Черное небо

Асса с Миком протолкались сквозь толпу поближе к стендам с вывешенными списками зачисленных в Военную Академию Централа. Сестра рыбкой скользнула между двумя плечистыми парнями и приподнялась на цыпочки. −Так, Диксон, Дорн… Ага… Драгомир, Асса Джозефина… Драгомир, Микаэль Стефан… Мик, получилось! Микаэль улыбнулся и тут же покачнулся, задетый чьим-то плечом. Слева кто-то ойкнул женским голосом: −Ай, осторожнее! Микаэль опустил голову и встретил прямой взгляд голубых глаз. −Прошу прощения, госпожа… Миниатюрная рыжеволосая девушка откинула за спину длинную косу и улыбнулась. У нее было очаровательное личико сердечком, все усыпанное веснушками. −Варрен. Ариана Варрен. А вы? −Микаэль Драгомир. – отрекомендовался Мик. – То есть, уже кадет Драгомир. −Я тоже кадет. – улыбка рыженькой будто стала еще шире. – Очень рада познакомиться, Микаэль. Асса отвлеклась от стендов, развернулась и бесцеремонно положила подбородок брату на плечо. Улыбка Арианы будто замерзла. Мик слегка съездил сестре локтем в живот, но та даже не поморщилась. −А я Асса Драгомир. – безмятежно представилась злодейка. – Сестра Мика. А вы? −Ариана Варрен. – глаза девушки оттаяли. – Приятно познакомиться. Мик хотел было расспросить новую знакомую, откуда она родом. В Централе ему не доводилось видеть людей с настолько колоритной внешность. Однако почти начавшуюся беседу бесцеремонно прервали крики невдалеке. Асса отцепилась от брата и рванула туда. Около большого декоративного вазона с каким-то выгнутым под невероятным углом деревом разворачивалась некрасивая сцена. Трое крупных парней, на вид никак не младше двадцати, взяли в кольцо худощавого длинноволосого юношу. Пробивавшаяся сквозь гомонящую толпу Асса не расслышала разговор, но характерную стойку парня узнала бы из тысячи. Алхимик. Причем владеющий боевой алхимией. Парень слегка развернул руки, и девушка разглядела вытатуированные на ладонях круги. Луна и Солнце… Проклятье! Опережая загнанного в угол алхимика на доли секунды, Асса хлопнула в ладоши и направила высвободившуюся энергию в снятое с пальца серебряное кольцо. Руки парня застыли в воздухе, так и не сомкнувшись. Асса наконец продралась сквозь толпу, растолкала парней и зло сощурилась. −Хотите бесплатный совет, придурки? Никогда в жизни не задирайте людей с такими знаками. И помахала перед опешившими рожами своими ладонями. −А то будет вот так. Асса хлопнула в ладоши, опустилась на колено и положила руки на землю. По обеим сторонам от нее вскинулись широкие белые полотна. Толпа отшатнулась. −Это уж точно самое безобидное. – лениво растягивая слова, проговорил парень, за которого вступилась Драгомир. – Потому что может быть и так. Он тоже хлопнул в ладоши и положил их на ветку дерева. Хлопок вышел совсем тихим, а ветка взорвалась плотным облачком опилок. Закуток перед вазоном опустел за доли секунды. Асса отряхнула руки и в упор уставилась на парня. У него были роскошные волосы. Тут Асса ничего не могла с собой поделать – так хотелось прикоснуться к прекрасному. Парень, видимо, заметил ее интерес. В голубых глазах коротко вспыхнули искорки. −Волосы не стригу, потому что мне так нравится. −Да я ничего и не говорю. – растерялась Асса. – Очень красивые волосы. Тонкие губы изогнулись в полунасмешливой-полуснисходительной улыбке. −Спасибо. Твои тоже ничего. Асса невольно тряхнула распущенными русыми кудрями. −Меня зовут Асса Драгомир. И без тени сомнения протянула руку. Парень внимательно изучил круг преобразования на ее ладони. −Зольф Кимбли. Рад познакомиться. И пожал протянутую руку Ассы. Молнии преобразования вспыхнули вхолостую, но быстро затухли. Зольф удивленно приподнял изогнутые домиком черные брови. −Интересный эффект. Никогда такого не видел. Асса продолжала сжимать его горячую мозолистую ладонь и, сама не зная, почему, отчаянно не хотела, чтобы этот момент заканчивался.

***

Рой неловко повел плечами. Синий китель с традиционным серебристым шнурком курсанта казался Мустангу тесным. Словно какая-то внешняя непреодолимая сила разом надавила на плечи, подчиняя себе. Мустанг встряхнул головой и вновь уставился на чернильно-черную доску, на которой старичок-профессор чертил схему условного сражения. Смотреть на его потуги не хотелось. Вместо этого Рой изучал своих однокашников. Наискосок сидели русоволосые близнецы Драгомир. У Роя в кончиках пальцев зудело от желания рассмотреть их татуировки. Не каждый алхимик решался изобразить круги трансмутаций на собственном теле. Обычно даже государственные алхимики предпочитали перчатки. Впрочем, у близнецов явно нашелся союзник. Сидевший позади них тонкий в кости гибкий парень с длинными волосами тоже щеголял алхимическими кругами на ладонях. Рисунок был Рою незнаком. Парень мало интересовался происходящим на доске. Он переплел длинные бледные пальцы, уложил на них острый подбородок и пристально изучал кудрявый затылок девочки Драгомир. Которая, к слову, даже не озаботилась приличной прической. Короткие русые кудри, подхваченные только заплетенной надо лбом косичкой-ободком, свободно спадали на плечи. Сосед по парте толкнул Роя локтем. Мустанг недовольно скосился на разбитного парня в очках. Кажется, его звали Маэс. −Ты сейчас дырку сделаешь в алхимиках. – прошипел парень, скраивая очень сложное лицо. Рой с досадой поморщился. −Они странные. – поделился он наблюдением. Маэс сверкнул очками и усмехнулся в ладонь. −Приятель, если кто и странный здесь, то это ты. −Молодые люди! – задребезжал голос профессора. – Я вам не мешаю? Будьте добры, ваши имена. −Кадет Рой Мустанг. – отозвался Рой, поднимаясь. Трио алхимиков смерило его одинаково любопытными взглядами. −Кадет Маэс Хьюз. – без энтузиазма представился однокашник. −Отлично. – потер сухонькие ручки преподаватель. – Выходите к доске. Живее. Рой еле заметно пожал плечами и двинулся по проходу к доске. Хьюз плелся следом. На черном полотне белела диспозиция двух армий. Профессор указал на Роя: −Вы, кадет Мустанг, будете за армию Аместриса. А вы, кадет Хьюз, за армию Креты. Кстати, кто из вас знает, схему какой битвы я сейчас изобразил? Рой уставился на ровные ряды условных полков и прикусил губу. Как назло, ничего не вспоминалось. Маэс смотрел не на доску, а на однокурсников, явно надеясь на подсказку. В воздух мягко и лениво поднялась длиннопалая рука с кругом преобразования на ладони. Профессор кивнул: −Слушаю, кадет… −Кимбли. – голос у алхимика был под стать ему, такой же мягкий и вкрадчивый, будто охотящаяся кошка. – Зольф Кимбли, сэр. Это схема битвы при Гастине. Одно из решающих сражений крето-аместрийского конфликта. −Отлично, кадет Кимбли. – закивал старик. – Просто отлично. А можете поведать аудитории, что стало поворотной точкой в сражении? Зольф Кимбли расплылся в довольной сытой ухмылке. Рою она страшно не понравилась. −Полагаю, сэр, речь идет о вмешательстве государственного алхимика госпожи Химены Портер. Серией направленных взрывов госпожа Портер отрезала артиллерию армии Креты от основных сил и полностью уничтожила ее. −Именно, кадет Кимбли. – выражение лица профессора как-то неуловимо поменялось, будто окно закрыли шторой. – Исход такой масштабной битвы решил всего один человек, наделенный особым даром. Я ни в коем случае не умаляю заслуг госпожи Портер, но хочу предложить вам в некотором роде зарядку для ума. Кадет Мустанг, кадет Хьюз. Ваша задача предположить, как бы разворачивалось сражение без участия государственного алхимика. Даю вам семь минут продумать стратегию. Приступайте. Рой и Маэс переглянулись. И мысленно застонали.

***

Новые знакомые Зольфу, пожалуй, нравились. Мало того, близнецы Драгомир оказались еще и учениками того самого Ларентиса Беру, о котором рассказывала наставница. Совершенно одинаковые на лицо брат с сестрой порой ставили Зольфа в тупик своей непохожестью. Шумная непоседливая Асса вечно стремилась куда-то бежать, что-то вытворять, с кем-то спорить. Куда более сдержанный Микаэль, напротив, никогда не лез вперед и периодически тормозил сестру, когда ту слишком заносило. −Тебя не смущает, что ты вроде как вторая скрипка? – как-то спросил Зольф. Отбой давно сыграли. В казарме было тихо, слышалось только сопение умотавшихся за день кадетов. Луна светила в окно так ярко, словно сама была прожектором. Черные глаза Мика при таком освещении казались колодцами в бездну. Улыбка сверкнула белой полосой зубов. −Ни чуточки. – ответил он, чуть приподнявшись на локте. Одеяло сползло, потянув за собой и нательную рубаху. В ее вырезе Зольф мельком увидел грубый рубец, пересекший правую ключицу. −Асса всегда была шебутной. – продолжал Мик. – Кто-то же должен ее останавливать. −Ее остановишь. – фыркнул Зольф, вспоминая, как сегодня днем Асса самозабвенно спорила с инструктором по рукопашному бою. А потом уложила на лопатки всех рискнувших выйти против нее парней. Ей для этого даже алхимию применять не пришлось. −Это да. – не стал спорить Мик. – Она часто сначала делает, а уж потом думает. Ее обязательно надо осаживать. Иначе доведет до беды. Зольф почувствовал, как по позвоночнику холодной колкой змейкой пробежался не страх даже, скорее смутное беспокойство. Почему-то слова Микаэля показались какими-то слишком… Пророческими? Зольф не знал верного ответа. Он натянул повыше колючее казенное одеяло и уткнулся носом в подушку.

***

−Итак, кадет Асса Драгомир, прошу сюда. Асса мимоходом проверила крепость шнурка в волосах, подтянула перчатки и решительно перепрыгнула через канаты на просторный ринг. Спортзал Академии до сих пор впечатлял своими масштабами. Майор Хейлор, инструктор рукопашного боя, критически оглядел перчатки на ее руках, но ничего не сказал. Он еще в первое занятие потребовал, чтобы близнецы Драгомир и Зольф Кимбли являлись к нему только в перчатках. По официальной версии, чтобы случайно не применить алхимию во время боя. Асса же подозревала, что этот низенький крепко сбитый мужик с багровым шрамом в полщеки просто-напросто боится. Разумеется, ни Зольф, ни близнецы не стали ему сообщать, что перчатки для их алхимии – не помеха. −Встаньте передо мной. – скомандовал Хейлор. Асса послушно встала, куда велели. Майор вытащил из кармана бечевку и в несколько быстрых движений привязал правую руку Ассы к туловищу. Драгомир не без интереса наблюдала за его манипуляциями. Кадеты оживились и загомонили. −Тихо! – одернул их преподаватель. – Итак, вводная. Кадет Драгомир получила рану в правую руку и сражаться может только левой. Подручных материалов нет. Алхимии нет. Только левая рука, ноги и ее смекалка. Кто выступит против? Курсанты заволновались. Не слишком высокая длинноногая Асса в синих тренировочных штанах и белой безрукавке даже со связанной рукой внушала им трепет. −Я. – раздался звонкий голос. На ринг выбралась Ханна Эбони. Смуглая черноволосая, она чем-то напоминала мастера Ларентиса. Видимо, они были одной южной крови. Черные, будто кипящая смола, глаза разглядывали Ассу деловито. Драгомир знала, что Эбони тоже была алхимиком. −Принято, кадет Эбони. – кивнул майор. – Начинайте. И резво отскочил в сторону. Асса насмешливо поклонилась Ханне и тут же уклонилась от неплохо поставленного правого хука. Выставлять блок одной рукой против более массивной Эбони не имело смысла. Асса высоко подпрыгнула, увеличивая дистанцию между ними. Ханна атакующей пантерой метнулась следом. Асса присела и что есть силы оттолкнулась от покрытия ринга. Правая ступня приземлилась аккурат на плечо Эбони. Ханна даже не успела понять, что случилось, когда Драгомир бедрами обхватила ее за шею и утянула за собой. Девушки упали на ринг. Ханна извивалась в хватке бедер Ассы и никак не могла выцарапаться. Драгомир напряглась всем телом, удерживая Эбони. В конце концов, та стукнула ладонью по рингу, обозначая собственное поражение. Кадет Алекс Луи из славной семьи Армстронгов смотрел, как девочка Драгомир легко распрямляется и встает, даже не помогая себе единственной свободной рукой. В ее движениях так и сквозила неприкрытая грация человека, который долго и упорно тренировался. На тонких губах цвела снисходительная улыбка. Очевидно, этот короткий поединок даже не заинтересовал ее. К сестре тут же кинулся брат и принялся развязывать веревку. Алекс даже залюбовался этими двумя. Такие похожие, такие красивые. Будто парные детали одного совершенного механизма. Тот, кто родился в семье Армстронгов и с рождения был окружен красотой, очень тонко чувствует такие вещи в этом по большей части уродливом мире.

***

Уходящее солнце мягко согревало спину, но Рою все равно было холодно. Разум жгли злые слова учителя. Его последние слова. Армейская форма давила еще сильнее, и против воли Рой Мустанг слегка сутулился. Лиза же, напротив, была прямой, как стрела. Она стояла перед свежей могилой отца, такая тонкая и почти неземная в своей черной юбке и коротком черном жакете. Собранные на затылке белокурые волосы отливали белым золотом. Рою нестерпимо хотелось, как в детстве, обнять эти узкие прямые плечи, прижать к себе и шепнуть в маленькое розовое ухо извечное: «Все будет хорошо». Но теперь это было совершенно невозможно. −Господин Мустанг. – не оборачиваясь, проговорила Лиза. – Или правильнее – кадет Мустанг? Рой поджал губы. Если бы Лиза взяла сейчас нож и с размаху вонзила ему в грудь, и то не было бы так больно. −Меня зовут Рой. – сдавленно проговорил он. – Разве вы забыли, Лиза? −Господин Мустанг. – упрямо продолжало это несносное белокурое создание. – Я знаю, почему отец отказался обучать вас Огненной алхимии. Отчасти я согласна с ним – это действительно ужасающее оружие, но… Лиза помедлила. Рой увидел, как дрогнули ее плечи. Из прически выбился упрямый локон и теперь щекотал тоненькую белую шею. Рой усилием воли задавил все лишние мысли, что рождались в его бедовой голове. −Я доверяю вам, господин Мустанг. – твердо проговорила Лиза. – Так скажите, могу ли я доверить вам свою спину? Рой закусил губу и ответил: −Вы всегда могли, Лиза. Та, наконец, повернулась к нему лицом. По бледным щекам текли слезы. −Тогда вернемся домой. Это важно, господин Мустанг. По дороге Лиза не проронила ни слова. Молчала она и переступая порог просторного каменного дома семьи Хоукай. Рой послушно шел за дочерью наставника и гадал, что за секрет хранит знакомая с детства Лиза. На пороге ее комнаты Рой помедлил. Он не бывал тут с тех пор, как Лизе минуло двенадцать. Казалось, с тех пор ничего и не изменилось. Игрушек у маленькой леди Хоукай и так было немного. Книг всегда полный шкаф. Разве что над кроватью появилась большая картина. Мастер Бертольд, сама Лиза, смешная пухлощекая малышка, и статная светловолосая дама с огромными печальными карими глазами. Сейчас точно такие же глаза смотрели на Роя с лица Лизы. −Вы обещали, господин Мустанг. – прошептала Лиза и повернулась спиной. Рой не успел ничего сказать, как она проворно сбросила жакет, расстегнула блузку и осталась перед ним нагая. Умирающее солнце с отчетливой ясностью высветило темные линии огромной татуировки, покрывавшей всю спину девушки. Мустанг, забывшись, шагнул ближе и протянул руку, почти касаясь светлой кожи. Скупые алхимические знаки складывались в формулы. Простые и элегантные. Просто совершенные. Основные формулы Огненной алхимии. Лиза прерывисто вздохнула. −Это все результаты исследований отца. Он доверил их мне и наказал беречь. Рой поднял с пола жакет и набросил его на голую спину Лизы. Девушка вскинула руки, хватаясь за соскальзывающие полы, и выгнула шею, пытаясь заглянуть Рою в глаза. −Спасибо, Лиза. – прошептал Рой. – Спасибо… С языка чуть не сорвалось предательское «Искорка». Слишком давно Рой не называл ее так. Не стоит и начинать. −Распорядитесь этим знанием достойно. – попросила Лиза. −Обещаю. – твердо кивнул Рой. На востоке собирались темные тучи. Алчно гремел гром войны, а некто, знающий все наперед, отправлял с кошмарными заданиями своих детей.

***

Саманта Райт внимательно оглядела свое отражение в зеркале. Все было безукоризненно. Отглаженная синяя форма с иголочки. Прямые русые волосы тщательно заплетены в сложную косу и уложены на затылке. Кожа чистая румяная. Голубые глаза блестят. Можно и в бой. Точнее, на занятия. Позади привычным размашистым шагом пронеслась Драгомир, на ходу дернув Саманту за рукав кителя. −Брось, Сэм, все равно к вечеру все рассыплется. Райт не успела даже сказать ничего обидного в ответ, потому что за Драгомир уже закрылась дверь женской казармы. Со дна души поднялось жгучее раздражение. Асса Драгомир Саманте не просто не нравилась. Райт ужасно хотела нарисовать над головой у паршивки круг преобразования и уронить оттуда камень потяжелее. К сожалению, устав Академии запрещал использовать алхимию в свободное время. Кто бы еще объяснил это Драгомир. Она частенько устраивала после отбоя шоу теней. Белые полотна вырастали прямо из пола и танцевали, бросая причудливые тени на стены казармы. Девчонкам, особенно не наделенным даром, страшно нравилось. Саманте же хотелось испепелить довольную Драгомир ко всем мракобесам. Саманта даже себе боялась признаться, что может быть тогда и на нее посмотрят насмешливые, какие-то почти кошачьи, голубые глаза Зольфа Кимбли.