону к паутине из ржавых труб, молясь скрыться за ними и вызвать помощь, но не более пяти шагов успеваю сделать, как меня резко дергают за руку, больно сжимая запястье. Я падаю на колени, пытаясь вырвать из захвата руку, но понимаю, что меня держит манипулятор с человеческий размер руки.       «Это невозможно!».       Увидев черно-красный корпус маленького бота, кусочки пазлов собрались воедино. Не отрывая взгляда от красного визора, я не могла поверить: та случайная встреча, не была случайностью! Поведение меха в тот день обрело черты смысла. Стало от чего-то до жути обидно.       — Френзи… так ты…       Он знал кто я. И просто выполнял приказ. Какой? Для чего? А самое главное, чей?       Тот самый темно-синий корпус, к которому ничего не подозревая, я прикасалась: знакомая желтая рамка со стеклом, белые кнопки, динамики. То радио не было простым и обычным. Нет… совершенно нет.       Десептикон. Непривычный и странный. Его фейс закрывала маска, а жёлтого цвета визор пугающе ярко светил в полутьме этого цеха. Большой, выше Рэтчета. На правом плече виднелась пушка, пугающая меня больше, чем бездвижно стоящий мех.       Пугало его бездействие. Тишина вокруг. Помощь Френзи, который поднял обездвиженную инстинктами меня.       Пугала ситуация. Ее нелогичность и цель возникновения.       — *Пип* — просигналил что-то Френзи, но ни я, ни мех не шелохнулись. Мой взор никак не мог оторваться от жёлтого визора. Не было ни одной возможности прочитать эмоции на фейсе полностью закрытым маской. Мысли в голове как будто растворились в мгновение наших переглядок, как и чувство угрозы. Лишь неизвестность грядущего поселилась внутри, ожидая действий со стороны.       Одно я могла сказать с твёрдой уверенностью. Передо мной необычный трансформер. Незримо чем-то, только ему известным, он цеплял. И дело тут не его в корпусе, достаточно обычном корпусе, тут было что-то иное.       Внезапно я разозлилась. Сильно разозлилась и сделала шажок вперед от воспоминаний того цикла. Этот трансформер следил, наблюдал за мной, анализировал!!! Потом, секундой позже, я сделала из-за накрывшей с головой паники два шага назад. Он убьёт меня? Будет исследовать, как лабораторную крысу? Что? Ну что же, почему молчит и мучает, истязая меня страхом грядущего?!       Отдаляющиеся шаги вывели меня из состояния озноба и ступора, заставляя удивленно распахнуть веки и, приоткрыв рот, непонимающе наблюдать, как мех уходит.       Что?!       — П… по… Постой! — вырвалось из моей груди.       Остановился. Полуобернулся, ожидая… Собственно, чего? Зачем ты его остановила, Аврора? Зачем вообще меня привели сюда?!       Оглянувшись, я обвела взглядом всех его питомцев: Лазербик, Рэведж и… Френзи. Не понимаю… Ничего не понимаю…       — Это был ты тогда в бурю, в комнате?       Внезапно мех кивнул, честно признавая теперь уже очевидные вещи.       — Но… зачем?! Что тебе нужно от меня?!       Мех немного подумав, подошел на этот раз вплотную, встал на одно колено и приблизил свой правый манипулятор ко мне. Дыхание сперло.       «Он хочет, чтобы я к нему прикоснулась?».       Медленно выдохнула. Праймус… Дрожащей рукой, не ведая зачем это делаю, прикоснулась к его пальцам.       Жар. Он иголками пронзил мое тело, впиваясь в каждый нерв: расслабляя, забирая усталость, даруя необыкновенное и фантастическое чувство легкости, воздушности. Легкая вибрация от корпуса меха передалась мне, создавая волны мурашек.       Любопытно. Интересно. Привлекательно. Этот контакт позволил ощутить весь спектр эмоции меха, как свои собственные. Такое же я испытывала лишь однажды, но не с такой силой. Это как обоюдная передача данных. Рэтчет говорил такое возможно благодаря какому-то эм-полю, но… Тогда он замолк и больше не сказал и слова, оставляя расшифровку слов без ответа.       — Ты… Но как? Почему? Зачем?       — Благодарность.       Голос. Точнее вокалайзер меха был странным, непривычным, не таким, как у других трансформеров. Звук какой-то механический, неродной и несобственный.       — Не понимаю…       Теплая глосса коснулась моего запястья.       — Ур-р.       Ах! Точно! Рэведж! Невольно улыбаюсь, наблюдая с какой нежностью ластиться ко мне животное. Не думала, что скажу это, но Праймус, она такая милая! Так бы и зацеловала! Ой…       Смущаюсь из-за собственных мыслей, неловко касаюсь рукой кончика уха и начинаю его дергать. Дурацкая привычка осталась со школы, когда я пыталась скрыть свое волнение из-за предстоящих экзаменов.       — Не стоит. Нужна была помощь, я лишь предоставила её.       Зацепившись взглядом за манипулятор, который я продолжала держать, быстро разорвала непозволительно долгий контакт.       Фуф… Волнительный и до странности приятный контакт.       И все же… Что с этим десептиконом не так? Отблагодарить? В их кругах это такая же редкость, как встретить человека на Кибертроне. Почти нереально, но на моем опыте возможно.       — Мне… надо идти, — нерешительно то ли спросила, то ли намекнула. Мех хоть и не агрессивный, но мало ли…       Медленно и сомневаясь, отступаю назад, напоследок пробегаюсь пальчиками по корпусу Рэведж, нерешительно улыбаюсь Лазербику, но останавливаюсь напротив стоящего Френзи. Неловко вышло тогда. Кто же знал, что эти трое близкие искры… Оборачиваюсь назад, чтобы напоследок, глядя в жёлтый визор, спросить:       — Как твое имя?       — Я… Саундвейв.       — Саундвейв, — прошептав, пробуя его имя на вкус. Скрытный и загадочный. Какао и американо.       — Я, Аврора. Эм… тогда до новой встречи… Саундвейв.

***

      «До новой встречи» — эти слова стали следствием усиленной пульсации искры сильнее, чем считываемые эмоции фемки. Все предполагаемые данные подтвердились, и Саундвейв с великим удовольствием и наслаждением был рад их совпадению.       Их эм-поля идеально синхронизировалось между собой, дополняя и облегчая мучительные усталость от блокировки силы связиста. Его эм-поле впервые за миллионы циклов смогло полностью раскрыться, не боясь навредить и считать личные протоколы других ботов.       — Маячок установлен в нанотрансформий?       — *Пиипип* — кивнув, ответил Френзи, одновременно протягивая хозяину второе металлическое изделие, дополняющее первое.       Хрупкое, как корпус фемки. Нежное и утончённое, как лепестки. Сильное и смелое, как стебель.       «Саундвейв».       Вокруг нее всегда вьется много ботов. Раздражает.       — Лазербик. Продолжить наблюдение. Докладывать обо всем.

***

      — Моему… В лазарете нужна помощь… Я подумал…       — Надо же, они еще думать умеют. Не смотрите на меня так, — ухмыльнулся сикер. —Если бы не Аврора, живых искр здесь не осталось бы. Я найду её.       — В этом нет необходимости.       Меня немного потрясывало от нового знакомства, но напуганной я больше не была. Нет, даже наоборот! Мне было приятно? Необычно или интересно? Нет-нет. Это было как-то... правильно. Точно, это было правильно! Достаточно необыкновенное описание знакомства, но точное.       — Все хорошо?       — А… да, — неловко улыбаюсь мехам, направляясь в лазарет.       Во всем теле продолжалась ощущаться легкость, а усталости и след простыл. Меня, как телефон подключили и подзарядили. Взбодрили свежим кофе и заправили сладким какао.       — Что случилось? — обратилась к темненькому меху, нелепо и нерешительно следовавшему позади Октейна и Импактора. Кстати… — Вы двое, — сердито тыкаю взглядом в десов, — по разным углам спрятались и готовьтесь к отбытию. А ты, — обратилась к испуганному боту. Другие боты в лазарете шпарили недоверием и апогейским удивлением. Да-да, тринадцатый круг любопытного ада приходилось проходить под их оптикой. Насмотрелись на человечину. Все, хватит! — Показывай быстрее кому необходима помощь.       — А… да, — мех, как ласточка рванул в тёмный угол лазарета. Там, постанывая, лежал такого же роста бот, только корпус его был белый. Мех подбежал к нему и осторожно взял за манипулятор, нежно сжав пальцы. Я притормозила, в изумлении наблюдая за возникшим столь публичным выражением… эм, чувств? Впервые вижу такое бережное отношение друг к другу у трансформеров. — Пару грунов назад мой бондмейт упал и больше не смог встать.       — Бондмейт? — поинтересовалась, одновременно сканируя меха на дефекты. Аха! Ой…       — Это мой партнер.       Зависла. Надолго так, хоть как-то пытаясь переварить полученную информацию, пока стон пациента не привел меня в чувство. У трансформеров нет как такового разделения на пол, как привыкло человечество, поэтому и партнеры могут быть и мехами и фемками — это я знала и принимала, как данность. Это все что мне объяснил Рэтчет на счет отношений, но слово «бондмейт» я слышу впервые, как и встречаю настоящих партнеров.       Пытаясь добраться и разобраться с проблемой, я постоянно скашивала взгляд на черненького бота, который с какой-то теплотой и понятной лишь ему любовью, крепко держал за манипулятор своего партнера, а другим манипулятор поглаживал пальцами по фейсу. Эти манипуляции были настолько личными, интимными, что мне стало неловко находиться рядом и ощущать их чувства.       — Это не хорошо… — добравшись до топливопривода и топливонасоса, нахмурилась. — Вся топливная система давно полетела. Как он продержался, не понимаю… — заметив панику меха, хотела было успокоить, но побоялась дать надежду. Сколько он ещё продержится? Грун? Брим? Цикл? Без циркулирования энергона, он должен уйти в стазис, который чреват стать пожизненным. А у меня нет должного оборудования для лечения.       —Скажу сразу. Его онлайн зависит от того, насколько быстро мы доберемся до нашей базы и его силы воли. Без должного оборудования я не в силах помочь.       Прикусив губу, принимаю решение. Медлить нельзя!       — Транспортер есть?       — Для грузового… Да, есть! — правильно проанализировав мои слова, четко и молниеносно ответил он. — Я пригоню его к входу.       — Доверять какой-то органике, как низко пал герой войны и предатель. А другие лишь трусы.       Я обернулась на говорящего это десептикона. Что ж, гордый и презренный взгляд алой оптики меня не задел. Не он первый и не он последний.       — Эй, ты, трус, — хмыкаю, привлекая внимание. На шум даже Октейн заглянул внутрь лазарета. — Оскорблять может каждое слабохарактерное существо, поблагодарить за помощь — лишь сильное, а попросить прощения сможет только герой! Так кто ты, десептикон? Трус или герой?       — Я тот кто никогда не попросит о помощи какое-то низшее белковое существо.       — Малышка, позволь я просто взорву ему центральный процессник, — угрожающе прошипел друг. Внутреннее «я» даже поддержало его. Никогда не позволяла себя оскорблять людям, так почему обязана выслушивать оскорбления от трансформеров?       — Не стоит пачкать манипуляторы. Отведите его к остальным запертым рабочим, мы все равно уходим сейчас.       — Вы оставите нас? — прошлись шепотки наполненные страхом по лазарету.       С собой тащить их бессмысленно и бесполезно — это я четко осознавала и понимала. Всем места в театре не хватит, он не резиновый, как и я.       — Знаете почему те, кто с вами работал, заперты сейчас на нижнем уровне цеха? — грустно усмехаюсь от чистого, как озера, не понимающих взглядов ботов. — Они оставили вас здесь медленно умирать, не сумев попросить помощи у вашего великого лидера! Но и он, увидев эту картину, не предпринял НИЧЕГО! АБСОЛЮТНО НИЧЕГО! Вы никому не нужны.       После предательства Мегатрона — мои слова лишь лёгкая пощёчина.       — Чт… что нам тогда делать? — спрашивают у того, кто родом с другой планеты. Не иронично ли?       — Возьмите ответственность за свой онлайн. Прекратите перекладывать на других решения за свое функционирование. Мы оставим вам электрогенератор. Дальше что делать решайте сами.       Больше я не сказала ни слова. Просто развернулась и ушла, направляясь к уже погрузившим пациента и его партнёра мехам.       — Аврора, ты уверенна, что стоит оставлять электрогенератор? — поинтересовался Импактор, помогая залезть на транспорт, предназначенный для перевозок тяжёлого груза.       — Это их шанс выжить. Не могу оставить их умирать. Октейн, газуй на полную! Время поджимает!       — Держись крепче, малышка! Остальные, если вывалитесь, возвращаться не стану!       — Придурок, — фыркнул Импактор, но покрепче схватился за край, а черненький мех, нелепо переводил оптику с одного меха на другого, пытаясь осмыслить шутку. Я засмеялась, глядя на цирк этих двоих, думая, что наше небольшое путешествие вполне можно назвать удачным.       «Мы стали ближе».

***

      «Мы стали ближе».       Наблюдая за исчезающим на горизонте транспортом, прошептал Саундвейв, приложив манипулятор к камере с искрой, чья пульсация набирала обороты. В этот время из центрального процессника поступил сигнал о не найденном архиве с секретными данными бывшей автократии. Нет, он ошибся. Необходимо искать информацию глубже, в архивах до первой кибертронской войны.       — Мы отправляемся в Иакон.

***

      Где-то в миллионе световых лет, средь бесконечного черного пространства, находился космический корабль Ковчег.       — Оптимус. Где же нам теперь искать Великую Искру? Запаса энергона не хватит на возвращение домой, если мы отправимся в другую солнечную систему.       — Этого не придется делать, Бамблби. Благодаря Рэтчету, Великая Искра надёжно спрятана.       — Эм… Оптимус? — непонимающе переглянулась команда. Проул и Джаз напряглись. Арси и Уилджек пожали плечами. И лишь Мираж и Айронхайд молча ждали ответов.       — Мы возвращаемся домой.       — Что?! Но Оптимус, как же Олспарк?!       — Он никогда не покидал Кибертрон, — взял слово док.       — Рэтчет прав. Сквозь космомост прошел фальшивый Олспарк. Это была идея…       — Моего друга, — поспешил сказать Рэтчет. Ему не хотелось раскрывать правду здесь и сейчас. Он лишь хотел… просто вернуться к ней. К Авроре.       Продолжение следует…