Без тебя так холодно

(Повествование от первого лица)

Холодный день, промозглая погода. Долгое время в пути без сна. Ужасная усталость. Тяжело отдавать столько эмоций без перерывов и выходных. «Хорошо, что следующий концерт только через два дня», это проносилось в моих мыслях. И я возвращался к этой фразе при каждом ударе головной боли.

***

— Сейчас заселимся, я сразу вырублюсь. — ответил я Серёже, который все же отоспался в дороге и теперь донимал меня вопросами. Девушка на ресепшене как-будто специально тянула время, но у меня совершенно не было сил и желания выяснять отношения.

***

— Удачи, мальчики, — неестественно протягивая, как-будто пропел Дима и вышел на своем этаже. Сережа вышел еще раньше без сопровождения подкалывающими фразами, но на его лице я все же заметил улыбку. Двери лифта закрылись. Тишина. — Как всегда, в лучших традициях, — возмущенно отрезал Арс. Ещё на ресепшене он оставил последние силы на скандал по поводу нашего расселения. Я видел, что дорога тоже сильно измотала его, и не стал ничего отвечать чтобы не накалять ситуацию по-новой. «Хорошо хоть двухкомнатный номер достался», — пронеслось у меня в голове. — Если б фанаты об этом узнали, написали бы уже тридцать фанфиков, — хмыкнул Арс, выходя из лифта. — Что говоришь? — зачем-то переспросил я, хотя прекрасно слышал, что он сказал. — А? Да ничего. Номер был пуст. Ветер дул из открытого окна. Мы с минуту стояли у двери, слушая шум дождя. Я впервые за долгое время почувствовал какое-то особенное спокойствие. — Ну не так уж и плохо, как я думал, — прервал мои мысли Арсений, проходя в номер. Холодный, серый номер наполнился светом, теплом, запахом одеколона. — Давай, ты будешь курить сильно заранее до того, как приходить в номер. У меня же все вещи твоими сигаретами пропахнут… О нет! Мне кажется, уже пропахли, — и Попов начал демонстративно обнюхивать свою толстовку и корчиться. «Вооот, узнаю обычного Арса», — подумал я и принялся вести с ним дебаты на тему вреда курения и прочей ерунды, постепенно разбирая вещи.

***

(Повествование от третьего лица)

Антон проснулся от света из окна. Думал же вчера, что надо закрыть шторы, но было уже так лень вставать… Он долго тер глаза, отчаянно пытаясь их открыть. Нашарил телефон, чтобы посмотреть на время: 12:27. Обычно Арсений уже давно бодрствует в это время. В турах разный режим сна участников Импровизации стал особенно заметен. Шастун выбрался из-под теплого одеяла и побрел в душ. Дверь в комнату Арса была прикрыта. Он на всякий случай тихо заглянул, но никого не увидел. «Странно, куда он мог пойти один?», — подумал Антон. В голове всплыло, что сегодня рано утром сквозь сон он слышал какие-то звуки в коридоре. Обжигающие капли воды смыли сонливость, холод и назойливые мысли. Вытирая мокрые волосы, Антон смотрел на свое отражение в зеркале. Кто-то смотрел на него сквозь мутную пелену. Кто-то уставший и запутанный. Парень тряхнул головой, как будто отгоняя этот образ и быстро стёр конденсат. Да, сейчас это опять он, Антон Шастун. Вспомнилось стихотворение Есенина «Черный человек». «Надо выпить кофе». Повезло, что в номере была кофемашина. Запах темных зёрен заполнил комнату. Антон натянул футболку и откинулся на кресло. Тень от пара, исходящего от кружки, падала на стену и медленно играла своей формой. Парень зажмурился и сделал несколько маленьких глотков. Тепло разлилось в груди. Антон разблокировал телефон, в голове пронеслось: «надо поменять заставку». Зашёл в Инстаграм. У Арсения новая история. Он гуляет. Но во что он одет? — Вот засранец, — выпалил Антон, расплываясь в улыбке. — Как я не заметил, что моей куртки нет? Вот Шастун набирает знакомый номер. Гудки… Как вдруг раздается звук ключей в дверном замке. В распахнутую дверь влетает раскрасневшийся от холода Арсений. — Доброе утро, страна! — Доброе… — ответил Антон и завершил вызов, рассматривая коллегу. Попов улыбался, сверкая зубами, и в уголках ясных глаз появились морщинки. Он рассказывал про отличную, по его мнению, погоду, про странных фанатов, которых встретил на улице, про то, что забыл надеть линзы и многое другое. Арс выглядел счастливым, как маленький ребенок, которого впервые отпустили гулять одного. Но все же что-то было не так… Синяки, которые давно залегли под его глазами. Вот что было не так. Арсений скрыл их за очками в ту же минуту, когда в голове Антона промелькнула эта мысль. — Куртка кстати у тебя такая удобная! И теплая, даже слишком. Но ты все время мерзнешь, поэтому понятно. — Да что вы говорите?! , — саркастично переспросил Антон. Парни стали язвительно передразнивать друг друга, они перебрасывались шутками и уже с трудом сдерживали смех. Антон артистично махнул рукой, сопровождая свои слова, и одно из крупных колец неожиданно слетело с его пальцев. Оно прилетело прямо в лицо Арсу. Глухой стон. Рефлекторный поворот головы. Тишина. До Шаста медленно дошло произошедшее. Он рывком встал и, извиняясь тысячу раз, начал осматривать Арсения. Его рука коснулась холодной щеки. "Просто ссадина на скуле, слава богу", - подумал Антон, удивляясь своему волнению, ведь ничего страшного и не могло быть от кольца. Их взгляды пересеклись. Голубые глаза смотрели в зелёные напротив. Что в них? Что они почувствовали? Арсений осекся. - Ничего, все нормально, - тихо ответил Попов. Про что он? Про кольцо? Или про этот взгляд? Они оба не поняли, но уточнять не стали. - Какие планы на сегодня? - перебил нависшую тишину Антон, отходя к окну. - Не знаю, пока никаких. Думаю, отдохнуть, поваляться... (пауза) ...может фильм попозже посмотрим какой-нибудь? - Да, давай, - облегчённо выдохнул Шаст, понимая, что друг не в обиде. - только давай вечером. Мне надо выйти пройтись пока есть возможность. Выберешь фильм? - Спрашиваешь ещё.. Что предпочитаете сегодня, Антон Андреевич? - Если бы у меня были предпочтения, я бы не просил вас выбрать фильм, Арсений Сергеевич. - Ты же знаешь меня, я же такое выберу.. - Давай, давай! Работай, - командным голосом сказал Шастун, натягивая куртку.