надпись

Надпись "Вы биологическая мать Генри?" появилась на её боку в шестнадцать, но вся сложность ситуации становится ясна, лишь когда она говорит слабое "Привет!" матери своего сына. Только вот никакой вспышки узнавания, никакого внезапного осознания, которыми люди обычно описывают первую встречу с соулмейтом, не происходит. Эмма уверена, что никто больше не повторит этих слов. Не так. И то, как её сердце ухает каждый раз при виде Реджины, не может быть ошибкой. Метки никогда не ошибаются. И всё же, Эмма молчит.

***

Когда она переодевается перед сном, то скользит пальцами по словам, выжженным на боку. Может быть, это всего лишь игра воображения, но они выглядят ярче. И если сын был недостаточной причиной остаться, то это меняет дело.

***

— Мисс Свон, нам нужно поговорить, — эта женщина врывается, как приливная волна, игнорирует поражённый взгляд Эммы и отсутствие на ней большей части одежды. Та может лишь закрыть рот и проследовать за ней в комнату. — Ты должна уехать из Сторибрука. Она приходит с яблоками, что лишь сильнее подтверждает образ Злой Королевы. Кидает взгляд на убранную кровать, с которой Эмма, очевидно, только встала, и на одинокое кресло, где валяются куртка и джинсы, и решает оставаться стоять. Эмма неловко облакачивается на шкаф и проходится рукой по волосам. — Я просто хочу узнать сво... — Он тебе никто. Он мой сын. Эмма благодарна, что Реджина её перебила; она не знает, как бы закончила эту фразу.

***

Пацан настаивает на том, что она должна быть Спасителем, что она здесь, чтобы вернуть всем счастливый конец. — Злая Королева забрала его у них, чтобы он был только у неё. Эмма спрашивает, значит ли это, что он — счастливый конец Реджины. Генри впервые с их встречи затихает и обдумывает её слова всю дорогу до дома, когда она его провожает.

***

Когда угроза с яблочной корзиной не удаётся (хотя Реджина не могла серьёзно думать, что это сработает), она снова пытается арестовать Эмму. После происходит случай с пилой, когда Реджина не пытается арестовать её, и Эмма уверена, что это специально, что Реджина выбрала её как цель из-за надписи, которая есть где-то на её теле. Должна быть. (Она не может ненавидеть Эмму по-настоящему. Такое невозможно.) Эмма мешкается неделю, прежде чем, наконец, спросить Генри о метке матери, и он говорит, что у неё на ноге неровная надпись "Реджина". — А почему тебе это так важно? Ну. Она точно рада, что не начала с причины, почему это ей так важно. Может, ей стоит уехать. Пацан заслуживает постоянства, а она не в той позиции, чтобы обещать это.

***

Он решает запрыгнуть в чёртову шахту, потому что настойчивость Реджины смешалась в опасный коктейль с абсолютной твердолобостью Эммы, и, правда, они должны были это предвидеть. Так они находят повод работать вместе. И, о, они работают. Сразу после шахты, на столе Эммы, у двери офиса Реджины и чуть позже в Мерседесе. Окна запотели, а ногу пиздецки сводит, но эта лучшая совместная работа за долгое время. И если дыхание Эммы сбивается, когда она смотрит на лицо Реджины, если её сердце подпрыгивает внутри, каждый раз когда она видит её, если оно стремительно падает, когда они не целуются (они никогда не целуются), то это только её дело и ничьё другое. Другая причина, почему она должна быть благодарна их торопливости, — это то, что Реджине незачем видеть неаккуратный курсив на боку Эммы. Она никогда не снимает рубашку, и это совсем не подозрительно.

***

Конечно, единственный шанс Эммы Свон обрести семью, должен был оказаться таким. Первый в истории случай невзаимных соулмейтов. Реджина пытается посадить её лучшую подругу за убийство и поддерживает другого кандидата, когда Эмма выдвигается на место шерифа. В ответ Эмма выносит её из горящего здания. Она наблюдает за тем, как Генри рисует постеры, а Реджина срывает их. Один Эмма оставляет в книге Генри для потомства. Или чтобы посмеяться над этим позже. (Может быть, у них будет это "позже"). Окно в спальню всегда не заперто. Потому что тут они проводят ночи: "Моя спальня удобнее", понимаете? И когда она пропускает ночь, Реджина втаскивает её за руку внутрь следующим вечером и оставляет болезненный поцелуй на её бедре, который выделяется ярко-розовым пятном к тому моменту, как они заканчивают. Реджина притворяется спящей, когда Эмма уходит, но она ведёт себя так со всеми, так что надежда есть.

***

А после проклятье разрушается.