Система "Спасти-Главного-Героя-От-Тринадцати-Лет-Смерти"

      Вэй Ин не помнил своих родных родителей так хорошо, как ему того хотелось бы, но зато очень хорошо помнил те несколько холодных осенних и зимних месяцев, что последовали за их гибелью на очередной ночной охоте.       В том городе была проблема с лютыми мертвецами, потому Цансэ и Чанцзэ не взяли Вэй Ина с собой, оставив ждать в комнате постоялого двора. Ребенок знал, что его родители являются бродячими заклинателями, да и сами они уже начали обучать сына медитации и обещали после этой охоты отвести его в некий орден Цзян и познакомить с их давним другом, так что малыш не волновался и покорно ждал взрослых, найдя чем себя занять в четырех стенах.       Однако, когда ни через день, ни через три, за шестилетним ребенком никто не вернулся, Вэй Ин испугался. Он спрашивал у каждого нового останавливающегося на постоялом дворе о своих родителях, но его просто вышвырнули оттуда, словно какого-то плешивого пса, крича в след, что он оказался ненужен своей семье, потому те его и оставили. Ребенок же даже не слушал обидные слова противной упитанной хозяйки двора и, забрав оставленные родными вещи – цянькунь с одеждой, пачкой пустых талисманов и мешочком с деньгами, – отправился на их поиски, стараясь не думать о худшем и проглатывая все время подступающие слёзы паники, уже понимая, что все поиски окажутся бесполезными.       Все же, маленький мальчик, хоть и не зная этого, являлся главным героем, так что место для ночлега, как какие-нибудь заброшенные сарайчики или крытые дворики, у него имелось всегда, а какой-нибудь добрый торговец нет-нет, да подкармливал залежавшейся на прилавке лепёшкой, когда уже менее чем через месяц, – хотя время стало тянуться для Вэй Ина совершенно неразличимо, так что он не мог точно сказать, на сколько ему хватило тех денег, – от монеток в мешочке уже ничего не осталось. Единственным его страхом и врагом стали собаки. Огромные и совсем маленькие, такие же брошенные на улице и никем не приручённые, готовые вырвать из маленьких ладошек оставшиеся крохи еды своими кровожадными пастями или разорвать и самого мальчонку, если тот не успеет убежать. Поначалу ему было их даже жаль. Поначалу. Пока не наступило холодное время, когда на усыпанных инеем, а позже и снегом, улицах, каждый становился сам за себя, а ослабевший детский организм переживал недомогания все чаще, в то время как добрых торговцев становилось все меньше. Холод стал его вторым страхом. И, к глубочайшему ужасу Вэй Ина, оба эти страха сошлись перед ним в один день, заставляя беспомощно дрожать на заледенелой земле от подступающих все ближе четвероногих, которые загнали его сюда, не смотря на то, что тот, в попытке спастись, бросил им первый попавшийся за несколько дней свежий вонтон, так неосторожно оставленный кем-то остывать у открытого окна. — Нельзя быть вором, красть чужое – очень плохо! — так твердил ему голос матери, лицо которой он уже не мог вспомнить, как бы сильно ни старался задержать в мыслях подольше те теплые моменты, которые дарила ему его семья всего несколько месяцев назад.       Возможно, ему следовало послушать этот совет и не трогать чью-то еду, возможно, тогда эти одичавшие животные и не последовали бы за ним на запах теплого вареного мяса. Но маленькое дрожащее тельце, тепло которого совсем не сохраняла та изношенная и порванная одежда, что у него осталась, не пережило бы эту ночь с той постоянной пустотой, что царила неделями не только в его душе, но и желудке. Но по сему выходило, что ночь он и вправду не переживет. Только вот жизнь покинет его не из-за голодания и периодических лихорадок. Его попросту съедят более сильные и голодные существа, что наверняка еще долго будут обгладывать маленькие человеческие кости. — Ты в порядке?       Ощущая подступающую тошноту от испытываемого ужаса и подмерзающие прямо на щеках слезы, Вэй Ин с трудом услышал чьи-то слова, но во внезапно окружившей его тишине они показались ему неестественно громкими и неправильными. Не может никто задать ему этот вопрос. Здесь нет никого кроме его самого и стаи безумнейших собак, что вот-вот съедят его. — Ох, Небожители... Вот. Теперь холод уйдет, — когда прозвучал все тот же тихий голос, а самого его завернули во что-то невообразимо теплое и мягкое, мальчик был готов поверить в то, что он уже попал на небеса, где родители дожидались его и сейчас это именно они поддерживают его дрожащими руками и разговаривают с ним. Правда вот, когда слипшиеся от мороза опухшие глаза все же удалось открыть, вместо матери или отца перед ним оказалось белое лицо такого же ребенка, с горящими зелеными глазами и размытым чернильным пятном вместо волос.

***

— Мы же не оставим его? Те псы только что чуть не сожрали его заживо!       Ло Синьфу смотрел на взрослого в полнейшей растерянности, позже решимости, а в каждой его фразе сквозил истинный ужас перед произошедшим и сам он начал заикаться. Восьмилетний демоненок укутал уснувшего младшего в свою меховую накидку, заставив при этом и Билу переползти за чужую шею, от чего Шану пришлось в срочном порядке менять меховое ханьфу племянника на найденыше на свое, уже буквально пеленая того в нём. Сам супруг повелителя Севера носил меха не для защиты от холода (защищать его тут просто не от чего, а вот от жары - пожалуйста!), а скорее потому, что это обыкновенный стиль одеяния, показывающий всем его статус. Младший Ло же низких температур пока не переносил, будучи еще слишком молодым для того, чтобы правильно контролировать бегущую по собственным, – не заикаясь даже о чужих – венам кровь. Но огненного лисëнка с Вэй Ина никто стаскивать даже не думал. Честно говоря, все о чем сейчас мыслил Цинхуа, было составлено всего из трех основных пунктов: что делать с обнаруженным главным героем, как это повлияет на сюжет, и нельзя допустить, чтобы этот ребенок оставался на улице. Собственно, пересилил последний и, как казалось, самый важный пункт, так что мужчина взял меховой кокон в руки и встал на меч, указав Синьфу держаться за его ноги как можно крепче. Что там за штраф влепит ему очухавшаяся Система, или насколько сильно будет материться Юань его совершенно не волновало. Баллов давно набралось на три жизни вперед, а друг позже и сам поймет причину его действий.

***

      Ледяной дворец стоял неприступной вытянутой конструкцией почти что на вершине одной из заснеженных скал, привлекая внимание своим неравномерным сиянием, похожим на свет звезды, что указывает моряку дорогу к несметным сокровищам. Сами сокровища так же имелись во дворце, надёжно спрятанные в скальных катакомбах под нижними этажами, накопленные бесчисленными поколениями Северных Священных демонов, обитавших здесь до него. Когда-то ему хотелось увидеть эти комнаты, до отказа заваленные всевозможными драгоценностями и артефактами, но вместо этого его Отец подавил в ребенке всё тепло, что вообще могло коснуться сердца будущего правителя Севера; когда-то он полностью охладел и оказавшись в этом месте жаждал почувствовать тот трепет перед сокровищами, который был в детских воспоминаниях, но вместо этого лишь бесстрастно забрал несколько полезных вещей для помощи Ло Бинхэ; когда-то ему хотелось спрятать в эту самую сокровищницу одного человека, но вместо этого он забрал из нее свадебные браслеты и торжественно вручил тому человеку. Который в тот момент чуть впервые не свалился в настоящий обморок. Теперь демон направился в извилистые сияющие комнаты, чтобы забрать оттуда то, что поможет им с супругом в рождении наследника, тем самым обрадовав его. Но вместо этого... — Мой король! — демон смотрел на свое приближающееся сокровище с ребенком Ло наперевес, которые даже не удосужились сойти с меча, поэтому уже совсем скоро оказались рядом с ним — Срочно отправь за Юанем, очень срочно! Мы будем в комнате Синьфу! — и так же скоро скрылись за поворотом, не оставляя удивлённому демону выбора, кроме как выполнить просьбу мужа.       Повелитель Севера выловил одного из слуг, приказав сообщить о срочном деле Повелителю Юга и чтобы это у него заняло минимум времени. Бедный привыкший демон побежал к главному слуге за талисманом для перемещения и оплакивал свой выходной, в то время как Мобэй развернулся в направлении лестниц. Сюрприз подождёт. Когда его супруг говорит, что дело срочное, то это значит, что так оно и есть и в этот момент он должен быть рядом, чтобы помочь и усмирить своего слишком деятельного заклинателя.       Шан Цинхуа и младший Ло тем временем занимались Вэй Ином, перемещая его бессознательное тельце на широкую кровать. Вернее, этим занимался Синьфу, пока его дядя нервно вышагивал из стороны в сторону, что-то бормоча под нос. Ребенок даже и не пытался прерывать мыслительный процесс бывшего Горного Лорда, поплотнее подталкивая краешки одеяла, которое заменило ханьфу мужчины, и успокаивался тем, что поглаживал мех, свернувшейся на соседней от найденыша подушке, лисицы. За собственными мыслями они не заметили бесшумно вошедшего Короля, на которого заклинатель обратил внимание только оказавшись непосредственно остановленным им от образования в полу мини-рва. Только оказавшись в кольце прохладных рук мужа, Цинхуа смог прийти в себя и немного успокоиться, полностью облокотившись на него. — Что-то произошло? — заметив, что супруг расслабился, Мобэй огляделся и остановил свой взгляд на необычно притихшем молодом господине Ло. Все внимание привлекала кровать ребенка, на которой явно было что-то лишнее — И кто этот мальчик?       Человек развернулся и устало уткнулся в распахнутый на груди меховой ворот своей личной Снежной Королевы. Послышался глухой смешок: — Мы украли главного героя.

***

— Вы – ЧТО?! — столь ошеломленно-яростного крика в исполнении этого человека не было слышно уже очень и очень давно, от чего все присутствующие мужчины невольно вспомнили свои молодые годы и события давно минувших лет. — Братец, братец, успокойся, — примирительно поднял руки писатель в отставке — Ты же получал сообщения от Системы?       Пусть Шэнь Юань и перестал вести себя слишком сдержанно, столь резкие выкрики всегда до чертиков пугали бедного Самолета, чьи работы этот страшный критик просматривал до сих пор, но реагировал куда как менее гневно и более язвительно, порой даже с чувством некой самоиронии. Этот маленький страх не изменили ни их по настоящему братские отношения, ни пятьсот с лишним лет жизни. От этого в мысли закрадывалась шальная мысль о том, что Система выбрала весьма похожего и подходящего человека на роль Шэнь Цинцю, ведь он отлично справлялся со своей задачей, отклоняясь лишь в чрезмерной доброте к своему ученику. Ну... Плоды этой все так же виляющей хвостиком чрезмерности, которая заботливо наливала чай своему мужу, все могут наблюдать прямо сейчас. А так же ее уменьшенную версию, сидящую на кровати в соседней комнате. — Конечно, — заклинатель удрученно вертел в руке веер — До этого не было никакой феноменальной активности во время наших странствий, а тут она вдруг выдает кроссовер. Я уже собирался встретиться с тобой, но ни как не ожидал... Великие Небожители! Ты правда украл главного героя Магистра Дьявольского Культа!! — мужчина тяжело вздохнул, закрыв глаза рукой — И я сделал бы так же. Главный герой или нет, сейчас он прежде всего обычный ребенок. — Система не выписала штраф и, кажется, опять появится только вместе с новым заданием, — Цинхуа с облегчением сделал глоток чая, принесенного слугой.       Комната Синьфу в Ледяном Дворце была на соответствующем его статусу уровне и состояла из нескольких помещений, отделенных друг от друга раздвижными перегородками из расписной тростниковой бумаги. Всего таких помещений было три – рабочий кабинет, в который попадаешь сразу же, как входишь в покои, спальня и ванная комната; полноценный водопровод на верхние этажи провести не получилось, так что это больше походило на выдолбленный в каменном полу бассейн, который наполняют водой слуги. Они расположились в рабочей зоне, оставив детей в спальне во-первых для того, чтобы младший Ло присматривал за Вэй Ином у которого началась легкая горячка, а во-вторых – он не знает о существовании Системы и разделении этого Мира на различные новеллы. Самолет честно уговаривал Юаня рассказать сыну об этом, но получилось выжать только то, что они пришли из другого мира – как какие-то третьесортные мессии из клишированных новелл их прошлого родного мира. Даже мужьям они открылись лишь после первых ста лет брака, а всем остальным и того позже. — Подожди, — вдруг вскинул руку бессмертный мастер — Но ведь основная миссия уже должна быть озвучена, не так ли? — увидев выражение "ничего-такого-небыло" на лице Самолета, Шэнь Юань решил уточнить у той, кто все это затеяла — Система, ты здесь? [Система готова предоставлять свои услуги пользователям двадцать четыре часа в сутки.] — Какова моя конечная цель в этом кроссовере? — глаза закатывались уже почти непроизвольно от очевидной лжи этой противной Гугл-сестрицы. [Главная миссия определяется... Главная миссия Пользователей - Спасти-Главного-Героя-От-Тринадцати-Лет-Смерти! Награда: выполнение Главным Системным Центром одного любого вашего желания.]       Сложно сказать, что в этот момент шокировало двух переселенцев больше – то, что у них одно задание на двоих, или непосредственно награда за это самое задание. Мужчины просто некоторое время тупо смотрели на голубоватую панель, которая даже начала издевательски переливаться различными оттенками, напоминая меняющееся от рассвета до заката небо, заполненное черными символами. Привел их в чувства выглянувший из-за раздвижной двери демоненок, чьи зеленые глаза пускали в них лучи беспокойства. — Пап, ему становится только хуже, — в тихом голосе Синьфу ясно проскальзывала усталость, но этот ребенок не был намерен засыпать сегодня так легко. Маленький братец до сих пор всхлипывал от боли и жара не смотря на то, что их лекарь осмотрел его и дал все нужные лекарства еще до прихода его родителей.       Взрослые тут же отмахнулись от Системы, Мобэй-цзюнь вновь отправил слугу за лекарем, а Ло Бинхэ подхватил сына на руки: — Малыш, отдохни, — мягко начал он, но получил в ответ только упрямый толчок ладошкой в грудь. Мужчина умиленно улыбнулся, характер у Синьфу всегда был под стать его Юаню — Мы позаботимся о нем.       Ребенок что-то еле разборчиво пробурчал, когда спешащий врачеватель оказался в комнате и снова приступил к своему сложному медицинскому делу.

***

      Маленький мальчик, своими торчащими неаккуратным волосами напоминающий сброшенного в прорубь вороненка, который пытался понять происходящее и стряхнуть с себя воду, сидел на незнакомой кровати в совершенно незнакомом ему помещении, а совершенно незнакомый вид за окном, который сначала был принят за лист бумаги с картиной оказался настолько неизвестным и необыкновенным, что он даже не был уверен в существовании такого места на самом деле. Вэй Ин, сколько себя помнил, был достаточно любопытным и любил совать свой нос в любое хоть мало-мальски интересное место с желанием разузнать – что, как, почему и для чего. Эти несколько месяцев ни сколь не повлияли на эту его черту, но сделали крайне осторожным и боязливым.       В итоге, ребенок просидел на кровати, пристально рассматривая окружение и не двигаясь достаточно долго, чтобы все его тело занемело и потребовало хоть какого-либо движения. Не то чтобы он был слишком сосредоточен на выслушивании шорохов или других признаков опасного движения со стороны двери... Вэй Ин понятия не имел, каковы облака на ощупь, но смело мог сказать, что одеяло на нём, это самая мягкая и теплая вещь в его недолгой жизни. Только насладившись этим теплом и поняв, что никого постороннего нет поблизости, он встал и, как можно тише, обошел все помещения, которые находились за бумажными дверьми. Выглядывать за высокую деревянную входную дверь он побоялся. — О, младший братец уже проснулся! Учеба: Не помешала? ◖⚆ᴥ⚆◗ Я: Помешали. ಠ,_｣ಠ Учеба: Я старалась. (• ▽ •) Название апгрейднулось, можно считать, что прошлое название было тестовым, а как Вам больше нравится? :) Спасибо всем, кто исправляет ошибочки в ПБ (｡･ω･｡)ﾉ♡ Меня пошли убивать, ха-ха... Так вот как себя чувствовал Ие Чжи Цю... Спасибо, что Ло Синьфу не придет по мою голову!(хотя тот не может быть страшнее Сю, или все же может, как никак его отец – сам Ло Бинхэ (・–・;)ゞ)