По ту сторону реальности

      – Сэм!.. – в ушах всё ещё стоял крик, от которого Сэм привычно отмахнулся.       – Заткнись, Дин, всё со мной в порядке…       – Сэм, очнитесь! Очнитесь! – чужой голос ворвался в его мир словно ураган, заставляя резко сесть и рефлекторно нашарить под рукой пистолет. Которого там, конечно же не оказалось. Ну да, когда это похитители оставляли им оружие. Сэм осоловело моргал, будто сова, которую резко вытащили в светлый полдень, и сквозь пелену слёз, выступивших от действительно слишком яркого света, пытался осмотреться. Чёрт возьми, где он, что тут так светло? Не в раю же, право слово.       – Сэм, дышите. Давайте, давайте, медленно, не спеша. Вдох, выдох, вот так, хорошо, очень хорошо, – голос патокой лился в уши, ему хотелось подчиняться. Сэм медленно вдохнул и выдохнул, следуя инструкции, закрыл глаза, а после вновь их открыл. Белые стены, белый потолок, белое одеяло, которым он был укрыт, белый халат и рубашка на человеке напротив, белый свет лампочки, режущий глаза. Кажется, кем бы ни был его похититель, он был либо абсолютным чистюлей, либо обожал белый. Иронично, учитывая род его занятий.       Осмотр комнаты не занял много времени и был весьма привычным делом, а вот человека Винчестер разглядывал с особой тщательностью, но так и не понял, кого он ему напоминал. Обычный мужчина средних лет, коротко стриженный, с лёгкой степенью небритости и морщинками в уголках глаз. Человек как человек, ничего особенного. Сам же мужчина явно обрадовался, что на него обратили внимание и спросил:       – Как вы себя чувствуете, Сэм?       – Я, эм… – в горле запершило, кажется, он долго валялся в беспамятстве. Человек тут же участливо подал ему стакан с водой. Шатен рефлекторно принюхался, попробовал жидкость языком и только после выпил. Неизвестный мужчина никак не прокомментировал его действия и лишь участливо улыбнулся, что напрягло Сэма больше, чем нахождение не пойми где.       – Так как вы себя чувствуете? – снова поинтересовался мужчина, продолжая улыбаться.       – Голова болит и я словно всё тело отлежал. Где я вообще? Что происходит? Кто вы такой? – ну, раз уж похитители столь добры, что даже прислали к нему посредника, стоит сразу брать быка за рога. Человек на его вопрос странно вздохнул, помолчал и произнёс куда-то в сторону, ни к кому не обращаясь:       – Ну, в прошлый раз было хуже.       После, помолчав ещё немного, он продолжил, но гораздо громче, чем до этого.       – Добро пожаловать в реальный мир, Сэм. Вы находитесь в госпитале для душевнобольных имени святого Иоанна. Я - ваш лечащий врач, Люцифер Годссон. Вы пробыли в коме почти четыре месяца, а когда начали приходить в себя нам пришлось держать вас под наркозом, ваш мозг отказывался работать.       – Я что?.. – Сэм закашлялся и ещё раз хлебнул воду, судорожно соображая. Выходило это не очень хорошо, мозги больше напоминали кисель, но главное он вычленить смог. Во-первых, судя по его отвратительному состоянию, он действительно был в коме, хоть и не мог утверждать, насколько долго провалялся пластом. Вариант с предварительным похищением все ещё имел место быть. Во-вторых, либо человек решил играть до конца, либо он и правда доктор. Но тогда всё становилось ещё непонятнее, для людей в коме обычно приводят терапевтов, а не психиатров. – Я где? В каком смысле «для душевнобольных»? Я абсолютно здоров, – Винчестер нахмурился. Мало того, что он не помнит, как оказался на этой кушетке, так этот Люцифер ещё и утверждает, что Сэм - какой-то псих, которого сдали в дурдом.       – Успокойтесь, Сэм, здесь все здоровы в своем собственном понимании, – мужчина говорил медленно и мягко, будто с неразумным ребенком, что Винчестера злило ещё больше, но он мысленно приказал себя успокоиться и ещё пару раз вдохнул-выдохнул для верности. – Скажите, Сэм, что последнее вы помните? Сэм нахмурился. Вопрос был совершенно обычным, конечно, но вся загвоздка крылась в том, что помнил он до обидного мало. И даже то, что он помнил, было ужасно странным. Винчестер поджал губы и исподлобья бросил короткий взгляд на врача. Доверять ему у мужчины попросту не было причин.       – Ну же, Сэм, я ваш лечащий врач. Мне нужно понять, насколько сохранились ваши воспоминания, – Люцифер легко улыбался и выглядел вполне добродушно, будто старый волшебник из какой-то сказки, хоть именно от этого Винчестеру делалось не по себе. Но выбора как такого-то у него не было.       – Я… не знаю. Какие-то смутные образы. Чьи-то волосы перед лицом, а вокруг темно и кто-то что-то говорит. Я, кажется, лежу где-то, может, на полу. Звучит очень странно, да? – прозвучало как-то отчаянно, из-за чего Сэм ещё больше нахмурился. Его собственная память вовсе не помогала в доказательстве того, что он абсолютно нормальный.       – Это в порядке вещей, так часто бывает. Вы только вышли из комы и организму требуется время, чтобы прийти в себя. Отдыхайте, Сэм, я загляну к вам позже, – Люцифер ещё раз улыбнулся ему напоследок, щёлкнул выключателем, из-за которого погас свет, и вышел из, если Сэм правильно понял, палаты. В принципе, он был прав, чувствовал себя Винчестер древней развалиной, мысли путались, конечности отказывались шевелиться, в висках ломило, но стоило осмотреть комнату на предмет… Он и сам не был уверен, честно говоря, что ожидал найти, но попытка не пытка, так?       Окон в палате не было, ну, или они были крайне качественно заштукатурены, и Сэм казался себе ослепшим, слишком слабым болезненным щенком, которого зачем-то забрали от матери.       Внезапно в груди защемило так, будто он схлопотал инфаркт за неполные десять минут, что был в сознании, сердце бешено забилось в тисках рёбер, его словно скрутило и выпустило все внутренности наружу от дикой тоски по чему-то, чему он никак не мог дать определение.       Он обхватил себя руками, до боли и синяков впечатывая пальцы в плечи, пытаясь не то удержать в себе рвущийся наружу крик, не то защититься от слишком сильного чувства, накрывшего его с головой, будто цунами.       Казалось, Винчестер просидел так целую вечность, но на самом деле, скорее всего, не прошло и минуты. Приступ как резко начался, так и закончился, оставляя после себя лишь опустошение и панику.       Появилось желание закутаться в одеяло и никуда не вылезать, но, переборов себя, Сэм сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, приводя пульс в порядок, а после свесил ноги с кровати. Стопы коснулось что-то мягкое, видимо, больничный персонал был настолько добр, что выдал ему тапочки, однако надевать их он не стал. Откуда-то появилось ощущение, что так будет только больше шума, так что он просто поставил ноги на холодную плитку пола.       Немного посидев так и привыкнув к холоду, Винчестер осторожно встал, прислушиваясь к ощущениям, сделал шаг вбок, рукой находя стену и, судя по звуку, едва не сбивая кружку с тумбочки. Сэм замер, напряжённо вслушиваясь в звуки, но сирены не выли, в палату никто не вбегал с криками, так что он двинулся дальше, пытаясь отыскать выключатель. Тот нашелся довольно быстро, всё же палата была небольшой, однако прежде, чем включить свет, Сэм ощупал находившуюся рядом дверь на предмет щелей, сквозь которые кто-то мог бы заметить, что пациент не спит. Таковых не оказалось, дверь на удивление плотно прилегала к полу и стенам, даже притока воздуха не ощущалось, так что Винчестер с не слишком спокойной душой щёлкнул выключателем.       Яркий свет неприятно резанул по глазам и пришлось несколько секунд активно моргать, чтобы начать видеть хоть что-то.       Комната, в которой он очнулся, была практически пуста, не считая обнаруженных ранее кровати и тумбочки. Ещё была ширма, которая в одиночной палате была ни к чему, и небольшой, всё такого же болезненно-белого цвета, шкаф.       Ну, выбирать было не из чего, так что первым делом он решил осмотреть тумбочку. Точнее, нет, первым делом он прошёлся вдоль всех стен и заглянул под кровать. Что конкретно парень искал - он и сам сказать толком не мог, но, чем бы оно не было, в почти-пустой комнате его не оказалось.       После внезапного приступа любопытства он наконец осмотрел тумбочку. В верхнем ящике не было ничего полезного, только всякий хлам вроде таблеток и пачки носовых платков, а вот в нижнем хозяин (кажется, он сам. Бред какой) явно хранил всё самое важное. Небольшой, но яркий альбом с крупной надписью «Photos» посередине и пухленький кожаный блокнот, откуда торчало множество бумажек и закладок. Последний вызвал смутное чувство узнавания, но Винчестер решил немного повременить с этим и просто положил найденные сокровища на кровать, а после направился к шкафу.       Шкаф был обычным, пластиковым и полупустым. Из пяти полок были заняты только две, да и то, на одной из полок просто лежали две литровые бутылки воды. Вторая же была полностью отведена под одежду, которой, в принципе, было не так уж и много, всего несколько комплектов и ещё одна пижама с бельём. Негусто. Карманов на штанах не наблюдалось, никаких потайных отделений в задней стенке тоже отродясь не было, так что от шкафа Сэм вернулся ни с чем. Это разочаровывало, но не сильно, у него всё ещё оставались блокнот и альбом.       Усевшись на кровать поудобнее, шатен решил первым делом взглянуть на фотографии. Осторожно перевернув первый, уже немного желтоватый от времени лист, парень судорожно глотнул воздуха и замер изваянием. С большой, почти на весь лист, фотокарточки, на него смотрел он сам в окружении улыбающихся, счастливых людей, машущих в камеру. Очень знакомых людей.       В горле встал комок, который всё не удавалось проглотить, голову вдруг прострелило ужасной болью, будто череп на куски крошили, в глазах потемнело, а на губу несколько раз капнуло что-то теплое. Непроизвольно облизнувшись, Сэм почувствовал кончиком языка металлический привкус и осознал, что у него из носа идёт кровь.       Молниеносно спихнув с колен несчастный фотоальбом, чтобы не запачкать его кровью, Винчестер сделал несколько судорожных вдохов и выдохов, будто пытался надышаться впрок, а после зажал нос и наклонил голову. Честно говоря, он имел слабое представление о том, что конкретно нужно делать, когда кровоточит не рука или нога, а нос, но вроде это было действительно правильно. Оставалось только смыть кровь остатками воды из стакана, убрать всё обратно в ящик и лечь спать. С него сегодня явно хватит.