Кулон с шершнем

-Ну что, Яш, пошли. - За руку мальчика взял врач и повёл в кабинет, противоположный тому, в который повели Розу. Тоже на осмотр. Яша всё оглядывался, смотря на своего блондинистого друга, пока тот и вовсе не пропал из виду. Яков уже привык к частым осмотрам : он понимал, что они для него действительно важны, ведь проблемы со здоровьем у него были еще с раннего детства. Хотя порой он считал, что диагнозы ему ставят совсем не те, какие могли бы быть у него на самом деле. Сколько Яшка себя помнил, он всегда был слабым и тихим ребёнком. Почти не говорил, а если такая возможность и доводилась, то говорил он еле слышно и часто заикался. Яша с горечью вспоминал своё прошлое и до сих пор не мог понять: а хорошо ли, что я попал сюда? Жил Яша со своими родителями в однокомнатной квартире, которая досталась им от покойной сестры матери. Детей и мужа у сестры не было, болела она сильно, а бабушка в силу своего возраста ездить в больницу возможности не имела. Вот и передалась эта обязанность матери. Яши тогда ещё и не было вовсе, его родители тогда только встречались. Жених да Невеста. Все их так и называли. Незадолго до смерти сестры Осип, так звали отца, всё-таки сделал предложение Людмиле. К сожалению, свадьбу они сыграть так не смогли. Сестра умерла в больнице через пару дней после того, как они сообщили всем что женятся. А все деньги, что они копили, пришлось потратить на всевозможные ритуальные услуги и организование похорон. Людьми они были не самыми организованными, поэтому через 'ох' и 'ах' с помощью матери покойной сестры «супруги» устроили поминки. Родственников было на похоронах немного : пара коллег и подруг. Завещание они прочитали тем же вечером. А через неделю уже ставили мебель в новой квартире. Небольшая, скромная, она стояла в каком-то не самом благоприятном районе. Местные алкаши улыбались прохожим с пробелами в зубах и всячески просили копейку на 'благие цели'. От детской площадки там было только название: несколько ржавых турников, колесные шины, разукрашенные как попало, и несколько беседок, в которых, по иронии, и проводили своё свободное время алкаши. Детей на той площадке никогда не было. Родился Яша не в каком-нибудь местном роддоме, а в той самой квартире. Роды приняла уже знакомая соседка Людмилы, которая, по ее словам, окончила медицинский колледж и имела несколько высших образований. Так, ночью N- го числа и появился на свет маленький Яков Осипович Шершанский, с большими голубыми глазами и несколькими рыжими волосами на макушке. В ту же ночь родители завернули его в какое-то полотенце и пытались кое-как да ухаживать за новорожденным. За время, что родители прожили в этой квартире, свадьбу они так и не сыграли : наоборот, спились так, что бутылки, разбросанные по всей квартире, невольно смешивались с интерьером в одну кашу. Осип постоянно кричал на свою жену, говоря ей, что она не умеет воспитывать ребёнка. Та, в свою очередь, говорила то же самое мужу. Так шли дни, года. Яша уже становился взрослее, глаза становились всё голубее, волосы длиннее, россыпь веснушек на лице становилась крупнее и ярче, а мечты о любящей семье и друге потихоньку угасали. Его не любили ни дома, ни в школе : 'сын наркоманов', 'позор общества', 'сам от родителей недалеко ушел'. Каждый день мальчишке приходилось слышать насмешки и издевательства со стороны. Дома на него орали и били родители-наркоманы, в школе-одноклассники. В тот день погода была дождливая - Яша помнил его, будто это было вчера. Последний урок музыки, на который ему, кстати, очень нравилось ходить, отменили. Классная руководительница сказала ребятам тихо спуститься на первый этаж, собраться и идти домой. Все дети в классе были распределены по группам : четверо девчонок всегда были ухожены и одеты как с иголочки, ненавидели мальчишек и постоянно конфликтовали с другой группой. Шесть мальчиков, во главе которых был Влад. Влад - самый старший и самый злой мальчик в классе : высокий, крупного телосложения, волосы чёрные, кудрявые, достают почти что плеч. Его не боялись, разве что, его друзья. Хоть их ' глава' и был жестоким для своих одиннадцати лет, но команду свою уважал и готов был даже со старшими за них вступиться. Яша их, если по честному, боялся. Он, в силу своих возможностей, старался даже не смотреть в их сторону лишний раз. И в этот раз, пройдя мимо них и максимально игнорируя всё, что они делают, он направился на первый этаж. В раздевалке было тесно : дети постарше толкались и ругались друг на друга. Яшу вжали в стенку, поэтому из раздевалки он вышел почти последний. -Надо не идти в кучу, как баран, а ждать пока все рассосутся. А потом уже зайти спокойно. - В раздевалку зашел Влад, а вслед за ним и его друзья. Яша не сразу понял, что адресовано это было не ему. Он взял куртку и как можно скорее хотел покинуть школу. Оставаться один на один с их 'стаей' рыжий желанием не горел. -О-ой.. и-извини. - Яша столкнулся с одним из корешей, и тот выронил куртку, рукав которой упал прямо в лужу грязи на полу : видимо, другие классы уже успели тут натоптать. -Слыш, нарик, это че за приколы? - Тот мальчик посмотрел на свою, теперь уже грязную куртку. -Ты мне ее ща вылизывать будешь.-От такой резкой агрессии в свою сторону, глаза Шершанского стали влажными, а голос еще выше. -Я п-правда...я не х-хотел.... Домой он шёл уже с мокрым портфелем, и с не менее мокрыми тетрадями и учебниками. Под левым глазом красовался небольшой алый синяк. 'Даже зонтик забрали'-думал про себя Яшка, вытирая слезы. Говорить родителям как его снова побили он не хотел. Да и жалеть его никто не стал бы. - Яша? - из потока мыслей рыжика вырвал обеспокоенный голос врача. - А? - Я говорю, как ты себя чувствуешь? - по виду медработника было видно, что задаёт он этот вопрос уже не в первый раз. - Д-да нормально... - Яшка вжался в стул, стараясь не смотреть доктору в глаза. Единственное, чего сейчас хотелось - это лечь и спать. Проспать до самого вечера. А то и до завтрашнего утра. Мужчина в белом халате лишь цокнул, деловито сунув руки в карманы. Записал что-то в блокнот, снова поцокал, подозвал медсестру и, видимо, не желая, чтобы мальчик что-то услышал, приказал тому посидеть в коридоре. Яшка и не сильно горел желанием знать, что там у него нашли на этот раз. Хотя мальчишке и казалось, что ему уже всё равно, от некой тревоги всё же неприятно защемило в груди. Яша и сам не успел заметить, как ноги сами повели его ближе к двери кабинета, откуда можно хорошо услышать всё, что происходит внутри. - Записывай на двадцать седьмое января, да. Думаю, медлить нельзя. Состояние ухудшилось, сама видишь. Услышав стремительно приближающиеся шаги, Яша отпрянул от двери. - Ну всё, пойдём. - Немного поникшая медсестра грустно улыбнулась мальчишке. - Со мной что-то не так? Что-то случилось? - Рыжик почувствовал нарастающую тревогу. Врач, медсестра, вся больница - всё вокруг казалось слишком подозрительным, будто бы все, вплоть до каждого растения в углу, скрывали от него что-то очень важное. - Всё в порядке, Яша не переживай. Мы тебя полечим немного, таблетки дадим, а потом... - Вы врёте! - Рыжик был готов перейти на крик. - Я с-слышал, как вы наз-значили что-то на двадцать седьмое число! З-зачем вы скрываете?! - Яша почувствовал, как в горле встал ком. Медсестра молча остановилась посреди коридора. - Яш, ты уже взрослый мальчик. - Девушка ласково потрепала рыжую макушку. - Ты наверняка понимаешь, что ты болен. Тебе ведь часто хочется спать? Или бывает такое, что тебя тошнит? Мальчишка неуверенно кивнул. Да, он хочет спать. Да, у него вечно что-то болит. Да, он слабак, как говорили ему дома, в школе, на улице - везде. Но разве могло это что-то значить? - Мы записали тебя на операцию, Яш. Но ты не бойся, всё хорошо будет. И если что, я тебе ничего не говорила. - Девушка подмигнула, не желая как-либо продолжать разговор. Рыжий молча поплелся вслед за медсестрой : мальчик не понимал, что с ним не так. Нет, конечно же он пытался понять. Ещё со школы, когда видел, как его одноклассники живут в дружных счастливых семьях, где никто никого не бьёт, даже за двойки. Или как его сверстники веселятся вместе. А с Яшкой дружить никто не хотел. Он всё думал : а почему? Может быть из-за того, что Яша всегда был самым низким и самым худым в классе? Или может из-за его дурацких веснушек? А может из-за его родителей? Или может быть потому что он болен, как сейчас сказала медсестра? Шершанский думал над тем, что с ним не так практически на протяжении всей своей жизни. Правда, к ответу он так ещё и не пришёл. *** - Блин, Шершняг, ты чё такой кислый? - Роза уже минут десять пытался в красках рассказывать соседу о своих впечатлениях от первого медосмотра. Только вот Яшка его совершенно не слушал : рыжик улёгся на койке, сверля потолок стеклянным взглядом. - Ну ты и кисель. - Склонившись над другом, блондин пощёлкал пальцами у того перед носом, надеясь на ответную реакцию. Но рыжий лишь повернул голову к стене. Только сейчас Роза заметил, что Яшка крепко сжимает что-то в кулаке. - Опа, а чё это у тебя? Яша наконец-то посмотрел другу в глаза. - Д-да неважно, Роз... - Поднявшись с койки, мальчишка разжал кулак. На ладони красовалась небольшая фигурка насекомого. - Нифига себе! - Опустившись на колени, Роза смог разглядеть в насекомом пчелу. - Откуда у тебя эта пчёлка, блин? - Р-роз, это не пчёлка. - Рыжик грустно улыбнулся, поглаживая позолоченные крылышки. - Это шершень. М-мне его бабушка когда-то подарила... Бабушка у меня хорошая, жаль только, что в последнее время я с ней не виделся совсем... Н-но когда я маленький был м-мы вместе в лес ходили, и в-вот кулон она мне на память дала... Т-только цепочку Игорь потерял... - Чё? Какой ещё Игорь? - Роза лишь удивлённо вскинул бровь. Конечно, его посетил ещё один вопрос : если у Яшки такая любящая бабушка, чего же он тогда здесь то забыл? Но видя, с какой теплотой рыжик вспоминает о ней, решил промолчать. Мало ли что там у них случилось. Узнаёт ещё. - Ой, ты же не знаешь! - Яша мигом оживился. - Есть у нас один, Игорь Катамаранов звать. Он в-вообще бешеный! Наши его обожают! Ему в-вечно как-то удаётся к нам в д-детский к-корпус пробраться, хотя сам то он во взрослом. - Мальчик демонстративно махнул рукой в окно. - О-он всё сбегает от-тсюда вечно, а потом нам всякие ш-штуки приносит. Вот Розе К-крепыгиной од-днажды аж пару серьг п-притащил откуда-то, представляешь?! Она, правда, их потеряла п-потом... Н-ну вот, когда меня п-привезли сюда, у меня отняли всё. Но всего мне жалко не было. Самое главное, что они и кулон мой забрали, с шершнем. Он н-на цепочке такой был, блестящей... Бабушка сказала, что этот ш-шершень меня защищать будет. Поэтому я его никогда не снимал. А тут его отобрали. Я тогда, п-помню, плакал сильно... Н-ну, обидно же... А потом ко мне Игорь подошёл. Сказал, мол, ты чего плачешь тут, пацан. Он м-меня пугал тогда своим видом, н-но я ему рассказал. А на следующий день он этого шершня мне принёс, представляешь!? Правда, сказал, что цепочка потерялась... Н-но это ничего страшного, цепочка не главное... Главное, что мой шершень со мной. - Рыжий прижал фигурку к себе. - Ну ничего себе, блин... - Роза попытался сделать вид, что история его особо не тронула. Но дрогнувший голос выдал его с головой. - Ладно, блин, а чего Игорь твой всё ещё здесь тогда? Получается, нельзя отсюда сбежать? - Пытаясь перевести тему, блондин прокашлялся. Но слабая улыбка Яши дала понять, что эмоции от рыжика не скроешь. - А он и не пытается сбегать. Ему с-скучно просто, он же, ну... бешеный. Ему в к-кайф от охранника нашего бегать, ну и от дяди Инженера. - Мальчишка хихикнул в кулак. - Ой, Р-роз, ты обязательно должен это увидеть! Обхохочешься! Я тебя с ним познакомлю, он х-хороший. - Вот как... - Не успел Роза переварить информацию, как в палату снова бесшумно вошла медсестра Кашина. Блондин и моргнуть не успел, как Яша моментально спрятал своего шершня под матрас. Видать, научился за это время. Зинка не отличалась особой разговорчивостью. Девушка молча измерила ребятам температуру и собралась уже уходить, как Яшка невольно издал странный звук. - Яша, тебе плохо? - Зина обеспокоенно оглядела мальчика и присела на койку. Рыжик сидел на краю кровати, скрючившись как креветка, держась руками за живот. - Т-тошнит немного. Кашину словно ударило током. Девушка подскочила и увела мальчишку из палаты, лишь махнув Розе рукой, приказывая тому оставаться в палате. Блондину долго ждать не пришлось : Яша вернулся через двадцать минут. - Яш, блин, чё это было?! Ты как, ты в норме!? У тебя болит что-то!? - Стоило проводившей Яшу Зине скрыться за дверью, как Роза пулей подлетел к другу и засыпал его вопросами. - Вырвало меня. - Рыжик устало вытер пот со лба. - Н-не переживай, Роз, всё н-нормально... Съел что-то не то, наверное. - Да уж, блин, вашей шнягой столовской травануться на раз-два! От каши особенно! От неё ваще кони двинуть можно, нахрен! На самом деле Роза понимал, что Яша не отравился. Что с ним что-то не так. Что ему явно плохо. Но он молчит. «Блин, в конце концов, друзья мы или нет?! Друзья должны доверять друг другу!» - Блондин решил, что он твёрдо намерен поговорить с Яшкой. «По-мужски, нахрен», как любил выражаться Роза в детдоме. Оторвавшись от мыслей, мальчишка не удивился увиденной картине. Яшка снова уснул. Оставалось лишь вновь ждать.