Стоп

- Да ну нахуй, - Сынмин резко встаёт и все присутствующие устремляют заитересованные взгляды на него, пока он уходит, потому что это конкретно заебало. Заебал Хёнджин, что так по-блядски ест мороженое, хотя вероятнее лучше сказать сосёт его, так и ещё причмокивает, как шлюха. А когда он ходит в одной лишь худи до колен, а под ней ничего?! Хёнджину конечно нормально и всем остальным тоже, но не Сынмину. У него каждый раз каменный стояк и это уже настолько бесит, что он просто уходит ну потому что это невыносимо. А Бан Чан будто знал, поэтому и купил мороженое на всех, он знал, что Хёнджин точно не откажется и знал, что Сынмин будет сидеть в зале со всеми, поэтому отправил Хвана потусоваться с ними, чтобы скучно не было. Но привело это всё к очередному стояку Кима, к ехидным взглядам от Чанбина и Феликса, ну и конечно же ничего не понимающего Хёнджина, который только похлопал глазками и поинтересовался, всё ли с его младшеньким хорошо, у Чана. А Крис в который раз намекает ему, что это всё из-за него, что он виноват в плохом настроении Сынмина и его сердечка, но Хван по-видимому слишком тупой, чтобы понять этого. Поэтому даже макнэ всё понимает и каждый раз закатывает глаза. Сынмин забегает в комнату и проходит к себе в ванную, чтобы снять напряжение и хоть немного освежиться от мыслей от такого сексуального и горячего Хёнджина, плюс с мороженым во рту. Лучше бы там было не мороженое, а что-нибудь по вкуснее, например... леденец. Да. Точно. Леденец. Бан Чан, кстати, не против их союза, просто его тоже это немного подбешивает. Он знает, что Хёнджин оголяется так для Сынмина, и, что мороженое он так ел только для него, тоже знает, вот только сказать не может, потому Чанбин с Феликсом, которые, к слову, встречаются уже второй месяц и Крис совершенно не против, задумали что-то особенное для этой недопарочки. Поэтому Чан спокойно будет наблюдать, как Хёнджин пытается сделать так, чтобы Ким его поскорее трахнул и по всей видимости это очень хорошо получается, потому последняя нервная клетка Сынмина просто кричит, как тот бобёр из всем известного мема, что скоро и она уйдёт далеко и надолго, если Хёнджин ещё хоть раз выкинет что-то подобное. А Хёнджин останавливаться точно не собирается... Ближе к вечеру, Чанбин и Феликс, натянув самые приветливые и добрые улыбки, идут к Сынмину в комнату с небольшой порцией алкоголя и уверенным настроем на раскрепощение их младшенького. А Сынмин спокойно сидит в телефоне, удобно расположившись на кроватке и иногда кушая виноград, что он себе приготовил на этот вечер. Незваные гости пришли, как всегда некстати, потому что он уже собирался ложиться спать. После недолгих уговоров Сынмин согласился поиграть во что-нибудь и немного выпить, поэтому счастливые и удовлетворённые парни уселились на ковёр около кровати Кима и расставили бокалы по местам. - Сынмина, - ласково протянул Феликс после часа разговоров о том, о сём и придвинулся ближе, обнимая младшего за руку. Сейчас у них с Чанбином был чёткий план, которому они должны следовать, поэтому сейчас главное не запортачить, а пьяный Фел это очень хорошо умеет, поэтому Бин начинает волноваться, но вроде как Ликс дальше продолжает с более менее трезвым голосом, - а помнишь, что ты должен нам желание? - как-то раз все мемберы играли в боулинг на желание, команда Чана, в которой был Ким, проиграла, поэтому они ещё раз разбились на команды по одному человеку, но в итоге Сынмин всё же проиграл, а Феликсу выпала такая возможность, как загадать любое желание и младший точно его выполнит, потому что он сам обещал, а Сынмин всегда держит слово. Но тогда Феликс ничего не придумал и вот сейчас ему представилась отличная возможность сделать отношения этих недособлазнителей ближе. - Конечно помню, - Сынмин сразу вспоминает, как продул в боулинг и легонько постукивает по стакану с каким-то лёгким вином, которое он выбрал из всего принесённого старшими алкоголя. Чанбин, кстати, тоже был не особо пьян и мог нормально соображать, но с координацией у него явно были проблемы, поэтому он даже не пытался куда-либо вставать: знает, что, если что, то Феликс всегда поможет, - а что? - Мы придумали тебе желание. - Правда? И какое же? - Ну... оно точно тебе не понравится, - Феликс потирает затылок и отстраняется, задумчиво глядя на своего парня. Он конечно же сейчас не станет придумывать новое, а попытается уговорить Сынмина сделать это, - но мы уверены, что тебе стоит это сделать! - Говори уже, я на всё готов, - но Сынмин настолько ошибался в своих словах, что, если бы он знал, что это за желание, то в жизни бы не согласился, ни за какие богатства, ни за какие другие важные ему вещи, но делать было уже нечего. Пока он тихонько пил свой напиток, Феликс переглянулся с Чанбином и тот еле кивнул ему, чтобы он был по увереннее, потому что скорее всего Сынмин их убьёт, а может и нет, но всё же, страшно было... очень... Феликс немного отпивает и на выдохе выдаёт: - Займись с Хёнджином взаимной дрочкой, - Феликс закрывает себя руками, боясь, что Сынмин сейчас же его побьёт, а Ким в тот же момент давится вином и кашляет, а потом начинается... он кричит очень громко и много чего, поэтому Фел и Бин просто сидят и тихонько переговариваются, пока младший ходит по комнате и высказывает своё недовольство, - но, Сынмин! Ты должен его выполнить! Это твоё задание! - Что?! Нет! Я не буду этого делать! - Ты обещал его выполнить! - Феликс строит обиженную мордочку и специально шмыгает носом, потому что этот приём всегда работает и на всех. Сынмин бесится ещё больше, но всё же сдаётся, он и правда обещал. Да и может получится уговорить Хёнджина всё подстроить, а может и нет... в любом случае Феликс сейчас заплачет и Сынмин соглашается, из-за чего старшие ликуют и уже представляют новую парочку в их группе. Парни дали Сынмину неделю, чтобы тот успел собраться с мыслями и выполнить задание. На следующий день происходит пиздец, для всех. Для мемберов, хотя они всё знали. Для фанатов, которые догадывались, но точно не знали, а в особенности для Сынмина, который напрочь забыл то, что Хёнджин должен покраситься в чёрный. Вообще Сынмин с утра пораньше вышел за пачкой чипсов, которые всегда лежали у мемберов где только можно, поэтому он быстро взял первую попавшуюся пачку у Чана в комнате и вышел в коридор, когда Хван как раз возвращался из салона. Кароче говоря, у Сынмина отвисла челюсть, когда он увидел новый цвет волос у Хёнджина. А Хван как ни в чём не бывало улыбается и проходит рядом с Сынмином в свою комнату. - Пиздец, - вздыхает Сынмин, когда в коридоре никого не остаётся. Он что просто в пустую пялился на Хёнджина? Ах, ну да, как обычно. Сынмин разочарованно стонет и уходит продумывать свой план по его нелёгкому заданию. Ближе к вечеру Хёнджин слышит осторожный стук в дверь и милую мордашку Сынмина, что выглядывает в щёлку. Младший заходит со всякими вкусняшками и Хван сразу замечает, что он выглядит очень потерянно и стеснительно, будто хочет рассказать что-то. Хотя так и есть, но он же не знает, поэтому только предполагает. Сынмин мнётся на месте и после долгого молчания и вопросительного взгляда старшего, предлагает посмотреть фильм вместе. Хёнджин сразу начинает широко улыбаться и укладывает младшего к себе спиной и крепко обнимает, ну, как всегда они это делают. Только вот Сынмин всегда думает, что это на камеру, а Хёнджин точно думает о другом. Весь фильм Сынмин почти не издаёт звуков вообще, даже пошевелиться боится. А Хёнджин очень хорошо его знает, он знает, что Сынмин обычно не может молчать и всегда обсуждает, что видит на экране, или не может просто так сидеть полчаса или больше, потому что у него затекает тело, он сам жалуется постоянно, а сейчас всё слишком странно, да и атмосфера такая угнетающая, поэтому где-то на половине фильма ставит его на паузу и поворачивает красного младшего к себе лицом. - Что случилось? - Хёнджин трогает пылающие щёки Сынмина и в его глазах выражается беспокойство и взволнованность. А вдруг Сынмин заболел, а вдруг у него жар? Его любимый Сынмини выглядит так стеснительно, что очень странно. Ким убирает руку со своей щеки и кладёт свою на ногу Хёнджина чуть выше колена, на что сам Хван не реагирует, потому что считает это нормальным, да и они часто так делают. А Сынмин не сдаётся и начинает легонько, совсем невесомо поглаживать ляжку через ткань, - тебе плохо? Может Чану сообщить? - Нет... - Сынмин опять мнётся, отводит взгляд в сторону, прикусывает губу из-за волнения и думает, как правильнее сказать Хёнджину, что ему именно нужно, - хён, мне нужно тебе кое-что сказать, - Хёнджин опять смотрит так нежно и ласково, что Сынмину просто хочется уткнуться ему в грудь и захныкать, чтобы любимый хён его пожалел и спас от всяких Феликсов с Чанбинами. Сынмин садится поудобнее и так тихо, как только можно говорит: - Хён, давай подрочим друг другу..? - от безысходности он закрывает личико руками, чтобы скрыть свою красноту и жуткую стеснительность. Хотя... вряд ли кто-нибудь не стеснялся в такой ситуации. - Что? Сынмин, я не слышу, скажи нормально, - Хёнджин и вправду не услышал, потому что Сынмин сказал что-то неразборчивое и непонятное. Хван силой убирает руки от лица мальчика и смотрит, выжидая ответ. А Сынмин чуть смелеет, хотя заливается краской ещё больше и садится на колени к старшему, пока тот удивлённо наблюдает за ним. Чтобы добавить масла в огонь, Сынмин кладёт руку на пах Хёнджина и начинает аккуратно мять рукой. - Хён, давай подрочим друг другу, - Хёнджин кажется во сне. Сынмин сказал всё чётко и ясно и, кажется, глаза Хёнджина сейчас выпадут, потому что он в таком ахуе, что просто не описать. - Стоп, - Хёнджин хватает руку младшего, чтобы остановить его действия и смотрит с огромным вопросом в глазах, - что, блять? Сынмин думает, что сейчас провалиться под землю от стыда и осознания того, что он совершенно не нравится своему хёну. От безысходности он опускает голову и садится на кровать подальше от старшего, зарываясь личиком в свои коленки. - Сынмин, что ты только что сказал? - тон у Хёнджина точно не дружелюбный, поэтому Сынмина буквально трясёт от обиды, что сейчас старший будет ругаться, а, если об этом узнают все мемберы, то он застрелиться от стыда к чёртовой матери, хотя вчера вечером Феликс с Чанбином буквально разжовывали ему то, что он точно нравится Хвану, но видимо они ошибались. Но почему тогда он видит улыбающегося Хёнджина, когда поднимает голову, чтобы посмотреть на него. Хван практически ухмыляется и немного приближается к младшему. - Хён, прости, это было желанием Феликса, - выпаливает Сынмин и видит, как улыбка моментально пропадает с лица Хёнджина. Он что хотел этого?! - проносится в голове у Сынмина. - Серьёзно? - теперь в голосе слышна обида, Сынмин сам не понимает, что он сейчас слышит, но он определённо думает, что старший хотел этого, или только хочет думать..? - Стоп, ты хотел этого? - все же смелеет Сынмин и теперь уже он садится ближе к Хёнджину, потому что, если он не против, то Сынмин обязательно выполнит задание. Со всем желанием, только, если сейчас Хёнджин скажет, хочет он или не хочет. Всего лишь одно слово и Сынмин либо уйдёт, либо доделает то, что начал. Но Хёнджин обиженно отворачивается и дует губы, потому что стало так обидно. Феликс знал, что Сынмин нравится Хёнджину. Хван сам как-то проговорился и Ли вот так решил воспользоваться чувствами своего хёна? Хёнджин думает, что нет, но тогда зачем задал такое задание? Хван определённо слишком тупой, ну, или же верит всегда в наихудшее. Сынмин уверен, что Хёнджин точно хочет с ним большего, чем просто парни одной группы и друзья, поэтому поворачивает лицо старшего к себе и целует. Захватывает верхнюю пухлую губу и удивляется их мягкости, пока Хёнджин как-то неумело начинает отвечать, потому что не ожидал этого. Так нежно никто из них ещё не целовался, поэтому Сынмин начинает действовать. Языком он обводит губы Хёнджина и чувствует толчок в грудь, из-за чего отстраняется от старшего. - Это тоже задание от Феликса? - Хёнджин выглядит разочарованно, но он счастлив, что хотя бы один поцелуй с человеком, в которого он вкрашился наверное года два назад, состоялся, хоть и не в самых лучших состояниях. - Нет, - голос Сынмина прозвучал очень уверенно. Он опять пересаживается к Хёнджину на колени и обнимает шею, придвигая ближе к себе, - ты мне очень нравишься, - он опять целует Хёнджина и опять выходит так нежно, всего лишь губами, чтобы доказать, что это не начало, чтобы потом продолжить и всё-таки выполнить задание, данное Фелом, - ну так что? - Сынмин отрывается от пухлых губ и смотрит в глаза, которые до сих пор ничего не понимают, - поможешь мне с заданием? - Хёнджин улыбается во все тридцать два и чмокает в губы. - Конечно, - руки ложатся на слишком тонкую талию и Хёнджин начинает её сминать, пока их губы вновь изучают друг друга. Сынмин переходит на страсть и тихонько раздвигает губы Хвана языком и тот приоткрывает рот, перехватывая своим языком чужой, размазывая слюни по губам. Сынмин не отстаёт и руками теребит жёсткие, от очередной покраски, прядки волос. Хёнджин руками залезает под свободную, как любит Ким, футболку с короткими рукавами зато длиной чуть ли не до пола и гладит спину, иногда спускаясь ниже, но боясь задеть ягодицы, хотя так хочется. А Сынмин умный мальчик в этом плане и слишком смелый, поэтому сам берёт ладони, охренеть какие большие ладони, и перекладывает себе на задницу, чтобы Хёнджин сильно сжимал и массировал округлые половинки. Пока они целуются, Хёнджин даже не замечает, как одна из рук Сынмина уже растегивает ему ширинку и проникает сразу под брюки, очерчивая пальцами выделяющийся длинный бугорок сквозь ткань боксёров и сразу слыша удовлетворённое мычание от Хёнджина. В отличие от Хвана у Сынмина обычные домашние шорты с вставленной резинкой наверху, чтобы было удобно надевать и чтобы было видно насколько у него тонкая талия, которую вовсю уже облапал Хёнджин. Хван огибает рукой контур шортов и залезает под них, начиная сминать ягодицы, но что это? Хах, младший как всегда без трусов, поэтому Хёнджин грубо подхватывает одну половинку, а другая рука уже нащупывает чужой стояк и также грубо надавливает на головку, а Хёнджин сразу же ощущает укус на своей нижней губе и пищание Сынмина. - Прости, - сразу извиняется Ким за кровь, что течёт с губы, и зализывает её, а затем переходит на шею, которая так эстетично покрыта взбухшими, от возбуждения, венами. Он прикусывает кожу и слышит томный стон Хёнджина, такой глубокий и грубый, что хочется ставить ещё и ещё укусов и засосов на теле вижуала их группы. Хёнджин стонет ещё чаще, пока Сынмин вовсю увлекается его шеей и спускается всё ниже и ниже. Сынмин, уже ничего не стесняясь, садиться на колени перед своим хёном, так по-блядски стягивает джинсы до колен и облизывается, чувствуя слюни, который накапливаются во рту. Через ткань трусов член Хёнджина такой толстый и слишком длинный, так что в рот Сынмина он точно не войдёт, но так думает только Хёнджин. Сынмин продолжает поглаживать чувствительное место и немного стонет, чтобы раззадорить Хёнджина и это получается, потому что он видит, как член старшего дёргается и просит большего внимания. Наконец младший стягивает и трусы, размазывая пальцами предъэякулят по всей длине, а затем облизывает руку, чтобы в дальнейшем было удобнее надрачивать. Он долго не ждёт: заглатывает большую часть члена и придерживает руками основание, аккуратно поглаживая его. Он начинает работать головой быстрее и всасывает щёки, от чего их стенки чувствуют весь рельеф члена старшего. А Хёнджин вообще в отдельном мире, потому что ещё никогда ему не было так хорошо, как сейчас. Он закатывает глаза и стонет, когда Сынмин вылизывает головку языком, а длину надрачивает руками. Член становиться всё твёрже и Сынмин специально смотрит на Хёнджина и высовывает язык, готовый принять сперму хёна. Но Хёнджин специально его останавливает и перелезает на пол, к Сынмину прямо на колени. Он вытаскивает из штанов его член и соединяет две эрекции вместе, начиная активно работать рукой, чтобы младший тоже побывал чуть ли не в пред смертном состоянии, потому что это слишком приятно. Они стонут одновременно, когда достигают пика, и целуются так лениво, потому что дыхание сбито, а сердце колотится от переизбытка эмоций. Хёнджин чуть ли не падает на Сынмина, но тот аккуратно придерживает его за талию, дабы тот не скатился на пол от бессилия. - Обожаю твой рот, - как в бреду шепчет Хван, а Сынмин тихонько хихикает, укладывая его на кровать и ложась рядом. - А я твой член. *** Где-то в 2026, когда отношения Хёнминов известны: - Встречайте группу Stray kids! - объявляет ведущая, зал шумит, а сами парни выходят на сцену. Феликс с Чанбином за ручку, что остались до сих пор верными друг другу, а Хёнджин тащит за собой Сынмина, которого тоже крепко держит за руку, пелеплетая их пальцы. - Пару Чанликсов мы обсудили, теперь перейдём к паре хёмнинов, что прославились своими крепкими и такими же долгими отношениями, как у Феликса и Чанбина, - говорит ведущая после почти часа разговоров о Чанликсах, - и так, одна из ваших фанаток задала вопрос в твиттере "Кто из вас первый проявил инициативу в отношениях?" - она подносит микрофон к паре и Хёнджин уже хочет сказать, но Сынмин быстро его перебивает: - Феликс, - ведущая и весь зал удивлённо смотрят на них, а стрэи начинают смеяться, - я тогда проиграл в боулинг и мне дали задание: подроч... - Хёнджин с испугом в глазах смотрит на Сынмина и закрывает ему рот ладошкой, а затем говорит: - А вот, что за задание дал Феликс Сынмину никто и никогда не узнает.