I will be friends with him

      ёжик держал его руку как-то особенно. его хватка была мягкой и нежной, настолько, что крош не смог удержаться.               он пытался отпустить его ладонь и сплести их пальцы, и ёжик абсолютно не сопротивлялся. крош получал максимум от каждой секунды, ладошка дрожала, чувствуя каждое нервное окончание ежика, которое выбрасывало искорки.               ёжик ощущал умиротворение и полное удовлетворение от своих действий. держать руку кроша, когда ему и разговаривать с ним было запрещено, было ещё приятнее. мальчики разъединили руки при входе в класс, и внутри сразу стало больно. без друг друга было слишком больно и страшно выживать в этом жалком мире.

***

сползая по стене ёжик улыбнулся. он вспоминал каждую свою мысль в тот день, и сам раздражал себя, а потом смеялся.               тот день навсегда изменил жизнь ёжика, помог разобраться в себе, и не то, чтобы ему очень хотелось этого, но пришлось. пришлось принять, что от кроша невозможно оторвать глаз не потому, что они лучшие друзья.               ёжик не отрицал своих чувств к крошу, но и не считал это слишком хорошим. в маленьком городке россии вряд-ли найдутся такие как ёжик, нестандартные, и именно поэтому эти три года ёжик жил каждый день задаваясь разными вопросами.               он легко мог узнать на них ответ, но этому мешали ненавистные границы матери. теперь она тщательнее смотрела за взаимоотношениями двух мальчиков, но что она для этого делала, ёжик не знал. если бы она понимала, что крош хороший ребенок, возможно, ёжик бы уже рассказал крошу о своих эмоциях и они были бы вместе.               этот поток мыслей разрушили, конечно снова его мать. ёжик думал, что ее предназначение только в том, чтобы все портить, и уже даже не обратил должного внимания.               — сегодня день рождения у сына моей коллеги, и ты обязан пойти туда, чтобы показать им наш достаток. я уже погладила тебе брюки и рубашку. надевай и сделай, пожалуйста, что-то со своими волосами. потом выйди в коридор.               как ёжик устал от этой правильности. от выглаженной, аккуратной одежды тошнило, но он не хотел начинать конфликт и послушно выполнил указания.               и не зная, кто этот человек, он вручил подарок и сел за стол гостей. ему казалось, что этот мальчик тоже не понимал, кто ёжик такой и что он тут делает. от падения в свои мысли спас крош.               ёжик удивился, не понимая, какие связи могут быть у него и этого неизвестного, ведь крош вовсе не был таким аккуратным и правильным, как он, но вызывал у именинника больше эмоций и доверия, чем ёжик.               все это время мальчик открыто смотрел на друга, пытаясь получить зрительный контакт с ним. когда этот странный мальчик — его, кажись, бараш звали, — отошёл, крош сразу же повернул голову на ежика. у них было много вопросов к друг другу, но их не хотелось выяснять здесь и сейчас.               они смотрели друг на друга нежно, с некой заботой. так обычно смотрит друг на друга влюбленная пара, которая не виделась уже очень долго, но мальчики не думали, что это описание могло бы им подходить, хотя, в глубине души этого очень хотелось.               щеки краснели, как яблоки в саду, кожа покрывалась мурашками, а руки дрожали. крош осмотрел помещение, пытаясь найти маму ёжика. таковой он не увидел, и повернул глаза в сторону, намекая, что сейчас им необходимо поговорить, и разговор должен проходить в месте, где их не найдут.               быстро встав, ёжик направился в соседнюю комнату этого огромного дома. крош вышел следом и поспешил за мальчиком. ежик долго молчал, боясь сказать что-то не то.               — знаешь, ёжик, этот образ пай-мальчика тебе очень идет. — крош ухмыльнулся и опустил глаза. — только вот твои зализанные волосы мне не нравятся.               он потрепал ёжика по голове, но не достигнув результата сам начал вытаскивать пряди из копны собранных волос. крош улыбался, смотря на это чудо, которое жмурилось и стеснялось.               крош аккуратно, чтобы не испугать, положил руки на спину ёжика и прижался к его плечу. быть влюбленным в друга, находясь рядом с этим другом было не так противно и ненавистно.               ёжик пахнул весной, цветами, а его плечо было таким мягким и удобным. ежик, стесняясь, тоже обнял друга, утыкаясь носом в его шею. внутри разгорелось пламя, которое сжигало все внутренности, но черт, как же это было приятно.               живот крутило от скопления бабочек в нем. щеки розовели, искорками горели глаза, и боже, как он надеялся, что ёжик этого не замечал.               ёжик видел и чувствовал эмоции кроша. он лишь радовался, надеясь, что влюбленность оказалась взаимной. укрепляя объятия они стояли долго-долго.               крош совсем забылся, не отдавая себе отчёт. он поднял свою голову с плеча ёжика, зарылся в его волосы, подался вперёд и снова рухнул на плечо.               всё-таки, он боялся, что сейчас перейдет личные границы друга, или он просто не захочет поцеловать кроша. сейчас они так же обнимались, но странное чувство повисло в воздухе, оно уж слишком мешало этой приятной атмосфере.               неловкость, злость, растерянность, досада, все это смешалось и давило на пару. они понимали, что данное обстоятельство зависит только от того, что они явно хотели получить большего.