Всё сложно

Чимин не одинокий, и кошка в его квартире ничего не значит, как и силиконовый парень, сидящий на его диване. В жизни как-то с людьми не пошло ещё со школы, Пак не был козлом отпущения, но ни диалоги, ни отношения так ни с кем и не сложились. Ну, а после уже времени на всё это не было: то учёба, то работа. Это не оправдание, но частично именно это и привело к покупки очень дорогой и красивой секс-куклы… Впрочем, и его собственная рука предала его и перестала давать ту самую блаженную разрядку, а ещё эта самая кукла не ебёт мозги и ничего от него не требует. Невозможно разочаровать того, кто даже не дышит. Одним словом, Чимин о покупке не жалеет. Юнги — так он назвал куклу. Чимин его ещё совсем не пробовал, хоть и купил давно, но пока боялся подходить и как-то контактировать с этим «нечто», которое очень похоже на живого человека, и только его стеклянные глаза выдают в нём игрушку как-то странно. Юнги выглядит, как принцесса из сказок: светленький, с миниатюрной для парня фигурой, лисьим разрезом глаз и черными волосами. Чимину нравятся такие мальчики. Зачесав довольно сильно отросшие волосы рукой, что довольно часто были подвержены разным окрашиваниям, он ушёл в душ: надо освежиться.

***

Чимин аккуратно подсел к своей игрушке, разглядывая нижнюю часть: аккуратный резиновый член прижат черным кружевным бельём, и, собственно, это всё, что есть на Юнги. Хотя… а в принципе, зачем ему нужна одежда, если его будут использовать только для плотских утех? — Айщ, ты так дорого стоил, а я к тебе даже прикоснуться не могу, — разговаривает сам с собой с куклой. Парень взял в руки бутылочку со смазкой, начиная вертеть её в руках. Он пытается оттянуть момент, когда придётся опробовать своего нового «друга». Вроде и хочется, но есть странное ощущение. — Ладно, брат, пришла твоя смерть, — Чимин положил руку на плечо куклы. — Я тебя что братом назвал?! Ваа, Чимин, ты кажется умом тронулся. Включив гей-порно, он стал слушать, как парень в чёрной маске из секс-шопа громко стонет от ласк своего партнëра. Чимин смотрит на худощавого пассива, а рукой гладит свою небольшую эрекцию через ткань домашних шорт. Этого мало чтобы хорошенько возбудиться. Его мозг подкидывает интересные картинки, где вместо пассива лежит Юнги, и это заводит его даже больше, чем порно с его любимым актëром. Чимин спускает свои шорты вместе с трусами, вздыхая от долгожданной свободы. Он проводит пару раз по члену, гладит пальцем по отверстию уретры, размазывая по головке каплю предэякулята. Он сегодня слишком чувствительный. Член стоял колом, и Чимин кое-как оторвался от дрочки, понимая, что с куклой этот процесс самоудовлетворения станет намного приятней. Пак удобно расположил куклу и обильно залил в анальное отверстие смазку, смазал свой возбужденный агрегат. Даже хорошо, что сейчас он не может думать ни о чем кроме того, чтобы удовлетворить себя. Юнги лежал на спине с согнутыми в коленях ногами. Чимин, придерживая свой член и опираясь на коленку резинового парня, входит с громким хлюпающим звуком: так мокро, но ему это даже нравится. Ещё один плюс куклы — он не будет жаловаться на боль. Чимин стал двигаться резко и надрывно в желании побыстрей избавиться от давящего на мозг возбуждения. Улегся на грудь резинового, всматриваясь в стеклянные глаза и чувствуя что-то необычное, будто какой-то непонятный проблеск прошёл по его сердцу, но, слава богу, Чимину не до того, чтобы развивать эту мысль дальше. Он достаточно долго развлекался с куклой, конечно, с человеком не сравнится, но пока и так пойдёт. Парень привёл себя и секс-куклу в порядок и оставил на том же диване, как декор комнаты, который сегодня больше не будет использоваться. — Монти, ты кушать хочешь? Пошли я тебя и себя покормлю, — Пак наложил коту корм, который тот с удовольствием пожирает. Ему в какой-то степени можно позавидовать: кот получает такое удовольствие от еды. Монти — черный кот, довольно худой, но ест как десять слонов и при этом остаётся всё таким же худым, как и всегда. Множество женщин сейчас позавидовали ему. Парень покушал и сел за отчет, снятие напряжение помогло ему, наконец-то, нормально приступить к работе.

***

Чимин пыхтит над резиновым телом. Возможно, ещё немного и из его ушей сперма полезет, он пользуется Юнги уже вторую неделю и доходит до того, что он иногда просто не хочет слезать с куклы. «И когда ты стал таким помешанным на сексе?» задаëтся он этим вопросом и не находит ответа. Возможно, это произошло, когда в его жизни появился Юнги. Чимин аккуратно, можно даже сказать с нежностью, стирает белëсую жидкость с ягодиц и заднего отверстия Юна. Кошка, конечно, требует заботы, но, почему-то, о кукле заботиться намного приятней. Чимин стал разговаривать с резиновым. Это очень странно и периодически он думает: не стоит ли ему обратиться к психологу? А затем понимает, что ему нравится его своеобразная ненормальность, и нужда отпадает совсем. Чимин любит Юнги. Это пришло в его голову после очередного раза: тогда, кончая, он сильно прижал к себе игрушку и в голове буквально стреляли феерверки, ему в первые стало грустно что Юнги не дышит и человеком не является. Чимину грустно, чертовски грустно. Он ложится рядом с куклой, кладя свою голову тому на грудь, и смотрит телевизор. До какого-то шоу дела нет — в голове пустота, и Чимин как жалобный бездомный котëночек, прижимается к боку Юнги. Ему хочется чтобы его пожалели, погладили по головке, приласкали, но даже кот на него в последнее время только фыркает. Он уверен, что нужен Монти только для того, чтобы накладывать еду и убирать за ним лоток, от этого становится ещë грустнее. — Юнги-я, почему ты не живой? Я так сильно хочу чтобы ты обнял меня сейчас, — шепотом обращается к Юну и, естественно, не получает ответа. Было бы намного страннее, если бы он услышал чей-то голос и тогда точно можно было бы звонить в дурку, ибо нормальностью тут не попахивает. После своих страданий, Чимин выходит на балкон трёхэтажного дома. Холодный ветер неприятно обжигает кожу своими порывами, и, может быть, Чимин бы пожалел о своëм решении, но видя перед собой тёмно-синее полотно с блестящими крошками, создающими созвездия, понимает — это явно стоит того, чтобы выйти в такой час и мороз на улицу. А ведь завтра на работу, но отчего-то совсем не спится. Будет, как амëба, сидеть в офисе за компьютером и туго соображать, что от него хотят. Чимин смотрит в небо, пытаясь вспомнить хоть одно созвездие. Найдя парочку из них, он так и продолжает стоять, хотя уже частично не чувствует своего тела, дрожит, как лист на сильном ветру и постукивает зубами от слишком сильного холодного порыва. Чимин смотрит на звезду. На неё смотреть проще, чем на другие, вот он и остановил свой взгляд именно на этом небесном объекте, который, неожиданно, падает и оставляет за собой быстро исчезающий полупрозрачный свет. «Когда звезда падает нужно загадывать желание», проносится в голове голос родной матери из далëкого детства. — Но, я же не ребенок… — морщится от глупости своей затеи, но вдруг сработает? Чимин сдаëтся, поджимает искусанные губы и про себя произносит своë самое сокровенное желание, не забывая в слух пару раз произнести «пожалуйста». — Мяяяяу, — жалобно скребëтся кот в двери балкона. Наверное, проголодался вот ему и понадобился Чимин. Он выходит, оказываясь с ног до головы окруженным теплотой квартиры. Его времяпровождение на балконе помогло хорошенько освежиться, поэтому, когда макушка коснулась мягкой подушки, Чимин почти сразу заснул. Голова была пуста, и от этого так хорошо.

***

Сквозь пелену сна Чимин слышит, как звенит будильник, который сообщает, что пора начать собираться на работу, если он не хочет опоздать. Пак поднимается со всё ещё закрытыми глазами, почесывая взъерошенные за ночь волосы, принимает душ, завтракает и идёт одеваться. Чимин стоит перед зеркалом рассматривая свой внешний вид и пытаясь оценить насколько хорошо он сегодня сделал укладку. Его всё утро кидает к извращенским мыслям по типу: Юнги, наверное, бы очень подошли чулки. Может зайти купить? Живот периодически скручивает от возбуждения. Ему такой конфуз за стенами собственного дома не нужен. Взвесив все за и против, он решает справиться с возбуждением привычным образом. Чимин как всегда удобно располагает Юнги животом на диване и, как только он приступает к основным своим действиям, слышит недовольное шипение. — Можно было и по-нежнее. Глаза Пака округлились, ведь совсем не обратил внимание на то, что силикон под пальцами стал более теплый, да и в принципе кукла выглядела странно. — Ну же, Чимини, раз начал доводи до конца, — Юнги ещё сильнее насадился на член Пака и посмотрел своими человеческими глазами на забавную реакцию Чимина. — Юнги… — Да, дорогой, бойся своих желаний, — ухмыльнулся и выпустил стон из своих уст от глубокого толчка.