От начала до конца.

      Стрингер и Балк вернулись на Фабрику Героев после парного задания, с которым они справились достаточно быстро. Оба героя-ветерана даже не напрягались с его выполнением. То ли из-за того, что оно было простым, то ли из-за опыта ребят. Хотя, обе причины могут быть верными. Они зашли в кафетерий, чтобы восстановить энергию. Порой были такие моменты, когда энергии сердца было затрачено настолько мало, что их не отправляли на перезарядку сердец. Именно поэтому они и ели. Примитивная пищеварительная система обращала всю еду в энергию практически без остатка. Стрингер предпочитал что-то шоколадное. Как это ни странно, а вкусовые рецепторы у героев так же присутвовали. Ему нравился сам вкус, а не энергетическая ценность. Балк же отдавал предпочтение стейкам с кетчупом и кучей различный приправ. Меньше всего из мяса ему нравилась земная баранина. Взяв огромный кусок стейка из курицы, ибо бБыли только такие, Балк проследовал к Стрингеру. Они сели за столик у самого выхода и принялись за трапезу. - Уверен, что это не слишком много? – спросил Стрингер. - Неа, даже если потребности в восстановлении энергии нет, всё равно ведь вкусно, - ответил Балк, откусывая достаточно большой кусок мяса.       Стригер просто продолжил есть шоколадный батончик, наблюдая за тем, как Дункан, будто хищник отрывал зубами куски мяса и пережёвывал его. Он действительно выглядел как голодный зверь, который точно не насытится этим куском. Интересно, он и в постели такой же ненасытный. Поняв, какая мысль пронеслась у него в процессоре, Джимми снова смутился. Он уткнувшись в датапад молча продолжил жевать батончик. Слава всем Богам, что одного батончика хватит, чтобы зарядиться до следующей миссии.       Когда они доели свои небольшие перекусы(Мне вот интересно, а как тогда у Балка выглядит полноценный обед, м? Варианты пишите в космы, лучший попадёт в фф)) , их вызали в центр управления операциями, или коротко ЦУО, чтобы дать новое задание. - Как же вовремя, - с улыбкой сказал Дункан. Джимми молча согласился с ним.

***

      За заданием команды Альфа следил бывший её член, покинувший команду давным-давно, через посох с хрустальным шаром на конце. Чёрный бот находился в некой воронке в такой позе, будто он сейчас восседал на троне. Он с ненавистью посмотрел на Стормера с мыслью о предательстве со стороны белого героя. Как же он его бесил, но в тоже время привлекал. Бывшего героя переполняли странные чувства.       С одной стороны он хотел заполучить Престона. Как игрушку, или нечто большее. Он хотел быть его единственным. Отдать ему всю свою любовь, просто утопить в ней Престона. Начать ломать его и его принципы.       Но с другой, бот хотел ему смерти во имя мести, за своё нахождение в этой чёртовой воронке из которой он не мог выйти с того злощастного вечера. Ненависть к Престону его переполняла и хотелось просто с силой сжать его в своих руках и вырвать минерал кваза из его груди. Последнее он был готов сделать не только из-за мести, но и из-а того, что его минерал пока что был единственным, который по информации бота принадлежал самым первым героям. Сейчас процентов пятьдесят имеют такое сердце, но выяснить кто точно им обладает очень сложно. Источник хозяина воронки каким-то образом проверил сердце Стормера во время одного из последних заданий и подтвердил факт того, что оно принадлежало самому Зевсу. Первому Альфа-лидеру и в целом первому герою в истории фабрики.

***

      Бывший герой в чёрных доспехах, аккуратно вырезал стекло и влез в огромный зал не менее огромного здания. Он прошёл к одному из пьедесталов, на котором стоял большой посох, на конце которого был хрустальный шар, наполненный чем-то, напоминающий космос, наполненный звёздами. Парень подошёл к нему поближе и попытался забрать посох себе, но его остановило какое-то силовое поле. Он взглянул на пол и увидел меловой круг с различными рунами. Герой просто стёр какую-то частькруга и невидимый барьер исчез, после чего парень спокойно забрал посох себе. Точнее, забрал бы, если бы его не спалил хозяин этой коллекции опасных магических артефактов.

***

      Стормер вернулся в реальность, в момент, когда в кабину пилота вошёл Фурно. - Простите, нужно было кое-что сделать, - сказал парень, сев на место второго пилота. - Ничего. Я не заметил, что ты не на своём месте.       Почему-то Уильяма эта фраза слегка зацепила, но он не зацикливался на этом особо долго. Просто помолчал. Они оба просто молчали. Стормер хотел поздравить парня с его первой победой более масштабно, расспросить его, как он себя сейчас чувствует и пригласить на банку сверхзаряженного к себе в блок, чтобы поговорить по душам и возможно поделиться опытом с новичком, но Престон сдерживал его от этого, что и создавало эту неловкую для обоих тишину. Престон не хотел сближения. Её прервал Фурно своим вопросом: - Вы испытывали тоже чувство, когда впервые смогли задержать преступника, сэр? Будто вы получили заряд энергии на подзарядке? Настолько приятное, что по корпусу пробегали мурашки?       Стормер усмехнулся. У каждого героя было своё приятное ощущение в груди, во время зарядки сердца, видимо, юнец об этом не знал. У Престона это был приятный холодок, будто вода стекающая у него в груди во время зарядки сердца. Как ни странно низкие температуры были ему приятны. По неизвестной всем причине. - Да, малыш. Я тоже испытал это чувство. Все ветераны его испытали в своё время. А у тебя неудачи с этими двумя были.       Последняя фраза снова зацепила Фурно, но он не подал вида. Но затем, Престон продолжил, стараясь сгладить свою мысль: - Наверное, именно из-за этого оно ещё приятнее. Когда ты долго не можешь поймать какого-то злодея, момент его поимки приятнее некуда. Даже подзарядка сердца с этим не сравниться.       Это всё равно не сильно помогло. В голове Фурно пронеслось:«Ты мог сделать так и раньше». Они продолжили лететь молча ещё несколько минут. Оба не знали, о чём поговорить. И один и второй ждали, пока второй спросит у первого что-то, чтобы продолжить разговор, но этого не происходило.       Не смотря на это оба не испытывали большие неудобства. Скорее обоим нравилось просто сидеть рядом и молчать. Это ощущение было знакомо Престону довольно хорошо. Он и сам помнил первое такое молчание наедине со своим командиром, когда он сам был новичком. Теперь он сидел так с Фурно. Хотя нет. В случае с Трешером они сидели в челноке на пути к одной планете и тогда они были на всём корабле одни. Вдвоём. На корабле, рассчитанного на двоих для дальних перелётов. А в случае с Фурно… Тут ещё был Ротар… Наверное, факт этого и не позволял героям поболтать о всякой ерунде, как это обычно бывает, когда ты сидишь и говоришь с друзьями обо всём на свете.       Так они и долетели до тюрьмы, где уже по запросу холодного героя, приготовили отдельную камеру для Ротера. Пока Фурно заполнял бумаги, Стормер проводил преступника в одну из камер. Уже когда последний расположился в своей новой квартирке(советской хрущёвки, хд), Стормер поинтересовался у него по поводу одного из его бывших подельников: - Если память мне не изменяет, вы с Эксплотом работали в комбинации с кем-то ещё, - начал тот распрос. - Это было около двух месяцев назад, - не стал отпираться Карлсон, поняв, к чему клонет герой. - Тогда у нас оставалось одно дело, после которого Найтмер ушёл из группы и стал работать соло. - Можешь рассказать о нём побольше? За соучастие тебе могут скостить срок в исправительной калонии, - на удивление, их разговор звучал спокойно.       Ротар сел на платформу, расположенной напротив электрорешётки. - Я и сам не знаю о нём многого. Могу лишь сказать, что он мог проникать в чужие сны и делать из них кошмары. Отсюда собственно и прозвище. Мара, иллюзии, кошмары, чтение мыслей и страхов - это всё что он по крайней мере использовал при нас. Способностей могло быть и больше, но они не известны никому. Это всё, что я могу сказать о нём. - И на том спасибо, - сказал Стормер и покинул его.       Фурно уже ждал его у главного входа на территорию тюрьмы. На Фабрику они вернулись в приятном молчании. Как при Трешере. Бриз и Сурж прекрасно понимали их желание слушать тишину космоса, так что и сами изредка подшучивали друг над другом, приятным шёпотом что-то вспоминая..