Двое в пустоте

Для этого скелета не было ничего невозможного. Так считали многие, кто знал Инка. Всегда бодрый и желающий помочь, опора вселенных и советчик создателей, обладающий огромной силой создания и способный её контролировать. Один из тех, кто по праву мог бы считаться одним из сильнейших Сансов мультивселенной. Даже Дрим порой был уверен, что Инк практически всемогущ. Это, казалось бы, неопровержимый факт. И лишь Эррор с самого начала знал, что Инк такое. Бездушный, беспомощный, раб множества вселенных и не имеющий права на покой. Вечно в работе, вечно в битвах за эти ошибки и дефектные коды, которых не должно существовать. Вечно пустой и одинокий, за красками прячущий свою сущность. Разрушитель часто наблюдал за своим врагом. Разумеется, когда тот был вне своей части Анти-Пустоты. Туда Эррору хода не было, а копаться в кодах, чтобы открыть себе дорогу, опасно. Незамеченным он не останется. Но когда хранитель был в какой-либо вселенной, чёрный скелет мог за ним следить. Пытаться обнаружить слабости, способы воздействия, отвадить наконец его от этих глупых ошибок. Но, казалось бы, это бесполезно. Всегда до отвращения счастливый, налакавшийся своих мерзких красок, спокойно общающийся с жителями АВ. С теми, кто вообще знал о существовании художника. И наблюдал за ним Эррор довольно давно. И никакой пользы. Если у радужного мудака и были слабости, помимо самой очевидной - бездушности, то он не проявлял их. И это бесило. У каждого должна быть слабость, нет абсолютно идеальных, как бы Инк не старался таким казаться. Но один раз, не ведя наблюдений, а лишь выйдя из портала на землю Ватерфолла вселенной Оутертейл, Эррор застал странную картину. Он не стал выдавать своё присутствие, остался в стороне, где Инк не видел его. Зато сам был как на ладони. Сидел на краю обрыва, смотря в звездное небо космической вселенной. И говорил. Кажется, со своей кистью. -... Нет, Бруми, я уверен, - его голос был на удивление тихим. И без эмоций. Мудак не пил свои краски? - Каждую вселенную и каждого монстра кто-то создал. Не может же быть так, что я просто появился из пустоты. Но я все равно не могу узнать, кто создал нас с тобой. Во имя звёзд, Бруми, мы даже имён создателей не можем знать. Что говорить о лицах? Хранитель на время замолк, "слушая" ответ от своей кисти. Эррору стало интересно, как часто Инк говорит с ней. Насколько он уже сошёл с ума? "Может, не такие мы и разные," - промелькнула мысль в черепе разрушителя. Оба одиноки, оба сумасшедшие, оба вынуждены влачить свое существование вне вселенных. Но один из них сам избрал свой путь, а второго принудили к этому те, кому он помогал. Чёрный скелет помотал головой. Нет, бред. Они разные. Они находятся по разные стороны баррикады. Эррор стирает эти ошибки, Инк старается их спасти. Они не похожи. - Знаешь, Бруми, я хочу задать своему создателю лишь один вопрос. Большего мне от него и не нужно. Зачем меня создали таким? - разговор хранителя со своим оружием продолжался, а Эррор слушал. Может, хоть сейчас. Хоть сейчас он что-то узнает. - Без души, без вселенной, вынужденного подчиняться другим создателям и скрывать бездушие за красками. Я устал от того, что вынужден притворяться любящим всех и вся идиотом. Думаю, я хотел бы быть одним из обычных Сансов. Ну, знаешь, жить своей вселенной, среди монстров, иметь друзей и брата, встретить человека. Пусть и знать о перезапусках и быть судьей в этой вселенной. Но я хотя бы не зависел так от других миров. И вновь тишина. Хотел бы Эррор знать, что "отвечает" кисть своему хозяину. Но лишь Инк со своим сумасшествием мог её "слышать". Разрушитель никогда бы не подумал, что Инк, один из сильнейших существ мультивселенной, хочет быть обычным. Заключенным в стенах Подземелья очередным Сансом. Да и никто бы не подумал. Хранитель никогда никому не говорил об этом. - Эррор? - разрушитель напрягся, услышав своё имя. Его заметили? - Он не такой, как я. У него есть своя воля. И, пусть его " работа" и отвратительна для большинства, но у него есть свобода. Он не подчиняется никому, он может делать то, что хочет сам. А не быть куклой, за ниточки которой дергают те, кто стоят над всеми. Кажется, я даже немного завидую ему. У Эррора есть то, чего нет у меня. Свобода выбора, возможность самому принимать решения. Пусть и ужасные. У него есть эмоции и есть душа. Жаль только, что раз за разом он отвергает протянутую руку. Может, однажды мы с ним смогли бы друг другу помочь. Я ведь понимаю, как он одинок. - Ничерта ты не понимаешь, радужный ублюдок, - тут уже Эррор не смог смолчать. Сделал пару шагов к Инку, раздраженно скрипнув зубами. Этот подонок все ещё рассчитывает на дружбу, не смотря на то, сколько раз они уже встречались на поле боя. - Что, сразу пропало желание болтать со своей шваброй? После стольких лет ты все ещё рассчитываешь, что я, как какой-нибудь ванильный идиот, приму твоё предложение "мира-дружбы-жвачки"? Спустись на землю, недо-хранитель. До тех пор, пока ты охраняешь эти ошибки, мира между нами можешь даже не желать. Что, настолько осточертело все это? Так пора давно понять, что я не отступлю от своей цели. Пока не останется лишь одна, правильная вселенная. Чем мне можешь помочь ты, бездушный манекен? Только не путаться под ногами, когда я выполняю свою работу. Да, Инк замолк сразу же, как услышал Эррора. И обернулся. Давно ли он тут? Как много разрушитель успел уже услышать? Художник не хотел делиться тем, что у него "на душе" даже с Дримом, и уж тем более не планировал рассказывать это Эррору. Но сделанного уже не вернуть, а слова не поймать обратно, как бы не хотелось. - И тебе привет, Эррор, - скелет вновь отвернулся, так и не поднявшись со своего места. В своём "пустом" состоянии он был апатичен, не желал даже двигаться. - Не ожидал тебя здесь увидеть. Думал, что ты так ненавидишь альтернативы, что и не появляешься в них. Ошибся. Как же разрушителя злил этот безразличный тон, это равнодушие, бесил этот радужный мудак целиком. Эррор хотел бы, чтобы тот хотя бы разозлился, а не сидел дальше, как забытая игрушка. И почему это недоразумение не пьёт своих красок? Почему остаётся на месте, не смотря на то, что позади него враг? Словно он уже заранее смирился с тем, что Эррор может его убить. А ведь он не собирался. Как и не собирался выдавать своё присутствие. Но что сделано, то сделано. - Что, неужели всеми любимый хранитель настолько устал от так называемой "работы", что решил сдаться мне без боя? - Эррор иронично усмехнулся, пряча руки в карманы куртки. Ну же, хоть что-то! Не будешь же ты просто так игнорировать разрушителя! - Что замолк, радужный мудак? Понимаешь, что я говорю и правду и поэтому нечего ответить? Так и быть, можешь дальше закапываться в могилу саможаления, мне работы будет меньше. Инк выпрямился и застыл, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. Пусть и не зная, Эррор сказал слишком много из того, что художник принять не мог. Пусть и, возможно, хотел. - Заткнись, - тихим, но твердым голосом произнёс хранитель. И почувствовал, как ему в череп упёрся недоумевающий взгляд. Да, вряд ли разрушитель мог ожидать, что Инк может ответить. - Кто ты такой, чтобы судить меня? Кто ты такой, чтобы что-то мне разрешать или запрещать? Ты не знаешь ничего, кроме того, что вдолбил себе в голову. "Разрушить все", хах. Ты хоть иногда думал о том, что чувствуют другие? Каково им знать, что они умирают от чьих-то идиотских убеждений? - скелет медленно поднялся и обернулся. Под пустыми глазницами залегли серые тени. Он сделал шаг навстречу своему врагу. - Фриск и Чары в конце-концов перезапускают свои миры, все вновь возвращаются, их души не исчезают вникуда. Ты же называешь ошибками сотни миров, сотни душ, которые обитают в этих мирах. Ты называешь ошибками все. Но единственная ошибка - это ты, Э р р о р. Слова били разрушителя, словно оплеухами. Всегда такой равнодушный к его словам Инк ответил, и тот оказался к этому не готов. Слушал все это молча, внутренне начиная закипать. - Я больше не стану протягивать руку, - художник обошел разрушителя, на пару секунд остановившись слева от него. - Но и щадить я тебя больше не буду. Я устал быть мебелью для битья, которая не может ответить. Запомни это, когда решишь попытаться разрушить ещё один мир. И он исчез. Растворился чернилами в созданном портале. Эррор не стал следовать за ним. Подошёл к обрыву, где до этого сидел хранитель, опустился на примятую траву и свесил ноги над бездонной пропастью. Последние слова Инка эхом звучали в черепе. Действительно ли теперь тот перестанет вести себя как идиот? И чего это будет стоить разрушителю? Ведь никогда раньше Инк не был настолько серьезен.