Застывший воздух

“Посмотрите на себя. Вы молоды. Вы боитесь. Почему вы так боитесь? Хватит бездействовать. Хватит молчать. Хватит волноваться о том, что думают другие. Носите то, что хотите. Говорите то, что хотите. Слушайте музыку, которую вы хотите слушать. Включите её как можно громче и танцуйте. Ходите гулять по ночам и забудьте что завтра у вас работа. Хватит ждать пятницы. Живите сейчас. Делайте это сейчас. Рискуйте. Рассказывайте секреты. Эта жизнь ваша”. Давайте, вернем время назад, на пять лет назад и я действительно буду ценить жизнь. Я обязательно сделаю то, что долгое время планировал, я не буду просиживать все свои выходные дома перед телевизором или за сном. Я не буду так зациклен только на своем мире, выдуманное одиночество не будет моим другом, я найду себе кого-то, я буду счастливым, я завяжу со своим бизнесом, денег и так слишком много. Я сделаю все, чтобы не произошли эти переломные события, мой брат будет жив, я не буду убийцей, мои родители не буду считать меня мертвым – все, будет по-другому... Не в этой жизни, к сожалению, не в этой. Мой волосы уже свободны, прижимаюсь носом к стене и делаю ошибку, черт. Больно, боль быстро не проходит, неважно какого она характера. На губах мокро – кровь. Почему меня отпустили?! Твоя злость прошла, сила, желание управлять? Или это только маленькое предисловие, впереди будут центральные действия? Или может, может он ждет, пока я развернусь, и ударит меня, это как закончить картину, только листом является мое лицо, а красками – моя кровь?! Или он одумался, понял, что наделал и сейчас подбирает слова, как бы попросить у меня прощение? Нет, так Оливер бы никогда не поступил, это не его характер, не его натура, вряд ли он перед кем-то будет унижаться, хотя если вспомнить случай с Крисом… “Отпустил Джерарда, сейчас же”. Эти слова, как напоминание. Случайные слова любят ворошить прошлое, заставлять его вылазить из темных недр, показываться во всей красе, со всеми яркими красками, удивлять своими возможностями, убивать меня, в конце концов! -Я сказал, отпустили его, иначе я выстрелю! -Сейчас же отпустили его!! В реальности перед глазами стена, а я слышу его голос и вижу вытянутые руки, в которых сжат пистолет, суженные глаза через очки, серьезное лицо, он старается держать себя в руках, быть спокойным, выглядеть таким уверенным. Ничего у тебя не получалось и не получилось, это же было очевидно. Я бы хотел попасть в твою голову в этот момент и узнать, на что вообще рассчитывал, ты думал, что они выполнят твои просьбы, и мы спокойно уедем или же это была просто реакция защитить меня, ты ни о чем не думал, когда выходил с машины, направлял пистолет. Голова была отключена, действия выполнялись на уровне подсознания?! Не знаю, я никогда не догадаюсь до причин, истинных причин. У меня много предположений, много догадок и других развитий событий. Просиживание здесь жизни, дает много времени на раздумье обо всем, что раньше было, о своих ошибках и возможных действиях, а самое главное, здесь есть место для воспоминаний, они правят этим местом, они захватили все и всех, они сильнее нас, они заставляют страдать и отдаваться вольным мыслям. Иногда возникает чувство, что мы не живем, мы только вспоминаем и все, знаете, вроде и тело до сих пор функционирует, но ты не живешь настоящим… Я опускаюсь на колени, опираюсь лбом о прохладную стенку. Чувство тошноты так и приходит ко мне. Меня уже тошнит от этих моментов, которые появляются слишком часто за последнее время! Попросить, чтобы меня избили так, чтобы я и имя собственное после этого не вспомнил, не говоря уже и об остальном? Потеря памяти – лучшее в моем случае, но я буду без жизни, без своей истории. Ты, как только, что родившийся ребенок, ничего не знаешь и не помнишь. В этом есть преимущество, да, но это не выход. Отпадает. -Что ты здесь забыл? Я думал, прошло минут десять, а нет, прошло совсем мало времени, если Оливер только задал вопрос. Ощущения стали меня подводить, личные часы сбились и двигаются намного быстрее. Я теряюсь во времени, оно стало тянуться со скоростью света, быстро и бессмысленно. Я не хочу оборачиваться, да, Оливер отвлекся от меня и уже ничего не сделает, но я знаю, что он может сделать с собеседником, который нарушил его личную ауру и помешал ему отыметь меня. Странно, что стукнуло Оливеру в голову, что он все-таки решил воспользоваться мной в личных целях? Он так долго вел себя, как джельтенмен, не позволяя себе посягаться на меня, объятия и прикосновения не в счет. Он был злой, когда пришел после столовой, что могло так разозлить его?! Или ему отказал кто-то в сексе, и он разозленный и оскорблённый решил осуществить свой давний план, касающийся меня?! Предположений слишком много, где, правда, а где ложь решать не мне. -Как видишь, меня уже выписали, и я как бы пришел в свою камеру… И я думаю, тебе здесь не место. Мне не нужно поворачиваться, чтобы понять кто это. Наглый, насмешливый тон, я уверен, на его лице сейчас нахальная полуулыбка. Какое ему дело до меня. Ну, выписали тебя, ну зашел бы, лег на свое кровать и все, все просто, но нет, надо же погеройствовать. Удачи тебе, Айеро. -Думай меньше, тем более мы тут с Джи заняты. Джи, Джи, когда ты перестанешь?! Называй меня как угодно, только не Джи! -Вижу, как вы тут были заняты. Как я понял, кто-то чуть не осуществил свою “маленькую” мечту, своего маленького члена?! Ох, это он зря, Оливер совсем не любит, когда заходит разговор о его достоинстве. Это, как тема насчет его любви ко мне, они у него на одном уровне “под запретом”. “Повернись, ты должен видеть”. Здравствуй, я про тебя уже и забыл, моя больная часть целого. Напряжение растет, злость со стороны Оливера и насмешливость от Фрэнка. И я повернулся, сел на задницу, оперся спиной о стену, немного прижав ноги к себе. Хороший вид, я наблюдатель и это прекрасно. Фрэнк все так же стоит у самого входа, держа руки за спиной, Оливер стоит напротив, совсем недалеко, напряженный, хмурый. -Повтори, что ты сказал? -Можно подумать, ты не слышал. Говорю, член у тебя маленький или его вообще нет! Был бы Оливер каким-нибудь кабаном или слоном, он бы сейчас подал “отпугивающий” сигнал, предупреждающий Фрэнка об опасности. -И откуда же ты можешь это знать?! Вроде до тебя я еще не добрался. Странно, я был уверен, что Оли налетит на него с кулаками, но нет. -И не доберешься, даже не мечтай! Я только Джерарда, а Джерард только мой. Вот не надо про меня тут вспоминать, мне хорошо просто тихо сидеть и смотреть, это как фильм по телевизору, только в 3D эффекте. И да, по законам жанра, как только назвали твое имя, все начинают смотреть на тебя, то же самое и сейчас. Однако меня заинтересовала последняя фраза, почему это я его, с какого времени стало именно так?! Решил позлить – удачи. -Знаешь, этот разговор не имеет смысла. Иди на часик погуляй, а потом уже возвращайся. Оливер направился ко мне, снова мои бедные волосы, грубо накрутил на ладонь и заставил меня подняться. Ненавижу тебя! -Не трогай его! Я взглянул на Фрэнка, первое, что бросилось в глаза, это то, что его руки больше не находились за спиной, просто висели по бокам. В правой из них, виднелось лезвие ножа. Поворот! Я чувствовал неприятную корку над верхней губой, засохшая кровь, раздражала меня, но я не хотел нарушать момент и вытирать лицо. Не только я заметил нож. Я был отпихнут обратно к стене, не резко, я не успел упасть, повезло. -Ты решил меня убить? Вот этим ножом?! -Понадобится, так и сделаю. -Ты знаешь, ты смешен. Ты не первый, кто угрожал мне, что покончит со мной, но знаешь, никто из них не доживал до завтра. -Угрожаешь? -Что ты, нет, это всего лишь предупреждение. Спроси у Джерарда, он знает, лучше, чем никто другой… Сука, Боб, я знаю, что это был ты, а сейчас ты в открытую сказал об этом. Я продолжал стоять около стены. Фрэнк, отдай мне нож, я сам убью этого ублюдка и закончим все это. Здесь будет, лежат труп самого главного на этаже, падет весь его режим, начнется бойня за его место… Фрэнк ходил из стороны в сторону, перекладывая нож то в одну, то в другую руку, он так смотрел на него, как на что-то дорогое и очень ценное, любимое что ли. Он поднял голову и глаза, они другие, я не видел таких еще в его исполнении. Знаете, такой взгляд, как у церковных фанатиков или людей, которые помешаны на чем-то и вот, они это нашли, это что-то уже почти в ваших руках и вы сумасшедшие! Взгляд убийцы, наверное, именно так. Я уверен, в его голове уже всплывают моменты его кровавых представлений, красный цвет повсюду, оглушающие крики, предсмертные хрипы в горле, оргазм, наслаждение своей работой, дополняет последние штрихи и шедевр готов. Я уверен, он не просто убивал и уходил, он смотрел на свое творение, он гордился собой, а только потом, покидал место убийства, скрывался в темноте, исчезал. Мне все больше кажется, что мне надо становиться местным психологом… Фрэнк стал подходить ближе, он стоит рядом со мной, смотря сумасшедшими глазами на Оливера. Лицо Оли слишком уверенное, расслабленное, будто он недавно и не злился. Он чувствует себя выше Фрэнка, Айеро всего лишь маленькая божья коровка на пути у слона, способного раздавить всех и все. -Ты не убьешь меня. Ты слабый, ты трусливый. Кажется, эти слова только поддали помощь Фрэнку, он чуть опустил голову, челка упала на лицо, он смотрел на Оливера из-под волос, глаза были темными, бездонными. Было бы сейчас темно, а свет светил из-за его спины, это бы удивительно смотрелось, загадочно и устрашающе. Рука стала крепче сжимать нож, он закусил губы, не отрывая взгляда от Оли… “Пропасть, в которую ты летишь, — ужасная пропасть, опасная. Тот, кто в нее падает, никогда не почувствует дна. Он падает, падает без конца. Это бывает с людьми, которые в какой-то момент своей жизни стали искать то, чего им не может дать их привычное окружение. Вернее, они думали, что в привычном окружении они ничего для себя найти не могут. И они перестали искать. Перестали искать, даже не делая попытки что-нибудь найти”. Фрэнк уже на самом дне, далеко, далеко, намного дальше, чем я или кто-то еще. Ему нечего терять, убийца по характеру, жаждущий крови и смерти. На вид совсем еще молодой парень, в душе уже прогнивший старик, который потерял все, а души людей помогают ему исцеляться что ли. Вот кто ты на самом деле. Удивительно, что я еще жив, я изнасиловал его, дразнил, выводил из себя намного больше, чем Оливер. Почему я все еще живой?! Так быстро, я не ожидал. Лезвие ножа вонзилась в правую часть живота и быстро исчезло. Эмоций не было до тех пор, пока Оливер не понял, что к чему, это быстро произошло. Фрэнк не стал ждать и еще раз, в ту же часть, рядом. Я был шокирован, да, я не думал, что Айеро действительно сможет это сделать. Лицо Оли скривилось от боли, он прижал руку к порезам, глубокие. Фрэнк, его выражение лица, как только он увидел, что ему больно, эта безумная, широкая улыбка, в ней нет доброты или теплоты, она черная, пугающая, бешеная. Он все еще держал нож, с него капали капли, падали на пол, было слишком тихо, было реально услышать. Оливер облокотился о стену, рядом со мной, я не видел его, я наблюдал за Фрэнком. В какой-то момент, когда мы встретились глазами, мне показалось, что сейчас он и меня пырнёт, эта маска не сходила. За мое плечо схватился Оли, я очнулся, посмотрел в его сторону. Мне не приходилось видеть его таким слабым и болезненным. Он держался за меня, смотря в глаза, вся его рука была в крови, майка, среднее темное пятно распространялось все больше. -Мы с Декстором долго этого ждали… Шепотом. Я не понял, кому это предназначалось, Фрэнк говорил с ножом. Айеро спрятал нож под матрас и направился к выходу. -Тут человек ранен!!! Что?! Он зовет на помощь?! С какой стати, я не ожидал этого… -Не подпускай его к себе… Оливер, молчи идиот, не хватало, чтоб ты еще тут свалился. Совсем быстро пришли несколько парней, их лица осуществляли собой глубокое удивление, но действовали они быстро, схватив его под руки, кое-как увели с камеры. Я не двигался, на плече все еще оставалась тяжесть, мне казалось, что кровь до сих пор капает. Я не шевелился, пока перед моими глазами не появился Фрэнк. Он был обычным, чуточку более счастливым, не было этого сумасшествия. Он подошел совсем близко, положил голову мне на правое плечо. -Не бойся меня…