shards of pain

Light-Sleeping At Last «… Скрывшись в одиночестве, ты ещё долго не сможешь выбраться из него, но с каждым разом будет только больнее… » Несколько месяцев назад Дни в больнице шли одной длинной и мрачной полосой не имевшей начала и конца. Цвет ее словно никогда не менялся, а кажется, что становился лишь темнее. Здесь не было место радости — это слово просто не существовало в лексиконе больных и персонала. Это как ходить по одному и тому же лабиринту, постоянно сворачивая на свет заветного выхода, но всегда попадать в тупик. Именно в таком подвешенном состоянии все это время находился Чонгук. Он еще долго не мог отойти от осознания того, что пытался лишить себя такой дорогой жизни. Теперь в нем глубоко засели чувство вины, Чон считал себя слабым, вспоминая слова старого садовника, что «У любой проблемы есть решение, главное правильно его подобрать» и корил себя за это еще больше. Он стал себя собирать по крупицам, создавая нового Чонгука, того, кто будет надеяться только на себя и никогда не опускать руки. Для него это оказалось неимоверно сложно, но на то в жизни и даются испытания, чтобы с трудом, но пройти их. Показать, что Чон Чонгук сможет без отца добиться всего, что только пожелает. Поэтому сейчас в его жизни на первом месте находилось рисование. То, чем он не перестанет заниматься никогда. Лишь зарисовки в потрёпанном временем, на любимом скетчбуке приносили хоть каких-то ярких оттенков в его бесцветную жизнь, давая понять, что он на верном пути. Находясь в общей комнате, Чонгук замечал больных, которые хаотично сидели на диванах и занимались различными делами. Одни собирали пазлы, что успокаивало и помогало побыть в гармонии с собой хотя бы час, задуматься над чем-то и сделать выводы, другие слушали музыку, тем самым приводя свои эмоции и душу в единое целое. Особенно он удивлялся девушке, которая постоянно в одно и то же время приходила и слушала свою любимую песню, словно она была привязана к ней и составляла часть ее жизни. Внутри себя он мечтал завести с кем-то общение, но с другой стороны внутренний голос его отговаривал, внушая, что это не очень хорошая идея и лучше оставаться в одиночку. В этом месте он полностью отдавал себя чтению различных книг, красиво расставленных по алфавиту в небольшом шкафчике. Страницы одна за другой отпечатывались у него в памяти оставляя приятные эмоции, при воспоминании которых становилось теплее на душе. Последней прочтенной книгой оказалась «Ромео и Джульетта», их любовь оставила Чону большую пищу для размышлений. С одной стороны он завидовал их отношениям, ведь они были у друг друга, а с другой понимал, что это очень страшно — терять любимого человека. Гук задумывался, ведь будь у него такой человек, который его бы полюбил по настоящему и никогда не бросил, то он возможно и не подверг тем мучениям, которые мог бы тот испытать узнав о его смерти. Тому, с кем Чон прожил бы остаток жизни и не думал о проблемах, чувствуя свою необходимость рядом с ним. Выбивали из этих мыслей разговоры других больных, давая ощущение динамичности в этом сером месте. Нет, больница не выглядела унылой снаружи, даже наоборот была яркой и пестрой, но вот внутренне только и кричала о своей боли. Стены этого места впитали истории каждого, кто здесь был и надолго оставили след, который невозможно смыть или стереть. Все действия проходили словно по строго прописанному расписанию. Подъем, рисование в общем зале, консультации врачей, чтение и долгий сон. Словно единая система, которая при нарушение работы одного маленького механизма, выходила из строя и переставала работать. Только в тот неприметный день кто-то заставил его изменить свои планы и выйти из зоны комфорта… Пройдя в такую полюбившуюся комнату для чтения, он по инерции направился к своему излюбленному месту у окна. Чону всегда нравилось после прочтения долго смотреть на улицу, перекручивая все моменты в голове. Подойдя слишком близко, Чонгук понимает, что не только он сегодня решил здесь провести время. На небольшом тёмном кресле расположился молодой парень. С первого взгляда он чём-то притягивал, заставляя смотреть в этом месте только на него. Можно было заметить его глубокие глаза, в которых мгновенно терялось сознание и хотелось вечно тонуть в этих омутах. Они были темные, как уголь, но в то же время в них присутствовала та невинность и чистота, которой столь мало в нашем извращенном мире. Маленькое и худое личико, небольшой носик, идеально вписывающийся в общую картину, необычно пухлые губы, цвета ранней вишни. Слегка отросшие русые волосы, небрежно торчащие в стороны, показывали, что он не фарфоровая статуэтка из музея, а вполне нормальный человек. Его кожа была слишком белой, резко контрастируя со смуглостью Чонгука. Парень был худощав и небольшого роста. На нем висела очень большая толстовка желтого цвета, в которую тот укутался с ногами и выглядел таким маленьким, что было трудно определить его возраст. Он никак не реагировал на приближающегося Чонгука, шаги которого заглушала музыка в наушниках, где играла любимая песня «Painkiller-Ruel», от которой он точно не мог отвлечься. Незнакомец водил пальцем по стеклу, пытаясь выстукивать легкую мелодию, рисуя незамысловатые, понятные только ему рисунки. Подойдя уже впритык, Чон собирался развернуться и покинуть помещение, возвращаясь в свою комнату и проводя очередной день в одиночестве, но кто-то резко схватил его за рукав рубашки, цепляясь за самый край. Развернувшись, он сразу встретился с теми необычными глазами, которые больше всего привлекли его. Здравствуй, ты что-то хотел? — говорит парень сидящий в кресле, отключая музыку и вытаскивая наушники, сразу же запихивая их в карман джинс. Он с неким замешательством выполняет все эти действия, не отрываясь от Чонгука и продолжая держать того за рубашку. Эта картина продолжалась еще несколько секунд, пока Чон не решил ответить, а парень смущенно отдернул руку и полностью разворачиваясь в кресле посмотрел на него. Чонгук сразу растерялся, потому что не знал, что ответить и как с ним заговорить. Это первый раз в жизни, когда незнакомый человек сам начал общение. Нет, ой, здравствуй! — словно на выдохе выпалил Чон и сразу отвёл взгляд в окно. Почему-то, именно это его отрезвляло и приводило хоть немного в чувства, давая всем мыслям собираться. Впервые с ним кто-то вот так непринужденно заговорил, что приводило его персону в неимоверный восторг и, в то же время, в ужасный страх. Парень в кресле недолго думая протягивает руку и говорит: Привет, меня Чимин зовут, а тебя? — его голова немного опустилась на бок, а взгляд исследовал и прожигал насквозь. Он выглядел таким милым сейчас, а лучезарная улыбка украшала и без того прекрасное личико. За этот полный необычных моментов день, Чонгук и так вышел из своей зоны комфорта слишком сильно, поэтому ничего не ответив незнакомцу, сразу кинулся на выход из комнаты, заставляя второго остаться в замешательстве. Который так и остался с протянутой рукой, долго смотря вслед удаляющемуся Чону. Только через несколько секунд, а может и минут он обратно повернул голову к окну, обхватывая себя руками. Теперь во взгляде читалось замешательство и нескрываемая грусть, а в мыслях так и засели вопросы, на которые он точно найдёт ответы. В этом месте он первый раз встретил человека вызывающего интерес и Чимин теперь не отстанет от него. Забегая в палату и захлопывая за собой дверь, Гук опускается на кровать и закрывает глаза ладонями. В голове сейчас бушевал просто ураган мыслей. Никогда он не испытывал так много эмоций от одного образа человека. Впервые за столько лет Чон захотел заговорить с этим парнем, он казался ему чём-то светлым и неземным, но замкнутость выращиваемая долгое время, дала свои плоды в виде нелепого поступка. Чонгук понимал, что поступил глупо, вот так убежав и оставив парня, только изменить себя он не мог, даже если сильно бы и желал этого. Он привык корить себя за любой проступок и неправильную фразу, обещал, что снова так не будет делать, но постоянно приходил к этому снова. Недолго так полежав на мягкой кровати, сон все же взял над ним господство и накрыл тёмным покрывалом, цвета тех глаз, которые он долго не сможет забыть. * * * Чимин сидел на том месте ещё некоторое время, пока за окном солнце не скрылось из виду, а в небе стали появляться темные оттенки с отливом розового, оранжевого и пурпурного цветов. Он находился в больнице уже долгое время, знал почти каждого, но незнакомца, которого встретил сегодня, видел впервые. Конечно он не так часто бывал в этом крыле больницы, но иногда все же наведывался туда. Ему в этой комнате нравились мягкие и большие кресла, стоявшие прямо напротив панорамных окон. Здесь все обычно читали книги, но он немного нарушал обыденность тем, что приходил послушать песни. До этого Чимин долго отбирал каждую из них, составляя плейлист, подходящий именно под этот день. Раньше музыка составляла часть его жизни, поэтому изменять привычки он не хотел. Пак страдает редким заболеванием, получившее в случае автомобильной аварии и теперь уже несколько лет живет в страшном мире «одинаковых» людей. Это «лицевая агнозия», в частности «зрительная»-в результате которой, человек теряет способность узнавать и запоминать лица. За столь короткое время он привык всех отличать по голосу, походке, телосложению и другим отличительным признакам. Сначала было неимоверно сложно, Чимин не мог принять факт произошедшего и почему именно с ним это произошло, ведь до этого он был обычным ребёнком наслаждавшийся жизнью, все в его мире было хорошо, он даже строил грандиозные планы, которые теперь возможно и не исполняться вовсе. Конкретного и точного лечения его недуга просто нет, но облегчение и поддержание данной формы без ухудшений, возможно. Он смирился с тем, что может прожить всю жизнь в этой лечебнице, потому что в большом мире с такой болезнью находится просто нереально. Чимин понимал, что просто обязан познакомиться с тем парнем из общего зала, который просто убежал, оставив после себя недосказанность. Словно что-то приказывало ему это сделать. Он давно думал найти друга, с которым будет делиться переживаниями и разделять радость, ставшей почти редкостью в его жизни. Сможет хоть ненадолго почувствовать себя «нормально» и прожить дни здесь не в одиночку, а с кем-то кто поймет настоящего Чимина. Все остальные больные, с которыми он пытался завести общение, были неразговорчивыми или вообще никак не реагировали на его слова и действия, что заставляло чувствовать себя ужасно, понимая, что он только один. Его попытки всегда разбивались с глухим треском и не заканчивались хэппи эндом, как в мультфильмах дисней. Но только сегодня он почувствовал, что с этим парнем все может быть по-другому и именно он тот человек, поисками которого он долго занимался.