Кодекс

      — Представьте, если Англия, Испания, Португалия, Франция и Голландия объединят все свои силы для того, чтобы очистить моря раз и навсегда, — губернатор проводит по карте, подкрепляя свои слова хлесткими движениями — жест самоуверенного безумца.       Человека, способного продать душу дьяволу ради исполнения своего плана.       — Нет, сэр, это превосходно, — ответ на наигранную скромность; Диане хочется зашипеть на Смоллетта, одернуть.       — Это претенциозно, но как вы убедите королей работать сообща? — сомнение.       — Я понимаю, что — это может вызвать недовольство или открытую враждебность, — продолжает Блейд.       Доктор опускает лицо, смыкая дрожащие пальцы в замок, стараясь сосредоточиться на речи губернатора, но мысли упорно цеплялись за воспоминания — за прошлое — за один образ.       Джим Хокинс.       — Диана, мне кажется, вы не убеждены, — собственное имя оглушает, заставляет невольно выпрямиться.       — Я думала о Джиме, — признание, — Этот мальчик — моя ответственность, — показ клычков.       — Вы обещали его дорогой матушке то, что вернете его домой целым и невредимым, — губернатор останавливает её, — Поверьте мне — вы найдете его, — плохоскрываемая, ядовитая угроза, вызывающая холод в груди, — Но сейчас, господа, время принести тост, — Блейд что-то чувствует; забросив крючок, отходит, неспешно возвращается к карте — во главу стола, подхватывает бокал, предлагая.       Сквайр и капитан принимают.       Доктор медлит.       Это не остается без внимания губернатора; он не указывает, только хмурится.       — За очищение Семи Морей! — подняв бокал, Блейд кивает.       — Верно, — Диана подчиняется, до белых пятен на коже сжимает ножку — сухим глотком чуть отпивает; вино обжигает язык, тяжело падает в желудок, напоминая яд.       Отвратительно.       — Чудесно, — скрытая за напитком усмешка.       Вечер закончился, а мир определённо сошёл с ума и руку к этому приложил Сильвер — это не было вспышкой ревности или сомнением; Доктор была уверена в том, что Джим может смело положиться на эти крепкие плечи, но что-то всё равно не давало покоя.       Что-то неправильное.       Что-то очевидное, но, остающееся на грани зрения.       — Мисс, — прикосновение к плечу, слабый хлопок.       — Джон, — выдох, — Губернатор Блейд, — встретившись взглядом с губернатором, Диана поправляет себя, отстраняется.       — Останьтесь, — предложение.       — Я не хочу отвлекать вас от работы, — глупое бормотание; Доктор обернулась в поисках поддержки, но встречает одобрение.       Блейд сумел расположить к себе.       — На пару слов, уважаемый доктор, пару слов, — вежливость.       — Надеюсь, это важно, — попытка казаться больше, сильнее.       — Для вас, — протянутая рука.       — Джим? — предчувствие ловушки.       — Сотрудничество, — приглашение на танец.       — Сотрудничество? — нерешительный отказ.       — У вас есть острый ум и крепкая хватка, — неосязаемая ласка, — В наше время — это большая редкость, — губернатор не переступает границы, балансирует.       — Я не понимаю, — Диана поводит плечом.       — Вы сможете уговорить их, — болезненная пауза, — Уговорить предстать перед судом, — всё же делает шаг.       — Они выбрали свой путь, — протест.       — Но не мальчишка, — укус.       — Джим Хокинс, — рефлекторная дерзость; Доктор резко поднимается, отталкивая, оттесняя отходит, проводя ладонью по столу.       — Разве, вы не хотите вернуть его под своё крыло? Прежде, чем он попадёт в новые неприятности или станет пиратом, — удар; Блейд уступает.       — Джим знает, что он делает, — крупицы сомнений.       — Вы уверены в этом, — безжалостность.       — Достаточно, — шипение.       — Мальчик нашёл в пирате отца — другого наставника, — замечание.       — Прочь, — пощечина.       Громкий звук — непозволительная вольность.       — Вы забыли своё место, доктор, — замахивается в ответ, но внезапно останавливается, словно, что-то поймало его за запястье, грубо перехватив.       Странное резкое движение — в чём-то совершенно неестественное, но — это Диана упускает, продолжает отступать.       — Вы губернатор, — сердце ударяется о ребра, объемным стуком бьется в груди, заглушая мысли, кружа голову, — Вы, — Доктор задыхается.       — Подлец? — Блейд дергает ладонью.       — Осёл, — этого было достаточно, чтобы спугнуть — запутать, заставить развернуться на каблуках и ринуться прочь, быстрым шагом.       На мгновение Диане кажется, что у самых дверей кто-то невидимый осторожно подтолкнул её в спину.       Вечер испорчен, как и впечатление. Договор расторгнут.       — Вам нужен урок, Доктор, — губернатор трёт запястье, хмурится замечая царапины от когтей.       В следующий раз приглашение будет другим и отказаться от него будет невозможно.       Всё будет в его пользу.