Генезис

Гарри не понимал, какая сила заставила его наброситься на Малфоя с поцелуем. Однако это сработало: тот потерял дар речи. Малфой замычал и забил кулаками по поттеровской груди в жалкой попытке оттолкнуть. Гарри навалился на блондина, пригвождая его к столу. Малфой больно укусил его за губу. Гарри почувствовал, как горячая струйка собственной крови потекла вниз по подбородку, но это не заставило его отлипнуть от блондина. Странный зверь или существо сейчас радостно мурлыкало и нашептывало Гарри свои грязные желания. Мозг превращался в желе, не позволяя трезво мыслить. Гриффиндорец опустил руку на малфоевское бедро и несильно сжал. Малфой резко выдохнул ему в рот, и Гарри, не соображая, углубил поцелуй, сразу же приласкав гладкий язык. Чужой стон сладкой вибрацией растворился в горле. Малфой вцепился в его мантию, словно клещ, прижимая ближе к себе. Гарри только на секунду удивился столь быстрой смене настроя Малфоя, не прекращая ласк. Малфой почему-то льнул к нему и, казалось, пытался вжаться в Гарри всем телом, хрипло постанывая в поцелуй. Инстинкты подсказывали, что и как следовало делать: Гарри ненавязчиво пролез под слизеринскую мантию, ловко справляясь с пуговицами на рубашке и тут же прикасаясь к судорожно дернувшейся груди. Малфой замычал, прося освободить его от плена кровавых губ ввиду отсутствия воздуха. Гарри немного отстранился, заглядывая в совершенно безумные и шальные серые глаза, чей черный зрачок затопил почти всю радужку. Гарри гулко сглотнул. Малфой моргнул один раз, потом другой, а затем в его глазах отразилась паника. Он с яростью пихнул Гарри в грудь, запахивая мантию и отчаянно краснея. — Мерзкий ублюдок! — ядовито выплюнул Малфой, бросаясь прочь. Гарри медленно опустился на пол и больно стянул волосы на затылке. Что же он наделал?! *** Всю ночь Гарри проторчал в выручай комнате. Когда чуйка подсказала о наступлении утра, он решил двигаться к общим комнатам. Петляя между грудами хлама, Гарри невольно зацепился взглядом за своё отражение в грязном старом зеркале. Он сделал шаг назад и медленно уставился на стеклянную поверхность. Вместо своего собственно отражения на него смотрела его мама, та, которую он видел в своих снах. Чёрное приталенное платье, увенчанное такими же черными шипастыми розами, прекрасно сидело на стройной фигуре, рыжий всполох волос изящной волной спадал на покатое белое плечо, а яркие изумруды глаз смотрели в самую душу. Гарри невольно подался ближе к отражению. Мама улыбнулась. — Какой же ты красивый, милый, — с озорными искорками в глазах заметила женщина. — Мам? — Послушай, милый, у меня не так много времени. Поддерживать связь очень непросто, у меня есть несколько секунд, но я прошу тебя присмотреться к окружению. — В каком смысле? — не понял Гарри. — У нас За Гранью неспокойно. Надвигается что-то нехорошее, милый. Боюсь, что мир скоро затрещит по швам и... — мама не успела договорить. Морок пропал и теперь, прилипнув к зеркалу, Гарри видел своё взволнованное лицо. — Мама! — но ответа не последовало. Он стиснул зубы и уныло поплелся в общие комнаты. У картины Полной дамы он напоролся на парочку второкурсников, которые при виде него восхищённо зашептались. Они любезно сообщили ему пароль. В спальне Невилл Долгопупс всё ещё валялся в постели и видел седьмой сон, Дин Томас активно собирал портфель и приводил в порядок школьную мантию. Симус, сонно моргая, протирал заспанное лицо. Гарри невольно расплылся в улыбке, глядя на эту идиллию. — Эм, здравствуй? — неловко произнес Дин, окидывая Гарри беглым взглядом. — Мы знакомы? — Это я, Дин! — Дамблдор не дал никаких наставлений, поэтому хотя бы со своими однокашниками Гарри решил не играть в инкогнито. Гермионе он обещал быть таковым только в поезде. И всё же Томас, похоже, не признал его. — Я Гарри. — Что?! — хором воскликнули Дин и мигом проснувшийся Симус, разбудив Невилла. — Как ты это сделал, Гарри? — спросил Симус, краснея и опуская глаза. — Зелья? Какое-то заклинание? — Я просто подрос? — то ли спросил, то ли ответил Гарри, наклоняясь к своему чемодану. Гарри затылком чувствовал устремлённые на него заинтересованные и любопытные взгляды, но мысленно благодарил парней за молчание. Он ознакомился с расписанием, к своему неудовольствию замечая первым уроком Зельеварение, куда он не попадал из-за своего «Выше ожидаемого». На душе скребли кошки, а настроение быстро упало. Из головы никак не желало выходить предостережение мамы. Стоило рассказать о случившемся Гермионе. На выходе из гостиной, Гарри встретился с Гермионой и Роном. Девушка, изучив их расписание погнала обоих к профессору МакГонагалл, которая холодно потребовала от них присутствия на Зельеварении. Рон заметно поник, а Гарри немного приободрился, зная, что Снейп больше не будет их тиранить. Это касалось исключительно зелий. Они, разумеется, опоздали, но Слизнорт встретил их с распростёртыми объятьями, хотя вид Гарри его смутил. Гриффиндорец с ужасом узнал в одном из слизеринцев Малфоя, который старательно делал вид, что не замечал его, однако чуть розовые щеки выдавали слизеринца с головой. У Гарри что-то ёкнуло в груди, но он мотнул головой, проклиная себя. — Что ж, начнем урок, — хлопнул в ладоши Слизнорт и жестом подозвал студентов к котлам с готовыми зельями. — Итак, кто скажет мне, какие зелья я для вас приготовил? Он указал на черный котелок, где мерзко булькало пахнущее переспелой капустой, похожее на глину зелье. — Оборотное, — на автомате выдал Гарри, не подняв руки и быстро прикусила язык. Гермиона обиженно опустила руку. — Верно, молодой человек. Однако я попрошу вас в следующий раз поднимать руку. Как вас...? Гарри метнул в сторону Гермионы умоляющий взгляд. Она улыбнулась и кивнула. Пока они шли к классу, Гермиона сказала, что не стоит разыгрывать ранее представленный в поезде спектакль. Гарри набрал в лёгкие побольше воздуха и выдохнул. — Гарри Поттер. Взволнованное бормотание пришлось среди учеников. Голубые глаза Слизнорта в удивлении округлились, девчонки захихикали. Забини презрительно фыркнул, а Малфой побагровел. На секунду Гарри показалось, что в его белесых глазах застыли злые слёзы, но видение пропало, потому что Малфой отвернул от него голову. — Что же, Гарри, мой мальчик, рад видеть тебя. — Взаимно, сэр. Гермиона блестяще ответила на остальные вопросы Слизнорта и принесла Гриффиндору десять очков. Проходя мимо Амортенции Гарри явственно почувствовал запах свежей древесины своей любимой метлы, пирога с патокой и яблок. Получив задание, класс принялся за приготовление зелья. Гарри не без удивления обнаружил в своём учебнике кучу пометок предыдущего хозяина, чьи рекомендации в конечном итоге обеспечили ему победу. Первым из класса вылетел Малфой. Гарри не отпускало противное скребящее под ребрами чувство. Он с ужасом понимал, что это вина и элементарный стыд. Попрощавшись с друзьями, Гарри устремился вслед за белобрысой макушкой. — Малфой! — позвал Гарри. — Отвали, урод! — Я поговорить хочу! — он ускорился, а Малфой почти перешёл на бег. На них оглядывались другие студенты и воодушевленно шептались. — Да пошел ты...! Гарри в два длинных шага нагнал Малфоя и схватил его за рукав мантии. Малфой зашипел, дернувшись в сильной гриффиндорской хватке и смачно съездил ему по лицу кулаком. Гарри зарычал и втолкнул блондина в пустой кабинет. Они сцепились, словно бешеные собаки. Благодаря гадкому кузену, Гарри за последние пару лет очень преуспел в магловском мордобое. Он прижал яростно ругающегося и всё ещё пытающегося сопротивляться Малфоя к земле, нависнув сверху. Гарри чувствовал, что губа была разбита, и нижняя челюсть неприятно пульсировала. У Малфоя на правой скуле наливался яркий синяк. Он елозил ногами по полу, тщетно пытаясь спихнуть с себя разгоряченного дракой Гарри. — Пошел, прочь, ублюдок! Мерзкий! Извращенец! — верещал Малфой, не в силах вырвать из крепкого захвата руки. Гарри невольно залюбовался этим красным лицом, с испорченной прической и подбитой щекой, с серыми, метающими молнии глазами и искусанными тонкими губами. Жар, скапливающийся ниже пупка, распространялся по всему телу. Гарри захлестнул необъяснимый восторг от представшей перед ним картины. Он наклонился к тонкой шее и жадно втянул малфоевский запах, утробно рыча. Малфой замер, а потом завозился по полу с удвоенной силой. — Поттер, гад! Ты совсем что ли?! Не смей меня трогать! — Малфой ощутимо заехал Гарри по ребрам коленом. Гриффиндорец, ругнувшись, широко облизнул контур шеи. Малфой рвано выдохнул и дёрнул головой. — Ты что, гей?! А как же твой имидж народного героя с кучей фанатов? — Мне всегда было всё равно, что обо мне думают. А вот с тобой точно что-то происходит. Это связано с Волан-де-Мортом? — Малфой заметно вздрогнул и задрожал, и Гарри понял, что попал в точку. — Убирайся, чёртов гриффиндурок! — Малфой снова попытался лягнуть его, но удар получился совершенно неприцельным. — Прости, если произошедшее в Выручай-комнате тебя обидело... — Если?! — ядовито выплюнул Малфой, — ты грёбаный, чокнутый, больной, ненормальный и мгх...! Гарри заткнул ему рот свободной рукой, не позволяя продолжить гневную тираду. Он мысленно посчитал до десяти и смерил Малфоя внимательным взглядом. — Я помочь тебе хочу, придурок. — Спокойно сказал Гарри, громко шикнув от боли, когда Малфой неслабо укусил прижатую к его рту ладонь, однако гриффиндорец упрямо её не убирал, игнорирую жгучую боль. — Ты ведь не просто так старался на Зельеварении? Тебе очень нужна жидкая удача. Рон и Гермиона видели тебя в лютном переулке вместе с матерью за неделю до учебы. Что ты там делал? Волан-де-Морт приказал тебе что-то сделать? Ты теперь Пожиратель? Глаза Малфоя наливались кровью и яростными слезами осознания своей беспомощности в этой ситуации, его заметно потряхивало. Он то бледнел, становясь светлее светлого, то краснели аки маков цвет. Гарри не знал, что и почему заставило его заговорить о помощи. Это же был Малфой! Наглый, высокомерный хорек, которому до других людей и их чувств никакого дела не было. Однако сейчас перед собой Гарри не видел привилегированного мальчика, выросшего в роскоши и любви, он смотрел на потерянного и ужасно напуганного человека. Возможно жалость или гриффиндорский комплекс героя орали во всю глотку о необходимости протянуть Малфою руку помощи. Быть может, предоставленная им информация могла бы помочь Ордену. Гарри медленно отнял руку от малфоевского рта. — Теперь мы можем поговорить без криков и истерик? — спросил Гарри, не выпуская Малфоя из захвата. Тот обиженно засопел, но кивнул. — Слезь уже с меня, придурок! — выплюнул Малфой, избегая взгляда глаз-изумрудов. — Не слезу, потому что ты сбежишь, как всегда это делаешь. Говори, что тебе поручили. — Меня убьют, Поттер! — Что? — Давай уже, свали и забудь о моём существовании! Ты же об этом мечтал, верно?! Так вот я тебе больше на глаза не попадусь! — Ну-ка успокоился и рассказал, что на самом деле происходит! — не дожидаясь ответа, Гарри потянулся к предплечью Малфоя и задрал рукав. Малфой завопил, отчаянно лягаясь, но Гарри все равно увидел её. Метку. Сердце рухнуло в низ живота, а горло сдавило спазмом. — Пусти, ублюдок! — голос Малфоя звучал ужасно жалко. Гарри перевел взгляд от заклейменного предплечья на красное от не сорвавшийся слёз, усталое лицо. — Что ты должен сделать? — Гарри с трудом узнал себя. Рычащие нотки пропали, оставляя только тихие ровные интонации. Малфой прекратил дёргаться. Он зажмурился и закусил губу до крови. — Зачем ты лезешь? Ты уже сделал, что мог! Мой отец в Азкабане. Мама вне себя от горя, а наш дом кишит Пожерателями. — Малфой нервно икнул, голос его задрожал, но он упрямо не поднимал на Гарри глаз. — Он тебе угрожает? Тебе и твоей маме? Гарри не нужен был ответ, он и так уже понял, что Малфоя, судя по всему, обрекли на смерть. Гриффиндорский дух требовал броситься на выручку и помочь нуждающемуся. С другой стороны, противный голосок в голове пищал о всех членовредительствах Малфоя в прошлом. Гарри устало вздохнул, и взгляд сам собой зацепился за лакированную поверхность шкафа. В отражении он снова увидел маму. Драко из последних сил сдерживал предательские бессильные слёзы. За лето он порядком натерпелся от их дорогих «гостей». После провала отца в Министерстве, они с мамой стали изгоями даже среди Пожирателей. Драко было страшно вспоминать сальные взгляды Кэрроу и Сивого, больно возвращаться во времена тренировок с безумной тёткой. Драко прекрасно понимал, насколько жалким он стал за эти два месяца, шарахаясь собственной тени и любого шороха. Инцидент с Поттером в Выручай-комнате выбил его из колеи. Драко ещё на третьем курсе зарёкся похоронить свои чувства к этому лохматому недоразумению. А потом его впервые поцеловали. Грубо, хищно, жадно. Было бы намного проще, будь это не Поттер, а, как он и представился в поезде, переведеныш из Дурмстранга. К чему было то представление? Посмеяться? Что ж, очень умно! От обиды в груди стянуло все внутренности. Драко игнорировал текущий по подбородку кровавый ручеек. Хотелось послать Поттера и наслать кучу непростительных вслед, но часть его, та, что счастливо пищала при виде шрамоголового придурка и заставляла вести себя, как полный идиот, тихонько радовалась на закоулках сознания. Ну вот зачем?! Зачем Поттер снова переворачивает весь мир вверх дном? Драко запоздало понял, что Поттер какое-то время буравит взглядом шкаф. — Поттер? — хрипло позвал его Драко. Гриффиндорец опустил на него глаза, вынуждая испуганно пискнуть и замереть: зрачки зелёных глаз сделались вертикальными, как у змеи. Драко почувствовал, как наэлектризовался вокруг них воздух и как сладко потянуло в паху. Его магия, словно домашний кот, ластилась к Поттеру, желая влиться в него, переплестись с ним. Драко рвано выдохнул. — Ч-что ты д-делаешь? — голос предательски подвёл. Поттер, осклабившись, завертел головой, будто у него ужасно тянуло шею. Она несколько раз хрустнула. Драко с ужасом ощутил холод держащих его рук и внезапную остроту когтей. На голове Поттера стремительно выросли изогнутые чёрные рога. — Так уж вышло, что я не обычный волшебник, Малфой. — Рокочуще прошелестел Поттер на ухо Драко, которого затрясло от этого сладостного баритона и пробирающего до костей ужаса. В этом тембре с трудом можно было бы узнать Поттера, но всё же это был он, немного грубый и наглый. — Я смогу тебе помочь, если ты позволишь. Поттер на миг взглянул на шкаф, а потом снова вперился цепким хищным взглядом в Драко. Непонятное томление поднималось из недр малфоевского естества. Ему становилось жарко и душно, одежда сильно тёрла и неприятно липла к телу, в горле стоял ком. — Что...кто...? — Драко путался в словах, да и язык не желал ворочаться. Было страшно, но в то же время парня обуял интерес и...надежда? После заключения отца в Азкабан мир Драко затрещал по швам и вскоре рухнул. На него легла ответственность не только за свою жизнь и родовое гнездо Малфоев, но и за жизнь матери, которую он очень любил и уважал. Драко понимал, что выбора у него не осталось в тот самый момент, когда Тёмный лорд отдал ему приказ избавиться от директора. Ещё и этот Поттер со своими приставаниями и дурацким представлением неплохо покорежил картину мира. Как бы тяжело это ни было признавать, но Драко не хотел становиться убийцей. Он достаточно насмотрелся на диктатуру Темного лорда в их доме. В глубине души Драко всё же отчаянно надеялся на спасение из этого кошмара. Кошмара, в который он попал не по своей воле. — Из меня врун никудышный, поэтому лукавить не стану. — Говорил парень, который назывался Поттером. — Я только учусь и начинаю познавать свои силы. — Откуда они у тебя? — Ты про рога? — невинно хлопнул глазами гриффиндорец. Только испытываемый Драко шок не позволил ему посмеяться над этим придурком и его наивной глупостью. — Это наследственное. — Я про твою магию. Она как будто другая. — Прошелестел Драко. — За лето я изменился, и виной этому является моя мать, которая была не грязнокровкой, но сейчас это неважно. Я могу помочь тебе, но я должен знать, что тебе поручили. — Зачем тебе это? Зачем спасать меня, Поттер? — Драко сглотнул, — я ведь пять лет тебе жизнь портил. — Я и не говорю, что прощаю тебя, — резко ответил Поттер, — однако мои чувства не имеют значения, когда на кону могут стоять жизни людей. Я спасу всех, я должен. — Тебе пророчество голову вскружило, идиот? Ты кем себя возомнил?! — Заткнись уже, Малфой, и дай мне тебя спасти! Ты ведь боишься Волан-де-Морта? — Драко невольно вздрогнул и подавился воздухом, не отвечая. — Боишься, — подтвердил Поттер, устало выдыхая. — Пусти! — Драко снова задёргался в цепкой хватке, извиваясь змеёй. Поттер грозно рыкнул, отпуская часть магии. Сладкая волна прошила блондина от макушки до пят. Его выгнуло дугой, а рот открылся в беззвучно стоне. — Чего ты так упрямишься? — голос Поттера показался Драко немного сконфуженным и довольно тихим. Слизеринца била жгучая и отдающая сладким теплом в паху дрожь. Он закусил губу, жалостно всхлипывая. — Малфой? Что с тобой? — Поттер, прекрати это делать, мать твою! — Драко откинул голову на холодный пол, сильно зажмуриваясь и не желая видеть красивое лицо гриффиндорца. — Я ничего не делаю! — Делаешь, ублюдок! Что б тебя... — Малфой сдвинул колени, сгорая от стыда. Поттер опустил голову и без труда заметил состояние своего врага. — Оу... — вырвалось у него. — Отпусти же уже! Сколько можно-то?! — Ты расскажешь, что тебе поручили, иначе, клянусь, я лишу твою тощую задницу девственности! И сделаю это очень грубо! — Гарри так и не понял, почему сказал подобное, но когда серые глаза Малфоя в ужасе распахнулись, а нижняя губа задрожала от страха, сердце обожгло неприятным острым чувством. — Скажу... — хрипло выдохнул Малфой, отворачивая от Гарри свой стеклянный, потерявший блеск взгляд, — пожалуйста, отпусти... — Говори. — Потребовал брюнет, проклиная себя, но всё же ослабляя хватку на бледных тонких запястьях Малфоя, который сейчас выглядел совершенно несчастно и сломано. Одна часть Гарри твердила ему о том, что он поступает правильно и что Малфой отчасти заслужил того, что с ним сейчас происходило, но тонкий тихий голосок в голове пищал о необходимости извиниться перед блондином за все последние события. — Убить...директора... — одними губами прошелестел Малфой. Желудок Гарри сделал сальто и упал вниз. — Ты серьёзно готов был это сделать? — Нет... — честно признался Малфой. Из его глаз брызнули слёзы, и он грязно выругался, проклиная свою слабость и жалость. — Я не смог бы, не смог... Не после того, как видел что они... Как Сивый...— Малфой содрогнулся, его кадык дернулся. Гарри тут же отпустил парня, который с трудом сдержал рвотный позыв. У Гарри внутри поселилось липкое гадкое ощущение, словно сердце утопили в смердящем мазуте. Он утробно зарычал и невольно скользнул взглядом по шкафу, где ещё несколько минут назад он видел маму, сказавшую выпустить часть магии. Сейчас на него глядел весьма симпатичный парень, правда, с изогнутыми блестящими рогами (совсем как у его мамы). — Я сделаю всё, чтобы избавиться от Волан-де-Морта, Малфой. Просто, начиная с сегодняшнего дня, мы с тобой на одной стороне. Нравится тебе это или нет. Не делай глупостей, потому что в противном случае ты пожалеешь, что родился на свет. Кивни, если понял. — Гарри не без усилия постарался сделаться максимально беспристрастным и отстраненно холодным. Малфой кивнул. — Отлично. Гарри слез с Малфоя и громко хрустнул шеей, разминая её. Магия вокруг него рассеялась, рога пропали, глаза вернулись в своё обычное состояние. Блондин же поспешно поднялся, сильнее запахивая мантию, пряча позорное возбуждение в фирменных брюках за ней. Гарри невольно облизнулся, игнорируя пробежавший по позвоночнику жар. — Не пропадай из виду, Малфой, — отсалютовал слизеринцу Гарри, разворачиваясь на низких каблуках и уходя прочь из пустого класса, оставляя Малфоя наедине с его мыслями и переживаниями. *** На урок по ЗоТИ он чудом не опоздал, ибо бежал, как от смерти. Однокурсники толпились перед дверьми, ожидая разрешения войти. Гарри, не успев затормозить, влетел в спину Рону, который, не удержавшись на ногах, кучей свалился на пол. — Прости, Рон! — поспешно извинился Гарри, протягивая приятелю руку. Рон, отводя взгляд, принял помощь и поднялся на ноги, небрежно отряхивая мантию. Дверь в класс неожиданно открылась, и на пороге образовался недовольный Снейп, чье изжелта-бледное лицо светилось неудовольствием и высшей степени презрением. Он обвел холодными черными глазами гриффиндорцев и тихо хмыкнул. — Что за шум, Уизли? — елейно протянул Снейп. Рон съежился под цепким взглядом профессора. — Ничего...сэр, — чуть помедлив, отозвался Рон. Взгляд Снейпа сам собой остановился на Гарри, который самодовольно вздернул подбородок. Выражение на некрасивом лице, обрамлённом сальными волосами изменилось: левая бровь приподнялась, а презрительные морщины разгладились. — Все в класс. Живо! Студенты быстро ввалились в кабинет, с опаской оглядывая «убранства». Страшные картины и общая угнетающая атмосфера соответствовали профессору в полной мере. Он словно был на своём месте. Снейп долго расписался о красоте и величии тёмных искусств, бросая редкие взгляды на Гарри, чьи мысли были далеки от Защиты. Сейчас он думал только о том, чтобы рассказать о случившемся Гермионе. Она бы точно дала дельный совет. Ещё и мама, появляющаяся практически в каждом отражении, не добавляла понимая в происходящее с ним. Гарри бы многое отдал, чтоб поговорить с мамой, как следует: без недомолвок и «потери связи». Он настолько глубоко погрузился в свои мысли, что услышал Снейпа только с третьего раза. — Да, сэр? Какой вопрос? — вернулся в реальность Гарри. Снейп театрально снисходительно улыбнулся. — Я спросил, слышите ли вы меня, молодой человек. — Теперь да, сэр. — Гарри почесал нос. Снейп неудовлетворенно хмыкнул, скрещивая руки на груди. — Тогда ответьте, что из себя представляет невербальная магия. — Выполнение заклинаний без их произнесения? — осторожно предположил Гарри, так как не был уверен в своём ответе. — Вы спрашиваете или утверждаете, мистер...? Гарри вдруг понял, что Снейп его, похоже не узнал. Парень слащаво улыбнулся, поднимаясь с места и вставая вплотную со Снейпом, который даже отшатнуться не успел. Слишком уж сильно́ было желание немного помучить ненавистного профессора. Гарри близко склонился к бледному лицу зельевара, жарко выдыхая почти в самые губы: — Поттер, сэр... — закусив губу, Гарри отстранился от покрывающегося красными гневными пятнами лица профессора, чьи глаза наливались кровью и разгорались ненавистью. В классе повисла напряжённая тишина, никто даже вдохнуть не смел. — Поттер, — рычащие повторил Снейп. Гарри не удержался и кокетливо подмигнул. Снейп вспыхнул и выпалил, — минус десять очков Гриффиндору за...наглость и хамское поведение. Снейп пришел в себя и двинулся дальше по классу, объясняя принцип работы невербальных заклинаний и распределяя студентов по парам для отработки оных. Гарри поставили в пару с Дином Томасом. Отрабатывали защитные чары. Снейп не знал, но ещё в том году Гарри обучил им бо́льшую часть курса. Гарри блестяще отбил все атаки Дина Томаса без всяких слов. Гарри знал, что Снейп внимательно следил за ним, но ни слова не вставил. Что уж говорить об очках, которые гриффиндорец без сомнения заслужил, но, ясное дело, никогда бы не получил от профессора. Гарри уже давно смирился. В качестве домашнего задания они получили сочинение на тему Невербальной магии и её недостатках. Два свитка. Лично для Гарри. Похоже, его выходку Снейп не оценил, но Гарри не особо-то и расстроился. В конце концов быть на плохом счету у декана змеиного факультета уже вошло в привычку. *** — Выходит, Малфой теперь Пожиратель? — тихо поинтересовалась Гермиона, пока они с Гарри шли в пустом коридоре. — Да, и я пообещал его спасти. Он не хотел становиться одним из них... — Гарри надеялся, что сказанное им не прозвучало, как оправдание Малфоя и всех его пакостей за годы обучения. — Это понятно. — Отмахнулась Гермиона, — но меня гораздо больше волнуешь ты. Как себя чувствуешь? — А что я? Что со мной может быть не так? — не понял волнение подруги Гарри, замедляя шаг. — Знаешь...вокруг тебя словно облако из напряжения. Липкое и неприятное облако. Мне неуютно стоять с тобой, да и медальон мой жжётся. — Ну, — Гарри наклонился к её уху и едва слышно прошептал, — оказалось, что у меня есть рога. — Что?! Серьёзно?! — Ага. Перед ЗоТИ мы с Малфоем повздорили, и... я снова видел маму. Она сказала, как его усмирить. Ну я и выпустил часть магии, и, как следствие, у меня появились они. — Гарри взлохматил волосы на затылке, и нервно хихикнул. Гермиона неодобрительно запыхтела и хотела было что-то сказать, как Гарри резко остановился, схватив её за руку. — В чём дело? — нетерпеливо спросила девушка. Гарри нахмурился, сморщив нос. — Ты не чувствуешь эту вонь? — Какую? — растерялась Гермиона, с волнением оглядывая напрягшегося друга. — Словно протухший фрукт. Гермиона нервно огляделась и принюхалась. Запаха она не почувствовала. За поворотом слышались шаги: кто-то шёл им навстречу. Гарри цепко держал Гермиону за руку, но неожиданно дёрнул её себе за спину, словно прикрывая от приближающегося к ним незнакомца. Девушка незаметно положила руку на древко палочки, готовая в случае необходимости угостить неизвестного парочкой заклятий. Гарри же источал угрозу в чистом виде. Он будто сделался ещё шире в плечах и выше ростом. Вокруг него затрепетала и заискрила магия. Гермиона невольно дёрнулась. Из-за поворота вприпрыжку выскочила Полумна Лавгуд, зажимающая нос, словно почуяла что-то ужасно неприятное. Она резко остановилась в нескольких метрах от Гарри и Гермионы, одаривая их озадаченным взглядом голубых глаз. — Мне кажется, ты, Гарри, съел что-то не то, — нараспев протянула она. — От тебя пахнет, как от переспевшего яблока. — Забавно, — Гарри ядовито улыбнулся, — тебе я хотел сказать то же самое... — рычащие процедил он. Сердце Гермионы металось в груди, она переводила испуганный взгляд с Гарри на Полумну, с ужасом осознавая причину происходящего и их реакции друг на друга.