Не опаздывай

– Может потрахаешь меня сегодня? Джисон давится кофе и заходится в кашле, пытаясь избавиться от остатков жидкости в горле. Минхо хлопает его по спине и невпечатленно смотрит в лицо в ожидании ответа. Они только закончили свой поздний обед в офисе, Джисон расслабился из-за еды, и его мысли крутились вокруг строчек для новых песен. Ли застал его врасплох. Они часто меняются, не желая превращать сексуальную жизнь в рутину, но каждый – Хан уверен – каждый раз Минхо решает обсудить планы на вечер в самый неподходящий момент. Возможно, это доставляет ему садистическое удовольствие, думает он. – Эм, да. Да, конечно, – выдавливает он. – Постараюсь прийти домой пораньше. – Не позже десяти, пожалуйста, – Ли, со сложенными на груди руками, возвышается над сидящим Ханом словно большая статуя кота. Выглядит таким же довольным. – Хорошо, но ты знаешь, как Чанни–хён любит сидеть допоздна, и… Тяжелый взгляд останавливает его. – Не позже десяти, да, понял. – Ты самый лучший, – довольно заявляет Ли, быстро чмокая в губы. – Я на тренировку, и домой. Буду ждать. Хан не успевает слово вставить, как уже остается один в комнате. Он глупо моргает на хлопнувшую дверь, и не может сдержать счастливый смешок. Неожиданные проявления любви нередко заставляют его растирать покрасневшие щеки, и этот раз не становится исключением – он просто надеется, что никто из знакомых не решит посетить его в ближайшее время. *** Когда Джисон взлетает по лестнице к их квартире, на часах 21:59. Коридор встречает его мертвой тишиной, и лишь свет из спальни заполняет пространство теплыми лучами. Энергично сорванные кроссовки нарушают тишину ударом о комод и остаются покоиться в неведомом направлении. – Я дома! – голосит Джисон, допрыгивая до спальни метровыми шагами. Их кровать занята телом, в котором, с трудом (из-за растянутой домашней одежды и рассыпанных по кровати волос), но можно узнать Минхо. Грудь вздымается от кратких смешков. Ли так занят чем-то в телефоне, что не замечает шум. Он оборачивается на голос, и непонимающе пялится пару секунд. – Ты чего такой взбалмошный? Хан отвечает ему таким же тупым взглядом. – Ты сам сказал не опаздывать, а я уже задержался минуты на две, – признается он. Минхо моргает на него два раза, а потом заливисто смеется, откидываясь на матрас. – Я же пошутил! Я правда такой страшный, что ты несся через весь город? – на губах остается хитрая улыбка. – Или боялся, что я тебя накажу? Джисон пыхтит недовольно, надувая щеки, и отмахивается, направляясь в ванную. Шутит Минхо, а отдуваться приходится ему. Хан задумчиво наблюдает за тем, как по ладоням стекает мыльная вода, и в его голове медленно рождается план мести. В зеркале он натыкается на хищный взгляд, который Минхо так любит – тот сам признавался раз или два, хоть и предпочитает этот факт отрицать. В спальне всё так же светло, а Ли всё так же лежит на кровати, уткнувшись в телефон. Хан невольно наслаждается зрелищем – Минхо такой домашний. Уютный. Его. Джисон машет головой. И когда успели появится такие мысли? Встречаются недолго, а как будто всю жизнь друг друга знают. Боже. Отогнав размышления, он грациозно, насколько это возможно, взбирается на кровать, и слегка хлопает своего парня по ягодице. Обрати на меня внимание, мол. Минхо лениво перекатывается на спину, откидывает телефон в сторону подушек и тянет руки к Джисону, довольно улыбаясь. Тот понимает без слов, наклоняясь и обхватывая чужую талию, пока Минхо неспешно обвивает его шею руками. Хан сажает их лицом к лицу, так, что Ли оказывается на его коленях. – Ты такой красивый сегодня, – не сдерживается Джисон, глядя в блестящие глаза напротив. – Хочешь замолить опоздание? – Нет, правда, – не сдается он. – Ты всегда красивый, конечно, но такой домашний и расслабленный просто… Сносишь крышу. В ответ Минхо хихикает удовлетворенно и зарывается пальцами в мягкие волосы, слегка массируя затылок. От этого простого действия Хан не сдерживает довольного мычания. Ему вообще трудно сдерживаться рядом с Минхо. Пальцы на затылке слегка давят вперед, направляя ближе. Сидеть так, разделяя на двоих один воздух, кажется одновременно интимным и смущающим – контраст чувств захватывает обоих. – Ты тоже очень красивый. Всегда, – шепчет Ли в пространство между ними, заставляя Хана буквально вдыхать эти слова приоткрытым от нетерпения ртом. Одновременно они сокращают расстояние, мягко соприкасаясь губами, и целуются медленно, тягуче, желая насытиться близостью друг друга вдоволь. Дыхание постепенно учащается. Минхо, не сдержавшись, отрывается от чужого лица с пошлым звуком, от которого Джисон всем телом вздрагивает, только чтобы языком оставить влажный след на чужих губах. Хану слишком. Слишком много чувств, слишком много ощущений. Он жалобно скулит и с готовностью приоткрывает рот, впуская чужой язык. Они сталкиваются, от чужого вкуса Джисона ведёт, и он толкается бедрами наверх, глотая чужой стон и сильнее распаляясь от вибраций во рту. Требовательные руки дергают футболку Ли вверх, желая прикоснуться к горячему телу, и он подхватывает это движение, отрываясь. Стягивает ткань через голову, скидывая на пол. Мгновение ощущает отрезвляющую прохладу, чтобы затем быть согретым чужим теплом. Джисон проходится ладонями по напряженным соскам, заставляя Минхо вздрогнуть и издать полузадушенный вздох. Он ухмыляется, наблюдая за реакцией, и размашистым движением языка проходится по одному соску. Жест застает врасплох. Ли не сдерживает стон и неосознанно зарывается свободной рукой в волосы на затылке, направляя. Хан с наслаждением прикрывает глаза, целиком отдаваясь процессу, слегка прикусывая и оттягивая порозовевший сосок, а затем литым движением зализывает укушенное место. Он наслаждается рваными вдохами и приглушенными стонами сверху, входя в кураж. Желая выбить более громкие звуки. Языком припадает к другому соску, не оставляя без внимания первый, зажимая пальцами освободившейся руки и слегка перекатывая между ними. А сам лижет и, отрываясь, слегка дует на влажную кожу, вызывая дрожь в напряженном теле. Минхо натурально плавится, будучи очень чувствительным до прикосновений к своему телу. Хан об этой милой особенности знает и без зазрений совести пользуется, каждый раз сводя Ли с ума. Пальцы в волосах Джисона становятся требовательнее, то ли желая оторвать того от обладателя, то ли прижать ближе. Минхо кажется, что он сможет кончить без прикосновений, и эта мысль выбивает из груди жалобный скулеж. Он притирается бедрами о бедра Джисона, вызывая у того очередной легкий смешок. – Тише, котенок, мы только начали, – воркует он, глядя на Минхо снизу вверх озорными глазами. – Джисони, пожалуйста, – Минхо срывается на полузадушенный вздох, когда Хан вновь припадает к его соскам. – Пожалуйста, дотронься до меня. Я хочу, чтобы ты дотронулся– Последние слова затихают в волосах Джисона, когда он утыкается в них, не в силах контролировать дрожь. Ища опоры. Хан кивает, надеясь, что Минхо еще достаточно в сознании, чтобы понять этот жест, и слегка отодвигается от него, приподнимая голову. Вглядывается в чужое лицо и млеет. Глаза Минхо слегка блестят от слез, на щеках розовеет румянец, а губы приоткрыты, выпуская легкие полувздохи–полустоны. – Ты такой красивый, – восхищенно шепчет Хан и тянется за поцелуем, желая действием выразить всю свою любовь. Минхо с готовностью тянется в ответ, прижимаясь губами к губам Хана. Минхо не выдерживает первым и отстраняется, чтобы прикусить чужую нижнюю губу, а затем языком зализать место укуса. Хан плавится от ощущений, отдавая старшему инициативу. Минхо с упоением дразнится, надавливает на нёбо языком и отрывается, припадая к приоткрытому рту вновь. Джисона ведёт, и из груди раздается разочарованный стон, когда Минхо окончательно отодвигается, довольно глядя на последствия своих действий. – Джисони такой послушный сегодня, – протягивает он, ловя чужой расфокусированный взгляд на своих губах, и демонстративно облизывает их, собирая языком оставшуюся слюну. Сильные руки ложатся на бока Ли, слегка приподнимая. Губы проходятся по литым мышцам. Хан слегка посасывает кожу и спускается ниже до тех пор, пока не оказывается лицом напротив резинки чужих спортивных штанов. Готовность, с которой Минхо подается навстречу, языком тела вымаливает касания, распаляет Джисона сильнее. Неожиданно он перестает поддерживать чужое тело, из–за чего Минхо на долю секунды теряет равновесие. Хан ловит его непонимающий взгляд. – Слезь с меня, милый, – шепчет он, для верности хлопая Ли по бедру и выдавливая самую милую из своих улыбок. Он тоже хочет, безумно хочет прижать разгоряченного парня к постели и трахнуть так, чтобы тот забыл свое имя. Но еще больше он хочет немного поиздеваться ним, довести до пика, оттянуть оргазм и заставить того умолять о разрядке. Ли послушно слезает, вдавливая колени в матрас и опуская руки на свои бедра, слегка сжимая ткань штанов. Он принимает правила игры, несмотря на болезненный стояк и обреченное желание прикоснуться к себе. – Что ты задумал, Хани? Тот пожимает плечами и оставляет кровать с обманчиво задумчивым видом. – Помнишь, ты говорил, что тебе нравится, когда я смотрю, как ты себя удовлетворяешь? – Да, но… – Минхо вспыхивает, замечая, как Джисон направляется к шкафу и, слегка порывшись, достает с нижней полки ничем не примечательную коробку. Впрочем, ничем не примечательная она только на первый взгляд. Джисон снимает крышку и оценивающе проходится взглядом сначала по содержимому, а затем по полыхающему лицу Минхо, который сильнее вжимается руками в свои бедра в попытке унять нарастающую от возбуждения дрожь. – Сними штаны, ляг на спину и закрой глаза. Хочу устроить сюрприз, – в его голове только белый шум, но весёлый голос всё же доходит до сознания. Минхо покорно приподнимается и, получив одобрительный кивок, стягивает штаны вместе с бельем, побросав на пол. Рядом с одетым Джисоном он чувствует себя таким беспомощно открытым. Что ещё хуже, ему это нравится. Он медленно опускается на спину, удобнее устраиваясь на простынях и елозя ягодицами, пытаясь занять комфортную позицию. Наконец, узко расставляет ноги, смущаясь открываться сильнее, складывает руки на животе и закрывает глаза. От нахождения в темноте чувства обостряются, и Минхо, почувствовав, как прогибается матрас под весом чужого тела, слегка вздрагивает. Успокаивающие поглаживания проходятся по его плечу – последнее, чего Джисон хочет, чтобы тому было страшно. – Сейчас будет неприятно, котенок, но ты же у меня сильный. Справишься, правда? – слышит Ли нежный шепот около своего уха. Ресницы дрожат, но он зажмуривается только сильнее. Слова застревают в горле, и он просто кивает в знак согласия. – Хороший мальчик. Ты такой молодец, – скорее чувствует, чем слышит, слова на своих губах. Мгновение в комнате слышится лишь сбитое дыхание. Затем Минхо стонет. Чувствительных после ласк сосков касается пластик зажимов – сначала с одной стороны, затем с другой. Ли пытается уйти от прикосновений и хнычет, но Джисон не дает ему отодвинуться. Он прихватывает одним пальцем соединяющую зажимы цепь и слегка тянет вверх. Наполняющие комнату звуки заставляют член дернуться. Крепкий шов джинс давит больно, но Джисон не обращает внимания. Он очень хочет сделать своему мальчику приятно, похвалить, сказать, как он хорошо справляется, но Минхо выгибается сильнее, следует за его движениями, и Хан тянет цепочку вверх, не желая уступать. – Хани… П-пожалуйста… – с трудом выдыхает Ли, нащупывая на кровати руку Хана. Обхватывает своей ладонью и сжимает в немой просьбе прекратить. – Тише, милый, – шепчет Джисон, свободной рукой поглаживая чужие дрожащие пальцы и отпуская цепь. – Ты обещал быть сильным, помнишь? – К-конечно, – выдыхает Минхо, чувствуя, по щеке стекает слеза. Ему нестерпимо хочется открыть глаза, но порадовать Джисона хочется ещё больше. Хан смягчается, отпуская цепь, и на грудь ложится холодный металл. Тело медленно передает ему свое тепло, согревая, и Ли сосредотачивается на этом ощущении. Чувствует, как чужая рука стирает упавшую слезу, и припадает к ладони губами в благодарности. Из груди вырывается разочарованный вздох, когда Хан убирает руку, и вес его тела вновь пропадает с кровати. – Можешь открыть глаза, котенок, – доносится до Минхо. – Посмотри вниз, рядом с левой рукой. Ли заторможено опускает взгляд, только чтобы обнаружить розовый вибратор, который сам же некогда купил в подарок, и небольшой бутылёк со смазкой. Не удержавшись, откидывает голову и побежденно стонет от осознания того, что придумал его парень. К счастью, у него тоже есть пара идей. – Я также хочу, чтобы ты… Говорил мне, что делать, – произносит Минхо в потолок. Если бы увидел лицо Джисона, точно бы умер от стыда. – Такой несамостоятельный мальчик, да? – воркует Хан очарованно. Чужое смущение приводит его в восторг. Минхо, обычно выступающий в роли инициатора, в жизни уверенный и сексуальный, открывался перед ним с других сторон. Может довериться только ему. Джисон был в восторге. – Для начала, возьми свои пальцы в рот, милый. Ли сглатывает в предвкушении, поднося пальцы к лицу. Он надеется, что Хану хорошо видно, и хочет постараться. Он демонстративно проводит большим пальцем по нижней губе, нажимая и слегка оттягивая. Затем приоткрывает рот, на пробу впуская сначала один палец, а затем по очереди добавляет еще два, толкаясь в собственный рот. Проходится по зубам, чувствует костяшками нёбо и давит на язык. Разводит пальцы, чувствуя сопротивление, и соединяет вновь, собирая слюну. Отдаваясь ощущениям, он забывает о наблюдателе. Прикрывает глаза дрожащими веками, и грубо толкается в рот, жалобно скуля. – Смотри на меня. Властный тон заставляет Минхо вздрогнуть. Он с опаской смотрит на Хана, который сам с трудом остается на месте. Оба тяжело дышат, и Минхо приходится приложить усилие, чтобы не перевернуться на живот и начать тереться о простыни, чтобы избавиться от возбуждения. И, возможно, немного покрасоваться перед Ханом. Он снова стонет в потолок. – Раз ты так этого хочешь, – Джисон сглатывает, чтобы не выдать дрожь в голосе. – Растяни себя, котёнок. Но сначала… Хан встает, и Минхо скорее чувствует, нежели видит, как к его члену прикрепляют еще один вибратор. Пульт исчезает в сжатой ладони Джисона, который возвращается на свое место в кресле напротив. Минхо согласно скулит в ответ, другой рукой в спешке поднимает смазку и не скупясь выдавливает на пальцы, мешая скользкую жидкость с собственной слюной. Немного капель падает на простыни, часть стекает по подтянутым бёдрам. Один палец с легкостью скользит внутрь, и Ли тихо хнычет от ощущения заполненности. Слегка выгибается в пояснице – чувствует на себе голодный взгляд и хочет, чтобы его мальчику нравилось так же, как нравится ему. Он вытаскивает палец почти до конца, чтобы вернуть его одним движением, а затем продолжает, и продолжает, уже не чувствуя в себе сил сдерживать рвущиеся наружу звуки. К первому пальцу присоединяется второй, и Минхо слышит, как шумно выдыхает Хан, когда он разводит их в стороны. Смазка течёт по ягодицам, а взгляд Джисона такой ненасытный, что – Минхо уверен – если бы он попросил, Хан уже вытрахал бы из него душу. Но он не просит, находя забавным издеваться над Джисоном. Проверять его выдержку. Он добавляет третий палец и наконец–то чувствует себя так правильно, так заполнено. Продолжает двигать рукой, постанывая в такт, пока не чувствует, что мышцы совсем расслабились. Пальцы покидают тело с оглушающим хлюпаньем, и у Минхо от этого звука дергается член. Одновременно с этим он чувствует легкую вибрацию на своем члене, и громко выдыхает, глядя на шальную улыбку на лице Джисона. Тот опирается локтями на колени, и смотрит. Смотрит, как его Ли, его котенок, доводит себя до исступления, и наслаждается зрелищем. – Не хочешь использовать вибратор, милый? – с притворным интересом спрашивает Хан, наблюдая за чужой реакцией. Минхо согласно мычит, подхватывая игрушку, на что Хан недовольно хмыкает, а вибрация на члене становится интенсивнее. Ли дёргается и скулит. – Используй слова, солнышко, иначе всё закончится куда быстрее. Мы ж этого не хотим, правда? – Хочу… – покорно выдавливает из себя Ли, стараясь не слишком сильно дергаться от нарастающих ощущений. – Хочешь что? Я тебя не понимаю, – скорость увеличивается еще на один пункт, и Ли сводит дрожащие ноги в попытке прекратить трение. – Я хочу… Трахнуть себя этим вибратором, – произносит он, со злым вызовом глядя в глаза напротив, чувствуя, как со лба скатываются капли пота. – И чтобы ты на это смотрел. Интенсивность вибрации возвращается к первому уровню, и Минхо выдыхает. – Молодец, такой хороший мальчик, – довольно цедит Хан, улыбаясь. Ли, не теряя времени, смазывает игрушку и опускается на спину, разводя ноги шире. Давая лучший обзор. Безнадежный вздох Джисона гремит в голове набатом, мотивирует стараться. Вибратор легко проникает внутрь, и Минхо нащупывает пальцем кнопку управления, включая первую скорость. Начинает двигать рукой, плавясь от ощущений. Вибрация на члене увеличивается, и он также прибавляет скорость, всхлипывая в такт толчкам, в этот момент с отчаяньем представляя член Джисона на месте игрушки. – Тебе нравится… То, что ты видишь? – с трудом выдавливает он. – Я хороший мальчик? – Ты самый лучший мальчик из всех, – довольно улыбается Хан, прибавляя скорость. – Самый красивый. Самый сексуальный. Самый прекрасный. С каждым предложением интенсивность на члене увеличивается, а Минхо задыхается, толкаясь рукой и также увеличивая скорость. Ему слишком много, чувства обострились до предела, и каждый толчок отдается в теле с болезненной яркостью – он словно один оголенный нерв. И когда вибратор в очередной раз проезжается по простате, по щекам снова начинают стекать слезы, оставаясь в волосах. Минхо окончательно теряет контроль, переставая сдерживать громкие ругательства вперемешку с именем Хана на своих губах. Знает, что не продержится долго, но не может кончить без разрешения. – Пожалуйста, Хани… – скорость увеличивается, и Минхо вскрикивает, распахивая глаза. У него почти не получается говорить. – Пожалуйста, пожалуйста, Сони! Пожалуйста, позволь мне кончить. Вибратор на члене достигает последнего пункта, и вместе с тем на периферии сознания Ли слышит чужой голос. – Конечно. Кончи для меня, милый. Кажется, он вскрикивает так громко, что срывает голос, но не замечает этого. Сперма пачкает мокрый от пота живот, и Минхо вдавливается затылком в матрас, дрожа от слишком сильной стимуляции. Ему кажется, что он задохнется, когда стоны начинают напоминать задушенные хрипы. Он не осознает, что происходит, ни когда вибрация на члене останавливается, ни когда сам вибратор пропадает. Нежные руки аккуратно вынимают из него вторую игрушку, и когда зажимы с сосков также исчезают, он морщится от неприятных ощущений и обессиленно закрывает глаза. Шум чужих шагов отдаляется в сторону ванной, и Минхо остатками сознания понимает, что Хан относит туда игрушки, чтобы помыть позже. Он слушает, как тот возвращается, матрас опускается под весом второго тела. Ли чувствует на лбу ласковое прикосновение губ, пока по его телу проходится смоченное полотенце. – Ты так хорошо справился, котенок, – слышит Ли у самого лица и приоткрывает глаза. Разомлевшее тело с трудом слушается, но он очень хочет доставить ответное удовольствие. Без слов тянется к ширинке, дрожащей рукой пытаясь ее расстегнуть, но чужая ладонь его останавливает. – Всё хорошо, милый, я сейчас схожу в душ и быстро вернусь. Минхо протестующе мычит и опрокидывает Джисона на спину, наваливаясь сверху, не в силах удержаться на руках. Тычется влажными губами куда–то в шею, слизывает бегущую к воротнику каплю пота, и, наконец, справляется с ширинкой, запуская руку в чужое белье. Над его головой раздается заглушенное мычание, и Ли довольно жмурится, воспринимая его как призыв к действию. Обхватывает скользкими пальцами чужой член, надавливает большим пальцем на головку и начинает двигать рукой вверх-вниз. – Правда… Не нужно, – еле выговаривает Хан, плавясь от чужих прикосновений. – Надо, – серьезно смотрит Ли, отрезая пути к отступлению. – Но у меня устала рука, так что было бы неплохо, если бы ты немного помог. Из последних сил Джисон понимающе хихикает и обхватывает руку Минхо своей ладонью, двигая в такт. Вместе они постепенно увеличивают темп, и Ли с наслаждением вслушивается в тихие стоны над ухом. Когда толчки становятся совсем рваными, а пальцы Джисона мелко подрагивают, Минхо свободной рукой приподнимает чужую футболку до подбородка, а сам пальцем особенно интенсивно проходится по головке, заставляя Хана заскулить и сильнее податься навстречу. – Милый, я сейчас… – сквозь стоны шепчет Джисон, и Ли кивает. – Можешь кончить. Хан громко стонет, выгибаясь в пояснице и изливаясь на живот. Мгновение он подрагивает, цепляясь пальцами за простыни. Вид такого открытого Джисона вызывает в Ли желание продолжить движение, и он снова надавливает на головку. Хан распахивает глаза и протестующе хватает ртом воздух, пытается уйти от касаний, будучи слишком чувствительным. В конечном итоге Ли сжаливается над ним и отпускает, а тело тут же охватывает приятная нега. Джисон отдается ей, чувствуя, как Минхо стирает сперму с его живота. Затем мягким движением чужие руки обхватывают его поперек груди, и Ли обдает его шею теплым дыханием. – Мне надо переодеться, – улыбается Хан в чужие волосы. – Ага, – соглашается Минхо и усмехается, сильнее прижимаясь к чужому телу. – И сходить в душ. – Ага. – Я люблю тебя, знаешь? – Аг… – Минхо затихает, а потом поднимает голову, глядя серьезными глазами. – Я тебя тоже люблю, – улыбается он и клюет Хана в губы, вызывая у того очередной счастливый смешок. Душ может и подождать, проносится в голове Джисона перед тем, как оба они проваливаются в умиротворенную дрему.